Знойное желание

Такое поведение не могло не заинтриговать Киён, как бы та ни пыталась это отрицать. Наверняка она уже втайне гадает, почему он не спешит открыто добиваться ее любви. Т/И не верила, что Киён сумеет и дальше противостоять ему. Куда ей, бедняжке, ведь ею манипулирует эксперт. Но до чего же больно думать об этом!

Т/И надеялась лишь на то, что, когда неизбежное произойдет, сама она будет уже далеко отсюда. Она не сможет смотреть, как он играючи завоевывает сердце Киён. Или, раз уж на то пошло, любой другой женщины.

Киён же снова пожала плечами.

– Он щедр, не спорю. – Она искоса поглядела на Т/И. – Это для того, чтобы я не гадала, много ли времени он проводит в Тайване. Моя мачеха говорит: если мужчина дарит слишком много подарков, значит, у него совесть нечиста.

– А реставрация часовни к свадьбе? – холодно возразила Т/И, мучаясь от душевной боли. – Это что, тоже признак нечистой совести?

Киён мятежно вскинула голову.

– Он вовсе не ради меня старается. Просто она часть его драгоценного замка, вот он о ней и печется.

– Как статуя Суён, – задумчиво, точно говоря сама с собой, промолвила Т/И.

Киён вытаращила глаза.

– Вы ее видели?

Т/И наклонилась, якобы для того, чтобы сложить журналы, а на самом деле – чтобы скрыть выступивший на щеках румянец.

– Ну да. Еще когда только приехала. Пошла на прогулку, ну и набрела.

– Просто я удивилась, что Тэхён это допустил, только и всего, – небрежно пояснила ученица. – Обычно он не позволяет посторонним туда ходить. Статуя не только уродливая до безобразия, она еще и ужасно старая. Но очень ценная. Про нее столько всяких историй ходит. – Она состроила гримаску. – Не понимаю, было бы из-за чего шум поднимать.

– Все это именно потому, что она такая старая и ценная, – сухо ответила Т/И. – И мне, например, она кажется просто прекрасной. От нее исходит аура спокойствия и тишины.

Выражение лица Киён явственно свидетельствовало, что с таким же успехом Т/И могла обращаться к ней на японском.

– Как бы там ни было, – продолжила Киён после небольшой паузы, – Тэхёну вовсе ни к чему венчаться тут, чуть ли не украдкой. Его свадьба – если он когда-нибудь женится – скорее всего, будет в Сеуле. Торжественная церемония, куча гостей, фотографии в газетах, все как полагается.

– Вы бы предпочли такую свадьбу?

– Я? – Киён фыркнула. – Меня там не будет. – Она решительно спустила ноги на пол и принялась собирать свои вещи. – Я домой. Голова болит.

– Опять? – подняла брови Т/И. – Это уже в третий раз за неделю, Киён. Может, вам показаться врачу?

– Не нужно мне никакого врача, – сварливо отозвалась Киён. – Просто чуть-чуть отдохнуть после всех этих дурацких переводов. Увидимся за обедом, если голова пройдет.

Т/И вздохнула и откинулась на шезлонге. Если в занятиях она хоть немного, да преуспела, то отвращение Киён к предполагаемому браку исцелению пока не поддавалось. А ведь Т/И честно пыталась. Каждый день, превозмогая себя, расписывала своей подопечной прелести замка и его окрестностей, не говоря уж о несомненных выгодах положения богатой госпожи. Но девушка упорно не покупалась на все эти приманки.

– Здесь мрачно, как на кладбище, – отвечала она. – И мне вовсе нет необходимости выходить замуж за богача. У меня и у самой денег куры не клюют.

Учить я могу, думала Т/И, кусая губы, но вот в убеждении – не сильна. Тем более, против сердца. Ведь я же на стороне . Не хочу я этой свадьбы. И не только по эгоистическим соображениям.

Хорошо еще Киён хотя бы перестала через слово петь панегирики своему ненаглядному Минхёку. Строго говоря, она вообще его имени не упоминает. Может, он решил наконец, что Киён слишком хорошо стерегут, и отступился от недоступной добычи.

Услышав, как кто-то спускается по ступеням, ведущим к бассейну, молодая девушка обернулась и улыбнулась, увидев перед собой Пак Чимина.

– Простите, если я вас разбудил. Думал, Киён тоже здесь.

– Я не спала. – Т/И села. – А Киён ушла к себе. Перегрелась, наверное.

Он кивнул и присел на свободный шезлонг.

– Думаю, погода скоро переменится. Давление резко падает, синоптики обещают грозу.

– Да, духота ужасная, – согласилась Т/И. Возможно, у Киён и впрямь болит голова.

– А я пришел спросить у нее, как насчет очередного урока тенниса вечерком, когда станет прохладнее.

– Поговорю с ней, когда вернусь в дом, – пообещала Т/И. – Вы, Чимин, просто чудотворец, что убедили ее играть. Она ведь терпеть не может спорт.

– Да нет, в детстве-то она была очень живой и подвижной. Это все ее мачеха. – В голосе Чимин слышалась горечь. – Убедила ее, что утомляться – это не стильно. Что светским леди надо весь день бездельничать.

– Ну конечно, – медленно произнесла Т/И, – вы же давно знаете Киён?

– Да, – отозвался Чимин так тускло, что она насторожилась, – но она порой об этом, похоже, забывает.

Т/И покачала головой.

– Думаю, положение у нее действительно не из легких. Смотреть, как всю твою жизнь заранее расписывают, а с тобой даже не советуются. Кому понравится.

– Она привыкла. – Тон его стал печальным. – Я думал, она сможет стать тут счастливой, но теперь начал сомневаться.

– На мой взгляд, – начала Т/И, медленно подбирая слова, – для нее очень важно не ошибиться в выборе мужа.

– Тогда нет проблем, – резковато заявил Чимин. – Все, что от нее требуется, – это наконец дать согласие. Свадьбу можно сыграть хоть завтра.

– К несчастью, все не так просто, – отозвалась молодая девушка, – и мне кажется, вы и сами это знаете. Потому что она не убеждена, что он ей подходит. – Она сглотнула. – Наверное, было бы лучше, если бы Тэхён – если бы маркиз – поменьше времени проводил… вне замка. В Тайване и всяких других местах, – неловко добавила она.

Чимин покачал головой.

– Вот как раз сейчас у него совершенно нет выбора. Разворачивается новая сеть магазинов, и ему необходимо лично приглядывать за очень многими деталями.

– Вот в чем дело, – протянула Т/И. – Но разве у него нет иных, более личных причин там задерживаться?

– Простите, но эту тему я обсуждать не могу. Это личное дело Тэхёна.

– Личное, да не секретное, – возразила она. – И Киён тоже все знает.

– Нет, – тихо, но твердо сказал Чимин. – Не знает. И никто не знает, кроме самого маркиза.

– Вы оправдываете его поведение?

– Не мне его судить. – Он чуть помолчал. – Или что-либо за него объяснять. Тэхён делает то, что должен делать, – как всегда.

– Какая преданность.