Part twenty nine
Harry Styles — Fine Line.
Возможно, когда-то, мы правда сможем найти баланс?
Киара.
Громкий смех разносится по квартире, заставляя все приятные воспоминания встрепенуться, отправляя тёплые импульсы по телу. Алкоголь разбавляет мою подавленность, даже, скорее, полностью заглушая её. Не более трезвая девушка, что сидела напротив, широко улыбалась, доливая виски по нашим бокалам. С приезда Алексис прошло около трёх часов, а я вновь умудрилась влюбиться в брюнетку, убеждаясь, что она не всегда вредная и колкая. Улыбаюсь в ответ, подхватывая бокал и надеясь, что хозяин квартиры (и виски) вернётся ещё не скоро.
— Так вот, я говорила о Колине, – прочистив горло, Лекс продолжила прошлую тему, копаясь по карманам, скорее всего, в поисках пачки сигарет. Поднимаю указательный палец, вставая и открывая балкон, чтоб комната не пропахла табаком. Реджи любит курить по утрам на кухне, после чего там остаётся запах, но меня это совершенно не устраивает. Прохладный воздух после дождя насыщает квартиру, от чего я усмехаюсь, принимая сигарету и поджигая её. — Если рассуждать трезво и рационально, мне не стоит обсуждать данные вещи с тобой, дорогая, – хмурюсь, собираясь поспорить, – но! Больше не с кем, буду надеяться, что виски выкинет из твоей головы данную информацию, – фыркаю, выпуская дым из лёгких и наблюдая за новой знакомой. — Это чертовски сложный человек и я обожаю таких, Киара, но... затруднительно соединять слова воедино, так что терпи бессвязные предложения. Мы похожи и в то же время совершенно разные. В этих отношениях нет рамок и пределов, что восхищает меня, но в то же время вынуждает злиться. Моррис любит называть «это» противоречиями, а я ненавижу данное слово, каждый раз соглашаясь, ведь других названий просто нет. Это сжигает, и каждый раз превращает в ледяную скульптуру. Мы боремся, сами не понимая. Звучит красиво, согласись? – вскидывает бровь, наклоняясь ближе ко мне и сбрасывая пепел. — А на деле сокрушительно. Думаю, ещё ни с кем мне не удавалось испытывать столько всего вместе. Я ненавижу Колина Морриса, но посмотри косо в его сторону и твоя голова потеряет основание, – усмехаюсь на последнем предложении, глубже затягиваясь. Перевариваю всё сказанное пьяной девушкой, осознавая, что никогда ещё не испытывала такого.
— Я всё равно буду смотреть косо, – пожимаю плечами, отпивая немного прохладной жидкости и упираясь лопатками в диван.
— Ладно, только, когда я не вижу, – киваю, хрипло смеясь. Прайс скидывает свитер, оставаясь в лифчике и просторных джинсах. Перелезает с кресла на диван, падая рядом и закидывая на меня ноги. — Теперь ты, дорогая, я не люблю говорить только о себе, мне нравится слушать, – выдыхает дым мне в лицо, подмигивая и поддерживая голову ладонью.
— Я рассказала всё, что могла. Меня выгнали, живу теперь здесь, что ещё, – закатываю глаза, отводя взгляд к стене и выкидывая окурок в пустую бутылку.
— Это мне и неинтересно, – хмурюсь на ухмылку брюнетки, вопросительно поднимая бровь. — Реджи. Ты живёшь с ним, всё ещё дышишь, даже не жалуешься, он падает в моих глазах всё ниже, объясни пьяной знакомой, в чём дело, – взмахивает свободной рукой, выражая полное недоумение.
— Ну, живу здесь я не бесплатно, дышу явно с чьей-то сверхъестественной помощью, а не жалуюсь, потому что не хочу казаться наглой, – вспоминаю утренние слова мужчины, вновь ощущая укол недовольства и стыда. — Бейкер назвал меня утром «куском дерьма», если дословно, и, буду честной, так обидно от чьих-то слов мне ещё никогда не было, – начинаю чувствовать себя ребёнком, который жалуется, ещё больше расстраиваясь и допивая виски в бокале, протягивая руку за новой порцией.
— Куском дерьма? – Прайс начинает звонко смеяться, ставя собственной бокал на стол и прикрывая рот ладонью. — Дьявол, Киара, вот от Реджи данные слова явно не стоит воспринимать так тяжело. Он постоянно кусается. Называет нас с Моррисом баранами, скажи спасибо, что являешься лисёнком в его глазах, – девушка гладит моё плечо, продолжая тихо смеяться.
