Разбитые тишиной

Ариэнна

Моя мама была верующей. Но она не была католичкой, потому что, как оказалось, была русской. Русские относятся к православному христианству.

Но несмотря на это, я была католичкой. И хотя я не всегда любила всё это, мне приходилось приходить в церковь достаточно часто, чтобы я могла молча посмотреть и зайти в исповедальную кабинку тогда, когда там никого не было. Я всегда изливала душу у себя в мыслях, так что я привыкла к такому.

Эту католическую церковь я знаю как свои 5 пальцев. Это было единственное место, где всем было плевать на меня, поэтому у меня нет никаких плохих воспоминаний, связанных с этим местом.

Но сегодня я чувствую себя некомфортно в окружении множества людей, которые словно готовы заглянуть дальше, чем в мои глаза.

Люди любопытны. И это их главная проблема. Любопытство не всегда есть польза. Когда вам становится чрезмерно интересно, вы готовы пойти на что угодно, лишь бы получить ответ на терзающий ваш мозг вопрос. Но что, если я скажу, что таким образом вы только мучаете себя? Когда-нибудь любопытство приведёт вас к ужасам.

Стоя здесь, являясь центром внимания абсолютно всех в помещении, мне хочется съёжиться и вернуться домой. Я не привыкла к такому вниманию.

Не настолько.

Как только семья Соррентино зашла в церковь, все встали.

Сильвия Соррентино, третий ребёнок в семье, была одета в изящное струящееся атласное платье изумрудного цвета. Ей подходил этот цвет, подметила я. Её иссиня-чёрные волосы были собраны в аккуратный и идеальный низкий пучок, а губы сверкали бордовой помадой. Глаза у этой девушки были змеиные и буквально поглощали всё, что им встретится на пути. По её лицу и не скажешь, что она была счастлива своему присутствию здесь.

Хотя мне известно, что это фирменное выражение её лица. Ледяная принцесса. Так её звали? Никто никогда не знал, каков её настоящий характер.

Анна Соррентино, четвёртый ребёнок, выглядела не менее привлекательной в своём нежно-розовом коктейльном платье. Мне всегда казалось, что её недооценивают. Вокруг все считают, что она самая дружелюбная из этой семейки, но мне так не казалось.

В её взгляде было что-то цеплящее и больное. Это что-то не желало отпускать, сильнее впиваясь когтями в душу.

Она тепло улыбается девушке, которая машет ей рукой, а потом садится рядом со своей сестрой, Сильвией. В этот момент я вижу, как её улыбка сразу пропадает, и на её место приходит осторожность.

Да, Анна Соррентино, ты определённо не та, за кого себя выдаёшь.

Лоренцо Соррентино, самый младший в семье, одет в обычный костюм синего цвета. Его светлые волосы слегка развеваются, пока дверь открыта, из-за ветра, а потом он тоже присоединятся к сёстрам.

И тут я замечаю его.

Винсенте Соррентино, оглядываясь на каждого сидящего и двигаясь с уверенностью пантеры, направлялся к своей семье.

Его чёрные глаза анализировали абсолютно всё помещение, прежде чем остановиться на мне. Его тёмные волосы выглядят растрёпанными. Он наклоняет голову, и сейчас я замечаю небольшие круги под глазами и дьявольский взгляд. Я опускаю голову, не желая иметь с ним ничего общего, и оглядываюсь в поисках своего будущего жениха. Но не нахожу, и только сейчас замечаю злую ухмылку на губах у Капо.

Потом он качает головой и щёлкает пальцами, не повернув голову назад. Все садятся.

Полагаю, это был жест, который понимают только они. Люди, связанные с мафией поголовно. Не такие обузы, как я.

Но такую обузу и выбрал Рикардо, так ведь?

Загадка. Тайна. Секрет.

Почему я?

Винсенте Соррентино садится на первый ряд, рядом с оставшимися Соррентино, широко расставив ноги.

Рядом со мной стоит папа, держа меня за локоть. Мне неудобно, и я хочу как можно быстрее уйти отсюда.

