Глава 31
Айрис
В Атланте мы пробыли почти до конца моего срока беременности, но когда вернулись домой, мне пришлось лечь в больницу с кровотечением. Итан волновался, безумно. Итан не отходил от меня ни на шаг. Его присутствие было невероятной опорой. Я видела, как сильно он переживает, как его лицо искажается от беспокойства, когда врач входит в палату. Он держал мою руку, сжимая её так сильно, словно пытаясь передать мне всю свою силу. Его шёпот, его попытки отвлечь меня, его беспрестанные вопросы о моем самочувствии - всё это помогало мне не утонуть в страхе. Ночи в больнице были особенно трудными. Тишина, прерываемая лишь стонами других пациенток и жужжанием аппаратов, казалась оглушительной. Мысли метались, рисуя самые мрачные картины. Итан, даже когда ненадолго отлучался, тут же возвращался, чтобы убедиться, что я в порядке. Мы разговаривали часами, или просто молчали, понимая друг друга без слов.
К родам я была готова. При ещё одной потуге послышался детский плач. Наша малышка такая красивая, так похожа на Итана, что я не могу не улыбнуться.
Второе мая. Добро пожаловать в мир, Илана. Я знаю, что ты будешь самым счастливым ребёнком.
- Ты умничка, мышка, - говорит мне Итан, когда меня и малышку перевели в палату.
Мысли о том, как мы будем воспитывать Илану, наполняли меня теплом. Я представляла, как мы будем читать ей сказки, гулять на природе, наблюдать, как она растёт и развивается. Больничные будни после родов слились в единый, но очень ценный поток. Каждый взгляд Итана, полный нежности и гордости, был для меня лекарством. Он неустанно заботился о нас обеих.
Ночи стали другими - наполненными не страхом, а тихим умиротворением. Слыша детское сопение, чувствуя рядом тепло Итана, я понимала, что мы - настоящая семья. Иногда, в самые глубокие часы ночи, когда все вокруг спали, я тихонько перебирала пальчиками крошечные ручки Иланы, шептала ей слова любви, и она, словно в ответ, улыбалась мне во сне.
Возвращение домой было волнующим событием. Как только я переступила порог дома, увидела украшенный холл.
- Ребята постарались, - шепчет мне на ухо Итан, держа дочку на руках.
Фом и Деймон появились первыми, за ними я увидела Лилит. Зал расцвёл от воздушных шаров и разноцветных гирлянд. Воздух наполнился радостным гомоном, смехом и шутками. Друзья, такие близкие и дорогие, собрались, чтобы разделить с нами эту новую главу.
- Дайте я посмотрю на эту кроху, - шепчет Фом.
Я знаю, что Фом очень любит детей, хоть и не показывал этого. Он ждал появления Иланы больше всех. Фом осторожно взял Илану на руки, и я заметила, как в его обычно суровых глазах появилось нечто нежное, почти благоговейное. Он держал её так бережно, словно она была самым хрупким сокровищем. Деймон, стоявший рядом, улыбался, наблюдая за этим трогательным моментом. Лилит подошла ближе, её глаза сияли от счастья, а на губах играла тёплая улыбка.
- Она такая крошечная, - прошептал Фом. - Айрис, она твоя копия.
- Она прекрасна, Фом, - ответил Деймон, кладя руку мне на плечо. - Иланa - это чудо, которое мы так долго ждали.
Лилит, всегда полная энтузиазма, тут же начала фотографировать. Камера щёлкала, запечатлевая этот драгоценный момент: Фом, с Иланой на руках, с нежностью смотрящий на неё, Итан, обнимающий меня, и Лилит, сияющая от счастья. Было настолько уютно и тепло, что казалось, будто стены зала наполнены не только смехом, но и самой любовью. Потом мы поменялись и снова фотографировались.
- А теперь, - объявила Лилит, опуская камеру, - время для подарков! И у нас есть кое-что особенное для нашей маленькой принцессы.
Дальше шли поздравления, объятия, смех. Каждый гость принёс с собой что-то, наполненное добротой и пожеланиями. Были и игрушки, и милая одежда, и подарки, которые, как мы знали, будут напоминать о этом дне долгие годы. Но самый главный подарок - это, конечно, сама Илана, наше продолжение, наша новая жизнь.
Итан отнёс Илану в нашу спальню, чтобы уложить в кроватку. Ему подходила роль отца, было непривычно видеть, как он, опасный мужчина, держит эту крохотку в своих сильных и больших руках. Я подошла к колыбели, наблюдая за этой картиной. Было что-то первобытное в этом взгляде, в этой защите, которую он источал. Итан, человек, которого кто-то боялся, теперь делил со мной самое драгоценное - нашу дочь. Его глаза, обычно стальные и пронзительные, сейчас светились таким глубоким, тихим счастьем, что сердце сжималось от переполняющих чувств. Это было зрелище, которое я, пожалуй, запомню навсегда.
Два месяца спустя
Во дворе я гуляю с дочкой. Здесь тихо и спокойно, поэтому я вышла с Иланой и пока она спит, я читаю, иногда поглядывая на неё. Летний воздух уже ласкает щёки. Крошечные пальчики Иланы, которые так нежно сжимают мой палец, её тихий сонный лепет, который наполняет мою душу умиротворением - всё это бесценно.
