Глава 7
Айрис
Мама была в шоке, увидев меня, но шок быстро сменился радостными слезами. Она обняла меня, держала в своих объятиях очень долго, пока Фом не отвлёк её.
— Айрис, это твой парень? — спрашивает мама, внимательно осматривая парня.
— Нет, это мой друг. Его зовут Фом, он работает на...
— Того, кто нашёл её, — отвечает Фом за меня. — Заверю вас, Айрис мы приняли как родную в нашу команду, она теперь работает с нами.
Мама отстранилась от меня, всё ещё держа мои руки в своих. Её взгляд метался между мной и Фом, пытаясь осознать смысл сказанного.
— Работает? Какая работа, Айрис? Где ты была все это время? Мы с бабушкой места себе не находили!
Я опустила глаза, чувствуя, как вина пронзает меня. Объяснять было тяжело, но я понимала, что должна рассказать ей правду, насколько это возможно.
— Мама, я не могу рассказать всего сейчас. Это долгая история. Но я в порядке, со мной всё хорошо. Фом и его команда помогли мне, они заботились обо мне, пока я не смогла вернуться.
Мама снова посмотрела на Фома, в её взгляде уже не было подозрения, только благодарность. Она шагнула к нему и крепко обняла.
— Спасибо тебе, Фом. Спасибо за то, что привел её домой. Мы вам будем вечно благодарны.
Фом слегка смутился от такого проявления эмоций, но обнял маму в ответ.
— Не стоит благодарности, Айрис действительно стала ценным членом нашей команды. И теперь она снова с вами, это самое главное.
— Хотите чаю? — спрашивает мама.
Фом замялся. Он не был готов к тому, что мама предложит что-то подобное. Он хотел было отказаться, но я толкаю его в бок и шепчу ему:
— Бесполезно отказываться.
Час мы сидели на кухне, мама рассказывала о моём детстве. Фом иногда смеялся с забавных историй моей жизни и я подумала, интересно было бы Итану послушать? Смеялся бы вместе с нами? Где он сейчас и вышел ли на след Лилит?
После чая мама предложила Фом немного отдохнуть после дороги, но парня вызвал Итан и ему пришлось уйти, но он оставил со мной двух охранников.
Мама настояла, чтобы я прилегла отдохнуть. Я не стала спорить, усталость навалилась мгновенно, как только я оказалась в безопасности дома. Моя комната осталась нетронутой, словно я просто вышла на прогулку и скоро вернусь. Запах родных стен успокаивал и дарил чувство защищенности, которое я так отчаянно искала в последнее время. Я закрыла глаза, но сон не приходил, мысли роились в голове, перебирая события последних дней.
Внизу слышались приглушенные голоса мамы и охранников. Они разговаривали тихо, чтобы не потревожить меня, но я чувствовала их присутствие, как невидимый щит. Неужели моя жизнь теперь всегда будет такой — под присмотром? Я вздохнула и перевернулась на другой бок. Нужно выкинуть дурные мысли из головы и просто отдохнуть.
Проснулась я от негромкого стука в дверь. Мама просунула голову в комнату.
— Айрис, дорогая, ты не голодна? Я приготовила твой любимый пирог с яблоками.
Я улыбнулась. Знала, что от маминого пирога невозможно отказаться. Спустившись на кухню, я увидела, что стол накрыт, а мама ждет меня с сияющей улыбкой. Мы ели молча, наслаждаясь обществом друг друга. После пирога я почувствовала себя немного лучше, словно часть груза с моих плеч исчезла. Может быть, действительно всё наладится.
Я решила позвонить Итану, я давно ничего не слышала от него со вчерашнего утра. Он взял трубку быстро.
— Привет, Айрис, — здоровается он и я понимаю, что он не спал всю ночь.
— Привет. Есть новости?
— Мы нашли Лилит, она в больнице. Состояние тяжёлое.
— Это ужасно, — отвечаю я. — Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь.
