Небесная пропасть

В тот момент, когда Мо Ли увидел Янь Чжи, на его лице мелькнула радость. Но слова Янь Чжи заставили улыбку на его губах застыть.

— Братец А'Чжи, неужели любовь А'Ли в твоих глазах так ужасна?..

Мо Ли хотел заставить Ао Шуан отступить, поэтому сказал ему, какую цену нужно заплатить, чтобы быть с ним. Он не желал его обещания, а надеялся, что тот испугается.

Но не ожидал, что Ао Шуан скажет, что не боится. Мо Ли ещё не успел отказать, как появился Янь Чжи.

Он знал, каким предстаёт в глазах братца А'Чжи — ревнивым ничтожеством. Но Мо Ли верил, что его привязанность к братцу А'Чжи всегда была искренней и сильной. Как братец А'Чжи мог так думать о нём?

Видя страдания Мо Ли, Ао Шуан почувствовал тяжесть на сердце. Мужчина должен нести ответственность за свои поступки. Если Янь Чжи из-за этого выплеснет свой гнев на Мо Ли, Ао Шуан никогда не простит себе этого, даже после смерти.

Ао Шуан с мрачным лицом сделал шаг вперёд, заслонил Мо Ли, преклонил колени перед Янь Чжи и сказал:

— Ваше Величество, вы ошибаетесь. Всё это лишь одностороннее желание Ао Шуана, к Небесной Императрице не относится.

— Если Владыка хочет наказать, накажите Ао Шуана.

Улыбка Янь Чжи стала ещё шире, почти гранича с гримасой:

— Какое одностороннее желание? Ты же знал, что он Небесная Императрица, и всё равно осмелился говорить ему такие слова? Сколько у тебя божественных костей, чтобы их вырывали в Сытяньцзяне?

Сытяньцзянь — место на Девяти Небесах для наказания божеств, совершивших тяжкие грехи, но не смертельные. Попав туда, божество лишают костей и отправляют в перерождение, в мир людей, духов или животных... в зависимости от тяжести преступления.

Ао Шуан только что вознёсся из бессмертного в божество, как можно из-за сегодняшнего происшествия лишить его костей и отправить в Сытяньцзань? У Мо Ли всего один друг, он не хотел видеть, как тот оказывается в таком положении.

Ао Шуан, стоя на коленях, собирался ответить, как Мо Ли уже с улыбкой сказал:

— Братец А'Чжи ревнует А'Ли?..

Янь Чжи замер:

— Что ты сказал?..

Мо Ли:

— Если братец А'Чжи не любит А'Ли, зачем ему беспокоиться, с кем будет А'Ли?

— Если А'Ли будет с другим, то пойдёт против воли Небес, будет наказан и это будет заслуженно. Почему братец А'Чжи так злится?..

— Неужели братец А'Чжи заботится об А'Ли? Или же ревнует?

Лицо Янь Чжи мгновенно потемнело. Он стиснул зубы и резко ответил:

— Не неси ерунды...

— Сейчас ты моя Небесная Императрица и должен соблюдать приличия. Связываться с подозрительными людьми — как это выглядит? Если об этом разнесется слух, боги будут смеяться над нами.

— Ао Шуан не подозрительный человек. — тихо сказал Мо Ли.

Братец А'Чжи тот, кого он любит, а Ао Шуан — его единственный друг в этой жизни.

Янь Чжи едва не вышел из себя от этих слов. Даже сейчас, когда дело дошло до такой степени, Мо Ли все еще защищал другого мужчину. Его лицо стало ледяным, слово за словом он выдавил:

— Только что... ты собирался согласиться?

— Если бы я сегодня не появился, ты бы изменил с ним?

Он знал, что Мо Ли не хватало любви. Сейчас он сам не обращал на него внимания, и, возможно, если другой поманит пальцем, тот уйдёт.

Мысль о том, что Мо Ли будет наслаждаться под другим, заставила кровь Янь Чжи закипеть, его разум опустел. Он чувствовал, что вот-вот взорвётся.

Мо Ли опустил глаза, не ответив на вопрос Янь Чжи. Он помолчал мгновение, затем поднял взгляд, посмотрел на Янь Чжи и с лёгкой улыбкой сказал:

— Братец А'Чжи, был ли хоть миг, когда ты действительно считал А'Ли своей женой?..

