Глава 9
Итан
Я рад, что Лилит идёт на поправку, скоро она вернётся домой. Я приказал Дэймону искать Калвина. Этот ублюдок должен понести наказание за то, что сделал с моей сестрой. Я чувствовал, как гнев волнами накатывает на меня, стоило только подумать о Калвине. Этот ничтожный выродок посягнул на самое святое, что у меня есть — на мою сестру. Я поклялся, что вырву ему сердце, когда Дэймон его найдёт. Он заплатит за каждую слезинку, за каждую царапину на её теле. Отец Айрис тоже понёс наказание.
Айрис. Ночь проведённая с ней была великолепной, но меня переполняло чувство поспешности. Я не мог полностью отдаться удовольствию, зная, что Лилит лежит в больнице. Смесь вины и влечения терзала меня, словно я совершил что-то запретное, воспользовавшись моментом слабости. Я сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в кожу ладоней. Ненависть к Калвину почти физически ощущалась внутри меня, отравляя каждую мысль, каждый вдох. Я представлял его лицо, искаженное страхом, когда Дэймон, словно тень правосудия, настигнет его. Я представлял, как вырываю его грязное сердце и швыряю собакам. Эта картина приносила мне болезненное, но кратковременное облегчение. Но потом в памяти всплывало лицо Айрис. Её глаза, полные нежности и понимания. Её прикосновения, такие исцеляющие и желанные. Я ненавидел себя за то, что позволил этому случиться, за то, что на мгновение забыл о Лилит, погребенный под волной страсти. Айрис была не виновата. Она всего лишь пыталась утешить меня, облегчить мою боль. А я... Я воспользовался её добротой, её слабостью.
— Он сквозь землю провалился, но мы делаем всё возможное, чтобы найти его, — докладывает Дэймон.
Я кручу в руке складной нож, внимательно слежу за Дэймоном. Дэймон всегда был немногословен, но сейчас его немногословность казалась мне издевательской.
— Всё возможное — это недостаточно. Калвин ходит по земле и дышит воздухом, когда должен гнить в самой глубокой яме ада. Найдите его, — прорычал я, бросая нож на стол. Лезвие с тихим стуком вонзилось в дерево. Я не отрывал взгляда от Дэймона, ожидая увидеть в его глазах хоть намёк на сомнение. Но он стоял невозмутимо, как скала.
— Мы расширили поиски. Разослали людей во все города. Уведомили тех, кто может знать о его местонахождении. Он не сможет долго скрываться.
Дэймон один из лучших людей в моей банде. Один из самых преданных мне. Я нашёл его пять лет назад, когда он участвовал в ограблении банка. Полицейским он доказывал, что деньги нужны для лечения его матери, мне понравилось как он пытался выкрутиться, поэтому поручился за него и принял в ряды солдат.
Дэймон не дрогнул под моим взглядом. Это одновременно успокаивало и раздражало. Я знал, что он действительно делает всё возможное. Но этого было недостаточно. Моя ярость требовала выхода, требовала крови. Калвин должен заплатить за то, что сделал с Лилит. За то, что заставил меня чувствовать себя беспомощным.
— Найти его, Дэймон. Любой ценой. Я хочу, чтобы он страдал так, как никогда не страдал ни один человек. Я хочу, чтобы он молил о смерти, но смерть не приходила. Понял?
— Понял, — коротко ответил Дэймон, не задавая лишних вопросов. Он знал, что это не просто приказ. — А, что между тобой и Айрис? Она избегает тебя и нас.
Вопрос Дэймона застал меня врасплох. Я ожидал чего угодно, но не этого. Я нахмурился, пытаясь скрыть смятение.
— Ничего, — отрезал я, стараясь придать голосу твердость. — Просто... недоразумение.
Но Дэймон не выглядит убеждённым. Он знает меня слишком хорошо, чтобы поверить в такую чушь. И он прав. Между мной и Айрис теперь целая пропасть. Пропасть, которую я вырыл своими собственными руками.
— Айрис — хороший человек, — медленно произносит Дэймон, словно подбирая слова. — Не стоит причинять ей боль.
Я отворачиваюсь, чувствуя, как гнев снова закипает внутри. Ярость на Калвина, на себя, на ситуацию в целом.
— Не учи меня жить, Дэймон, — огрызаюсь я. — Просто найди Калвина. Это всё, что от тебя требуется.
— Принято.
Как бы странно это не звучало, но я снова хотел провести ночь с Айрис. С ней я ощущал себя живым. Мне нужна была Айрис. Не только её тело, хотя и оно манило меня с неудержимой силой. Мне нужна была её поддержка, её понимание, её способность видеть во мне не только жестокого лидера, но и человека.