— Да какое право он вообще имеет, – злость начинает брать своё, а пальцы спустя секунду сжимают новую сигарету. Понимаю, что перестаю фильтровать собственные слова из-за алкоголя, отмахиваясь от этого на утро. — Нужно ему объяснить, что так нельзя. Ты бы видела и слышала эти недовольства. Он меня на улицу выкинул с четырьмя пулями, когда их было семеро, я хоть слово сказала? Нет! Считаешь, Бейкер имеет право что-то высказывать о моей избалованности? Сам кто? – руки трясутся от ярости, нажимая на колёсико зажигалки. Раздражаюсь всё больше из-за того, что сигарета остаётся не подожжённой, откидывая её.
— А кто виноват, что ты терпишь всё? Возьми и выскажи, если уверена, что продолжишь дышать после этого, – поворачиваюсь к девушке, испытывая неописуемое желание свернуть её шею. Терплю, значит? — Киара Эрика Грейс, ничего ты не объяснишь этому человеку, как минимум, не имеешь право, так что соберись и научись стоять за себя, а иначе не жалуйся, – не успеваю сообразить, как указательный палец щёлкает мне по носу, делая ещё более похожей на ребёнка. Прайс встаёт, ища телефон и усмехаясь чему-то, когда находит его и разблокирует. — Мне нужно домой, Колин приедет с Реджи и заберёт меня скоро, а ты, – указывает в мою сторону, натягивая свитер, – сожми свои лапки в кулак и переставай быть жертвой, мы, женщины, в первую очередь хищницы, понимаешь? Лиса хитрый зверь, а не жалкий хомяк, так что не расстраивай меня, – киваю, будто принимаю клятву, после непонимающе хмурясь и потирая лоб.
Обдумываю слова Прайс, пока она ходит по квартире, собирая и убирая вещи. Конечно, мы хищницы, но что делать, когда лиса встречается не с обычным волком, а самым настоящим львом? Он рычит, гордо поднимает голову, обрамлённую величественной гривой, а в лапах у него не когти, настоящие лезвия. Маленькая пушистая лиса хочет дать отпор и свергнуть царя зверей, но раньше имеет на это шансы?
Ударяю себя по лбу, когда осознаю, что, в действительности, начала сравнивать нас с животными. Ещё и назвала этого кретина львом. Он максимум, обозлённый йоркширский терьер. Точно. Йоркширский терьер.
— Я ушла! – киваю, не поворачиваясь в сторону уходящей гостьи.
Продолжаю сжимать пустой бокал в пальцах, закидывая ноги на стол и склоняя голову вбок. После этого начинаю ощущать лёгкое головокружение, прикрывая глаза и выдыхая. Я снова слишком много выпила. Наугад ставлю стеклянный сосуд на место, удивляясь, когда не слышу звук разбитого стекла. Подкладываю подушки под спину, перестраиваясь в лежачее положение.
— Киара Грейс, утром я буду отбивать ритм по кастрюле ложкой, желая тебе самого доброго утра, – слышу недовольный голос брюнета, лениво открывая глаза и вытягивая руку вперёд, устремляя указательный палец в грудь дьявола.
— Ты, – шепчу, прищуриваясь и продолжая лежать. — Давай обсудим кое-что, как взрослые люди, – складываю руки на груди, закидывая голову чуть выше, чтоб лучше видеть лицо Бейкера, когда я его уничтожу своей тирадой.
— Попробуй, – сухо произносит, падая в кресло и с малой долей интереса обращая ко мне взгляд своих тёмных глаз. Прочищаю горло, переворачиваясь набок.
— Если ты считаешь, что впустил меня в квартиру, не убил и «самое ужасное, что сделал, это выкинул из ванной комнаты» – это залог не куска дерьма, то ты ошибаешься, Реджи Бейкер. Я терпела вещи хуже, но не жаловалась, потому что ничего бы не поменялось. Не называй меня разбалованным ребёнком, когда я из скуки говорю грубые вещи, ведь ты поступаешь ничуть не лучше. Смел поднять руку и отправить меня драться с семью парнями, когда я ничего не имела, – мужчина собирается перебить, но я не даю возможности, резко поднимаясь. — Не смей, блять, сказать, что оставил четыре пули. В общем, мы одинаковые куски дерьма, но вынуждены смириться с этим, по крайней мере, я, ведь мне негде жить. Но это не значит, что не стану перечить тебе. Ты знаешь, что это невозможно, не именуй себя взрослым и правильным, Бейкер, всё моё дерьмо рядом с твоим выглядит, как звезда в космосе. Возможно, ты лев, но это не значит, что каждый будет поджимать хвост. Тем более такой красивый и рыжий, – напоследок киваю, надеясь, что мужчина молча удалится и смирится с поражением.
