Небесная пропасть

У Чжи Юя действительно не было уверенности, что Повелитель Демонов согласится прекратить войну с божественным кланом ради него. Он лишь видел, как гибнут соплеменники и божественный мир оказался на грани уничтожения. Его сердце разрывалось от боли, и он инстинктивно попытался.

Сто девятнадцать тысяч лет назад Мо Цзунь, не колеблясь, выбрал смерть ради него, и он подумал, что его жизнь и смерть очень важны для этого демона, поэтому подсознательно использовал себя как разменную монету, желая обменять себя на мир в божественном царстве.

Но прошло сто девятнадцать тысяч лет, за это время могло измениться слишком многое. Даже кровь в теле обновлялась бесчисленное количество раз. С чего он был так уверен, что демон, любивший его сто девятнадцать тысяч лет назад, все еще сохранил к нему чувства?..

— Чего ты хочешь... — тихо произнес Чжи Юй. — Все, что смогу сделать, я сделаю ... только согласись прекратить войну.

— Я хочу, чтобы весь божественный клан похоронили вместе с моим А'Ли. — В глазах Мо Цзуня вспыхнула ненависть, он холодно усмехнулся. — Что, ты так защищаешь этих лицемерных богов? Хочешь умереть вместо них?..

Чжи Юй:

— Хорошо... Если ты обрадуешься моей смерти, я исполню твое желание.

— Только отпусти божественный клан... — Чжи Юй прижал острое лезвие меча к шее. Меч был острым как бритва. Едва он коснулся кожи, выступила кровь.

В следующее мгновение красный свет вырвался из руки Повелителя Демонов, материализовавшись в кристально чистый рубин. Он ударил по мечу в руке Чжи Юя и тот с грохотом упал на землю. Рубин исчез в мгновение ока, унесенный ветром.

Мо Цзунь тихо засмеялся, почти до слез. Он ненавидел жестокость этого человека, ненавидел его бессердечие, но еще больше ненавидел себя за то, что, зная это, все равно глубоко любил его.

Но он просто не мог быть жестоким, не мог смотреть, как Чжи Юй получает хоть малейшую травму. Он так дорожил им, как же он мог позволить ему умереть?

Меч никого не убил, но словно вонзился в сердце Мо Цзуня, заставляя его стонать от боли. Его голос стал крайне хриплым:

— Защищал ли ты когда-нибудь А'Ли хоть немного, как защищаешь своих соплеменников?..

Губы Чжи Юя задрожали, спустя долгое время он ответил: — ...Нет.

Повелитель Демонов словно услышал самую невероятную шутку. Он смеялся без остановки, до слез в уголках глаз. Его багровые глаза пристально смотрели на Чжи Юя, слово за словом, сквозь зубы он процедил:

— Нин Чжи Юй, мне следовало бы собственноручно убить тебя, вскрыть твою грудь и посмотреть, из чего сделано твое сердце. Как оно может быть таким холодным, тверже камня...

На глазах у всех застывшее тело Чжи Юя внезапно сдвинулось. Он медленно подошел к Повелителю Демонов, наклонился и обнял его:

— Я умоляю тебя...

За сто девятнадцать тысяч лет это был первый раз, когда Чжи Юй сам прикоснулся и обнял Повелителя Демонов, отчего Мо Цзуня застыл на месте. Боль в его сердце усилилась, глаза затуманились, он холодно усмехнулся:

— Надо же, настал день, когда бессмертный владыка Чжи Юй умоляет меня. Разве ты не презирал демонов больше всех?.. Раньше, стоило мне прикоснуться к тебе, тебя чуть ли не тошнило от отвращения. А теперь ради своих божественных собратьев ты и вправду готов пожертвовать чистотой. Сам подошел и обнял демона.

— Тебе не противно?..

Чжи Юй: — Я по своей воле... пойду с тобой.

— Хорошо...Раз бессмертный владыка Чжи Юй так стремится стать моим наложником, как же я могу не удовлетворить тебя.

— Ты сам сказал, обменяешь себя на мир божественного клана. — Рука Повелителя Демонов в черной железной перчатке коснулась белой шеи человека в его объятиях, постепенно сжимаясь. — Отныне... ни на шаг не смей отходить.