Даже момента было бы достаточно.

Янь Чжи был ошеломлён этим вопросом.

После возвращения из мира смертных ему часто снились дни, прожитые с Мо Ли. Во сне он действительно считал Мо Ли своей женой, любил и лелеял его.

Но проснувшись, он ясно вспоминал, каким демоном был Мо Ли по натуре и какую ошибку совершил.

Как он мог считать его своей женой?

Если бы не он, у Учителя не осталась бы лишь душа, он не потерял бы память и не полюбил другого. И теперь, хотя его Учитель ничего не помнил, он помнил все. Как он может бросить учителя и считать убийцу женой?

Невозможно...

Под взглядом Мо Ли Янь Чжи слегка пошевелил губами:

— Никогда.

Это был ожидаемый ответ, поэтому Мо Ли не удивился. Он кивнул и сказал:

— А'Ли понял.

Ао Шуан, стоя на одном колене, с твёрдым взглядом и покрасневшими глазами, сложил руки и сказал:

— В таком случае, Ао Шуан умоляет Владыку даровать Небесной Императрице развод и отпустить его на свободу. Ао Шуан клянется жениться на Мо Ли и быть с ним вечно, никогда не покидая его. Умоляю Владыку исполнить это желание... Хотя Мо Ли раньше совершил ошибку, Ао Шуан верит, что у него были свои причины. Сейчас Владыка уже наказал его, лишив силы. Я умаляю Владыку проявить великодушие и помиловать его.

— ...Что касается божественных костей Ао Шуана, если Владыка хочет, заберите их. Ао Шуан готов обменять божественные кости на свободу жены.

Десять тысяч лет назад, готовясь к свадьбе с Владыкой Вэньчаном, Янь Чжи хотел устроить Мо Ли свидание с Ао Шуаном. Тогда Мо Ли не желал этого, и в итоге Янь Чжи думал, что они не встретились. Он не ожидал, что втайне они стали так близки, и пока Мо Ли ещё был на месте Небесной Императрицы, Ао Шуан уже называл его «моя жена».

Янь Чжи чуть не рассмеялся от злости. Он улыбался, но улыбка не отразилась в глазах. Глядя на Мо Ли, он сказал:

— Какой дурман ты ему дал? Как заставил бросить великий божественный путь и добровольно лишиться костей, чтобы стать смертным?

Мо Ли знал, что, хотя Янь Чжи был добрым, но, когда по-настоящему гневался, его никто не мог остановить. Если так продолжится, Ао Шуан действительно может быть наказан. Он тихо вздохнул в сердце и сказал:

— Братец А'Чжи шутит. Он всего лишь глупый юнец, не знающий страха. А'Ли с ним не близок. Братец А'Чжи, не злись на незначительного человека. А'Ли прогонит его.

Мо Ли подошёл к Ао Шуану, положил руку на его плечо, слегка подтолкнул и сказал:

— Вставай, впредь не приходи... Уходи.

Ао Шуан поднял голову, взял руки Мо Ли в свои, и хрипло сказал:

— А'Ли, я искренне люблю тебя. Десять тысяч лет назад, ты мне понравился с первой встречи, ... Дай мне шанс, хорошо?

— Я готов обменять божественный путь на твою свободу... Только в будущем, если я стану обычным человеком, ты не будешь презирать меня?

Янь Чжи холодно усмехнулся:

— Слышал? Он говорит, что женится на тебе, откажется от своего божественного пути ради твоей свободы, и будет с тобой навечно, не расставаясь. Ты согласен выйти за него?.. Говори же.

Мо Ли опустил глаза и серьёзно сказал:

— Ао Шуан, твоя добрая воля тронула А'Ли. Но тот, кого любит А'Ли братец А'Чжи. Я говорил тебе раньше, и пока я жив, это не изменится.

— Поэтому я не могу согласиться на твое предложение ... И тебе не нужно менять божественный путь на свободу А'Ли. А'Ли не чувствует здесь никаких оков. А'Ли остается рядом с братцем А'Чжи по своей собственной воле.

Янь Чжи мгновенно исчез с места, появился рядом с Мо Ли, обнял его за талию и резко прижал к себе.

— Слышал?

— А теперь уходи.

