Небесная пропасть

— Но А'Ли некуда идти... — пробормотал Мо Ли.

Где был братец Янь Чжи, там и был его дом. Теперь, когда братец А'Чжи не хочет его, у него больше нет дома.

Янь Чжи сжав губы, промолчал.

Мо Ли немного посидел на кровати в оцепенении, затем медленно встал, сел на край, надел обувь и, пошатываясь, пошёл наружу.

Янь Чжи, глядя на его спину, хотел спросить, куда он идёт, но ведь это он сам велел ему убираться, поэтому слова просто не сошли с языка.

Когда дверь дворца Чиюй тихо открылась и закрылась, Янь Чжи не выдержал и с холодным лицом сказал:

— Подойдите.

Двое божественных воинов, стоявших снаружи, мгновенно появились в покоях и поклонились Янь Чжи:

— Что прикажет Владыка?

Янь Чжи:

— Повелитель Демонов воскрес. Боги и демоны вступили в войну. Хотя Мо Ли является Небесной Императрицей, он сын Повелителя Демонов, поэтому есть подозрения в сговоре с врагом. Вы двое немедленно сопроводите Мо Ли обратно в Обитель презренного демона и заприте его в покоях. Он не должен покидать дворец ни при каких обстоятельствах.

— После сопровождения вам не нужно возвращаться. Следите за ним из тени и немедленно докладывайте о любых подозрительных действиях.

— Есть. — Двое воинов приняли приказ и исчезли в покоях.

Янь Чжи постоял на месте мгновение, затем медленно подошёл к кровати и сел на край.

Он знал, что Мо Ли никогда его не предаст. Никто не понимал лучше него, как этот человек заботился о нём. Мо Ли не сделал бы ничего, что могло бы навредить его безопасности.

Неизвестно почему, но у Янь Чжи была такая уверенность.

Но вспомнив, о безрассудных поступках этого человека и его пренебрежении собственной безопасностью, вкупе с тем, что он только что сказал ему жёсткие слова, он не мог гарантировать, что тот не убежит в место, где он не сможет его найти, чтобы тихо умереть в отчаянии.

Янь Чжи не хотел, чтобы он умер, хотя и ненавидел его.

***

Мо Ли размышлял, если Янь Чжи сказал, что больше не хочет его видеть, то не значит ли это, что, если сейчас он спрыгнет с Девяти Небес в мир смертных и разобьётся, это будет тем, чего желает братец А'Чжи.

Кто бы мог подумать, что позади внезапно появятся двое божественных воинов, чтобы сопроводить его обратно в Обитель презренного демона. Этот неожиданный поворот событий спас Мо Ли от необдуманных решений.

Плутая, он снова вернулся к исходной точке. Но будь то Пещера Узников или Обитель презренного демона, пока братец А'Чжи не выгнал его с Небес, в будущем всегда будет шанс встретиться снова.

Для него, в его нынешнем положении, с телом, слабеющим с каждым днём, неизвестно, сколько лет жизни ему осталось. Именно поэтому каждая лишняя встреча с братцем А'Чжи была для него победой. Мо Ли в такие моменты всегда чувствовал себя очень счастливым.

Двое воинов были довольно вежливы. Хотя они утверждали, что сопровождают его, они не стали связывать его руки и ноги. Воины просто шли сзади, наблюдая за ним по пути в Обитель презренного демона.

Когда они дошли до обветшалого дворца, он думал, что впредь будет один, но не ожидал, что при входе изнутри донесутся поспешные шаги. Мо Ли невольно остановился, и вскоре увидел милое лицо Си Шуй перед собой.

Си Шуй возбуждённо бросилась вперёд, схватила Мо Ли за руки и заплакала:

— Ваше Величество! Вы вернулись!

— Си Шуй думала, что больше никогда вас не увидит, у-у...

Мо Ли замер, не ожидая, что за время его отсутствия на Девяти Небесах Си Шуй всё ещё оставалась в этом заброшенном дворце, холодном и забытом.

Он не привык, чтобы кто-то, кроме братца А'Чжи, искренне беспокоился о нём. Мо Ли был тронут, и лишь спустя мгновение отреагировал, улыбнувшись:

— Си Шуй... почему ты всё ещё здесь...

— Император приказал Си Шуй следить за вами. Когда Владыка пропал, и вы спустились в мир смертных искать его, никто не давал Си Шуй новой работы, поэтому она с сёстрами продолжала смены здесь, ожидая возвращения Небесной Императрицы... — хрипло объяснила Си Шуй.

— Ваше Величество, как ваше здоровье?

Мо Ли улыбнулся:

— В порядке, не волнуйся, не умру.