Произошедшее было неожиданным для всех богов. Чжи Юй предлагал себя в обмен Повелителю Демонов, и тот согласился.

Когда Повелитель Демонов приказал отвести войска и, схватив Чжи Юя за запястье, повернулся, чтобы уйти, Янь Чжи, прижимая руку к груди, из которой хлестала кровь от раны демоническим клинком, с трудом поднялся с земли и бросился вперед.

— Бессмертный владыка Чжи Юй...

Повелитель Демонов, держа за руку Чжи Юя, остановился. Чжи Юй обернулся. Изо рта Янь Чжи невольно хлынула кровь. Его бледное лицо покрылось мелкими каплями холодного пота, но взгляд был твердым и печальным.

— Бессмертный владыка Чжи Юй, я обязательно приду в демонический клан спасти вас...

Повелитель Демонов холодно усмехнулся. Среди всех живых существ Небесного мира больше всех он ненавидел Янь Чжи:

— Я буду ждать, когда ты придешь умереть.

— Ваше Величество, берегите себя... — Чжи Юй улыбнулся Янь Чжи и отвернулся.

Миллионное демоническое войско исчезло вместе с Повелителем Демонов над Девятью Небесами. Черно-красная демоническая аура, окутывавшая Небесный дворец, постепенно рассеялась, обнажив закат. Раненые небесные воины лежали на земле в беспорядке, стеная от боли, картина была мрачной.

На этот раз Повелитель Демонов вернулся, неизвестно, какими темными искусствами он овладел, но даже божественный клинок «Небесная пропасть», рожденный в Обители Нюйвы, не мог с ним справиться, из-за чего Янь Чжи получил тяжелое ранение в этой битве.

Янь Чжи наклонился, поднял упавший на землю бирюзовый божественный клинок и медленно провел пальцами по бирюзовому лезвию. В его глазах отразилась печаль.

В тот день в Обители Нюйвы Алый дракон Чи Юань рассказал Янь Чжи, где спрятано тело учителя. Янь Чжи поручил дедушке с бабушкой найти тело наставника, а после найти его душу и вернуть ее, чтобы учитель вновь обрел свою божественную сущность.

Поиск тела и призыв души требовали времени. На десятый день после перемирия богов и демонов Владыка Янь Цзин и божественная владыка Е Лин вернулись с возродившимся Владыкой Вэньчаном.

К тому времени раны Янь Чжи еще не зажили, но он все равно пришел к Владыке Вэньчану в первый же день после его возвращения. Хотя он уже знал правду о тех событиях, некоторые вещи он должен был выяснить лично.

Дойдя до входа во дворец Вэньчан, Янь Чжи немного помедлил, а затем вошел внутрь. Он увидел Владыку Вэньчана, стоящего спиной к нему в светло-голубых одеждах у пруда с лотосами.

— Учитель... — тихо произнес Янь Чжи.

Спина Владыки Вэньчана напряглась, но он не обернулся.

— А'Чжи хочет поговорить с учителем.

Янь Чжи помедлил, глядя на спину Владыки Вэньчана, и сказал:

— В тот день, когда А'Чжи с бабушкой отправились в пространственную щель на Божественном Южном Хребте повидаться с учителем, учитель на самом деле не потерял память, верно?

— Просто учитель боялся, что А'Чжи будет навязчивым, не знал, как с ним справиться, поэтому притворился, что ничего не помнит... верно?

Услышав это, Владыка Вэньчан медленно повернулся. Его взгляд был растерянным:

— Ты все узнал.

— Если тогда учитель не хотел вместе с А'Чжи противостоять Небесам, почему не сказал прямо?.. — Глаза Янь Чжи покраснели. — Перед камнем Трех Жизней, если бы учитель сказал, что не хочет, разве стал бы А'Чжи принуждать наставника жениться?..

Владыка Вэньчан опустил глаза:

— Я боялся... боялся, что если останусь жив и продолжу быть рядом с тобой, то стану демоном и убью тебя...

— Это плохо и для тебя, и для всех живых существ в мире...

Для ученого честь была важнее жизни. Он также боялся нести позор демона, убившего божество.

Кулаки Янь Чжи по бокам медленно сжались. Он знал, что не имеет права винить Владыку Вэньчана. Если бы тогда Мо Ли не проявил снисхождения, Владыка Вэньчан действительно умер бы за него.

