Глава 32
Айрис
Итан спит, и для меня его расслабленное лицо - самое прекрасное для меня. Несколько дней назад мы ненадолго приехали в Атланту, по делам Итана. Илане понравился этот город. Её восторг заразителен. Каждый раз, когда она видит что-то новое, её глаза загораются, а на щеках появляется румянец. Она бродит по улицам, как будто открывает для себя целый мир, и я с удовольствием наблюдаю за ней. Атланта, со своими высокими небоскребами и зелёными парками, кажется, идеально подходит для её неуемной энергии.
Я же, погруженная в свои мысли, стараюсь уловить каждый момент этого короткого визита. Работа Итана требует много времени и сил, но эти редкие моменты, когда мы можем быть вместе, бесценны. Но прежде всего, я думаю о Илане. О том, как ей здесь хорошо, как она расцветает. Возможно, мы должны подумать о том, чтобы остаться здесь подольше, дать ей возможность по-настоящему познакомиться с этим городом, а потом уже окончательно остаться здесь. Сейчас же, пока Итан спит, я смотрю на него и думаю о нашем будущем. Атланта, этот незнакомый город, кажется, открывает перед нами новые возможности, новые горизонты.
Тихий вздох Итана нарушает тишину комнаты. Его дыхание ровное, спокойное, отражение мира, который я так редко вижу в повседневной суете. Наше короткое пребывание в Атланте, казалось, стало для него некой передышкой, даже здесь, вдали от дома, находились деловые вопросы, которые не могли ждать. Но даже в эти моменты, будучи уставшим, он остается моей тихой гаванью, моим якорем в этом стремительно меняющемся мире.
- Доброе утро, мышка, - его голос хриплый ото сна, но мне это до безумия нравилось.
- Доброе, - отвечаю я, целуя его.
- Всё хорошо? - спрашивает он, его глаза ещё совсем сонные, но такие родные, любимые.
Тихий вздох Итана нарушает тишину комнаты. Его дыхание ровное, спокойное, отражение мира, который я так редко вижу в повседневной суете. Наше короткое пребывание в Атланте, казалось, стало для него некой передышкой, даже здесь, вдали от дома, находились деловые вопросы, которые не могли ждать. Но даже в эти моменты, будучи уставшим, он остается моей тихой гаванью, моим якорем в этом стремительно меняющемся мире.
- Мама, папа, - слышу голос дочки и поворачиваюсь к забегающей в нашу комнату Илане. - Хочу гулять, мы же пойдём гулять?
- Конечно, малышка, - говорит Итан.
Моя улыбка была невольной, наблюдая за этой картиной. Мир Итана, казалось, сузился до размеров нашей уютной комнаты, а мои заботы растворились в лучах солнца, пробивающихся сквозь шторы.
- Иди собирайся, а мы с мамой приготовим завтрак, после чего пойдём гулять, - продолжает Итан.
Илана улыбнулась и побежала в свою комнату, а я и Итан встаём с кровати, и пока муж идёт в душ, я направляюсь на кухню.
Запах свежесваренного кофе наполняет кухню. Итан вышел из душа, его волосы были влажными. Он подошёл ко мне сзади и обнял, уткнувшись носом в мои волосы.
- Ты как всегда готовишь что-то невероятное, - прошептал он.
- Я просто хочу, чтобы мы все были счастливы, - ответила я, поворачиваясь и целуя его. - Особенно сейчас.
Илана, уже одетая и собранная, прибежала на кухню, её глаза сияли предвкушением прогулки.
- Папа, мама, когда уже пойдем?
- Скоро, моя хорошая, - улыбнулся Итан. - Сначала завтрак, а потом - гулять
***
Вернувшись домой, первым делом я и Илана гуляем во дворе. Лилит и Фом задарили её подарками, конечно, они стали заядлой парочкой. Илана хотела ещё больше побыть в Атланте, как и я, но Итан должен был вернуться к своим людям.
Подняв взгляд на дом, замечаю Итана, который ходил взад-вперёд на балконе своего кабинета и явно говорил с кем-то по телефону. Интересно, этот разговор важный? Его голос, даже на расстоянии, звучал напряжённо, а жёсткая, нервная жестикуляция выдавала сильное волнение. Что могло так сильно его беспокоить? Я не могла не узнать. Илана, тоже заметившая Итана, дёрнула меня за рукав.
- Мам, а папа о чём-то беспокоится? - спрашивает дочка.
- Нет, моя хорошая, просто у него такая работа, что нужно держать всё под контролем.
