Кровь, бензин и сарказм. //Сверхъестественное//

Ставим звёзды ⭐ и отзывы. Или следующая глава будет через две недели , а не через одну.

___

Приближающийся сентябрь подкрадывался незаметно. Листья пожелтели раньше обычного и липли к лобовому стеклу старого Шевроле. По дому расползся запах новых учебников, которые Бобби принёс из магазина в потрёпанном пакете. Дин сидел на крыльце и вертел в руках яркий пенал с машинками, то открывая, то закрывая его с щелчком. Его лицо было сосредоточенным, будто он готовился к битве, а не к первому классу. Да, его зачислили в местную школу.

- Ты же пойдёшь со мной, да? - спросил он, не глядя на меня. Мы сидели на крыльце, наблюдая, как Бобби продолжает чинить тот самый забор (уже почти закончил), а Сэм ползает по одеялу постеленному на терассе, пытаясь поймать солнечного зайчика.

- В школу? - я приподняла бровь, отрываясь от книги по защитным рунам, которую стащила из библиотеки Бобби. Делая вид, что просто разглядываю картинки. - Когда подрасту, то тоже пойду.

- И когда ты подрастёшь? - Дин нахмурился, словно только сейчас осознал этот факт. - Тебе тоже скоро надо будет идти. Я не хочу ходить в школу один.

Я закатила глаза.

- Что за драматизм? За пару лет ты найдёшь себе компанию. Хотя... если ты продолжишь есть конфеты перед сном, станешь совсем глупым. Тогда мне придётся отдуваться за нас двоих.

Он фыркнул, пытаясь ущипнуть меня, но я вовремя отскочила. Сэм захихикал, наблюдая за нашей вознёй. Он уже уверенно ползал и вставал на ножки у дивана, а его любимое слово было: «бабааа!» - означавшее всё, от еды до Бобби.

***

Вечером Джон позвонил из Невады. Голос его был глухим, будто пропущенным через сито статики.

- Всё в порядке? - спросил он, и я представила, как он сжимает трубку, глядя на разорванный труп вурдалака у своих ног.

- Дин через неделю идёт в школу, - ответила я, прижимая телефон к уху. В коридоре Бобби ругался на сломанный пылесос, а Сэм бил ложкой по кастрюле, приговаривая: «бам-бам! бам!»

- Школа? - Джон замолчал. - Хорошо. Скажи ему... - Пауза. - Скажи, чтобы слушался учителей. Я приеду скоро.

Вот и поговорили. Я крикнула Бобби и отдала ему трубку.

Джон и правда приехал. Через несколько дней, под утро, как обычно. Ссутулившийся, уставший, пахнущий бензином, порохом, гарью и дорогой. На руке была какая-то ссадина. Заходя в дом он сбросил сумку на пол.

- Ты чего это? - удивлённо спросил Бобби, встретивший его на крыльце.

- Первый класс, - ответил Джон просто, будто это объясняло всё. - Считаю, это моя обязанность.

Мы втроём поехали за покупками. В супермаркете Джон мрачно бродил между рядами, держа в руке буклет, который выдавали в будущей школе Дина - список всех необходимых принадлежностей. Я, конечно, тихонько, ненавязчиво его редактировала, незаметно подсовывая нужные вещи в тележку. Как будто трёхлетняя девочка просто тыкает в красивые вещи.

- Можно мне с Человеком-Пауком? - Дин держал в руках тетрадку, глядя на отца снизу вверх.

- Можно, - кивнул Джон. - Надо ещё ручек и карандашей купить подходящих.

У выхода из магазина Дин тащил два пакета, сияя так, словно мечта всей его жизни стала явью. На плечах он несёт новенький ранец, зелёный с нарисованным на нём воздушным змеем.

***

Школа оказалась маленьким, красным, кирпичным зданием на окраине Су-Фолса. Утро первого сентября выдалось пасмурным. Мы стояли на крыльце, Джон поправлял воротник Дину.

- Запомни: не дерись просто так, слушайся учителей, защищай младших. И не теряй бумажку с адресом.

- Я не маленький, - огрызнулся Дин, но тут же спрятал дрожащие пальцы в карманы.

Мы с Бобби держащим на руках Сэма, направились в машину, и я села на задние сиденья, мне выгрузили на колени Сэма и закрепили нас ремнём. Малыш тыкал ладошкой в стекло, оставляя мокрые отпечатки.

