Преодолевая боль

Выбежав на улицу,я схватила Рассела за руку, тяжело дыша.
- что вы творите?!
Рассел повернулся, отбросив мою руку, злобно посмотрел на меня.
- какого черта ты здесь?!
Толпа солдатов смотрела на меня. Я вздернула подбородок, смерив их всех холодным взглядом.
- и вы называете себя защитниками родины? Где же ваши сердца, когда вы без жалости убиваете тех, кто слабее вас?,– парировала я, чувствуя, как во мне закипает гнев.
Лицо Рассела исказилось яростью.
- эй,Рассел! Твоя девчонка нам дерзит! Тебе следовало бы укоротить ее язычок!,– развязно бросил один из толпы, накаляя обстановку.
Я посмотрела на Рассела ожидая что он заткнет своего приятеля. Но вдруг, он схватил мою руку и потащил меня подальше от солдат.
- не позорь меня перед другими. Совсем из ума выжала?
Ком встал в горле. Я почувствовала себя дурно. Тот, с которым я собралась связать свою жизнь ведет себя так, словно я для него надоедливая обуза. Потеряв самообладание, я ударила его по щеке.
- с меня довольно! Ты ведешь себя как подлец.
Развернувшись, я пошла прочь, стиснув до боли зубы. Что с ним творится? Я знала его мягким и веселым, и мы никогда не ссорились. А теперь... Его будто подменили. Оказавшись в нашем укрытии, я села на маленький потертый коврик, лежавший на каменном полу.Кроме этого коврика и двух стульев,здесь не было ничего.Неизвестно сколько мы здесь пробудем. Главное запастись терпением и делать то, для чего я здесь.
Только оказавшись наедине с собой, я почувствовала себя лучше и позволила себе немного вздремнуть. Когда сон едва окутал меня, в этот момент раздался выстрел. Вздрогнув от испуга, я вскочила с коврика. Спускаясь вниз по каменным лестницам, мои ноги задрожали. Звук выстрела раздался очень близко. У меня было плохое предчувствие. Выбежав наружу я испытала шок. Один из наших распластался на земле в луже своей крови. Остальные держали мужчину, который яростно отбивался от них. Подойдя ближе я поняла, что это был тот мужчина с пронзительным взглядом, который застал меня в заброшенном доме. Было не трудно догадаться, что это он убил того солдата.
Вдруг из толпы вышел Рассел встав перед иракцем. Он поднял автомат, прицелившись на врага.
Меня охватил ужас. Как я могу просто стоять и смотреть на это? Этот человек не стал меня убивать, хотя я являюсь таким же врагом.
- Рассел! Не делай этого!,– выкрикнула я, подбежав к ним.
Все смотрели на меня как на полоумную. Рассел обернулся с презрением посмотрев на меня.
- не вмешивайся!– рявкнул он.
Не смотря на то, что этот мужчина убил нашего солдата, я не могла позволить им убить его.Мне казалось, что наши солдаты больше их заслуживают смерти за свою жестокость.
- отпустите его!,– в сердцах воскликнула я, тяжело дыша,- этот человек застал меня в том доме, но не причинил мне вреда!
Рассел удивленно посмотрел на меня, и у меня появилась надежда, что он смягчится. Но он злобно выругался, снова нацелившись на иракца.
Мое сердце сжалось от страха.
- благодарю тебя, благородная, но я не боюсь смерти. Значит, так было угодно моему Богу.
Странно, но от его слов мурашки пробежали по коже.
Закрыв глаза, он еле заметно зашевелил губами, что-то прошептав. И в следующий миг раздался звук очереди автомата.
Его карие глаза стали стеклянными, лицо застыло.
Он рухнул на землю и я услышала, как у меня в груди что-то треснуло.
Что творится со мной? Раньше я считала, что жители Ирака являются террористами и жестокими людьми. Но переступив на чужую землю, я поняла, что глубоко заблуждалась. Они пытаются защитить себя и свои семьи, когда американцы вторгаются в их дома. Ну и кто прав? С чего началась эта война? Какие цели преследует наше правительство?
Ощутив на своем плече чью-то руку, я подняла голову, повернувшись.
-вытри слезы. Ты ставишь меня в неловкое положение перед товарищами.
Рассел протянул мне платочек, не отрывая хмурого взгляда от моего лица.
- да кто ты такой, черт тебя побери!,–выкрикнула я, швырнув ему в лицо его платком.
Разочарование и обида сменились яростью. Как он смеет вести себя так со мной?
Вдруг он поднял руку, оскалившись, и я похолодела. Не от страха, а от шока. Я никогда не думала, что Рассел сможет ударить меня. Но в следующую секунду, словно опомнившись, он сжал в кулак поднятую руку и опустил ее.
- уходи!,– гаркнул он.

