Исчезновение Ученика. Коты Воители

Свет. Такой простой, но такой невозможный, когда ты долго пробираешься сквозь тьму.

Пестролистая первой выскочила из прохода, грудью прорвав молочный дневной туман, клубящийся над лесом. Воздух снаружи был влажным, но свежим. Не спертым, не пропитанным воспоминаниями — живым. Она вдохнула полной грудью и закрыла глаза. Словно выбралась не только из подземелья, но и из собственной памяти.

Позади неё с глухим выдохом появился Огнегрив, держащий Клещика за плечо. Ученик был как тряпичная кукла — лапы заплетались, глаза без фокуса. Но он дышал. Был рядом.

Они стояли на склоне холма. Под ними простирался лес, слегка затянутый утренним туманом. Птицы вдалеке щебетали — почти издевательски жизнерадостно после всего, что они пережили.

Пестролистая обернулась, взглянула на расщелину в скале, из которой они выбрались. Туман внутри неё казался гуще. Проход, кажется, уже начал исчезать.

— Он закрывается, — сказал Огнегрив, глядя туда же. — Как будто не хочет, чтобы его снова нашли.

Пестролистая кивнула. В её взгляде не было облегчения. Только тревога.

— И хорошо. Это место не для живых.

Клещик вдруг вскинул голову. Он качнулся, но устоял. Его глаза всё ещё были мутными, но в них появилась искра.

— Голоса… — прошептал он. — Они… замолкли.

Пестролистая подошла ближе, коснулась его морды носом.

— Они не ушли. Просто затаились. Мы забрали то, что принадлежало им — память. Но они всё ещё рядом.

Огнегрив развернул кусок коры, найденной внизу. Он был всё ещё влажным, несмотря на обугленность.

— Мы должны рассказать об этом. О целителе. О том, что здесь было. Это... важно.

— Это предупреждение, — сказала Пестролистая. — Чтобы больше никто не пытался заглушить голос прошлого.

Клещик дрожал. Он смотрел на лес — и не узнавал его. Всё казалось будто не тем. Даже цвета были слишком яркими, слишком громкими.

— Я боюсь, — признался он. — А если они вернутся?

Пестролистая положила хвост ему на плечо.

— Тогда мы встретим их вместе.

Огнегрив молча кивнул, встав по другую сторону от Клещика. Они стояли втроём, будто троица, вышедшая из легенды. Молчали.

И ветер тронул листву.

И в этот момент никто не услышал шепота, почти растворённого в ветре:

Скоро…

Когда они вернулись в лагерь, солнце уже стояло высоко. Туман, что обвивал лес, начал рассеиваться, но не уходил совсем, словно оставляя за собой след той бездны, из которой вышли Пестролистая, Огнегрив и Клещик.

Племя встретило их напряжённым молчанием. Кошки с тревогой поднимали головы, смотрели на измученных воителей, на дрожащего Клещика. Первой к ним подбежала Синяя Звезда.

— Где вы были? — голос её был холодным, но в глазах вспыхнуло беспокойство. — Куда вы пропали?

Огнегрив поставил перед ней обугленный кусок коры, осторожно, словно он мог рассыпаться в прах.

— Мы нашли старое убежище… место, в котором когда-то жил целитель. Заброшенное, забытое. Но не мёртвое.

Пестролистая сделала шаг вперёд, заговорила твёрдо:

— Клещик слышал голоса. Мы пошли за ним, чтобы найти источник. Мы попали в ловушку прошлого. Внутри было… что-то. Души, тени. Следы забытого.

Она подняла взгляд на кошек, собравшихся в полукруге.

— Там был целитель. Давний. Он оставил послание. Он сбился с пути, и его мучили те же голоса, что и Клещика. Это место не было просто пещерой. Это было… захоронение памяти. И мы еле выбрались.

— Это правда? — с сомнением спросила Песчаная Буря. — Голоса?

Клещик поднял голову. Впервые с тех пор, как они покинули то место, его голос был ровным, но тихим:

— Они говорили… и во мне, и сквозь меня. Они знали, кем я был до рождения. И кем могу стать. И если бы Пестролистая и Огнегрив не были рядом, я бы остался там. Навсегда.

В толпе кошек раздался приглушённый гул. Кто-то прошептал: «Проклятое место…», кто-то — «Звёздное знамение…»

Синяя Звезда опустила взгляд на кору, затем перевела его на Пестролистую.

— Почему ты не сказала раньше? Почему молчала?

— Потому что не знала, что искать, — просто ответила Пестролистая. — Пока не стало слишком поздно.

Наступила тишина.

Старейшины переглядывались. Воители шептались между собой. Учеников, включая самых младших, увели в сторону — подальше от тревожных слов.

Наконец, Синяя Звезда вздохнула.

— Это место нужно запомнить, чтобы больше никто туда не пошёл. Мы поговорим с Звёздным племенем. Но вы… вы спасли ученика. И, возможно, нас всех от ошибки прошлого.

Пестролистая опустила голову. Клещик прижался к её боку.

Но где-то глубоко внутри она знала — история только начинается.