Я молча наблюдаю, как Дэймон покидает комнату, и чувствую, как одиночество наваливается на меня тяжёлым грузом. Он ушёл, оставив меня наедине со своими мыслями, которые терзают разум, словно голодные волки. Оставшись в одиночестве, я подошёл к окну. Я задавался вопросом, сколько боли и страданий скрывается за яркими фасадами домов неподалёку от базы. Наверняка, не меньше, чем в моём мире.
Я сжал кулаки, чувствуя, как костяшки побелели. Я должен был сосредоточиться на Калвине. Отомстить за Лилит, за себя, за все те страдания, что он причинил. Но образ Айрис не уходил. Она была как заноза в сердце, напоминающая о человечности, которую я так старательно подавлял.
Я достал из бара бутылку виски и сделал большой глоток. Обжигающая жидкость прокатилась по горлу, на мгновение приглушая боль. Но это было лишь временное забвение. Рано или поздно мне придется столкнуться с реальностью. С тем, кто я есть, и с тем, что я потерял. И эта перспектива пугала меня больше, чем любой враг.
***
— Айрис, постой! — прошу девушку, останавливая ей, поймав её руку. — Я думал... думал над тем, что происходит между нами.
— И что ты понял?
Её глаза, зелёные и озорные, сейчас были полны осторожного ожидания. Я ощутил лёгкое дрожание в её руке, зажатой в моей. Сознание будто прорезалось сквозь туман последних дней, когда мы оба избегали прямого разговора, танцевали вокруг неизбежного.
Я вздохнул, собираясь с духом.
— Я понял, что игнорировать это дальше невозможно. То, что происходит между нами, это... это не просто дружба, Айрис. Я чувствую влечение, которое становится всё сильнее с каждым днём. Я пытался убедить себя, что это просто химия, мимолетное увлечение, но это не так.
Я замолчал, ища нужные слова, и увидел, как в её глазах мелькнула тень сомнения.
— Я не знаю, что ты чувствуешь ко мне, Айрис, и боюсь услышать ответ. Боюсь, что разрушу нашу дружбу, которая так много для меня значит. Но ещё больше я боюсь упустить шанс на что-то большее. Я знаю, это эгоистично, но я должен был сказать.
Она медленно высвободила свою руку из моей, и я почувствовал, как мир вокруг меня сжался, ожидая приговора. Тишина казалась невыносимой. Затем она сделала шаг ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума.
— Ты прав, — прошептала она, глядя мне прямо в глаза. — Игнорировать это больше невозможно. Я тоже чувствую это, Итан. То самое влечение, ту самую химию, которую ты пытался отрицать. И да, мне тоже страшно. Страшно потерять тебя, если у нас ничего не получится. Но ещё страшнее — никогда не узнать, что могло бы быть.
Её признание прозвучало как музыка, развеивающая туман неуверенности, который окутывал меня последние дни или даже недели. Я почувствовал, как напряжение покидает моё тело, уступая место волне облегчения и предвкушения. Желание прикоснуться к ней, обнять, убедиться, что это не сон, стало невыносимым. Но я сдержался, давая ей возможность продолжить, высказать всё, что накопилось в её сердце.
— Это глупо, наверное, — продолжила она, слегка улыбаясь.
Я протянул руку и осторожно коснулся её щеки. Её кожа была мягкой и тёплой под моими пальцами. В её глазах плясали искорки.
— Айрис, я... я не хочу ничего испортить. Но я не могу больше притворяться, что ты для меня просто друг. Ты — больше. Ты — всё, чего я когда-либо хотел, но боялся себе признаться.
Я медленно наклонился к ней, и она ответила на мой поцелуй. В этом поцелуе было всё: и нежность, и страх, и надежда, и то самое влечение, о котором мы говорили. Мир вокруг нас перестал существовать. Были только мы, наши чувства, и этот момент, который казался вечностью. Поцелуй углублялся, становясь более уверенным и требовательным. Я почувствовал, как её руки скользнули мне на шею, притягивая ближе, а мои обвили её талию, словно боясь отпустить. Время потеряло всякий смысл. Существовали только наши губы, слившиеся в едином порыве, и то электричество, что пронзало каждое нервное окончание.
В этот момент я понял, что готов рискнуть всем ради неё. Готов столкнуться со всеми страхами и сомнениями, лишь бы не упустить шанс на то счастье, которое она предлагала. Потому что Айрис была не просто другом. Она была чем-то гораздо большим. Она была той самой, с которой я хотел провести свою жизнь. И я был готов бороться за это.