Руки Ао Шуана, державшие Мо Ли, опустились. С покрасневшими глазами он смотрел на Мо Ли, в глазах стояла пелена:

— Он так плохо к тебе относится, а ты всё ещё любишь его?..

— Что в нём хорошего?

Мо Ли улыбнулся, не говоря ни слова.

Достоинства братца А'Чжи не перечесть, сейчас он просто вынужден ненавидеть его.

Ао Шуан наконец встал и ушёл подавленным.

Мо Ли в задумчивости смотрел на удаляющуюся фигуру, когда до его ушей донесся насмешливый голос:

— Ещё не насмотрелся? Хочешь уйти с ним?

Не дав Мо Ли опомниться, Янь Чжи отпустил его талию, схватил за запястье, резко дёрнул его и потащил к двери дворца.

Это был первый раз, когда Янь Чжи переступал порог его скромного жилища. Хотя можно было пройти сквозь дверь, Янь Чжи выбил её ногой. Потрескавшаяся дверь с облупившейся серебряной краской чуть не слетела с петель, покачиваясь на холодном ветру.

Внутри было ещё более убого, даже пол местами сгнил. Кроме не очень большой кровати, резной ширмы, стола для еды и старого шкафа для одежды, в покоях не было ничего приличного.

Широкая ладонь Янь Чжи сжала горло Мо Ли, прижав его к стене. Его красные глаза злобно сверкали, когда он спросил:

— Ты был с ним?

Лишённый возможности дышать, бледное лицо Мо Ли мгновенно покраснело. Он ошеломлённо смотрел на искажённое гневом лицо перед собой:

— А... Ли... не... был...

— Лучше бы не был. — Прежде чем Мо Ли потерял сознание, Янь Чжи ослабил хватку. Ладонь скользнула по его шее к затылку, схватила его и заставила встать на колени.

— Иначе не только сердце, но и тело грязное... ещё отвратительнее.

Колени ударились о пол, от боли потемнело в глазах. Не успев опомниться, Янь Чжи схватил его за подбородок и с силой прижал к чему-то.

— Кх-кх— кх—

Узкое горло не могло вместить слишком много, неожиданное удушье заставило Мо Ли неконтролируемо рыгать. Но человек сверху, словно намеренно желая причинить ему страдания и с унизительным смыслом раз за разом давил на его затылок.

Из уголков глаз Мо Ли потекли слёзы. Неизвестно, сколько времени прошло, когда колени почти онемели от стояния, Янь Чжи наконец отпустил его. Он схватил Мо Ли за запястье, поднял и толкнул на кровать.

— В мире смертных ты даже нанимал куртизанок, чтобы они научили тебя искусству обслуживания мужчин. Теперь покажи мне. Покажи, насколько ты можешь быть соблазнительным.

Янь Чжи снял верхнюю одежду, подошёл к кровати, полулёг, прислонившись к изголовью, и с насмешкой посмотрел на Мо Ли.

Мо Ли встал, оседлал ноги Янь Чжи, поднял подол одежды и, дрожа, медленно сел. Обняв Янь Чжи за шею, он прижал лоб к его плечу и, задыхаясь, сказал:

— А'Ли не был... Был только с братцем А'Чжи...

Янь Чжи не поверил. Его пальцы впились в алую отметину, которую он оставил на шее Мо Ли мгновение назад, заставив его тело откинуться назад, словно лодка, вот-вот перевернувшаяся на волнах.

— Ты так соблазнил его, свел с ума и заставил преданно любить?

Иначе Янь Чжи не мог понять, что заставило только что вознёсшееся божество быть столь безрассудным.

Ведь стать богом на Девяти Небесах мечта многих бессмертных из нижних миров.

— А'Ли... не...

Янь Чжи резко прервал его:

— Ты говоришь «нет», значит нет? Как ты докажешь?

— Такой демон, как ты... полон лжи, твоим словам нельзя верить.

Мо Ли пошевелил губами, не издав звука, по его лицу беззвучно потекли слёзы.

Через час с лишним Янь Чжи надел верхнюю одежду и встал. Мо Ли бессильно свернулся на кровати. Глядя на его спину, он услышал равнодушный голос:

— Сегодня день рождения матери. Отец велел сообщить тебе, что ждет нас вместе. Мне как раз не хватает охраны. Можешь ждать снаружи и сторожить у двери.