Part thirty one
Dirty - Grandson.
Это время вести за собой или время умереть?
Время поднять шум или пройти мимо?
Есть там кто-нибудь, кому не всё равно?
Это время для высказываний или время для молчания?
Время для мира или время для насилия?
Есть там кто-нибудь, кому не всё равно?
Киара.
Кидаю очередную папку бумаг на край стола, поднимая запястья вверх и разминая затёкшую спину. Кости и суставы приятно хрустят, вызывая довольную улыбку. Поднимаю взгляд на людей в помещении, смутно вспоминая, кого и как представил мне Реджи.
Хезер и Хейзи – близняшки, обе блондинки, их основная задача заключается в хакерстве. Они помогают остальным обойти защитные системы, снять видеозаписи с камер и отследить номера. До сих пор не могу запомнить, кто из них кто, и в чём шутка называть одинаковых девочек схожими именами.
Марсель – привлекательный блондин с тёмными корнями. Я так и не разобралась, чем именно он занимается, ведь за последние шесть часов его дёргали по каждому делу. Отвезти Документы? Марсель. Собрать оружие для дела? Тоже Марсель. Поехать на это дело? Позовите Марселя.
Лукас – высокий и худощавый парень. Если основная работа блондина была мне неизвестна, то здесь всё просто. Молодой шатен опытный стрелок. Я вздрагивала пару раз, когда над моей головой проносился канцелярский нож, попадая в определённую точку в стене. После этого парень довольно ухмылялся, возвращаясь к своему ноутбуку.
Эксель – я предприняла ровно пять попыток для того, чтобы узнать имя ли это или прозвище. Столько же неясных ответов было получено. Высокая молчаливая девушка с короткой причёской занималась сортировкой всех дел и бумаг, что находились в штаб-квартире. Она словно библиотекарь или мама могла достать давно потерянную вещь из любой части помещения.
Иногда в квартире появлялись Колин и Алексис, кидая в мою сторону недовольные взгляды. Впрочем, как и все остальные. Я была неизвестной фигурой, изначально врагом, а после не самым лучшим шпионом. Штаб-квартира, вероятно, хорошо защищённое место и допуск неизвестного человека в его стены, весьма подрывало устои сложившегося коллектива. Реджи на каждый настырный взгляд пропитанный недоумением отвечал сдержанно. Кивал, фыркал, отмахивался или же буравил недоброжелательным взглядом в ответ. Я молча благодарила его каждый раз за это. Каждый был настроен против, но не Бейкер.
Иногда заходили и другие ребята, но они исчезали также быстро, как и появлялись, поэтому их имён я запомнить не успела. Внутри штаб-квартиры кипела жизнь, каждый занимал отдельное место, выполняя свою задачу. Иногда они ссорились и кричали, бегали по помещению, чтобы найти нужную лазейку в какое-то место или обзванивали остальных, спрашивая, как обстоят дела на точке.
— Нашла что-нибудь? – вздрагиваю, когда через десять часов ко мне подходит Бейкер, укладывая крупную ладонь на плечо.
— Не так много, – прочищаю горло, делая глоток остывшего кофе и протягивая брюнету небольшой листок и папку с подробным описанием каждой махинации Джастина. — Здесь самое важное, – указываю пальцем на маленький листик, – а там углубление, – перевожу взгляд на папки, вставая и закидывая сумку на плечо. — Я устала, поеду домой, – киваю, обходя мужчину и направляясь к выходу.
— Я с тобой, – останавливаюсь на голос за спиной, удивлённо всматриваясь в дверь. Если память мне не изменяет, Реджи полчаса назад говорил Марселю о том, что задержится до конца какой-то операции.
Дожидаюсь, пока мужчина соберёт нужные вещи, проверяя сообщения на телефоне. Потираю переносицу, когда понимаю, что уже четыре часа утра. Голова совершенно не работает, а тело становится похожим на таявшее желе. К тому же, мне написала Адриана с предложением о встрече, попросив назначить дату и место самой. Я совершенно не уверена в том, когда буду свободна и где хотела бы встретиться с ней на этот раз.
Успеваю скурить две сигареты, когда брюнет спускается на подземную парковку, поправляя мятые волосы. Бейкер открывает авто, благодаря чему я, наконец, могу попасть внутрь.
— Кстати, как прошла встреча с мамой? – поворачиваю голову к мужчине после его вопроса, пытаясь понять, о чём он.
— Вовремя ты, по моим ощущениям эта встреча состоялась год назад, – фыркаю, открывая окно и расслабляясь под прохладным ветерком.
— И всё же?
— Обычно, Бейкер, – резко произношу, не понимая, на что злюсь. — Я просто не хочу вновь стать дурой, которую все обведут вокруг пальца, – зарываюсь ладонью в волосы, оттягивая их. — Она показалась мне довольно милой, пока не назвала отца лгуном, – тихо добавляю, поправив юбку платья.
— Милой? – усмехается. — Грейс, ты действительно окажешься дурой, если продолжишь называть её милой после лишь одной встречи, – мужчина качает головой, разгоняясь на пустой трассе до 160км/ч.