Я пытаюсь сосредоточиться на своём маникюре. Раньше мне его не делали. Точнее, я никогда и не задумывалась над этим, поэтому ощущаю неуверенность в своих движениях. Это непривычно, вот и всё.

Проходит, кажется, ещё несколько минут, и люди начинают перешёптываться.

Я не удивлюсь, если всё это - розыгрыш, обычный пранк, чтобы доказать мне, что такую как я никто не захочет взять замуж. Особенно такой парень, как Рикардо.

Его репутация чиста, за исключением числа убийств и крови на его руках. Консильери Каморры. Правая рука Винсенте Соррентино. Один из самых знаменитых людей в Лос-Анджелесе. Мечта всех девушек.

Кто я такая, чтобы получить его? И чем заслужила? Отсутствием голоса? Неумением говорить? Или умением говорить руками?

Я собираюсь повернуться к отцу и попросить его уйти отсюда, расторгнув брак к чёрту, но замираю, когда дверь церкви снова открывается, и входит он.

То есть действительно он.

Рикардо Соррентино.

Одетый в идеально выглаженный костюм, идеально подходящий галстук-бабочку. От него исходит энергия, способная разрушить эту церковь. На мгновение мне кажется, что он сейчас вытащит пистолет и расстреляет всех, кто здесь находится, судя по его угрюмому выражению лица и сжатым губам.

Когда он подходит к нам, Винсенте останавливает брата, подставив ногу, а потом Рикардо наклоняется, чтобы Капо что-то шепнул ему на ухо.

Я не уверена, что он сказал, но это, кажется, ничуть не улучшило настроение моему жениху. Тяжело вздохнув, он направляется ко мне и встаёт рядом, снова не взглянув мне в глаза.

Вот и всё.

Для него я просто жена для галочки. Немая девушка. Чёртова пыль под ногами. Я буду только мешаться. Ему даже противно смотреть мне в глаза, о каких нормальных отношениях может идти речь?

Винсенте встаёт и, не спеша, приближается к нам, встав рядом с братом.

-Ты взял кольцо? - почти не открывая рта, спрашивает Рикардо, переплетая наши руки.

Конечно. Люди ожидают увидеть красивое шоу.

-Нет. - усмехается Винсенте, явно забавляясь реакцией брата, потому что Рикардо наполовину поворачивается к нему. Его губы сжимаются в тонкую линию, а глаза прищуриваются. - Взял, не волнуйся.

Явно с раздражением, Рикардо выпрямляется и крепче сжимает мою руку в своей. Я сглатываю, пытаясь не думать о том, что готова сбежать отсюда хоть в эту секунду. Мой желудок сводит от волнения, и меня, кажется, сейчас вырвет.

Но я держусь.

Священник начинает свою речь. Когда он произносит знаменитую фразу, я резко киваю головой.

Я боюсь смотреть на Рикардо. Сейчас мы поменялись ролями. Он прожигает во мне дыры своим взглядом.

Но разве так будет продолжаться всегда? Я должна перебороть в себе это.

Поэтому, не дождавшись дальнейших слов священника, я поднимаю голову и снова сталкиваюсь с этим лесом.

В этот момент мне кажется, что левая рука Рикардо дрожит. Но, возможно, мне просто показалось. Между его бровями легла морщинка из-за хмурого выражения лица. Парень так разглядывает меня, словно видит впервые.

Мы не виделись с ним давно. Но это не первый раз, так ведь? Необязательно пялиться на меня так, будто я обокрала его дом. Он молчит, но молчание Рикардо несёт за собой сокрушительную энергию. Сегодня он дышит чаще.

-А Вы, Рикардо Соррентино, готовы ли взять в жёны Ариэнну Каттанео, быть с ней и в горе, и в радости, поддерживать в сложные моменты...

Я не слышала, что говорит священник, потому что сейчас будто всё замерло. Будто кроме нас не существовало никого. Никто ещё не заставлял меня забыть о своём дискомфорте.

Возможно, потому, что теперь главным дискомфортом являлся сам Рикардо.