— Весь день придумывала? – недовольно хмурюсь, наблюдая за тем, как брюнет потирает виски. — Грейс, я могу спорить с тобой об этом хоть до утра, но только с трезвой, – указывает взглядом на пустой бокал, прикусывая губу. — Я не называл себя идеальным, а тебя самой худшей, лишь выразил собственные мысли и то больше из-за того, что утром злюсь. Ты серьёзно весь день об этом думала? – вскидывает брови, ухмыляясь и наклоняясь ближе ко мне.
— Ещё чего, у меня есть дела важнее, – фыркаю, протягивая руку к смартфону и неожиданно вспоминая о сообщениях.
От разряда, что разлетелся по телу, дёргаюсь, от паники начиная вертеть головой в разные стороны, в поисках устройства. Нахожу его, открывая чат и понимая, что так и не ответила ничего. Кусаю губы, набирая важные вариации на клавиатуре, но затем быстро стираю их, от безысходности откидывая гаджет.
— В общем, занимайся делами, я охренительно сильно устал и иду спать, – Бейкер пару секунд смотрит на мои метания, после вставая и стягивая футболку по пути в спальню.
Может, попросить совета у Реджи? Ударяю себя по бедру после глупой мысли, вскидывая подбородок и не оборачиваясь на хлопок. Мне только не хватало советов у этого человека просить, точно. Качаю головой в разные стороны, вставая, чтоб налить воды. Но с другой стороны всё можно скинуть на то, что я не трезвая. Разве нет? Задумываюсь, упираясь бёдрами в кухонный стеллаж и отпивая немного прохладной воды. Голова, в действительности, туго соображала и болела, но мне стоит уже собраться и не вести себя, как ребёнок. Снова это сравнение. Выпускаю стон, оставляя стакан на тумбе и направляясь к дивану. Подхватываю телефон, после пару раз стуча в тёмную дверь. Не дожидаясь ответа, вхожу, убирая руки за спину.
— Что ещё? – мужчина уже лежит в постели, докуривая сигарету и что-то делая в собственном телефоне. Молчу, собираясь с мыслями и прикусывая внутреннюю сторону щеки. — Проходи, – хрипло произносит, выдыхая и поднимаясь на локтях в кровати, садясь.
Прохожу в прохладную спальню, съёживаясь от холодного воздуха. Направляю взгляд в сторону окон, что, похоже, были открыты весь день.
— Хотела посоветоваться, – еле шевеля ртом, произношу, обходя кровать и садясь на другую сторону, поворачивая голову к брюнету. — Только выслушай спокойно, если не захочешь делиться нормальным мнением, просто промолчи, я уйду, – пристально смотрю в карие глаза, ощущая от брюнета желание, выдать что-то. — Давай уже, пока я не начала, – выдыхаю, закатив глаза.
— Лишь хотел уточнить, что для вас, мисс Грейс, «нормальное мнение». Я ведь не могу знать, что устроит ваш красивый пушистый хвост, – возмущённо прищуриваюсь, сжимая кулаки. — Говори, Киара, у меня искренне нет желания общаться с тобой более десяти минут в день, проявляю воспитанность, не скидывая тебя с постели в данный момент, – понимаю, что брюнет и вправду сильно устал, ускоряя поток мыслей и откидывая обиды.
— Ты ведь знаешь, что я достаточно давно не видела мать, – робко начинаю, хрустя пальцами под напряжённым взглядом Реджи. — Мне написал человек, называя себя её именем и прося о встречи, как думаешь, стоит пойти? – сглатываю, выжидающе смотря и медленно опуская голову на подушку от сонливости.
— Понимаешь, что это может быть не она? – мужчина тяжело выдыхает, удобнее ложась, чтоб видеть моё лицо. — Даже если она, это весьма подозрительно. Её не было дохрена времени, а когда дети начали делить наследство, неожиданно вернулась, – хмурю брови, осознавая, что даже не подумала об этом. — Конечно, наивные мечты о светлом возвращении матери – это не плохо, Грейс, но думай головой, здраво и трезво, а не как обычно ты это делаешь, – фыркает, протягивая руку к моему лицу и убирая локон волос с щеки. Зачарованно смотрю, просовывая руку под подушку.
— Значит, пойти и мыслить здраво? – тихо спрашиваю, опуская тяжёлые веки, которые сами тянулись вниз. Чувствую горячие пальцы Бейкера на коже, медленно погружаясь в сон.
— У тебя всё равно не получится, лисёнок.