Если уж на то пошло, это он был должен ему. Он нарушил свою клятву вечно защищать своего учителя.

Янь Чжи упал на колени, опустил голову и хрипло сказал:

— Учитель... прости.

— А'Чжи... полюбил А'Ли.

Владыка Вэньчан застыл на месте, его глаза покраснели. На самом деле он давно предвидел этот день. Он заметил, что Янь Чжи больше зависел от него, чем любил, а к Мо Ли Янь Чжи, казалось, уже давно питал необычные чувства.

Просто сам Янь Чжи никогда не осознавал этого.

— А'Чжи не оправдал вашего воспитания, Учитель. Я не смог отплатить вам за спасение жизни тогда. — Янь Чжи склонил голову, касаясь земли.

Владыка Вэньчан с недоумением спросил:

— Спасение жизни... что ты имеешь в виду?..

Янь Чжи выпрямился, на лице появилось замешательство:

— Когда А'Чжи было шесть лет, этот ученик случайно попал в Царство Духов и чуть было не был поглощен Королем Призраков. Тогда учитель внезапно появился, принял на себя удар, тяжело ранил Короля Призраков и спас А'Чжи из его рук. Разве наставник не помнит?..

Владыка Вэньчан с недоверием посмотрел на Янь Чжи:

— Я никогда тебя не спасал...

Янь Чжи: — Что вы говорите, Учитель?..

Владыка Вэньчан:

— Тогда ты внезапно исчез, и когда Владыка Янь Цзин и владыка Е Лин нашли тебя в царстве духов, ты был уже тяжело ранен и без сознания. Мо Ли тайком спустившийся в нижний мир искать тебя, тоже был тяжело ранен и лежал рядом с тобой.

— Если кто-то и спас тебя... то этим человеком должен быть Мо Ли.

— Как такое может быть?! — Голова Янь Чжи загудела, перед глазами потемнело, он чуть не потерял сознание. Он уперся одной рукой в землю, на висках выступил холодный пот. — Я ясно помню, что это учитель спас А'Чжи, и первым, кого А'Чжи увидел, проснувшись, был наставник...

Владыка Вэньчан нахмурился, вспоминая сцену пробуждения Янь Чжи в тот день. Неудивительно, что, проснувшись и увидев его, Янь Чжи, несмотря на боль от ран, обнял его за талию и тихо спросил: «Учителю не больно?..»

Он тогда подумал, что Янь Чжи, тяжело ранен и просто бредит. Он и не подозревал, что юноша принял его за кого-то другого.

Владыка Вэньчан подошел и помог Янь Чжи подняться:

— Сначала встань.

Когда Янь Чжи, бледный, поднялся, Владыка Вэньчан, глядя на него, сказал: 

— В слюне Короля Призраков содержится сильный яд. Должно быть, ты отравился, из-за чего память исказилась, и ты перепутал события того дня...

Тело Янь Чжи опасно качнулось. Владыка Вэньчан поспешил поддержать его, но Янь Чжи отдернул руку:

— Учитель не обманывает меня?..

Владыка Вэньчан тихо ответил: — С чего бы мне тебя обманывать...

Внезапно он кое-что понял и его лицо побледнело:

— Из-за этого инцидента ты проникся ко мне чувствами, выходящими за рамки отношений учителя и ученика?..

В глазах Янь Чжи стояли слезы. Он закрыл их, и слезы скатились по щекам.

Он кивнул.

Не только из-за одного случая, но именно после того события он сблизился с Владыкой Вэньчаном. Он поклялся защищать учителя до конца своих дней.

Когда долго смотришь на человека, начинаешь видеть в нем только достоинства, и все в нем начинает нравится. Естественно, постепенно возникают необычные чувства.

Была ли это любовь или зависимость?..

Теперь и сам Янь Чжи не мог разобраться.

В конце концов, тем, кто неуклонно оставался с ним, считал его важнее жизни, кто так многим пожертвовал для него, оказался Мо Ли.

Он сам на протяжении многих лет общения с ним, терялся в тепле его улыбки, полюбил его, но не осознавал этого, цепляясь за обещания и долг благодарности учителю.

А теперь Владыка Вэньчан говорит ему, что тем, кто тогда, рискуя жизнью, спас его, был Мо Ли.