— Я не знаю, что и думать, Айрис. С одной стороны, я рад, что она жива. С другой... вина гложет меня изнутри. Если бы я был осторожнее, ничего бы этого не случилось.
Я молчала, не зная, что сказать. Слова утешения казались пустыми и неуместными.
— Я уверена, что когда вы сможете поговорить, то она скажет кто предал вас.
— Возможно, — тихо ответил Итан. — Но сейчас главное, чтобы она выжила. Врачи говорят, что шансы невелики.
Я прикусила губу, ощущая комок подступающий к горлу. Несмотря на всё, что произошло, я не желала ей смерти, хоть и не знала её лично.
— Я надеюсь, что она поправится, — наконец сказала я. — Итан, тебе нужно отдохнуть. Ты не спал всю ночь.
— Я не могу, Айрис. Слишком много всего навалилось. Но спасибо, что беспокоишься. Я позвоню позже, как только будут новости.
Он повесил трубку, оставив меня наедине со своими мыслями. Я посмотрела в окно на серый осенний пейзаж. Я собираюсь ехать в свою квартиру, попрощалась с мамой и охранники везут меня ко мне домой. Естественно, они скажут Итану об этом, но в одиночестве я смогу вспомнить ещё что-нибудь о своём прошлом.
Дорога до моей квартиры показалась бесконечной. Осенний город за окном был унылым и серым, как и мои мысли. Я чувствовала себя марионеткой, дёрганой за ниточки чужой волей. Охранники, эти молчаливые тени, напоминали мне о той опасности, что нависла надо мной, как только я встретила Итана. Неужели теперь его мир стал моим миром? Миром, который полон опасностей и неожиданности. Смогу ли я окончательно смириться с теми изменениями в моей жизни, которые появились?
Войдя в квартиру, я первым делом распахнула окна, впуская свежий, прохладный воздух. Пустота и тишина давили на меня, но в то же время давали столь необходимую возможность побыть наедине с собой. Я прошла в гостиную, оглядывая знакомые предметы интерьера: диван, на котором любила читать, книжный шкаф с моими любимыми романами, фотографии на стенах. Всё это казалось таким далёким, словно принадлежало другой жизни. Я подошла к окну, наблюдая за движением города. Машины спешили по своим делам, люди шли, закутавшись в шарфы и куртки. Никто из них не подозревал о том, что творится в моей жизни, о том, что я живу под охраной.
Я решила не поддаваться отчаянию. Мне нужно было собраться с мыслями, попытаться вспомнить хоть что-то о своём прошлом. Я прошла в комнату, села за стол и открыла ящик. Там лежали мои старые дневники, фотографии, письма. Может быть, среди этих вещей я найду ключ к разгадке? Взяв в руки один из дневников, я открыла его на первой странице. "Айрис, 16 лет..." — прочитала я вслух. Сердце забилось быстрее. Я начала читать, погружаясь в мир своих юношеских переживаний, мечтаний и надежд. Может быть, именно здесь, в этих строках, и скрыта правда о том, кто я такая и почему я ничего не помню.
Страницы дневника шелестели под моими пальцами, унося меня в прошлое. Каждая запись, каждая фотография вызывали смутные, мимолетные воспоминания. Вот я с друзьями на пикнике, вот на выпускном балу, вот в университете на лекции. Вроде бы знакомые лица, места, события, но всё это казалось чужим, словно я наблюдала за жизнью другого человека. Мелькали имена, даты, детали, но ничто не давало чёткого ответа на вопрос, что же со мной произошло.
Я перелистывала страницы, углубляясь всё дальше в прошлое. Вдруг моё внимание привлекла одна запись, сделанная более тёмными чернилами, словно в порыве сильных эмоций. "Я больше не могу так жить. Они следят за мной, преследуют меня. Я должна что-то сделать, иначе они уничтожат меня". Что это значит? Кто "они"? О ком я писала? Вопросы роились в голове, не находя ответа.