— Почему я не могу сказать, что она мне показалась милой, Реджи? Все мои родственники обязаны оказаться продажными ворами и убийцами? Я не говорю, что она лучшая мать или то, что мне нужно завтра же переехать жить к ней. Ничего из этого, понимаешь? Адриана Мартинс показалась мне милой и это нормально для первой встречи, – смотрю в окно, пока оправдываю себя перед дьяволом, увеличивая громкость радио.
— Мне без разницы, главное не забывай про свои обещания, – небрежно бросает, отмахиваясь от меня. Не понимаю, почему каждый раз слова брюнета создают данный эффект. Мне больно, обидно, стыдно или радостно от его фраз. Так, будто мы хорошие друзья, а не люди вынужденные общаться под гнётом судьбы. Он имеет значение для меня в психологическом плане, поэтому его безразличие огорчает. Огорчает? Это мягко сказано. Чувствую себя как человек с большой ложкой дёгтя во рту.
— Зачем тогда спрашиваешь, Реджи, – колко бросаю, когда машина тормозит перед подъездом. Сразу выхожу, направляясь к домофону.
— Уверена, что хочешь знать ответ?
— Да.
— Хорошо, – блокирует машину, подходя ко мне и разворачивая за локоть к себе лицом. — Мне показалось, что ты одинока. Ты встретилась с родной матерью спустя такое количество времени, но тебе не с кем поговорить об этом. Подругу убили, брат давно не на твоей стороне, отец мёртв, а остальным ты и даром не нужна, Грейс, – мужчина спокойно убивает меня каждым сказанным словом, притягивая ещё ближе к себе. — Возможно, твой бывший водитель возьмёт на себя такой груз? Хотя, знаешь, боюсь, нет, ты была с ним слишком груба, как и со всеми остальными людьми из своего окружения, – сжимаю губы, пока тёмно-карие глаза впиваются в мои, изучая реакцию. — Так вот, почему я спросил? Мне стало жаль тебя, Киара, вот и всё, – пожимает плечами, ещё пару секунд удерживая мою руку, а после отталкивая, входя в подъезд.
Удерживаю тяжёлую дверь на месте, стоя на улице и обдумывая каждое слово мужчины. Показалось, что я одинока и решил пожалеть? Ощущаю лёгкую дрожь по телу, набирая больше воздуха в сжатые лёгкие и толкая со всей силы дверь, которая ударяется об стену дома. Догоняю брюнета, хватая его за рукав толстовки и разворачивая к себе.
— Мне не нужна твоя жалость, Бейкер, тем более раз от неё ты изливаешься таким дерьмом. Называешь меня неблагодарной истеричкой? Посмотри на себя, хорошо? Я каждый день только терять успеваю, продолжая плестись за тобой из-за обещаний и слепой уверенности в том, что ты сможешь мне помочь, – сглатываю, выдавливая из себя последние силы на защиту. — Вы не смогли поделить что-то как дети в песочнице, а я та девочка, куличики которой рассыпаются в ходе вашей драки. Устала, чёрт возьми, я устала быть этой девочкой, – голос спускается на тихий рык, а рука, в которой я удерживаю ткань толстовки, начинает дрожать. — Твои слова не сладкий леденец после сложного дня, так что оставь жалость себе, Бейкер, ты меня уже порядком достал, – отпускаю мужчину, проходя в открывшийся лифт. — К слову, надеюсь, что тебя тоже кто-то пожалел после отказа родителей и необдуманного решения входа в криминальную жизнь, ну, ты рассказывал мне, помнишь? – улыбаюсь, собирая волосы в пучок, пока брюнет прожигает меня взглядом карих глазах, в которых было сложно прочесть его истинные эмоции. — И ещё. Впредь старайся задеть меня чем-то другим, смерть близких и предательства брата уже такая изжитая тема, не считаешь? Мне скучно, – выплёвываю, выходя и дожидаясь, пока Реджи откроет квартиру.
— Как скажешь, лисёнок, я подготовлю что-нибудь новое, – сухо кидает, пропуская меня внутрь квартиры и проходя следом.
Грею воду для чая, пока владелец квартиры разбирается с бумагами, которые взял с собой. Солнце плавно начинает выходить из-под высоких крон деревьев, наполняя утренними лучами квартиру. Осознание скорого наступления лета приятно согревает, погружая в детские беззаботные воспоминания. Раньше я хотела начать заниматься спортом и в шесть утра выходить на пробежку, а теперь спорт – это тренировки, нужные для сохранения жизни, а ранним утром я возвращаюсь со штаб-квартиры наёмного убийцы. Это нормально. Мои близкие умерли, не успев встретить следующее лето. И это тоже должно уложиться в моей голове. Жизнь кардинально меняется, но не только у меня одной. Пора идти за ней, не оставаясь на мёртвой точке без капли понимая, что делать дальше.
Наполняю кружку кипятком, кидая чайный пакетик и добавляя ложку мёда. Подсаживаюсь на диван к мужчине, делая глоток.
