Небесная пропасть

Резиденция Хун Юаня.

Высоко в небе светила луна. Под огромной плакучей ивой за черным нефритовым столом сидел Повелитель Демонов. Он взял со стола чашу с красным вином, запрокинул голову и выпил залпом. По щекам разлился румянец.

Поставив чашу, он взял кувшин с красным вином и снова наполнил ее. Его взгляд уже был затуманенным, когда он невнятно произнес:

— Хун Юань, иногда я действительно завидую тебе: любимая жена, ваша гармония подобна струнам цитры, у тебя сын, и дочь, твой дом наполнен радостью...

Хун Юань невольно нахмурился, с беспокойством глядя на Повелителя Демонов. Он перехватил руку, наливающую вино, и сказал:

— Ваше величество, вы выпили слишком много... не пейте больше. Если маленький принц увидит вас в таком состоянии, он наверняка будет беспокоиться.

Мо Цзунь оттолкнул его руку: — Я не пьян... это еще что...

— Я еще могу пить...

После полудня Мо Цзунь пришел в резиденцию Хун Юаня. Тот, увидев мрачное выражение лица Повелителя Демонов, догадался, что он, должно быть, снова получил отказ от Чжи Юя и, ищет утешения в выпивке, чтобы утопить свои печали.

Семья жены Хун Юаня на протяжении многих поколений занималась виноделием, и это вино было их лучшим: сладкое и приятное на вкус, но с сильным послевкусием. Выпивая с полудня до темноты, любой демон с хорошей выдержкой должен был бы опьянеть.

Повелитель Демонов пил чашу за чашей, вокруг черного нефритового стола уже стояли пустые кувшины. Когда его спросили, что случилось, он не ответил. Хун Юань не мог его отговорить и мог только смотреть, как тот пьет.

С характером Повелителя Демонов, когда он напьется, он обязательно сам все выложит.

И действительно, как только кувшин с лунным вином на столе опустел, Мо Цзунь пьяно рухнул на него. Его глаза блестели красным светом, когда он хрипло пробормотал:

— Он меня совсем не любит...

Хун Юань: — Что?

Мо Цзунь: — Все эти годы... он никогда меня не любил...

На самом деле за эти годы отношения между Мо Цзунем и Чжи Юем, с тех пор как Чжи Юй стал наставником Мо Ли, постепенно немного улучшились.

Наблюдая за тем, как искренне Чжи Юй относится к Мо Ли, Мо Цзунь почувствовал проблеск надежды. Ему казалось, что нынешний Чжи Юй стал относится к нему чуть лучше.

Когда он приходил к Чжи Юю для тех дел, тот хоть и не проявлял инициативы, но и не отказывался, молча принимая все, что ему предлагали.

Иногда они даже обменивались несколькими словами, в основном об А'Ли. Они обсуждали, как у него прошел день, прогресс в его совершенствовании или стихи и прозу, которые он изучал. Иногда Чжи Юй даже улыбался ему.

Мо Цзунь так любил его, что одна его улыбка сводила его с ума. В сердце невольно рождались надежда, надежда, что однажды тот полюбит его.

Необязательно сильно, хотя бы немного.

Теперь А'Ли уже вырос, но у них с ним не было реального прогресса. Он не смел сказать ему прямо, что хочет жениться на нем, хочет, чтобы тот стал его королевой, хочет, чтобы А'Ли называл его матерью.

В конце концов, в прошлой жизни отказов от Чжи Юя было достаточно. Мо Цзунь боялся, что, если необдуманно заговорит, это вызовет у Чжи Юя неприязнь, и их отношения станут такими же напряженными, как раньше.

Он не знал, что делать, и спросил совета у одного старого демона-слуги рядом с собой.

Старый демон-слуга сказал, что раньше тоже не нравился своей жене, но он не унывал. Влюбившись в жену, он каждое утро вставал на охоту и приносил добычу к ее дому. Со временем жена полюбила его, но она была стеснительной и не хотела признаваться. Тогда старый демон-слуга внезапно исчез на некоторое время, а когда снова появился перед женой, намеренно сказал, что родители сосватали ему невесту и, возможно, он больше не сможет приходить.

