Небесная пропасть

Кто мог предвидеть такое событие в день казни? Небеса будут защищать демона?

С неба обрушилось сорок девять молний, по мощи равные Девятинебесным Громовым карам, и лишь объединёнными усилиями всех божеств едва удалось защитить Янь Чжи. Однако несколько раз защитный барьер всё же был пробит, и молнии попали в Янь Чжи, нанеся ему тяжёлые внутренние повреждения.

Янь Чжи потерял сознание и смертная казнь была отложена. Мо Ли вернули в Пещеру Узников, и временно остался в живых.

Заключённые божества в Пещере впервые видели, чтобы приговорённого к казни возвращали обратно живым, и, глядя на Мо Ли, лишь покачивали головами от изумления.

В тот день гром гремел неумолчно, и Мо Ли не разобрал слов Владыки Е Лина. Он и сам не понимал, что происходит. Увидев, что Янь Чжи внезапно поразила молния, он инстинктивно рванулся вперёд, но кандалы на ногах и державшие его воины не позволили ему сделать и шага. Оставалось лишь беспомощно тревожиться. Когда же небо прояснилось и молнии прекратились, его вернули обратно.

***

Месяц спустя.

Дворец Наследного принца.

Янь Чжи в белоснежной нижней одежде лежал на кровати. Его лицо было бледным. Владыка Е Лин сидел рядом, с выражением глубокой озабоченности.

— Что же теперь делать?

После того, как Янь Чжи был поражен молнией, его рвало кровью даже в бессознательном состоянии. Они призвали лучших целителей Девяти Небес, использовали сильнейшие целебные снадобья и лишь тогда удалось стабилизировать его состояние.

Он пролежал без сознания десять дней и наконец пришёл в себя. Но едва вышел за ворота дворца, чтобы прогуляться, как снова несколько молний обрушились на него, и он вновь потерял сознание.

Так повторялось несколько раз. Даже железное тело не выдержало бы, а Янь Чжи не может же вечно сидеть взаперти.

— На этот раз... гнев Небес не утихает. Необходимо найти способ его умиротворить, — мрачно произнёс  Янь Цзин.

Владыка Е Лин:

— Но как?..

Янь Цзин, подумав, ответил:

— Небеса разгневались из-за того, что А'Чжи покусился на жизнь жены. Раз Мо Ли — суженый А'Чжи, значит, воля Небес в том, чтобы они сочетались браком. Следовательно, нужно, чтобы А'Чжи взял в жёны Мо Ли. Это уймет гнев Небес.

— Что? — воскликнул удивлённый Владыка Е Лин, но, осознав, что повысил голос, он оглянулся на Янь Чжи. Убедившись, что не разбудил его, и понизив голос, он сказал Янь Цзину.

— Ты предлагаешь А'Чжи жениться на демоне? На том самом демоне, который убил его невесту?

— С ума сошёл.

Янь Цзин нахмурился, тоже явно не испытывая энтузиазма:

— Это вынужденная мера. Что еще мы можем сделать? Каждый раз, когда А'Чжи выходил на улицу, в него ударяла молния. Если Янь Юань и Сюань Лун узнают, неизвестно, как они будут переживать.

Владыка Е Лин замолчал.

Не говоря уже о родных отце и матери — Янь Юане и Сюань Луне, даже они с Янь Цзином, дедушка и бабушка, не могли ни есть, ни спать от переживаний.

Янь Юань и Сюань Лун с трудом вновь обрели друг друга, и с тех пор, как воссоединились, живут в уединении в бамбуковой роще у Восточного моря, не ведая забот внешнего мира, целиком погрузившись в жизнь вдвоём.

Хотя Янь Юань носит титул императора, большинством дел Девяти Небес занимаются Янь Чжи и Янь Цзин. В тот раз, когда Янь Чжи ни с того ни с сего поразила молния, Янь Юань и Сюань Лун вернулись ненадолго, и, увидев, что Янь Чжи поправился, уехали обратно. Кто бы мог подумать, что Янь Чжи снова подвергнется удару? Владыка Е Лин, боясь их беспокоить, не стал им рассказывать.

Бедные они с Янь Цзином, уже в преклонных летах. Сначала переживали за жизнь сына, теперь вот за жизнь внука.

— Но... даже если мы согласимся, А'Чжи, боюсь, не захочет, — сказал Владыка Е Лин, глядя на лежащего без сознания.

Янь Цзин:

— Тогда придётся как следует его уговорить.

— Другого выхода нет...

 Е Лин вздохнул:

— ...Что ж, видно, придётся.

***

За воротами дворца моросил дождь. Лежащий на кровати без сознания человек болезненно сморщился, на висках выступил холодный пот. Сдавленно простонав, Янь Чжи открыл глаза и невольно поднёс руку к коленям, слегка растирая их.