Его зрачки сузились до невозможности, поэтому теперь глаза кажутся полностью зелёными. Настолько яркими, что мне хочется сбежать, лишь бы не видеть его.

Ладно, может, то, что он не смотрел на меня было лучше, чем это.

- Можете обменяться кольцами и поцеловать невесту. - говорит священник, отстраняясь. Я оглядываюсь через плечо и протягиваю руку к папе и Альфе. Мой друг достаёт из кармана изумрдуную, маленькую коробку. Я забираю её и открываю, избегая взгляда парня.

Почему он ведёт себя так...грубо?

То есть я не имею в виду, что он должен был целовать мне ноги и всё подобное. Просто складывается ощущение, что он специально делает это.

Смотрит мне в глаза. Давит на меня. Разрушает меня.

Это то, чем он наслаждается, верно?

Ледяные руки хватают мой безымянный палец и аккуратно, но довольно грубо надевают на его палец. Моё обручальное кольцо выглядит очень красиво. Оно обсыпано мелкими драгоценными камнями, напоминающими снег. Я рассматриваю его несколько секунд, прежде чем вытащить кольцо и надеть его на палец Рикардо.

Его длинные пальцы такие холодные, что мне хочется укрыться пледом. По моему телу пробегает дрожь, когда его кожа касается моей.

Я пытаюсь вырвать руку из его хватки, но Рикардо сильнее сжимает её, а потом наклоняется ко мне.

Его губы, мягкие и слегка шершавые, касаются моих, пока он целует меня. У меня вовсе нет опыта с поцелуями, и о Господи, я ожидала, что это будет...я ожидала, что этого вообще не будет, поэтому мои глаза округляются, я борюсь с инстинктом положить руку на грудь парня, чтобы оттолкнуть, но вместо этого чувствую ухмылку Рикардо на своих губах и отстраняюсь.

Только спустя некоторое время я слышу аплодисменты и перешёптывания. Мой взгляд скользит к Капо, но он выглядит так напряжённо, словно сейчас взорвётся. Его прищуренный взгляд останавливается на брате, а потом переходит на меня, прежде чем он выходит самым первым из церкви, снова показав рукой жест своей семье.

О боже. Папа, вероятно, увидел наш поцелуй. Я чувствую, как моей шее ползёт жар от стыда и опускаю голову. Стараясь избегать взгляда друга, я прохожу мимо них, держась за руку Рикардо. Его шаги уверенные, пока мы идём к выходу, а потом подходим к огромной чёрной машине. Парень открывает дверцу и ждёт, когда я зайду внутрь, а потом садится сам.

То, что ты избегаешь всех не значит, что ты уменьшаешь внимание, прикованное к тебе. Ты можешь их не видеть, но они тебя видят.

Эта мысль проносится в моей голове в тот момент, когда я поднимаю голову и вижу в окне какую-то женщину, которая до сих пор пялится на меня самым откровенным образом. Сжав губы, я отворачиваюсь.

И только сейчас до меня доходит одна мысль. Здесь тесно, мне жарко и я одна с Рикардо. Водитель находится по ту сторону чёрного стекла или что бы то ни было.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, я поворачиваю голову к Рикардо и обнаруживаю, что парень наблюдает за мной хмурым взглядом, изучая каждую частичку моего тела, а потом вздыхает и отворачивается. Его телефон вибрирует, и он берёт трубку.

-Я занят. Перезвоню завтра. - только и бросает парень, а потом ещё несколько минут печатает на телефоне, прежде чем убрать гаджет в карман.

К счастью или сожалению, вся дорога проходит в тишине. Это не было проблемой для меня на протяжении долгого времени, но тот факт, что вместо слов меня в открытую разглядывают тоже не делает меня счастливой. При таком освещении Рикардо выглядит намного, намного устрашающе, чем в церкви. На его лице словно тень, глаза темнее, взгляд бесстрастный, а тёмный костюм только подчёркивает мрачную атмосферу, царящую вокруг него.

Не желая больше видеть то, что парень делает, я отворачиваюсь к окну.