Жена старого демона-слуги сразу же забеспокоилась, и топая ногами, сказала: 

— Только посмей!

Так у старого демона-слуги появилась жена.

Хотя его жена уже умерла, а сам он поседел, но, когда рассказывал об этой истории из своей юности, на его лице появлялся румянец, Морщинки у глаз сгладились, в глазах было счастливое выражение.

Мо Цзунь, завидовавший ему, вдохновился историей старого демона-слуги. Если бы Чжи Юй хоть немного любил его, в аналогичной ситуации он тоже должен был бы забеспокоиться.

Поэтому он последовал примеру старого демона-слуги и исчез из поля зрения Чжи Юем на некоторое время. Раньше он почти каждую ночь ходил в его комнату, но в последнее время Мо Цзунь сдерживался целых два месяца.

До сегодняшнего дня, когда он не выдержал и среди бела дня пришел к Чжи Юю. Войдя в покои, он увидел, что Чжи Юй сидит за письменным столом во внешнем зале и читает книгу. Они внезапно встретились взглядами, и на мгновение воцарилось молчание.

Между ними и так не было тем для разговоров. Обычно, Мо Цзунь поднимал Чжи Юя из-за стола и нес к кровати без лишних слов.

Но сегодня, он просто застыл, глядя на него. После долгой, мучительной паузы он наконец смог произнести:

— Я... был довольно занят в последнее время.

Чжи Юй пробормотал: — ...Мм.

— Я женюсь. — внезапно сказал Мо Цзунь.

Чжи Юй ошеломленно поднял глаза и посмотрел на него.

Увидев его выражение лица, Мо Цзунь почувствовал радость. Он сдержал волнение и притворился спокойным:

— Это сын старого демона-слуги, который служит у меня. Он примерно моего возраста. После женитьбы я больше не буду приходить.

Чжи Юй опустил глаза, помолчал некоторое время и тихо сказал:

— ...Хорошо.

Реакция была совершенно не такой, как ожидал Мо Цзунь. Чжи Юй даже не показал ни капли печали. Сердце Мо Цзуня мгновенно упало, выражение лица изменилось:

— Это все, что ты можешь сказать?

Чжи Юй помолчал мгновение, а затем улыбнулся ему:

— Поздравляю Повелителя Демонов...

— Вот как? Поздравляю? — Мо Цзунь холодно усмехнулся, но в глазах не было ни капли улыбки. Он внезапно появился рядом с Чжи Юем и взял того на руки. Вспышка багрового света, и они оказались у кровати. Он бросил его на постель и навалился сверху.

Чжи Юй застонал, но не сопротивлялся. Мо Цзунь прижал его руки к мягкой подушке и сквозь зубы процедил:

— Я женюсь, тебе, наверное, очень радостно?

— Думаешь, что в будущем больше никто не будет тебя беспокоить? Говорю тебе, и не мечтай!

Сказав это, он яростно поцеловал Чжи Юя в губы, и снова началась буря страсти. В глазах Чжи Юя стояли слезы, но только когда было очень тяжело, он тихо стонал.

После всего Мо Цзунь даже не заговорил с ним, с холодным лицом встал и ушел.

Встретив Мо Ли снаружи, он заявил, что у него есть срочные дела, но это была просто отговорка. Он чувствовал горечь разочарования и не хотел, чтобы Мо Ли заметил что-то неладное.

Вернувшись в свои покои и разбив несколько ваз, он все еще не чувствовал удовлетворения. Приняв истинную форму ястреба, он взмыл в небо. Когда настроение было плохим, он любил свободно парить между небом и землей, находя утешение в полете.

Но на этот раз такой способ разрядки эмоций не сработал. После нескольких часов бесцельного полета, он все еще чувствуя горечь и не хотел возвращаться во дворец. Он отправился в резиденцию Хун Юаня, чтобы выпить с ним.