Первый раз молния нанесла ему лишь внутренние повреждения, во второй раз он пострадал и внешние, и внутренние, а в третий раз молния и вовсе разорвала половину сухожилий по всему телу. Целителям с огромным трудом удалось восстановить их, но в тех местах, где сухожилия были разорваны, в дождливую погоду возникала густая, колющая боль, которую было очень трудно выносить.

Внезапно дверь во дворец открылась. Янь Чжи повернул голову и увидел, как Владыка Е Лин в серебристых одеждах, с нефритовым подносом, на котором стояла чашка с лекарством, величественно вошел внутрь.

— А'Чжи, ты проснулся?..

— Бабушка, — Янь Чжи с трудом опёрся о кровать и сел. — Как долго я спал?..

Владыка Е Лин:

— Десять дней.

Янь Чжи молчал.

Снова десять дней...

Каждый раз, после удара молнией, он спал по десять дней. Если так пойдёт и дальше, он не сможет вообще ничего делать.

— Чувствуешь себя лучше? Давай, выпей лекарство. — Владыка Е Лин подошел к кровати, сел на край и протянул Янь Чжи чашку с отваром.

Янь Чжи покачал головой, даже не взглянув на лекарство:

— Учитель уже больше месяца как ушёл, а я всё ещё живу на этом свете. Возможно, наставник сердится на меня за то, что я не последовал за ним. Чем жить в мире, терпя физические муки и страдания разлуки, лучше уж мне отправиться вслед за учителем... Мы же договорились: держась за руки, состариться вместе. Если уйдём вместе, это тоже можно считать исполнением клятвы.

Владыка Е Лин нахмурился:

— Что за глупости ты говоришь, дитя?

— Если бы Владыка Вэньчан был жив, разве он желал бы видеть тебя в таком удручённом состоянии? Несколько раз молния ударила и сразу жизнь не мила? С таким настроем как ты можешь быть достоин Владыки Вэньчана?

Янь Чжи покраснел:

— Бабушка...

Владыка Е Лин:

— Ладно, сначала выпей лекарство.

Янь Чжи помедлил, послушно взял чашку с отваром и выпил его залпом.

Горький вкус остался на губах, заставив его невольно поморщиться. В следующий миг Владыка Е Лин вызвал маленькое блюдечко с засахаренными фруктами и поднес к нему.

Янь Чжи поднял руку, взял один и положил в рот. Пожевав несколько раз, он почувствовал, как сладость фруктов перебила горький привкус лекарства.

— Спасибо бабушка... прости, что заставил волноваться.

В детстве, когда родителей не было рядом, Янь Чжи рос под опекой Янь Цзина и Е Лина. Владыка Е Лин, по сравнению с Янь Цзином, был более внимательным. Каждый раз, давая ему лекарство, он готовил засахаренные фрукты. Многие способы заботы о других Янь Чжи перенял именно у Владыки Е Лина.

Владыка Е Лин убрал блюдечко с засахаренными фруктами и вздохнул:

— Разве Владыка Вэньчан был бы таким мелочным? Если бы он был жив, он непременно желал бы тебе добра. Не накручивай себя.

— Бабушка... — Перед бабушкой, сколько бы лет ни было, всегда остаёшься ребёнком. Глаза Янь Чжи наполнились влагой, голос задрожал:

— Я... скучаю по нему...

Владыка Е Лин безмолвно положил руку на спину Янь Чжи и мягко похлопал. Янь Чжи опустил голову на плечо Е Лина и тихо заплакал.

— Всё пройдёт...

— Всё пройдёт...

Спустя долгое время Янь Чжи наконец успокоился, с опухшими глазами, с застывшим, отсутствующим выражением лица он сказал:

— Учитель... он вернётся?..

Владыка Е Лин замер:

— Если вам суждено, вы обязательно встретитесь вновь.

Янь Чжи знал, что Владыка Е Лин утешает его. Все знали: обращение в пепел и прах означает вечное расставание в этом мире.

Но Янь Чжи не сдавался. Он не верил, что живой человек может просто так исчезнуть. Даже если ему удастся найти лишь горстку пепла души наставника, он не может сдаться. Так они договорились — он будет с ним до самого конца.

— Когда я поправлюсь... пойду его искать.

Владыка Е Лин:

— Куда пойдёшь искать?..

Янь Чжи:

— Обойду все четыре моря и восемь пустынь, обыщу все шесть миров...

Владыка Е Лин не возражал. Такая глубокая преданность подобает хорошему человеку:

— Но прежде тебе нужно совершить одно дело.

Янь Чжи в недоумении повернулся к Владыке Е Лину:

— Какое дело?