Если ты не видишь, значит, и они не видят. Но они видят. Зато ты не видишь, как они наблюдают.

Оставшаяся часть дороги проходит в безмолвном согласии друг с другом. Мне интересно, о чём думает Рикардо. Доволен ли он мной? Жалеет ли о своём выборе? Ненавидит ли меня?

Машина резко тормозит, и я слышу отголоски минорной мелодии. Значит, приехали. Я тяну руку, чтобы открыть дверь и выйти, но Рикардо останавливает меня, положив руку на мой локоть и выходит первым, чтобы обойти машину и открыть дверь с моей стороны.

Джентльмен.

Или так бы назвала его моя сестра, если бы была жива. Я потряхиваю головой и встаю, приняв руку парня в знак помощи.

-Мы должны остановиться около входа, чтобы гости нас поздравили. Как только большая часть зайдёт внутрь, мы можем сесть. - информирует парень меня, переплетая наши пальцы. Я не делаю никаких движений, чтобы ответить ему, но его, кажется, это не очень волнует, потому что всё его внимание сосредоточено на прибывших машинах и людях, которые выходят из них.

Всё такое дорогое, роскошное. Фальшивое.

Словно по щелчку пальца хмурое выражение лица парня разглаживается, когда к нам подходит немолодая пара. Мужчина и женщина смотрят на нас с особым интересом, прежде чем поздравить с браком.

-Благодарю, мистер и миссис Армани. - кивает Рикардо. Я широко улыбаюсь, тоже кивнув и пожав руки женщине, а затем мужчине.

Это не первая и не последняя пара. Таких ещё десятки. Территория уже заполнена людьми и гудит их голосами. Мои ноги устали, и мне хочется сесть. Вздохнув, я поднимаю взгляд на небо, а потом снова улыбаюсь, благодарно киваю мужчине 50-ти лет и продолжаю твёрдо стоять на ногах.

-Ты устала. - я слышу тихий голос Рикардо над своим ухом и едва не вздрагиваю. Поворачиваю голову к нему и вопросительно смотрю. - Пошли сядем.

Не дожидаясь моего ответа, он ведёт меня к главному столу и выдвигает белый стул, украшенный розами.

Мысленно я благодарна ему, правда. Ещё несколько таких лицемерных людей, и я бы рухнула на колени от усталости. Я не очень хороша, когда дело доходит до притворства.

В отличие от всей семьи Соррентино.

Меня охватывает чувство облегчения, как только я опускаюсь на стул. Бросив взгляд на Рикардо, я замечаю, что его нога всё ещё стучит по полу, а губы сжаты так, словно он недоволен своим нынешним положением.

Ко мне подходит Альфа и наклоняется, чтобы прошептать:

-У тебя всё в порядке? В церкви выглядела бледной.

Мой взгляд цепляется за его кривой галстук, я поправляю его, а потом киваю.

-Если что, вот твой телефон. Знаю, что карманов нет, но я принёс его. Положи на стол.

Забираю гаджет и улыбаюсь другу. Повернув голову, я замираю.

Рикардо смотрит на меня таким тяжёлым, прищуренным и пристальным взглядом, что мне становится не по себе в собственной коже. Его взгляд мечется между мной и Альфой, а потом он поднимает одну бровь и отворачивается, подозвав к себе моего друга.

Бросив на меня ободряющий взгляд, Альфа подходит к нему и наклоняется, чтобы услышать, что говорит мой муж.

Мой муж? Это даже звучит сюрреалистично.

Я не знаю, что он сказал моему другу, но, судя по всему, это было связано с работой, потому что Альфа нахмурился и дважды кивнул, прежде чем покинуть нас, оглядываясь по сторонам.

Музыка громкая, но приятная. Полагаю, папа позаботился о том, чтобы на моей свадьбе были самые лучшие скрипачи и музыканты в целом.

Взяв телефон в руки, я с тоской нахожу там ровно ноль сообщений. О, хотя чему я удивляюсь? У меня ведь не так много знакомых.