Си Шуй, глядя на бледное лицо Мо Ли, знала, что, вероятно, всё не так, как он говорит. Её глаза покраснели, но она промолчала.

В это время один из воинов позади, сопровождавших Мо Ли, с бесстрастным лицом сказал:

— По указу Императора, в связи с разразившейся войной между богами и демонами, Небесная Императрица, будучи сыном Повелителя Демонов, подозревается в сговоре с врагом, поэтому с сегодняшнего дня заключена в Обитель презренного демона без права выхода.

Двое воинов, следили за ним, пока Мо Ли не вошел во дворец. Мо Ли улыбнулся Си Шуй и сказал «заходи». Си Шуй с покрасневшими глазами взглянула на воинов и последовала за Мо Ли внутрь.

Едва войдя, Мо Ли пошатнулся. Си Шуй проворно поддержала его. Ее голос дрогнул:

— Ваше Величество, что с вами?!

После удара от Владыки Е Лина в мире смертных, его тело ещё не оправилось. К тому же он прошёл изрядное расстояние. Мо Ли чувствовал, что сейчас даже дышать было трудно. Он слабо сказал:

— Ничего, помоги мне прилечь на кровать, скоро пройдёт...

Будь Мо Ли богом, он мог бы умолять Императора прислать божественного целителя. Но Мо Ли был демоном, и будь то болезнь или раны, приходилось терпеть. В огромном Небесном Царстве ни одна душа не испытывала к нему сострадания. Эта мысль причиняла Си Шуй боль, но как бы ей ни было больно, она ничего не могла поделать. Она могла только следовать указаниям Мо Ли и помочь ему лечь на кровать.

Казалось, ему было холодно. Мо Ли медленно свернулся калачиком. Си Шуй укрыла его одеялом, чувствуя, что человек под ним тонок, как бумага.

Хотя прошло десять человеческих лет, в небесном царстве прошло всего десять дней — даже не половина этой суровой зимы. Для Мо Ли переносить холодную зиму Девяти Небес было самым тяжелым испытанием. Дни тянулись бесконечно долго.

Поэтому он дорожил моментами, когда братец А'Чжи вызывал его ночью. Каждый раз, видя братца А'Чжи, он чувствовал, что боль в теле словно уменьшается.

Но после возвращения из мира смертных братец А'Чжи, вероятно, ненавидел и презирал его ещё больше, потому что он обманул его, сказав, что они любящие друг друга супруги.

Братец А'Чжи, наверное, никогда по-настоящему не считал его женой.

Думая о том, что неизвестно, когда в следующий раз удастся увидеть братца А'Чжи, Мо Ли чувствовал ещё больший холод. Так он и заснул, и этот сон длился целых три дня.

Он помнил, что, когда засыпал, глаза Си Шуй были красными. Проснувшись, он увидел, что её глаза всё ещё красные. Она сказала, что не смогла разбудить его и боялась, что он вот так уснёт и больше не проснётся.

Мо Ли улыбнулся Си Шуй и заверил, что он ещё как следует не попрощался с братцем А'Чжи, как же он может уйти? Если бы он уходил, он бы обязательно сказал тому человеку «увидимся в следующей жизни».

Даже если этот человек, возможно, не захочет слушать.

Но он хотел сказать.

Потому что желал встретить его и в следующей жизни.

В тот день, когда Мо Ли проснулся, старшая служанка, руководившая Си Шуй, внезапно получила указания забрать всех небесных дев, включая Си Шуй, следивших за Мо Ли днём и ночью.

Получив приказ, Си Шуй снова заплакала. Мо Ли никогда не думал, что кто-то может пролить столько слёз из-за него и ему самому захотелось заплакать.

Мо Ли почувствовал нежелание расставаться. Хотя он часто был один, но на самом деле он не любил одиночество. Мо Ли не хотел быть одиноким.

Но большую часть времени он был одинок, и постепенно привык к этому.

Хотя на сердце было грустно, Мо Ли с улыбкой сказал:

— Си Шуй, почему ты плачешь... У меня здесь плохо. Куда бы ты отныне не отправилась, там наверняка будет лучше, чем здесь. Тебе следует радоваться.

Си Шуй тоже не понимала, почему она так горько плачет. Она лишь знала, что ее сердце ужасно болело за этого человека. Иногда она даже желала взять его страдания на себя. Она понимала, что это ненормально, но не могла думать иначе.

Сейчас она была всего лишь маленькой служанкой, и, если старшая велела уйти, она должна была уйти. Забыв о правилах, Си Шуй взяла Мо Ли за руку и, рыдая, сказала:

— У-у... Ваше Величество, берегите себя... Берегите себя...