Владыка Е Лин:

— Взять Мо Ли в жёны.

Янь Чжи с недоверием произнес:

— Что ты сказала бабушка?

Владыка Е Лин повторил:

— Взять Мо Ли в жёны.

Лицо Янь Чжи помрачнело:

— Невозможно.

Владыка Е Лин:

— ...Не хочешь спросить, почему?

Янь Чжи:

— Независимо от причины, это невозможно.

— Душа учителя до сих пор не знаю где рассеяна. Как же я могу жениться на враге? Если я до сих пор не убил его собственноручно, так только из-за былых чувств, за эти сотни тысяч лет. Я уже проявил к нему предельную снисхождение.

Владыка Е Лин знал, что Янь Чжи будет противиться. Его реакция была в пределах ожиданий. Он продолжил:

— Я знаю, тебе, конечно, не хочется. Но если ты не умиротворишь гнев Небес, ты не сможешь даже выйти за ворота дворца. Так как же ты пойдёшь искать Владыку Вэньчана?..

Янь Чжи замер:

— Гнев Небес?..

Владыка Е Лин:

— А ты как думал, почему тебя снова и снова поражают молнии? Именно потому, что в тот день ты лично приказал казнить Мо Ли. В Книге Судеб Божеств ты и Мо Ли — супруги, предназначенные друг другу Небесами. Ты захотел убить жену, выбранную для тебя Небесной волей. Небеса разгневались.

Янь Чжи возрозил:

— Но Мо Ли убил учителя...

Владыка Е Лин:

— Я знаю.

— Хотя Небеса иногда кажутся несправедливыми, если вдуматься, раз уж старый господин так распорядился, значит, в невидимом мире существует предопределенный порядок. Нам с тобой остается только подчиниться.

Янь Чжи:

— ...А если отказаться?

Владыка Е Лин:

— Тогда в тебя продолжат бить молнии.

— ...

***

Прошло уже больше месяца, Мо Ли по-прежнему находился в заточении в Пещере Узников, но пыток больше не применяли.

Раны на его теле благодаря мощной способности к самовосстановлению постепенно затягивались, однако для полного заживления требовалось время.

Заключённые божества, томящиеся здесь, сильно скучали. До появления Мо Ли они развлекались, подшучивая друг над другом, но после того как Мо Ли оказался здесь, их внимание полностью переключилось на него. На этот раз, увидев, что Мо Ли увели к расщелине и затем вернули обратно, они принялись расспрашивать его о причинах.

Мо Ли ответил, что не знает, и тогда окружающие заключённые божества начали открыто делать ставки на его счёт — выживет он в итоге или умрёт, условившись, что проигравший, после отбытия срока и освобождения, угостит победителя выпивкой.

Большинство заключённых божеств ставили на то, что он умрёт, ведь он убил возлюбленного Наследного принца, вызвав гнев высшей власти на Девяти Небесах. Выжить казалось невозможным.

Мо Ли, видя, как оживлённо и горячо они обсуждают, лишь опускал глаза и молча слушал, словно невидимка.

На второй месяц после возвращения с места казни, однажды, во время сна, Мо Ли почувствовал, как всё его тело рухнуло вниз. Он упал на пол, и когда ладони упёрлись в землю, запястья пронзительно заныли от боли.

— Кх...

На его висках мгновенно выступил холодный пот. Он обнаружил, что цепи на запястьях были сняты, а вместо них его верхнюю часть тела опоясала золотое вервие, чтобы он не смог сбежать и навредить другим.

Хотя пыток больше не было цепь, сдерживающая демонов, сковывала его до самого последнего момента. Черные железные шипы в кандалах глубоко вонзились в плоть его запястий, и раны так и не зажили. Именно поэтому удар вызвал такую мучительную боль.

Не успел он опомниться, как двое божественных воинов подхватили его под руки и потащили по коридору Пещеры Узников.

Оковы на запястьях сняли, но на ногах по-прежнему болтались тяжёлые кандалы. Мо Ли покорно выпрямился и, беспомощно волоча ноги в кандалах, последовал за небесными воинами. Сзади доносились голоса заключённых, утверждавших, что на этот раз ему точно не выжить.

Мо Ли было безразлично, куда его ведут. Скорее всего, просто завершить ранее несостоявшуюся казнь. Его по-прежнему беспокоило состояние Янь Чжи. Сцена с ударом молнии стояла у него перед глазами.

— Как поживает Наследный принц?..

Двое божественных воинов с каменными лицами уставились прямо перед собой, словно не слышали его слов.

Наверное, всё в порядке.

Он — благородный Наследный принц, даже если ранен, лучшие целители будут лечить его. Наверняка всё в порядке...