Я постаралась успокоить дочь, но сама не могла отделаться от предчувствия. Что-то в поведении Итана не давало мне покоя. Наверное, это связанно с его новым делом.
- Красавицы, - Фом появился неожиданно. - Скучаете?
Илана, до этого находившаяся в моих объятиях, помахала ему.
- Не скучаем, Фом, - ответила я. - Просто наблюдали за Итаном. Он чем-то обеспокоен.
Фом перевёл взгляд на балкон, где Итан всё ещё возбуждённо жестикулировал. Улыбка медленно сползла с его лица, и он задумчиво произнёс:
- Да, похоже, что-то действительно серьёзное. Мне тоже показалось, что он сегодня немного не в себе.
Его слова лишь усилили моё беспокойство. Фом обладал удивительной способностью чувствовать скрытое, улавливать те нюансы, которые ускользали от других. Если он заметил что-то неладное, значит, мои опасения были не напрасны.
-Может, ему нужна помощь? - спросила я, чувствуя, как тревога подступает всё ближе.
- Не спеши, - мягко прервал меня Фом, положив руку мне на плечо. - Дай ему немного времени. Иногда нужно самому разобраться со своими проблемами, прежде чем делиться ими с другими.
- Хорошо, - соглашаюсь я.
Я отвернулась и вновь посмотрела на Итана. Он сменил позу, теперь прислонившись к перилам балкона, его плечи поникли. Непривычная для него уязвимость, которую обычно скрывал за маской уверенности, пробивалась наружу, заставляя сердце сжиматься. Что могло так сильно его обеспокоить?
Фом, словно почувствовав мои мысли, легонько сжал моё плечо. Его присутствие успокаивало. Я привыкла к тому, что мы с ним всегда вместе решали любые проблемы, будь то мелкие неурядицы или серьёзные испытания. Но сейчас, видя Итана, я чувствовала себя немного беспомощной, отстранённой от его внутреннего мира.
- Ты думаешь, он не захочет нашей помощи? - прошептала я, оборачиваясь к Фому.
Он покачал головой.
- Не думаю. Просто ему, возможно, нужно почувствовать, что он не один, но при этом сохранить своё достоинство. Итан всегда был сильным, и ему, наверное, трудно признать, что ему нужна поддержка.
- Мне нужно знать, что моему мужу нужна я, что он не один.
Я вновь взглянула на Итана. Хотелось подойти, обнять, сказать, что всё будет хорошо, но страх нарушить его хрупкое равновесие останавливал.
- Побудь с Иланой, - прошу я и направляюсь к дому.
Собравшись с духом, я сделала шаг к Итану. Каждый сантиметр, отделяющий нас, казался пропастью. Его фигура, окутанная вечерним сумраком, была одновременно притягательной и пугающей.
Подойдя ближе, я почувствовала, как напряглись его плечи. Он не обернулся. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, туда, где звезды начинали робко мерцать на темнеющем небе. Я остановилась в нескольких шагах, ожидая. Не хотела навязывать своё присутствие, но и уйти не могла. В голове роились мысли, слова, которые я хотела сказать, но они застревали в горле, обращаясь в немой вопрос: "Что с тобой, Итан?"
Наконец, я тихо произнесла:
- Итан?
Он медленно повернул голову. Я увидела в его взгляде смесь усталости и не понимание того, что делать дальше.
- Мышка, со мной всё хорошо, если ты волнуешься, - он подходит ближе и целует меня в лоб.
Его голос звучал спокойно, но я слышала в нём нотки чего-то, что он тщательно скрывал. Усталость - это одно, но за ней маячило что-то более глубокое, тревожное. Жест его был привычным, даже ласковым, но в этот раз он не принёс мне никакого утешения.
- Ты какой-то... потерянный. Словно тебя нет здесь, рядом со мной.
- Скоро всё закончится и я буду весь твой.
Я прижалась к нему, пытаясь разглядеть что-то в его глазах. Его руки обвили меня, но объятие было каким-то невесомым, будто призрак, который вот-вот растворится в воздухе.
- Я не хочу, чтобы ты был "весь мой" так. Не хочу, чтобы ты терял себя. Просто будь здесь, со мной, - шепчу я, вжимаясь в его грудь. - Ты ведь знаешь, что я всегда буду рядом, что бы ни случилось.
- Я знаю, мышка, - отвечает он. - Дай мне пару дней и я всю улажу.
- Ладно.
Смириться. Нужно лишь смириться и ждать, когда мой Итан вернётся ко мне. Вернётся таким, каким я его полюбила. Мои переживания о нём всегда будут на первом месте.