Я продолжила читать, надеясь найти объяснение этой загадочной записи. Но следующие страницы были заполнены обычными подростковыми переживаниями, мечтами о любви, планами на будущее. Ничего, что могло бы пролить свет на то, что произошло. Разочарованная, я закрыла дневник и отложила его в сторону. Телефон завибрировал. Я взяла трубку и услышала голос Фома.
— Ты уехала от матери, маленькая потеряшка, — поддразнивает меня он. — Я поднимаюсь к тебе домой, нужно ехать на базу. Итан собирает всех.
— Хорошо, я буду готова через десять минут.
Положив трубку, я быстро привела себя в порядок. Взглянула в зеркало. На меня смотрела девушка с растерянными глазами, в которых читался страх и отчаяние. Ничего общего с той Айрис, что писала эти дневники. Кем я была тогда? И кем стала сейчас?
Звонок в дверь вырвал меня из раздумий. Это был Фом. Он был одет в чёрный костюм, на лице — непроницаемое выражение. Он был похож на тень, бесшумную и опасную. Войдя в квартиру, он окинул её быстрым взглядом.
— Готова? — спросил он. Я кивнула. Выходя из квартиры, я ещё раз бросила взгляд на свои вещи, словно прощалась с ними. Кто знает, вернусь ли я сюда прежней.
Фом молча провёл меня к машине. Чёрный внедорожник с тонированными стёклами выглядел зловеще. Он открыл передо мной дверь, я села внутрь. Салон был просторный и прохладный, пахло кожей и чем-то неуловимо химическим. Сейчас бы мне хотелось быть дома, укрыться в одеяло и не о чём не думать. Фом занял место водителя, и машина плавно тронулась с места. Город проплывал за окном размытыми огнями, словно кадры из старой киноплёнки. Я смотрела на них, пытаясь ухватиться за ощущение нормальности, которое стремительно ускользало.
— С тобой всё хорошо? — спрашивает Фом. — Ты бледная.
Я вздрогнула от его голоса, словно он разбудил меня от кошмара.
— Да, всё в порядке, — пробормотала я, отводя взгляд от окна. — Просто немного устала.
Он ничего не ответил, лишь бросил на меня быстрый, изучающий взгляд. Я чувствовала, что он что-то подозревает, но не решается спросить. И я была благодарна ему за это.
— Итан тебе не поверит, если скажешь ему то же самое, — произносит он, сосредоточившись на дороге.
Всю дорогу до базы мы ехали в молчании. Я чувствовала на себе взгляд Фома, но предпочитала смотреть в окно. Мои мысли были спутаны, словно клубок ниток, который невозможно распутать. Запись в дневнике не давала мне покоя. Кто "они"? И почему я должна бояться?
Высокие стены базы встретили меня, колючая проволока, вооружённая охрана — всё это говорило о том, что здесь не рады посторонним. Фом провёл меня через несколько контрольно-пропускных пунктов, и мы оказались в просторном доме, где я уже была. Итан ждал меня в своём кабинете. Он сидел за большим столом, рассматривая какие-то бумаги. Увидев меня, он улыбнулся, но в его глазах я заметила скрытую тревогу.
— Айрис, я рад, что ты приехала, — сказал он, поднимаясь со своего места и обнимая меня. — У нас есть важные дела.
Я чувствовала его объятия, но словно через толстую стену. Его тепло больше не достигало меня. Слова из дневника звенели в голове, как назойливый колокольчик. Важные дела? Или ловушка?
Итан усадил меня в кресло напротив своего стола. Сказать ему о записи в дневнике или нет? Ведь он сейчас думает о том, как сейчас помочь Лилит и придёт ли она в себя. Вопрос висел в воздухе, словно невидимая нить, связывающая нас. Я смотрела на Итана, пытаясь прочесть его мысли, но его лицо оставалось непроницаемым. Решиться сейчас — значит изменить всё. Промолчать — возможно, обречь себя на неминуемую опасность.