Не получив ответа, Мо Ли мог лишь утешать себя таким образом.

Выйдя из тёмного коридора, внезапный дневной свет заставил Мо Ли, долгое время не видевшего солнца, прищуриться. Он инстинктивно попытался поднять руку, чтобы прикрыться, но руки вместе с телом были связаны веревием, и пошевелить ими он не мог.

Ноги его слегка замедлили шаг, но двое божественных воинов, очевидно, не были расположены давать ему время привыкнуть. Мо Ли споткнулся, и его понесли в пустоту.

Однако местом назначения оказалась не безлюдная Пещера уничтожения Богов, а дворец Чжэньюнь.

Дворец Верховного бога Янь Цзина и Владыки Е Лина.

Две нефритовые статуи журавлей, выше человеческого роста, располагались по обе стороны дворца. Погода в тот день была ясной, светило яркое солнце. Божественные воины, ведя Мо Ли, поднялись по нефритовым ступеням. Золотое солнце упало на лицо Мо Ли, и он ощутил давно забытое тепло.

Мо Ли не удержался и спросил:

— Зачем вы привели меня сюда?..

— Владыка Е Лин желает видеть тебя.

Едва прозвучали эти слова, двое божественных воинов распахнули дверь во дворец и с силой втолкнули Мо Ли внутрь.

Тело Мо Ли неуправляемо полетело вперёд, и он грузно рухнул на пол. Колени, ударившись о землю, отозвались острой болью. Поскольку руки были связаны за спиной, он не мог удержать равновесие и проехал лицом по полу изрядное расстояние. По щеке разлилась колющая боль. Должно быть, он сильно ободрал кожу.

Он лежал ничком, тяжело дыша, к горлу подкатил ком и он выплюнул на пол кровь, запачкав белоснежную нефритовую поверхность.

Первой мыслью Мо Ли было стереть кровавое пятно, чтобы не осквернить дворец дедушки и бабушки Янь Чжи. Но сейчас он явно был не в состоянии совершить даже это простое действие.

С огромным трудом он сумел подняться на колени. Подняв голову, он увидел Владыку Е Лина, сидящего на высоком нефритовом троне в виде журавля за письменным столом. Он бесстрастно смотрела на него.

Мо Ли опустил взгляд. К семье Янь Чжи он всегда испытывал почтение, независимо от их отношения к нему.

— Приветствую Владыку Е Лина...

Владыка Е Лин бесстрастно произнес:

— Хватит церемоний.

Мо Ли:

— Владыка Е Лин... зачем вы позвали меня.

Сверху на мгновение воцарилась тишина, затем донёсся бархатный голос Владыки Е Лина.

— Мо Ли, в ночь свадьбы Наследного принца ты совершил ужасное преступление, убив супругу Наследного принца, за что полагается смертная казнь. Ныне у тебя есть возможность искупить вину. Если согласишься, сможешь избежать смерти.

Мо Ли рассеянно спросил:

— Что имеет в виду Владыка Е Лин?..

Владыка Е Лин не стал скрывать от Мо Ли своих намерений. Хотя он был ему неприятен, он всегда был прямолинейным и честным:

— Ты — суженый Наследного принца. Ранее Наследный принц, поскольку ты совершил серьезное преступление, приговорил тебя к казни, но не ожидал, что этим разгневает Небеса и неоднократно навлечёт на себя громовые кары. Теперь, чтобы избежать последствий, он даже не может выйти за ворота дворца. Единственный способ избежать небесного наказания — жениться на тебе.

— Янь Чжи достиг возраста, когда может унаследовать трон, и как раз кстати можно совместить церемонию коронации со свадьбой... Мо Ли, согласен ли ты стать Небесной Императрицей Янь Чжи?

Мо Ли ошеломлённо поднял голову:

— Что?..

Владыка Е Лин повторил:

— Согласен ли ты помочь Янь Чжи умиротворить гнев Небес, стать Небесной Императрицей Янь Чжи и тем самым искупить свою вину.

Мо Ли и представить не мог, что причина, по которой Янь Чжи поразила молния, была в этом. Он долго стоял в оцепенении. Губы его шевельнулись, и он услышал, как сам произносит:

— Я... согласен.

— Но братец А'Чжи... Наследный принц, полагаю, не согласится.

Какой бы ни была причина, он желал выйти за братца А'Чжи, тем более что этот брак мог спасти его.

Владыка Е Лин:

— Он согласен.

— Но при одном условии.

— Поскольку на твоих руках кровь, если ты хочешь остаться на Девяти Небесах его Императрицей, ты должен быть лишён всего своего совершенствования, став подобным смертному. Только так можно гарантировать, что ты не совершишь новых убийств.

— Ты согласен?..