По крайней мере, тётя могла бы хотя бы поздравить меня. Ладно, спасибо, тётя Джулия. Я не думаю, что у неё не нашлось одной минуты, чтобы взять телефон в руки, найти мой номер и написать простое «Будь счастлива, детонька». И я также уверена, что она в курсе того, что я выхожу замуж.

Тётя Джулия была доброй, пока мама и Лия не перестали существовать на нашей планете. Она была сестрой папы и часто приходила к нам в гости, была лучшей подругой мамы. А потом, когда узнала, что случилось, её визиты стали очень редкими. В последний раз я видела её на похоронах. Прежде чем уйти, она кинула на меня долгий взгляд, который я была не в силах прочитать, а потом схватила своего мужа за руку и ушла, нахмурившись.

Её муж, Теодор, не являлся примером хорошего мужа. Он не изменял своей жене, но во многих вещах выставлял себя посмешищем. Особенно когда хвастался тем, что любит смотреть на то, как его жена страдает во время болезни.

Знаете, это не то, чем стоило бы разбрасываться.

В тот вечер папа его избил, а ублюдок сказал фразу, после которой папа выгнал их с тётей из дома.

По крайней мере, из-за меня не убивают мою жену.

Да пошёл ты, Теодор. Никто не знал, что так обернётся.

Мои брови взлетают вверх, когда я чувствую на своей руке прикосновение. Повернув голову влево, я вижу Рикардо, ждущего, когда я, наконец, замечу его.

И тут до меня доходит, что до этого я смутно слышала его голос, но была так сильно занята своими мыслями, что даже не обратила внимания.

-На мгновение мне показалось, что ты снова ушла в свой мир, как тем вечером. - произносит он, оглянув меня с ног до головы. Я закрываю приоткрытый рот и вздыхаю. - Я хочу, чтобы ты поела. Я знаю, что это всё волнительно и неприятно, но не оставляй себя голодной. По крайней мере, когда я уйду, ты должна что-нибудь съесть, раз не хочешь делать это рядом со мной.

На моих губах появляется слабая улыбка, а потом я киваю, отворачиваясь.

Спасибо? Это было мило с его стороны, поэтому я даже чувствую, как учащается моё дыхание.

Я слышу минутное колебания гостей, прежде чем снова все начинают шуметь. Не зная, почему все резко умолкли, я поворачиваюсь к мужу.

Телефон Рикардо включается, приходит уведомление. Парень берёт его в руки, читает сообщение, а потом его взгляд резко переходит на что-то впереди нас. Повернув голову, я вижу в центре толпы высокого мужчину, одетого в черную рубашку и брюки. У него также чёрный костюм. Его тёмные волосы растрёпаны. Он медленно наклоняется в стиле 19 века, как это делали мужчины, прежде чем позвать леди танцевать, а потом поворачивает голову ко мне.

О боже. Он мне кого-то напоминает, но я не могу понять, кто это. Его тёмные глаза застывают на мне, а потом на губах парня появляется знающая ухмылка, брови поднимаются.

Заметив движение, я поворачиваюсь обратно к Рикардо и вижу, как его хмурый взгляд скользит по новому гостю, а потом переходит к Винсенте, пожимающему плечами с улыбкой.

-Это Александр Ригин. - поясняет Рикардо, наклонившись ко мне. - Если ублюдок захочет с тобой танцевать, найди оправдание. Он выманит из тебя много чего ненужного.

Ублюдок?

Непонимающе покосившись на него, я отмечаю, что парень говорит это на полном серьёзе. Его глаза цвета хвойного леса возвращаются ко мне, внимательно изучают каждую деталь на моём лице, а потом мы оба поворачиваем голову к источнику звука:

-Добрый вечер, молодожёны. - низкий, плавный голос Александра отвлекает нас. - Полагаю, вы не знаете меня, миссис Соррентино. - усмехается он, подойдя ко мне.

Он напоминает мне пантеру и определённо ассоциируется с чёрным, умопомрачительным цветом смерти. Его движения такие точные, но плавные, что это пугает.

Я протягиваю руку, и он наклоняется, чтобы поцеловать мою кисть, не сводя с меня глаз. Сейчас я понимаю, что они у мужчины синего цвета.

