Пари на ночь

— Помогите, пожалуйста! — выпалила девочка, запыхавшись и хватая Варю за рукав. — Я... я потерялась!

Варя мгновенно забыла о своих терзаниях. Все мысли о дурацком сне, о Владе — всё это отодвинулось на задний план. Она присела на корточки и оказалась с девочкой на одном уровне. Взяла её озябшие, красные руки в свои.

— Привет, — сказала она мягко, спокойно, совсем не так, как разговаривала ещё пять минут назад. — Не бойся. Всё хорошо. Что случилось? Рассказывай.

— Я...— всхлипнула девочка, шмыгая носом. Слезы всё-таки потекли, оставляя мокрые дорожки на раскрасневшихся щеках. — Я Лена. Мы с мамой поссорились... ну, поругались сильно. Я обиделась и убежала. Думала, что найду дорогу сама, а тут... тут всё не так! Всё незнакомое!

Она обвела рукой заснеженные улицы с редкими фонарями, и слёзы потекли сильнее.

— А телефон я дома забыла! — почти прокричала она в отчаянии. — Я думала, быстро схожу, проветрюсь и вернусь, а забрела куда-то... Я даже названий улиц не знаю!

— Ой, Лена, ну что же ты, — Варя покачала головой, но в голосе не было ни капли осуждения, только искреннее сочувствие. — Замёрзла совсем, смотри, руки ледяные. Сейчас, погоди.

Она быстро стянула с себя свои тёплые варежки — те самые, новые, которые мама подарила на Новый год — и надела их на руки девочке. Варежки были чуть велики, но это было неважно.

— Так, — Варя расстегнула рюкзак, порылась внутри и достала телефон. — Держи. Звони маме. Скажи, что ты в безопасности, что с тобой всё хорошо. И не реви, слышишь? Всё будет хорошо. Я с тобой.

Лена схватила телефон трясущимися руками, едва не выронив его в снег. Набрала номер дрожащими пальцами и, когда на том конце ответили, затараторила сквозь слёзы:

— Мам! Мамочка, прости! Я дура! Я потерялась, но тут одна добрая девушка мне помогла, дала телефон...

Пока Лена разговаривала с матерью, объясняя, где она находится, и обещая больше никогда в жизни не убегать, Варя отошла чуть в сторону, чтобы не смущать ребёнка, но оставаясь в поле зрения. Она прислонилась к фонарному столбу, наблюдая за девочкой, и чувствовала, как внутри разливается странное, давно забытое тепло. Такая маленькая, отчаянная, с этим дурацким помпоном..

Когда Лена, шмыгая носом и утирая слёзы рукавом, вернула ей телефон и прошептала дрожащее «Спасибо», мама девочки сказала, что они с отцом уже выехали и будут минут через десять-пятнадцать. Студентка кивнула, убрала телефон в карман и, чтобы скоротать время и окончательно успокоить девочку, предложила:

— Слушай, а хочешь, мы просто постоим здесь, поболтаем? Чтобы ты не думала о плохом. Расскажи мне что-нибудь. Что ты любишь? Чем увлекаешься?

Лена кивнула, утирая остатки слёз, и, как по команде, её словно прорвало. Она оказалась тем ещё говоруном — видимо, от стресса или просто по натуре.

— Я танцами занимаюсь.- начала она— Я люблю k-pop, а ещё люблю аниме смотреть. Мое любимое, это «Семья шпиона».
А ещё я очень люблю le sserafim.- тараторила девочка. А потом, окинув взглядом Ветрову, вдруг сказала:
— А вы красивая. У вас глаза такого странного цвета... серые? Или фиолетовые? Как у кошки! У моей подруги кошка есть, у неё тоже один глаз зелёный, один голубой, но у вас красивее.

— Спасибо, — улыбнулась Варя. — А ты где живёшь? Далеко отсюда?

— Вроде как... А вы где живёте?

—  я в общежитии живу, — Варя кивнула в сторону, где виднелись корпуса университета. — Вон там, за парком.

— Ого, в «Brightmore»?! — глаза Лены загорелись любопытством. — А это круто? А с кем вы живёте? А не ссоритесь?

Варя рассмеялась — впервые за день.

— Живём вчетвером. Ссоримся, конечно, но очень редко. Мы лучшие подруги.

— А у меня тоже есть подруга, — Лена оживилась. — Мы с ней в одном классе учимся. Только мы вчера поссорились из-за ерунды, из-за наклеек для тетрадей. Она сказала, что я у неё украла, а я не крала! Они мои были! — возмущённо добавила девочка. — А она не поверила. Вот я и психанула сегодня с утра, а тут ещё мама...

— Тяжёлый день, — понимающе кивнула та.

— Ага, — вздохнула Лена. — У меня вообще неделя дурацкая. Ещё и брат бесит.

— Брат? — машинально переспросила шатенка, скорее для поддержания разговора.

— Ага, старший, — Лена закатила глаза с таким выражением, будто устала от всего. — Ужасный человек. Представляете, он вчера съел мой любимый йогурт! Последний! Я специально в холодильник спрятала, чтобы никто не нашёл, а он нашёл. И съел. Гад.

Варя снова улыбнулась. В этой девочке было столько жизни, столько непосредственности, что это невольно заражало.

— А вообще он нормальный, — продолжила Лена, уже смягчаясь. — Когда не бесит. Он боксом занимается, сильный такой. Иногда забирает меня из школы, если мама занята. И если у меня плохое настроение, он всегда шоколадку приносит. Или мороженое. Мама ругается, что перед обедом нельзя, а он говорит, что можно.
А ещё он ужасно упрямый, — тараторила Лена, размахивая руками. — Если что-то вобьёт себе в голову — всё, пиши пропало. Ни за что не переубедишь! Мама говорит, это у него от папы. И вредный иногда, как баран.