Мо Ли изогнул губы в улыбке: — Хорошо.

— Ты тоже, Си Шуй.

Си Шуй ушла, оглядываясь через каждые три шага. После её ухода и без того тихая Обитель презренного демона стала ещё тише. Мо Ли сел у столика у кровати, безучастно глядя в окно на белеющее небо, и просидел так целый день.

Он предполагал, что Си Шуй забрали потому, что братец А'Чжи не хотел больше тратить на него время и силы. Жив он или мёртв, больше не имело для него значения.

Дни шли за днями, прошло то ли десять, то ли пятнадцать дней. Однажды вечером, когда Мо Ли, согнувшись, доставал воду из колодца за дворцом, внезапно сильная рука  помогла ему поднять ведро.

Мо Ли резко обернулся, на лице появилась улыбка:

— Братец А'Чжи!

Ведро было аккуратно поставлено на землю, ни капли не пролилось.

Увидев молодое и мужественное лицо, Мо Ли замер:

— ...Ао Шуан?

— Это то, чего ты хотел?.. — Холодно глядя на него, хрипло сказал Ао Шуан. Его глаза покраснели.

— Что?.. — растерянно произнёс Мо Ли. Он не ожидал, что исчезнувший на десять тысяч лет человек внезапно появится и сразу задаст непонятные вопросы.

Ао Шуан:

— Ты хотел быть его женой, поэтому убил его возлюбленного, желая заменить его... Хотя сейчас ты его Небесная Императрица, ты оказался в таком положении, лишился силы, живёшь в этом забытом дворце, где даже название полно унижения. Это то, чего ты хотел?..

Мо Ли улыбнулся:

— Да, это то, чего я хотел...

Ао Шуан, глядя на него, слово за словом сказал:

— Я тебе не верю.

— Я не верю, что ты будешь без разбора убивать невинных, и не верю, что ты можешь совершить такую глупость.

Десять тысяч лет назад Мо Ли внезапно рассердился и прогнал Ао Шуана. Тот, в гневе, ушел в уединение, отбросив все посторонние мысли. Благодаря этому в его совершенствовании произошли прорывы. Через десять тысяч лет, выйдя из уединения, он вознёсся и стал высшим божеством Девяти Небес. Завтра во дворце Пурпурного Облака ему будут присвоен титул.

Прошло десять тысяч лет, и гнев Ао Шуана на Мо Ли давно прошёл. Он хотел сообщить эту хорошую новость Мо Ли, но от отца узнал, что Мо Ли в ночь свадьбы Янь Чжи и Владыки Вэньчана убил невесту и чуть не был казнён в Пещере Уничтожения Богов.

Хотя он чудом избежал смерти и даже вышел замуж за Янь Чжи, в качестве Небесной Императрицы, но этот титул оказался даже более жалким чем должность небесной служанки. Каждый мог его унизить.

Все божества говорили, что Мо Ли виновен, но Ао Шуан не верил.

Он не верил, что человек, полный божественности при их первой встрече, из-за личных желаний будет без разбора убивать невинных.

— Веришь или нет, но это правда. Какой смысл говорить об этом сейчас? — улыбнулся Мо Ли.

— У тебя наверняка были причины... Я верю тебе. — сказал Ао Шуан.

— ... — Мо Ли опустил голову, скрывая покрасневшие глаза.

Ао Шуан сделал шаг вперёд, схватил Мо Ли за руку, и хрипло сказал:

— Десять тысяч лет назад я говорил тебе, если однажды ты захочешь уйти, скажи мне... Я вернусь и заберу тебя. Срок этого обещания — вечность, и сейчас оно еще в силе.

— А'Ли, неважно, что он тебя не любит... Позволь мне любить тебя, ладно?..

Мо Ли поднял взгляд и улыбнулся:

— Мы с братцем А'Чжи предназначены друг другу. Чтобы жениться на мне, ты должен пойти наперекор воле Небес и рискнуть своей жизнью. Ты даже можешь умереть от небесной кары, и твой великий божественный путь будет разрушен. Ты не боишься?..

Ао Шуан помолчал мгновение, а затем покачал головой:

— Я не боюсь... Я люблю тебя. Отец однажды сказал, что пожертвовать всем ради любви — поступок настоящего мужчины. Я люблю тебя и ничего не боюсь.

Мо Ли не ожидал такого ответа. Только он собирался ответить, как услышал три резких хлопка. Он обернулся и увидел, как Янь Чжи вышел из пустоты с насмешливой улыбкой:

— Как же захватывающе. Я и не знал, что моя Небесная Императрица не только по натуре ревнива, но и не зная приличий, научилась изменять.