Оказывается, его А'Ли еще в юности уже однажды умер за него...

Его взор и сердце всегда были обращены только к нему, а он собственными руками привел его к гибели.

Выйдя из дворца Вэньчан, Янь Чжи больше не мог сдерживаться. Он оперся о нефритовую стену, медленно опустился на колени и из его рта хлынула черная кровь, а из глаз потекли кровавые слезы.

***

После того как Чжи Юя привели в демонический клан, его заперли в покоях Повелителя Демонов. Он думал, что с характером Мо Цзуня тот обязательно будет жестоко мучать его в постели, но не ожидал, что, бросив его в покоях, Повелитель Демонов уйдет и не вернется несколько десятков дней.

Возможно, зная, что он не сбежит, его не приковали цепями к кровати, как сто девятнадцать тысяч лет назад, а лишь поставили нескольких сильных демонических генералов охранять снаружи. После трех приемов пищи он даже мог выйти прогуляться, но только в пределах двора главного зала демонического дворца.

Вспоминая Мо Ли, Чжи Юй чувствовал себя подавленным. Еды, которую приносили служанки-демоны, он почти не касался, и так продолжалось несколько десятков дней. Эта новость неизбежно дошла до ушей Повелителя Демонов.

В тот вечер дверь зала внезапно распахнулась. Вошел Мо Цзунь, уставший с налитыми кровью глазами. Он подошел к кровати, схватил за подбородок поднявшегося Чжи Юя и хрипло сказал:

— Почему не ешь?..

Чжи Юй слегка нахмурился, словно сопротивляясь прикосновению:

— ...Нет аппетита.

— Понятно. В божественном клане аппетит был отличный, а пришел в мой демонический клан и аппетита нет. — Повелитель Демонов холодно усмехнулся, опустил руку, взмахнул ей, вспыхнул красный свет, и перед Чжи Юем появился маленький столик с легкой кашей и закусками.

— Ешь.

— Чтобы, когда мой сын вернется, он не подумал, что я с тобой плохо обращался.

— Что ты сказал?.. — Чжи Юй ошеломленно поднял голову, в глазах вспыхнул проблеск света.

— А'Ли возродится из пепла... — Глядя на Чжи Юя медленно поизнес Мо Цзунь: 

— Что, разочарован, услышав такую новость?..

Глаза Чжи Юя мгновенно покраснели и наполнились влагой. Он поднял руку, вытер слезы, и радостно сказал:

— А'Ли вернется?..

Все эти дни пока Повелитель Демонов отсутствовал в демоническом клане, он искал следы Мо Ли. Он нашел в мире смертных отшельника, очень искусного в гаданиях демона, который вычислил, что его А'Ли сейчас возрождается и скоро преуспеет.

Но точное время неизвестно.

Увидев выражение лица Чжи Юя, Мо Цзунь на мгновение замер, но быстро опомнился: человек перед ним наверняка притворяется. Он всегда был жесток к ним с сыном.

Мо Цзунь собирался осыпать его насмешками, как вдруг услышал снаружи зала звук «свист», а затем грохот, словно что-то тяжелое упало на землю.

Мо Цзунь тут же вышел посмотреть и увидел, что демонические генералы, охранявшие снаружи, приближаются к лужайке, где упал предмет. Увидев Повелителя Демонов, они сразу расступились.

В траве была глубокая воронка, излучающая волны золотистого света. Когда Мо Цзунь подошел ближе он почувствовал знакомую ауру, исходящую из ямы.

Он подошел к краю ямы. Там, внутри, лежало золотистое яйцо феникса размером с половину таза. Повелитель Демонов замер, затем наклонился и поднял яйцо феникса из ямы. Нежно поглаживая его, он заплакал.

— А'Ли... А'Ли вернулся.

— Мой хороший А'Ли. Ты вспомнил дорогу домой...

Чжи Юй, услышав шум, последовал за ним. Он тоже почувствовал знакомую ауру. Остановившись рядом с Мо Цзунем, он наклонился, дрожащей рукой желая прикоснуться к яйцу Феникса. Но прежде чем его рука коснулась, Повелитель Демонов поднялся с яйцом в руках и уклонился.

— Не трогай его.

— Раз ты не хочешь его,  я найду А'Ли новую мать, которая будет лелеять его как зеницу ока.