Варя слушала вполуха, думая о своём. Просто болтовня замерзающего ребёнка. Но, как же ее смешило то, как она все это рассказывает.

— А вы замужем? — вдруг выпалила Лена, стрельнув любопытным взглядом.

Варя поперхнулась воздухом.

— Что? Нет!

— А парень есть?

— Лена...

— Ну а что? — девочка пожала плечами. — Мне просто интересно. Вы красивая, добрая. У моего брата тоже девушки были, но все какие-то... Курицы без мозгов. Одна вообще только за подарками охотилась, представляете? Он ей айфон купил, а она через неделю бросила. Я тогда ему говорила, что она дура, а он не слушал.

Варя промолчала, не зная, что на это ответить. К счастью, в этот момент вдалеке показались фары машины.

— Ой, кажется, твои, — сказала экономистка, кивая в сторону приближающегося автомобиля.

Через минуту тёмная машина припарковалась рядом с остановкой. Из неё пулей выскочила женщина — бледная, с растрёпанными почти черными волосами, в накинутом наспех пальто.

— Лена! — женщина бросилась к дочери, прижимая её к себе, целуя в щёки, в лоб, в макушку. — Господи, дурочка маленькая! Как ты могла! Мы же с ума сошли! Папа три светофора на красный проехал!

Из машины вышел мужчина — высокий, брюнет, с усталыми, но очень внимательными синими глазами. Он подошёл к жене и дочери, обнял их обеих сразу, и только потом его взгляд упал на Варю. В этом взгляде читалась глубокая, искренняя благодарность.

— Это вам мы обязаны? — спросил он.

— Я просто мимо проходила, — смутилась Варя под прицелом его внимания и замахала руками. —  Ничего особенного.

— Ничего особенного?! — женщина наконец оторвалась от дочери и посмотрела на Варю с такой теплотой и благодарностью, что у той защипало в глазах. — Милая моя, вы даже не представляете, что для нас сделали! Мы обыскались! Полицию собирались вызывать! Спасибо вам огромное! Вы наша спасительница!

Лена, высвободившись из маминых объятий, подбежала к Варе и крепко обняла её, уткнувшись лицом в куртку.

— Спасибо, Варя! — крикнула она приглушённо. — Вы очень клёвая!

Варя растерянно погладила её по спине, потом по шапке. Ей было и приятно, и неловко, и очень тепло на душе.

— Да что вы, правда, — пробормотала она, чувствуя, как краснеет. — Любой бы на моём месте так сделал.

— Не любой, — твёрдо сказал мужчина. — Поверьте, мы знаем. Может, подвезти вас куда? Или, может, зайдёте к нам на чай? Мы не хотим оставаться вдолгу.

— Нет-нет, спасибо большое, — девушка покачала головой. Ей действительно нужно было переварить этот вечер. И потом, она замёрзла, устала, а завтра снова в университет. — Мне тут недалеко, я сама дойду. Правда.

— Тогда хоть имя своё скажите? — улыбнулась мама Лены, всё ещё не веря, что всё обошлось. — Чтобы мы знали, кого благодарить!

— Варя, — просто ответила она. — Варвара.

— Спасибо, Варвара, — мужчина протянул ей руку, и Варя пожала её. Рука у него была тёплая, сильная. — Берегите себя. А эту беглянку мы теперь накажем строго-настрого.

— Па-ап, — протянула Лена капризно, но беззлобно. Она уже пришла в себя, согрелась и явно чувствовала себя в безопасности.

— А вот тебе и  «пап»! Дома поговорим, — мужчина вздохнул, но по его лицу было видно, что никакого серьёзного наказания не будет.
Женщина подошла к девушке и обняла ее.
— Ещё раз спасибо вам, Варя! Пускай Бог бережет вас.

Женщина отстранилась и  улыбнулась.
Они пошли к машине. Лена обернулась на прощание и помахала Варе рукой в её же варежке.

— Пока! Спасибо! — крикнула она.

— Пока, Лена, — улыбнулась Варя. — Береги себя. И больше не убегай!

— Постараюсь!

Машина тронулась с места и медленно уехала, оставляя за собой только облачко выхлопного газа и примятый снег на том месте, где стояла.

Варя осталась одна на остановке.

Она поёжилась — без варежек руки быстро замёрзли, но это было неважно. Она смотрела вслед уехавшей машине.
Холод потихоньку пробирался под куртку, но она не чувствовала его. Она думала о Лене, о её родителях, о том, как они смотрели друг на друга. Хорошая семья. Дружная. Настоящая. И она даже позавидовала.
Юница достала телефон, чтобы посмотреть время, и снова увидела уведомление.

Время отправки — несколько часов назад. Сероглазая так и не ответила.

Палец замер над экраном. Напечатать что-то? Объяснить? Извиниться за своё странное поведение?

Но что она скажет?

Дама вздохнула.

Она нажала на блокировку экрана, и телефон погас.

Нет. Не сегодня. Она не готова. Ей нужно время, чтобы разобраться в себе, чтобы этот дурацкий сон перестал жечь изнутри. Чтобы перестать чувствовать его губы на своей шее каждый раз, когда она закрывает глаза или видит его в жизни.

Та сунула телефон в карман и зашагала к остановке. Автобус подошёл почти сразу, будто ждал её. Варя забилась в самый угол, уткнулась лбом в холодное стекло и смотрела, как за окном проплывают огни вечернего города.

***