— Что случилось, Айрис? — спросил Итан, нарушив тишину. — Ты выглядишь так, будто увидела привидение.
Я вздохнула, собираясь с духом. Слова давались с трудом, словно горло сдавил невидимый обруч.
— Я нашла... свой старый дневник, в доме. Там записи... странные.
— Странные записи? — Итан нахмурился. Он отложил бумаги в сторону и подался вперед. — Что за записи? Покажи.
Я достала из сумки свой телефон. Быстрыми движениями нашла фотографию той самой страницы и протянула ему. Итан взял телефон, внимательно изучая снимок. Его брови сдвинулись еще сильнее, а на лбу пролегла глубокая морщина. Он молчал, погруженный в чтение. Я видела, как меняется его лицо, как тревога сменяется недоумением, а затем — каким-то настороженным пониманием.
— Это... это очень странно, — наконец произнёс он, возвращая мне телефон. — Ты помнишь что-нибудь об этом? О чем-то подобном?
Я покачала головой.
— Нет. Совсем ничего. Это как будто писал кто-то другой.
— Ты уверена? — Итан пристально посмотрел на меня. — Подумай хорошенько. Может быть, хоть какие-то обрывки воспоминаний?
Я напрягла память, пытаясь выудить хоть что-то из глубин сознания. Но в голове была лишь пустота, словно кто-то намеренно стёр все следы.
— Я... я не знаю, мне было всего шестнадцать, — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает комок. — Это пугает меня.
Итан вздохнул и откинулся на спинку кресла. Он задумчиво посмотрел на потолок, словно ища там ответы.
— Хорошо, — произнёс он, наконец. — Не волнуйся. Мы разберемся с этим. Я обещаю.
Он встал и подошёл к окну, глядя на серые, безрадостные пейзажи за стенами базы.
— Сейчас тебе нужно отдохнуть, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Всё остальное подождёт. Фом проводит тебя в твою комнату. А я... я должен кое-что проверить.
Фом, как всегда, появился тихо и незаметно, словно тень. Он молча кивнул Итану и знаком пригласил меня следовать за ним. Взглянув на Итана, я встаю с кресла и направляюсь к выходу, но на последок оборачиваюсь и спрашиваю:
— Когда Лилит придёт в себя, ты попросишь меня уйти?
В первый день нашего знакомства я бы всё отдала, лишь бы уйти от них и забыть, но сейчас, когда всего несколько недель мы провели вместе, мне не хотелось уходить. Наверное, я слишком привыкла к Итану и его людям.
Итан замер у окна, его взгляд был устремлен куда-то сквозь завесу дождя. Он не сразу ответил, словно обдумывал каждое слово. Тишина наполнилась тяжелым предчувствием.
— Айрис, сейчас не время для таких вопросов, — наконец произнёс он, не поворачиваясь. — Мы все надеемся, что Лилит поправится. И решение о твоем будущем будет зависеть не только от этого.
Его слова прозвучали расплывчато и неуверенно. Было ясно, что он сам ещё не знает ответа. Это немного успокоило, и в то же время заставило сердце сжаться от страха. Неизвестность всегда пугает больше, чем определённость, даже если эта определенность неприятна.
— Хорошо, — отвечаю я, понимая, что больше ничего не добьюсь от него сейчас.
Фом терпеливо ждал у двери, его непроницаемое лицо не выражало ничего. Я последовала за ним, ощущая на себе тяжелый взгляд Итана, который прожигал спину до самого порога. В комнате, куда меня привел Фом, было тихо и сумрачно. Я бросилась на кровать, уставившись в потолок. Вопросы роились в голове, словно потревоженные пчелы. Что значат эти записи в дневнике? Какую роль я играю во всём этом? И самое главное — что будет, когда Лилит придёт в себя? Ответы казались недостижимыми, скрытыми в тумане лжи и недосказанности. Неожиданно для себя, я осознала, что больше не боюсь.