-Я Александр Ригин. - говорит он с жёстким русским акцентом, а потом снова усмехается, продолжив на чистом английском. - Пахан русской Братвы.

Ого. Сейчас я разглядываю на его носе такую же маленькую горбинку, какая есть и у меня и неожиданно вздрагиваю, высвободив руку из его, как оказалось, лёгкой хватки.

-Рикардо, мой милый друг, как давно мы не виделись. Прости, твою руку целовать не собираюсь. - парень строит притворно извиняющийся вид, а потом выпрямляется.

-Да, избавь меня от этой чести. Мне пришлось бы мыться полчаса, прежде чем снова вернуться к жизни, зная историю на твоих руках. - грубо отвечает Рикардо, испепеляя его холодным взглядом. Я съёживаюсь. Мне не нравится эта враждебная атмосфера, которая выявляется через идеально острые и тонкие намёки.

-О? Тогда позволь мне пожать тебе руку. - он протягивает руку около меня, и мой муж медлит, прежде чем ответить на рукопожатие.

-Я не помню, чтобы ты был приглашён. - задумчиво произносит Рикардо, оглянувшись на стоящего далеко от нас Винсенте.

-Не волнуйся, старик, я уже услышал то же самое от твоего любимого старшего брата. И не раз. - последнюю фразу он добавляет как бы невзначай, словно случайно роняет, сам не замечая этого.

-Удивительно, как сильно может измениться человек, правда? - улыбается Рикардо, но в его улыбке нет ни капли искренности. - Ещё вчера ты ненавидел любые праздники, а сегодня решил приехать на мою свадьбу. Полагаю, я тебе нравлюсь.

-Конечно, ты мне нравишься, Рикардо Соррентино. Оставь эту девчонку и давай сбежим с этой свадьбы, поженимся и заведём семью. - мечтательно протягивает Александр, взглянув мельком на меня. Он стоит справа от меня, слишком близко. Я неожиданно для себя отстраняюсь, стараясь быть ближе к Рикардо.

Он только закатывает глаза, а потом кладёт руку мне на плечо, приобняв. Мои глаза округляются.

-Спешу тебя разочаровать, Сашенька. Но мы с женой любим друг друга.

Я бы поверила, если бы не знала лучше. Рикардо прекрасный лжец.

Александр хмурится, улыбаясь, будто забавляется.

-Так же, как и Бугимен и принцесса?

По лицу ничего не скажешь, но рука Рикардо на моём плече слегка сжимается.

-Так же, как и ты и твоя спутница. Представь нам эту прекрасную даму.

Мой муж кивает подбородком на девушку, стоящую позади Александра, и только сейчас я замечаю её.

У неё чёрные волосы и такие же глаза. На ней чёрно-белый костюм в официально-деловом стиле, красные туфли и такого же цвета сумка и серьги.

Пахан русской мафии отстраняется от меня, и я выдыхаю. Он поворачивается к девушке, разглядывает её с ног до головы, будто впервые видит, а потом берёт за руку и притягивает к себе, обвив талию одной рукой.

Я вижу в его взгляде ненависть к этой девушке. Без понятия, что послужило этому, либо же, судя по всему, этот мужчина просто сумасшедший псих, который всех ненавидит, но за вежливой улыбкой и грамотной речью я различаю обжигающую ненависть.

-Это Эрида Мольнар. Девушка-загадка, которая решила, что пойдёт сегодня со мной. - Александр встречается с ней взглядом, и всё, что получает - это такой же язвительный взгляд. А потом девушка смотрит на меня и натягивает на себя улыбку.

-Поздравляю и желаю счастья.

Она даже не делает ни малейшего движения, чтобы протянуть руку или что-то в этом роде, как все остальные гости. Поэтому я только улыбаюсь ей и медленно моргаю вместо кивка.

Она оглядывается по сторонам и на миг мне кажется, что она кривит губы. Подняв голову, я вижу, что Александр следит за мной с видом охотника, а потом резко сильнее притягивает к себе чуть отошедшую Эриду.