Когда совсем стемнело и на часах было десять, мы отправились дальше, минуя разрушенные дома и общественные заведения. Город был погружен во мрак. Ни в одном разбитом окне не горела тусклая свеча. Рассел запретил пользоваться фонарем,чтобы иракцы не заметили нас. Проходя по узким улочкам, я думала о тех, кто жил в этих домах, и что случилось с ними теперь. Я не могла представить, что они пережили.
Мы наткнулись на супермаркет, двери которого были сломаны, а окна выбиты. Зайдя внутрь, двое солдат прошли вперед, светя фонарями.
- мы здесь можем быть не одни,–сказал кто-то в толпе.
- проверьте здесь все. Возможно,тут есть еда.– приказал Рассел.
Включив свой фонарь, я принялась за поиски еды. Полки были практически пусты, не было ничего, что можно было поесть. Увлекшись поисками, я внезапно наткнулась на что-то крепкое.
- осторожнее.
Это был Рассел. Я даже не стала смотреть в его сторону и развернулась, чтобы осмотреть противоположные полки.
- Софи, прости, я погорячился.
Думает, что одним извинением он сможет загладить свою вину? Поджав губы, я посветила фонарем прямо ему в лицо, от чего он прищурился.
- наверное, мне не стоило идти с вашей группой, чтобы не увидеть каков ты на самом деле,– холодно произнесла я,- я всего лишь хотела быть рядом с тобой и помогать тебе!
Рассел схватил фонарь из моих рук, выключив его.
- но ты делаешь только хуже. Что с тобой происходит, Софи?
Я заскрежетала зубами, пытаясь разглядеть его лицо в темноте.
- это с тобой что происходит?! Ты изменился!
- если бы ты не вела себя так...
- не хочу продолжать этот разговор, Рассел!
Я развернулась, но Рассел схватил меня, прижав к себе.
- прости, Софи,– тихо произнес он, поглаживая мои волосы.
На секунду я невольно расслабилась в его обьятьях, но сразу пришла в себя, отстранившись от него. Теперь я стала больше сомневаться в нашем будущем. – нашел! Здесь есть консервы!
Я последовала за остальными, чтобы убедиться в том, что еда действительно была найдена. Мы были рады обнаружить консервы с резанными ананасами. Теперь можно не беспокоиться, что мы останемся голодными.
Чернокожий солдат с нетерпением открыл банку и протянул её первой мне. Поблагодарив, я вытащила одно кольцо ананаса, и положив в рот кусочек, замерла, подумав о тех, кому сейчас нечего поесть.
Почему бы мне не помочь им? Посмотрев на солдат, я поджала губы. Такое чувство, будто я нахожусь среди стаи геен. О чем они думают? Как перебить всех иракцев и оказаться дома? Неужели у них камни вместо сердец? Они отбирают жизни у других,не моргнув глазом, словно они какая-то дичь.
Перед глазами всплыло лицо того иракца, которого убил Рассел перед моими глазами. Сердце сжалось, когда я вспомнила его. Наверное, его не смогут похоронить как и остальных... Пока мы тут наслаждаемся едой, его мертвое тело лежит на пыльной земле. Нет, я не могу так. Нельзя сидеть сложа руки.
Украдкой взяв пару банок, я незаметно сунула их во внутренние карманы жилета. Все были заняты едой и общением, на меня никто не обращал внимания. Воспользовавшись этим, я выскользнула наружу, и не медля пошла обратно откуда мы пришли. Наверное, я поступаю не совсем правильно, защищая наших же врагов. Но я не могу поступить иначе.
Дойдя до того места, я заметила мальчишку, сидевшего рядом с тем иракцем.
- ты его знал?,– спросила я, подойдя ближе.
Мальчик даже не удивился увидев меня. Совсем не подумала, что он может не знать английский. Под светом фонаря, я смогла разглядеть его черные волосы и упрямый взгляд. Он был очень худым, его губы были бледными и потрескавшимися. На вид ему было примерно одиннадцать лет. Он хмуро смотрел на меня, словно не желал видеть.
- уходи!,– вдруг сказал мальчишка, махнув рукой.
- он твой отец?
- аннаху содикъ(он друг),– тихо произнес он, коснувшись рукой лица мужчины.
- я не знаю вашего языка... Думаю,он был дорог тебе.
Опустившись, я жестом показала мальчику, что хочу перенести иракца в дом. Не проронив ни слова, он помог мне приподнять мужчину за плечи, потащив до дома.
Этот мальчишка не был похож на своих сверстников, на избалованных американских подростков.
У него был серьезный взгляд, в его глазах таилась боль, перенесенная потерей близких.
- знаю, что вы хороните человека в саване... Но у нас даже нет хотя бы простыни.
Он посмотрел на меня так, словно понял что я говорю. Стряхнув коврик, который лежал на полу второго этажа, я накрыла им тело погибшего.
Мальчик приложил руки к лицу мужчины, не отрывая взгляда от него.
- къудда йа кун Субханихи уа Тагьаля юсри магьака, йа Гьумар! (пусть Всевышний будет доволен тобой, о Умар)
Не знаю что он сказал, но думаю, что это были хорошие слова.
Он накрыл его лицо и поднялся на ноги.
- возьми это,– я протянула ему две банки консерв, и его лицо озарилось улыбкой.
- спасибо,– тихо произнес он, приняв их.
Я улыбнулась, потрепав его по волосам. Вдруг он протянул мне руку, и я не раздумывая пожала ее.
- Ибрахим.
- а я София.
Ибрахим улыбнулся, обхватив руками консервы.
- возвращайся в свое укрытие, Ибрахим. Тебя не должны увидеть.

Возвращаясь в супермаркет,
я ощущала сладость на сердце. Я смогла хоть чем-то помочь.
- где ты была?
Из-за неожиданного появления Рассела передо мной, мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.