Намереваясь утопить горе в вине, он только становился все более подавленным. Мо Цзунь лежал на столе, плотно закрыв глаза, из уголков глаз катились слезы.

Хун Юань, видя его страдальческий вид, вздохнул и сказал:

— Ваше Величество, столько лет прошло, а вы все еще не можете отпустить его?..

Если бы Мо Цзунь мог отпустить Чжи Юя, он бы не покончил с собой ради него тогда. Такая глубокая привязанность, разве можно просто отпустить?

Мо Цзунь тихо усмехнулся, открыл кровавые глаза, и с пустым взглядом сказал:

— Я тоже хочу... ожесточить сердце и больше никогда не смотреть на него...

— Но я... просто люблю его...

— Я так сильно любил его, что однажды умер... Почему... Почему... Он не может полюбить меня хотя бы немного?.. — Из уголков глаз Мо Цзуня покатились слезы.

Он шатаясь поднялся, сквозь слезы протянул руку к другому, не выпитому кувшину вина на столе. Хун Юань перехватил руку Мо Цзуня, уговаривая:

— Ваше Величество, не пейте больше, вы уже пьяны.

Мо Цзунь усмехнулся:

— Ну и пусть, все равно никто не контролирует. Никому нет дела. В отличие от тебя, чья жена беспокоится о тебе, моему любимому совершенно все равно, жив я или мертв.

— Дай мне выпить... Напьюсь и боль утихнет.

Винить можно только его неудачу: влюбился не в того, в бессердечного бога.

Нет... не бессердечного...

Этот бог хорошо относится ко всем живым существам, но не желает поднять глаза и посмотреть на него.

Хун Юань, услышав такие слова, только и мог, что убрать руку и молча наблюдать, как тот пьет один.

Когда последний кувшин вина был выпит, Мо Цзунь, опираясь о стол, пошатываясь, встал и сказал:

— Я... я возвращаюсь во дворец...

Хун Юань встал, обошел каменный стол и поддержал Повелителя Демонов: 

— Ваше Величество... уже поздно, может, останетесь здесь на ночь, завтра утром уйдете.

Мо Цзунь выдернул руку из рук Хун Юаня, избегая его поддержки:

— Нет... я... я должен вернуться...

Мо Цзунь настаивал на уходе. Хун Юаню пришлось проводить его за пределы резиденции и наблюдать, как тот уходит.

Мо Цзунь сделал несколько шагов, но вдруг что-то вспомнил. Обернувшись, он сказал:

— Кстати, теперь, когда А'Ли уже вырос, помолвка, которую он заключил с Хун И в детстве... можно уже все планировать. Когда я вернусь и посоветуюсь с А'Ли, приду к тебе в резиденцию делать предложение. Не волнуйся... когда Хун И станет принцессой-консортом А'Ли, А'Ли обязательно будет хорошо относиться к своему старшему брату.

Хун Юань сжал губы и поклонился:

— Этот скромный генерал благодарит Ваше Величество от имени своего недостойного сына.

Была уже глубокая ночь. Чжи Юй, облокотившись на кровать, читал древнюю книгу, как вдруг услышал, как двери внешней комнаты с силой распахнулись. Последовал глухой стук, будто кто-то упал на пол.

Чжи Юй замер, отложил бамбуковый свиток, встал с кровати и пошел во внешнюю комнату.

Он увидел, как Мо Цзунь, шатаясь, поднимается с пола. При тусклом свете свечей его глаза были красными, походка неуверенной, он шел к Чжи Юю.

Чжи Юй стоял на месте, глядя на него. Мо Цзунь остановился перед Чжи Юем и внезапно качнулся вперед. Чжи Юй инстинктивно протянул руки, чтобы поймать его, и отступив на шаг назад, устоял на ногах.

Голова Мо Цзуня склонилась на худое плечо Чжи Юя. Он хрипло произнес:

— Ты меня совсем не любишь...

— Нин Чжи Юй... ты меня совсем не любишь...

— Даже если я умру ради тебя еще раз, ты все равно не полюбишь меня?..