Пока он говорил, я старалась уловить нить, уходящую из его зрачков, уходящую в прошлое, где он ещё не был таким отстранённым. Я пыталась вспомнить, когда мы обнимались так, чтобы это объятие ощущалось реальным, как прежде. Когда его руки действительно прижимали меня, а не просто имитировали прикосновение. Казалось, что между нами выросла невидимая стена, а каждое наше взаимодействие лишь углубляло эту пропасть.
«Весь мой», - подумала я. Это было так часто, так привычно. Мы всегда были «всем» друг для друга.
Смириться, принять. Легко сказать. Но для меня смириться означало отпустить ту часть Итана, которую я потеряла. Я ждала его возвращения, его прежнего, того, кого я полюбила, но внутри меня боролись два желания: желание верить в его обещания и страх, что он изменится до неузнаваемости. Мои переживания за него были безграничны, но я также понимала, что не могу жить вечно в ожидании, пока он "уладит" свои дела.
Где-то в глубине души я надеялась, что его отстранённость - это временное явление, вызванное какими-то внешними обстоятельствами. Что, когда всё уляжется, он снова станет тем моим Итаном, который смотрел на меня с той нежностью, которая заставляла моё сердце таять. Но эта надежда была слабой, и я боялась, что реальность окажется куда более суровой.
- Мы с Иланой собирались поужинать во дворе, - предупреждаю его я. - Присоединишься к нам? Она скучает по тебе.
Его взгляд скользнул по мне, не задерживаясь, и я ощутила, как знакомая пустота заполняет грудь.
- С удовольствием, - ответил он, улыбнувшись.
Илану он любил больше всего на свете. Она была его маленькой принцессой, которую он боготворил, как и меня.
Я возвращаюсь к дочери, которая уже успела заплести Фому несколько хвостиков. Милая картина. У Иланы и Фома была крепкая связь, он был для моей малышки как старший брат. Я с улыбкой наблюдала за ними, пока готовила ужин. Фом, казалось, был совершенно счастлив в роли подопытного для Иланиных парикмахерских экспериментов.
Когда Итан присоединился к нам, сад уже наполнился ароматом жасмина. Он принёс с собой тот же незримый холод, что и в доме. Илана, однако, этого не замечала. Она тут же обняла его, требуя рассказать, как прошёл его день. Он усадил её на колени, и на его лице появилась та самая полуулыбка, которую я знала, но которая больше не достигала его глаз.
***
Месяца не прошло, а Итан, которого я знала и любила, вернулся ко мне. Как и обещал, он быстро решил все рабочие моменты. Мы проводили время втроём: я, Илана и он. Мне не хватало его тепла и внимания, а Илане тем более. Илан, казалось, тоже чувствовала облегчение. Её детская улыбка, которую я так редко видела в последнее время, вновь засияла.
Я боялась, что отстранённость Итана продолжится, но когда всё уладилось, мне больше не было страшно, ведь он здесь, со мной и больше мне не придётся делить его с работой.
Мы снова стали единым целым. Завтраки, когда мы все вместе сидели за столом, казались такими обыденными, но для меня они были бесценны. Итан больше не утыкался в ноутбук, не говорил по телефону во время ужина. Его внимание теперь было полностью нашим.
Сегодня, когда он укладывал Илану спать и читал ей сказки, я поймала себя на мысли, что когда-то сделало правильно, выбрав его. Да, наша история началась с того, что он, ища сестру, спас меня из подвала. Он дал мне второй шанс на жизнь, вытащив оттуда. Теперь, наблюдая за ним, каким он стал - любящим отцом, заботливым мужем, я понимаю, что тот момент в подвале был не просто спасением, а предначертанным судьбой свиданием. Каждый день наполнен смыслом. Детский смех Иланы, утренние разговоры за завтраком, тихие вечера у камина - всё это стало для меня настоящим сокровищем.
Я часто думаю о том, как хрупка жизнь и как важно ценить каждое мгновение, проведённое с близкими. Итан научил меня этому. Он показал, что истинное счастье - не в материальных благах, а в простых вещах: в заботе, внимании, в возможности быть рядом. Его изменения произошли не из-за давления извне, а потому что он сам захотел стать лучше, стать тем, кем он должен быть для нас - нашим главным мужчиной.
И когда Илана засыпает, прижавшись к нему, и затихший дом наполняется лишь мерным дыханием спящих, я чувствую такую безмятежность и умиротворение. Это не просто семья, это единое целое, крепкое и нерушимое. Мы прошли через многое, но теперь мы здесь, вместе, и я благодарна судьбе за этот второй шанс, за эту любовь, за этот дом, где каждый из нас нашёл свое место.