— Хотел окунуть меня в реальность? – спокойно спрашиваю, смотря в окно.
— Именно.
— Мне стоит извиниться?
— Не думаю, – собирает бумаги в стопку, откладывая и поворачиваясь ко мне. — Ты, наконец, начала отвечать, а не молча принимать, думаю, это более чем достаточно для меня, – склоняет голову вбок, выглядя странно удовлетворённым.
— Для чего тебе это? – вскидываю бровь, выдыхая и откидываясь на спинку дивана.
— Буду тем, кто взял груз на душу, – хмыкает, забирая мою кружку и отпивая. Через секунду мужчина кривится, возвращая мне чай. — Что за гадость ты вечно пьешь?
— Чай с мёдом, – усмехаюсь с реакции Бейкера, отпивая ещё немного. — Помогает справиться с грустью и болью.
— Значит, твоя боль имеет вкус мёда? – улыбается, а я запоминаю данный момент как очередную редкую искренность с его стороны.
— Именно. Боль со вкусом мёда, – киваю, допивая и вставая. Убираю посуду в раковину, не имея сил, чтобы помыть её сегодня. — Ты продолжишь мои тренировки?
— Если хочешь, – оборачиваюсь, понимая, что Бейкер тоже устал.
— Хочу.
— Значит, завтра решим с чего начать и ещё, – дожидаюсь продолжения, снимая платье и кидая в чемодан. — Теперь будешь каждый день ездить на квартиру и брать небольшие задания, там не хватает людей, а ты так и не оплатила своё проживание. Мне нет смысла оставлять тебя за «иди ты к чёрту, Бейкер», так что отплачивай, – встаёт, пару секунд рассматривая моё обнажённое тело.
— А если откажусь? – прикусываю нижнюю губу, склоняя голову вбок.
— Местные помойки всегда рады твоему визиту, – пожимает плечами, усмехаясь и уходя в спальню. — И не ходи так в моей квартире! – кричит из комнаты, пока я натягиваю футболку.
Мудак.
☽ ☽ ☽
К обеду следующего дня меня уже натаскали до помощницы Эксель, и я приносила остальным нужные бумаги по их делам. В квартире чувствовалось явное напряжение, а большая часть людей не появлялась с самого утра. Как и Реджи с Алексис. Я видела недовольного Колина, занятых близняшек, усталого Марселя, что постоянно срывался и уезжал куда-то, после возвращаясь всё более мрачным. Лукас ушёл вместе с брюнетом ещё утром. Атмосфера квартиры начинала нервировать и меня, но я стойко старалась не подавать виду, внимательно слушая Колина, который учил меня разбирать и собирать пистолет.
—... затем просто поочерёдно вставляешь каждую пулю и одним движением возвращаешь магазин на место, запомнила? – мужчина вскидывает бровь, протягивая мне оружие. Пару секунд продолжаю смотреть на его недовольное лицо, после неуверенно кивая.
— Ясно, Грейс, ты ужасный ученик, – выдыхает, проходясь ладонью по лицу. — Повтори всё то, что я тебе показал, – холодно произносит, не задерживая на мне взгляд.
Огнестрельное оружие в ладонях не пугает меня так, как раньше. Я уже убила подобным небольшое количество людей, и эта мысль успела обосноваться в стенках моей черепушки, не травмируя. Город, в котором мы жили, требовал уметь постоять за себя и в нужный момент не растеряться. Раньше приходилось рассчитывать на органы власти, но в новостях всё больше информации о потерпевших и убитых, а я не собираюсь присоединяться к их числу.
Медленно повторяю движения шатена, про себя проговаривая последовательность, боясь ошибиться. Под внимательным взглядом пронзительных серых глаз это давалось куда сложнее, но жаловаться не выйдет.
Когда пистолет оказывается наполовину собранным, в квартиру забегает Марсель, придерживаясь за плечо и сжимая челюсть от боли.
— Моррис, быстро, нужно ехать, они убили троих, Алексис ранена, а Бейкер не выходит на связь, мы где-то ошиблись, их больше, – на выдохе произносит, хватаясь за стол и сбивая с него всё на пол.
— Как давно Бейкер не объявляется? – мужчина сразу встаёт, обводя помещение взглядом и кидая в чёрную спортивную сумку оружие.
— Час или полтора, не знаю, – блондин кашляет, а на бледных губах виднеется кровь. Напряженно смотрю в спину шатена, не зная, чем могу помочь.
— Точное время, чёрт возьми! – Колин срывается, повышая голос и набирая что-то в смартфоне.
— Да не помню я! Час, точно час, сегодня все уехали в Чикаго, не кому было звонить, а по указу нужно было ждать шестьдесят минут, – отрывками произносит, пока зелёные глаза всё больше мутнеют.
— Грейс и Хезер, собирайтесь, Хейзи остаёшься и не отходишь от экрана ноутбука, когда я позвоню, сразу вбивай код, если кто-то вернётся, отправляй на место, и сука, не медлите.