Празднование
- До дна! До дна! До дна! - Шумные возгласы расходились, кажется, чуть-ли не по всей долине. Кружки, наполненные пьянящим вином и пивом, коснулись бочками друг друга под чужие улыбки, тосты и поздравления, снова и снова, пока один из самых шумных гостей за столом, открыв пошире рот, и вцепившись в кружку зубами, опустошал ту снова и снова до дна, без рук.
- Вот-то ты даёшь, мудрец! - Улыбался нетрезво слон, хоботом поднося к себе фрукт, и ликуя от такого представления.
- Кажется, это уже была четвертая?
- Седьмая! - Гордо ответил юнец с золотыми, как чан золота, глазами.
- А, да? Я и не заметил, хаха
- Быстро же ты пьянеешь, слон. - Подловил их разговор орёл, медленно допивая свой напиток, и поглядывая недобрым взглядом не местного трезвенника, который и капли в рот не взял за всё время прибывания здесь. Даже если полностью забрать со стола все обычные напитки, похоже, к вину он не притронется.
- Макак, не думаешь, что как-то не вежливо пропускать тост?
- ... Я, пожалуй, отдам честь сказать тост остальным. - Ответила черная обезьяна, отводя взгляд и неловко улыбаясь.
- Остальным? О, можно тогда я? Давайте тогда я!! - Схватившись за новую кружку, наоборот же, местный пьяница, поднял её выше собственной головы, встав на стол, и величественно провозгласил, менее величественно держась на уже ватных от алкоголя ногах :
- Я, великий Сунь Укун, мудрец равный небу, и когда-то нарушивший покой даже самих небес, благословляю вас, ребята! И пусть процветание будет вечно на этой горе, как и на этом столе! - Остальные подхватили смешки Укуна. Все, кроме Макака, что лишь потирал несколько застенчиво затылок. Ведь Укун, выступающий перед всеми артистом, не предавал уверенности юному Макаку, воину, мечтающему на старости лет открыть свой театр теней, в том, что тот смог бы также открыто заявить о себе. Да и придумать тост, получше "Счастья, здоровья".
И когда, наконец, рыжая обезьяна успокоилась и села, она, всё ещё не отходящая от весёлого настроения, перевела свой взор на льва. Улыбчивого, но тихого, со стороны следящего за своим прайдом, вожака.
- Хэ-э-эй, Азу-уур~ - Подкрался тот быстро к нему сзади, присев на его плечи и трепая по голове
- А от тебя я тост так и не услышал!
- Ахах, Укун, я ещё его готовлю.
- Что? Да ну? В смысле готовишь?
- Хочу сказать что-то такое, что могло бы хоть немного сравняться с твоим тостом~ - Ответил, широко улыбаясь, лазурный демон, позволяя обезьяне спокойно использовать свое тело чуть-ли не как тренировочную площадку. Поначалу, братья Азура, Золотокрылый орёл и золото-бивневый слон, не очень воспринимали то, что Укун так позволяет себе относиться ко льву, принимая это за пренебрежение, они даже по-началу стремились отругать короля, научить манерам, бык тоже был не в восторге, но не похоже, чтобы лев беспокоился об таких мелочах. И вскоре, его братья привыкли.
- Аа-а, да ну! Ты мне льстишь! - Засмеялся лишь в ответ король обезьян, подавая себе хвостом ещё кружечку.
- Укун, может, тебе стоит повременить с добавкой? - Добавил Макак, с заботой и беспокойством в голосе.
- Не переживай, Макак, я ещё немного выпью и всё!-... - Но лев осторожно забрал у Укуна кружку и отставил в сторону
- Пожалуй, тебе и вправду хватит, Сунь Укун. Мы все очень уважаем тебя и рады твоему присутствию, но... Пфф, около тринадцати кружек за день это перебор. Боюсь, тебя тогда уже никакое облако домой не унесёт.
- Да брось, Азур... Я ведь бессмертный! Даже если не долечу, а в море свалюсь, да даже если кит съест, я ведь всё-равно целёхенький останусь, выйду на трезвую голову и опять домой полечу!
-... Нет, тебе точно больше сегодня нельзя. - Макаку явно планы Укуна не пришлись по душе. И не найдя поддержки ни у льва, ни у друга-обезьяны, У-кун обиженно сел на своё место, скрестив руки.
- Давай я принесу тебе вместо этого молока?
- Молока? Ты что, кот?~... А, ну да. - Лев лишь засмеялся в ответ. И сощурившись, он ответил.
- Хах, конечно. Для тебя я буду и котом, кем захочешь... В этой тюрьме... Ничего больше всё-равно не имеет смысла. - Несколько игриво лев ответил и медленно пошел прочь, махая довольно хвостом, прикрывая свои несколько уставшие глаза веками.
Но, ответ не был положительным на его высказывание, и повернувшись к гостям, лев замер.
- Что?... - Взгляд Укуна изменился на полное непонимание, как и взгляды остальных. Лицо льва также предалось изменениям, теряя весь тот до этого набранный настрой. Послышался шепот и небо медленно, тягуче, стали покрывать черные, как смола, чернила, заливая долину моросью.
Зелёное, смутное свечение заполонило реку снизу по склону, обращая её в болото. И дрожь пробежала по телу льва, как стадо тысячи лошадей, пока его пожирали глаза убийц, готовых немедля к схватке. Не дарующих пощады.
-... Я пошутил! Братья мои, ну чего вы такие серьёзные? Тюрьма это образно, сложно выбраться из этого места, полного стольких вкусностей, разве не так? И разве имеет что-то другое смысл, когда мы тут, вместе веселимся? - Резко сорвался со льва смешок, и он осторожно сел на место.
За мгновение все иллюзии пропали, и компания снова озарила окружение своим светлым, как лучи солнца, смехом.
- Лев, ну ты и даёшь!
- Это ты правильно говоришь, и вправду тюрьма в таком случае...
- Забавно вышло, да... - Лев ощущал полную опустошенность. Он нежно улыбнулся и вздохнул.
- Я немного плохо себя чувствую, так что, я пожалуй, пойду отдохну.
Всё-таки поднявшись вновь, и медленно ступая прочь от стола под чужое, наконец-то, одобрение, он выдохнул с тяжестью.
- Конечно, Азур, отдыхай.
- Похоже, он слишком много выпил...
- Ладно, ребята... Кто ещё хочет послушать истории от великого царя обезьян? А? А? - Лишь голосок Укуна, игривый, ласковый был последним, что услышал лев, прежде чем отойти достаточно далеко, чтобы упасть на край, на землю, около резкого и высокого склона. Под свет притягивающей взгляд луны.
Он уткнулся лбом в траву, согнулся, хватаясь лапами за свои волосы и с него сорвался немой крик. Лицо обретало всё новые злостные морщины, пока из уст льва слышалось рычание.
- Лучше бы я был достаточно решителен, чтобы наконец прекратить всё это... - Прошипел тот сквозь боль. Боль, которую не узнать тому, кто не переживал подобное.