- Он боится, - прошептала я, гладя младшего брата по спинке, говоря о Дине.

- Все боятся, - хрипло ответил Бобби, садясь в машину вместе с Джоном которого он ждал. - Даже я в его возрасте реву дал, когда мать в первый раз в школу привела.

***

Вечером Дин молча ковырял вилкой картофельное пюре.

- Ну как? - Бобби хлопнул газетой, делая вид, что не следит за каждым его движением.

- Нормально, - буркнул Дин. - Только Бекки Снайдер сказала, что от меня пахнет бензином.

- Так и есть, - я ткнула в его рукав, где пятно от машинного масла светилось, как боевой шрам.

- Это честь! - Дин стукнул кулаком по столу, заставив Сэма вздрогнуть. - Папа пахнет так же!

Джон, доедавший тушёнку прямо из банки, замер. Его взгляд смягчился на долю секунды.

- Завтра постираем, - сказал он, и это прозвучало как приказ.

Рубашку постирали, а Джон вскоре снова уехал в путь за каким-то призраком.

Первая неделя прошла в нервной суете. Дин возвращался домой то гордый «Миссис Кларк сказала, я лучше всех читаю!», то хмурый «Джереми обозвал Сэма сопляком! Я ему нос разбил». Бобби ворчал, но лечил мальчику ссадины йодом и давал леденцы «за храбрость».

По вечерам мы с Дином устраивали свои «уроки». Я упрашивала Дина научить меня писать, чтобы побыстрее оправдать свои знания и у взрослых не возникало вопросов. Я разложила перед собой букварь, вырвтых из старых запасов Бобби, и сосредоточенно водила пальцем по строкам:

- Это буква «А». Как в слове «апокалипсис». - Было на самом деле настолько скучно, что я пыталась подшучивать над братом.

- Что? - Дин прищурился. - Там написано «арбуз».

- О, точно. Ну, арбуз тоже сойдёт, - хмыкнула я.

- Вверх - вниз - и перекладинка! Вот так. А «К» - это палка и ножки.

- Ух ты! - восхищалась я. - Ты прямо как учитель.

Я нарочно делала ошибки, чтобы казаться обычной трёхлеткой. Иногда говорила «писять» вместо «пять», путала «б» и «д». Хотя мозг зудел от притворства, и мне приходилось стискивать зубы, чтобы самой не поправить Дина, когда он писал буквы наоборот.

Дин был невероятно горд, когда «научил» меня писать моё собственное имя, его, Сэма, Джона и Бобби. Бобби с улыбкой наблюдал за нами и тоже помогал в уроках, когда не был занят.

После «учёбы» мы шли играть во двор. Наслушавшись былин от Бобби, играли в охотников на монстров. Дин вооружался самодельным копьём из найденной где-то палки, а я изображала ведьму, швыряясь в него шишками.

- Я - проклятая жрица Леса-Тьмы, - вещала я, пытаясь понизить свой детский писклявый голос, закутанная в плед. - Кто посмел нарушить мой покой?

- Я, Дин Винчестер, - рычал он, замирая в героической позе. - Я победю тебя! Во имя справедливости и... и моего папы!

Дальше следовало «эпичное» сражение с догонялками. Но в коне концов злодеи должны проигрывать.

- О нет! Только не это! - закатилась я в траву, притворяясь поверженной. - Справедливость меня победила! - Прямо под окнами дома.

Бобби выглянул из окна:

- Вы там, малявки, тихо! Мои уши вам спасибо не скажут!

- Прости, Бобби! - закричали оба хором, и тут же захихикали.

Иногда мы вместе рисовали, и прятали рисунки под подушку в крепости из подушек, стульев и одеял и ещё чего-то. Выдумывали какой-то сценарий о защите сокровищ от драконов или наоборот, мы были шпионами... Мультивселенная изучена только на 1%... Кем мы только не были...

Классно быть маленькой в каком-то смысле. Всё такое огромное и можно творить глупости, не заботясь о том, что о тебе подумают. Но потом всё рано требовалась всё разбирать по велению хозяина дома.