Илана издаёт звук и я отрываюсь от книги, смотрю на неё. Проснулась моя малышка. Её глазки, ещё затуманенные сном, медленно открываются, встречаясь с моими. В них отражается вся безмятежность утреннего света. Слабая улыбка трогает её губы, и я чувствую, как моё сердце тает от нежности, переполняющей меня. Это так хорошо, когда ребёнок смотрит на меня, когда улыбается мне. Беру малышку на руки, Илана тянется ко мне, пытается дотронуться до моего лица. Я соприкасаюсь своим носом с её крохотным носиком. От неё исходит приятный детский запах, который я хочу запомнить на всю жизнь.
Я переношу Илану на траву, где расстелен плед. Теперь она сидит, опираясь на мои колени, и с любопытством разглядывает окружающий мир. Я рассказываю ей обо всём, что вижу, стараясь вложить в слова ту любовь и трепет, которые переполняют меня. Каждый её звук, каждое движение - это отдельная история, которую я бережно храню в своём сердце.
Я знаю, что эти мгновения мимолётны. Илана будет расти, её мир будет становиться всё шире, но мне хочется, чтобы она оставалась ребёнком как можно дольше. Её крошечные пальчики, ещё такие неуверенные, тянутся к яркой бабочке, порхающей над цветами. Я провожу её ладошкой по мягким лепесткам, и в глазах Иланы отражается изумление - целый мир, полный загадок и чудес, раскрывается перед ней.
- Тебе нравятся цветы, милая? - спрашиваю я дочку, на что она улыбается мне и хлопает в ладошки.
Илана пытается встать на ноги, чтобы сделать первые шаги. Я осторожно поддерживаю её, направляя её маленькие ножки. Каждый её толчок, каждый скрип - это маленькая победа, которую мы празднуем вместе.
- Айрис, ты тут, - услышала я голос Фома. - Привет.
Парень подходит ближе и, сев на корточки, протянул руки к Илане. Дочка пошла к нему неуверенными шагами, но я всё равно придерживала её, чтобы она не упала.
- Она так быстро растёт, - с лёгкой грустью замечает Фома, - совсем скоро побежит сама.
Я киваю, разделяя его мысли. Действительно, время летит незаметно. Кажется, ещё вчера она была крошечным комочком, а сегодня уже пытается сделать первые шаги, исследует мир с такой жадностью. Но эта быстротечность лишь добавляет ценности каждому мгновению, каждому её достижению.
- Итан звонил, он освободился раньше, - Фом поймал Илану на руки, когда она подошла к нему и почти не упала.
- Это хорошо, мы скучали по папе, да, Иланочка? - я улыбаюсь дочке, которая смотрит на меня радостными глазами.
Фом кивнул, прижимая к себе Илану.
- Я думаю, он захочет порадовать Илану, - продолжил Фом, слегка потрепав Илану по головке. - Может, привезет ей что-нибудь особенное?
Я улыбнулась. Итан всегда старался сделать для дочери что-то приятное, будь то новая игрушка или просто несколько минут внимания, когда он возвращался домой. Его любовь к Илане была безграничной, такой же, как и моя, и Фома.
- Возможно, - ответила я, подходя ближе и гладя Илану по щеке. - Но главное, что он скоро будет здесь.
Два года спустя
Итан решил переехать в Атланту, когда Илане исполнится пять. Естественно, он будет работать удалённо, только иногда приезжая в родной город. Честно, я переехала бы и сейчас, но работы у Итана много, да и он хочет, чтобы Илана запомнила обстановку и людей, которые нам так родны.
Его решение было принято не спонтанно, а взвешено и обдумано. Атланта манила новыми перспективами, новой атмосферой, которую Итан давно искал. Он знал, что удалённая работа - это не просто временная мера, а новый этап в нашей жизни, который позволит ему больше времени проводить с семьёй, не отрываясь от карьерных амбиций.
Илана, хоть и была ещё совсем маленькой, уже чувствовала перемены в атмосфере. Ей было уже два года, но она уже всё понимала. Наша умная девочка расспрашивала нас о том, как и когда мы поедем в Атланту, ей хотелось увидеть новый город, хотела, чтобы и в её жизни были перемены.
- Илана заснула, - говорю я, вернувшись в нашу спальню.
Было уже довольно поздно, однако дочка провела бешеный активный день. Итан же только вышел из душа, капли воды стекали по его волосам, что делало его более сексуальным.
Итан подошёл ко мне, обнял сзади и притянул к себе. Его руки нежно обхватили мой живот, а губы коснулись моего уха.
- Ты устала, мышка, - прошептал он. - Тебе нужно отдохнуть.
Я прижалась к его сильным плечам, чувствуя тепло его тела.
- А ты? - спросила я, поворачиваясь, чтобы посмотреть ему в глаза.
- Я тоже. Но сначала...
Он наклоняется, чтобы коснуться макушки, но останавливается. Я чувствую его дыхание, его рука скользит по моей спине и забирается по мою майку.
- Скоро всё будет по-другому, - сказал он, отстраняясь. - Но одно останется неизменным - наша любовь.