***

Дин снова ушёл в школу, бормоча что-то про «проклятые носки-невидимки», а я осторожно приподняла край ковра и вытащила из щели половиц маленький, потрёпанный блокнот с пони на обложке. Настоящий дневник я вела в шифре, который постепенно придумывала сама - буквы, слова - заменяла рисунками, чередуя их с настоящими словами. Где-то между домиком и солнышком прятались записи о нечисти, о том как умрёт Джон. О важных персонажах, которых могла вспомнить. Обрывки воспоминаний: «Сэм пойдёт в Стэнфорд», «Дин заключит сделку», «Азазель... жёлтые глаза» «одержимый Сэм» и всё в таком духе. Чем больше я писала, тем сильнее боялась, что блокнот попадёт не в те руки. А ещё больше - что я забуду. Я не помнила конкретных дат, но примерно помнила как это произойдёт, и то не всё, но возможно в своё время я смогу увидеть намеки на эти события если повезёт. Проблема ещё была в том, что даже чертовой последовательности событий не могла вспомнить. Я не могла разделить их даже на «сезоны» если они шли дальше половины второго.

Сколько я их вообще смотрела, этих сезонов? До пятого или шестого? Потом к сериалу остыла немного, но слушала иногда впечатления моей подружки, вот она их обожала, у неё не возникало бы никаких проблем, попади она сюда вместо меня... Лучше бы послали меня в Гарри Поттера...

И вопрос, могу ли я вообще что-то менять и позволят ли мне, грыз меня изнутри, до сих пор. Не могу об этом не думать. Но всё же на всякий случай нужно вспомнить побольше...

На всякий случай, ещё под матрасом (самое очевидное место для личного дневника) лежал и «фальшивый дневник» - весь в каляксах, рисунках и с кривыми буквами, которые я писала специально левой рукой. Там были откровения вроде «мне нрааавится суп», «Боби - Винни-Пух», «Папа луший» и «Сэм кричит как кот». Если кто-то решит, что я вдруг начала вести дневник - пусть найдёт именно его.

***

Сентябрь сменился октябрём, а затем ноябрь засыпал двор Бобби первым снегом. К декабрю дом Бобби украсился еловыми ветками и бумажными снежинками, на кухне пахло корицей и какао, а на старом проигрывателе крутились рождественские пластинки. Джон вернулся за неделю до Рождества - на этот раз без синяков и с пакетами продуктов к рождественскому столу.

Бобби поставил ёлку - кривую, но настоящую. Он долго бурчал, что «никогда этим не занимался», но в итоге притащил ящик с пыльными игрушками, которые, судя по виду, не доставались лет десять примерно. Пока мы с Дином развешивали украшения, он подправлял гирлянды, притворяясь, что это всё глупости. Но, ворча что-то про «проклятый потребительский культ», всё же позволил Дину развесить мишуру на каждой доступной поверхности. Сэм, теперь уже уверенно топающий, потопал до елки и сев под ней, пытался дотянуться до ближайшей игрушки и заорал:

- Да-да-да!

- Видишь? - Дин ткнул локтем в Алексу. - Он одобряет.

Потом Сэм забубнил что-то невнятное, Дин пытался забраться тоже под елку вместе с Сэмом, силясь его понять.

- Он говорит «ёлка»! - объявил Дин, подхватывая брата на руки. - Слышишь, Бобби? Сэмми умница!

- Больше похоже на «йо-йо», - ответил Бобби, поправляя перекошенный венок на двери. - Но ладно, пусть будет ёлка... Ну вот, - проворчал он, глядя на нас. - Теперь у меня дома детский сад с рождественским настроением.

- И тебе это нравится, старик, не ври, - усмехнулся Джон, появляясь в дверях с кружкой кофе.

Бобби глянул на него через плечо и пробормотал:

- Я это дерево в одиночку не ставил с тех пор, как... ну, давно. Давно.

- А где «Дин»? - старший из братьев тыкнул себя в грудь, уча младшего говорить. - Ди-ин!

- Ди-ди! - Сэм засмеялся и шлёпнулся на спину.

- «Диди»? - Дин скривился. - Я же не девочка!

В ту ночь мы не спали до самого утра, кроме Сэма, но честно мы с Дином тоже ели держались. А утром под ёлкой нас ждали три маленькие коробки. В моей - была коробочка цветных карандашей и мягкая игрушка, у Сэма - пищащая уточка, у Дина - фигурка супергероя.

Это было одно из тех Рождеств, которые потом вспоминаешь сквозь дым и пепел. Доброе, пусть и ненадолго. Особенно когда знаешь, что таких в будущем практически не будет.

И я записала его в фальшивый дневник, но «фальшивый» не означает, что я не буду записывать туда свои реальные мысли. Рисунок ёлки, подпись:

«Первое рождество у Боби. Было круто.»