-Примите мои поздравления. Пусть в вашей семье царит только удача, любовь и душевные разговоры по вечерам. Если такое, конечно, возможно. - на последней фразе Александр поворачивается на меня, и я замираю.

Ладно, допустим, люди Каморры, даже Коза-Ностры знают о том, что я немая, но откуда такая информация у Пахана Братвы?

-Спасибо, Ригин. Надеюсь, ты повеселишься сегодня. - отвечает Рикардо, схватив мою руку. Он переплетает наши пальцы и сжимает в своей хватке, отвернувшись. Его бесстрастный голос означал, что желания общаться с ними у него больше нет, и я это прекрасно понимала.

Они странные и определённо мне не нравятся.

-Не больше, чем ты сегодня вечером. - отстреливается русский в ответ, а затем обращается ко мне, - Всего доброго, милая Ариэнна. Надеюсь, ты не разочаруешься.

И с этими словами они уходят.

Да, спасибо, я тоже надеюсь, что не разочаруюсь, это не помогает в моём случае.

Всё ещё ошеломлённая, я вытаскиваю руку из хватки Рикардо и дотягиваюсь до вишни, стоящей посередине стола в белом блюде с узорами.

О, я ошиблась. Это была черешня. Ну, в любом случае, я очень голодна и лишние ягоды не помешают в моём желудке. Кладу в рот самую большую черешню и отрываю маленькую веточку, медленно прожёвывая.

Вокруг так много лиц, так много голосов.

Спустя, возможно, час, когда все гости расселись по своим местам, в воздухе начинает витать мелодия, похожая на вальс. Возможно, это он и есть, просто я не очень хороша в том, чтобы разобраться в музыке.

-Нам нужно первыми станцевать. Затем тебе придётся согласиться на танец с моими братьями. - я слышу около своего уха твёрдый голос Рикардо, а затем принимаю его руку и встаю.

Я умею танцевать. Это прекрасно, потому что мне бы не хотелось топтать ноги своему мужу и позориться перед всеми остальными.

Встав в центре территории, мы начинаем медленно кружиться. Я чувствую себя неловко, словно была поймана с поличным за совершением преступления. Я всё время отвожу взгляд, оглядываясь по сторонам, избегая...реальности.

Избегать реальности нереально. Невозможно. Необоснованно. Нелепо. Это почти то же самое, что и сорвать с неба звезду и твердить, что она продолжит сиять. Чем больше мы бежим, прячемся, пугаемся и скрываемся, тем больше в самом деле приближаемся к тому, от чего так усердно прятались. Ведь реальность всегда была у нас в окружении, проходила тенью, пока мы избегали её с помощью коротких перерывов, веря и надеясь, что это поможет. Она никуда не уходила, лишь кружилась вокруг нас, перед глазами, но мы запросто игнорировали её. Она любит холод, тихие напоминания и наши глупые попытки выжить без неё.

Реальность способна воскресить, если ты готов погибнуть.

Я поднимаю голову, и вокруг всё становится размытым, прямо как в фильмах. Я вижу только тёмно-зелёный цвет его глаз, глубину зрачков, маленькую родинку над губой и такой же крошечный шрам на челюсти. Слышу только лёгкую, но тоскливую мелодию, которая летает вокруг нас с Рикардо, заключая в невидимые сети своей зелёной ауры. Чувствую холод, исходящий от кожи парня, тепло, исходящее от моего дыхания, внимание, заключённое только на мне.

Быть может, я не очень хорошая девушка, но определённо готова помочь разбитому сердцу внутри этого парня. Я вижу тайну, стоящую за чудовищем. Попытки сбежать и постоянные провалы.

Рикардо смотрит в мои глаза с особым вниманием. Его зрачки становятся чуть больше, а потрескавшиеся губы приоткрываются. Знаю, что у него много вопросов. Знаю, что нет ответов.

Но есть я. И я стану ключом ко всему, что он ищет.

На лице парня дёргается мускул, а правая рука крепко сжимает мою, когда я облизываю губы.

Когда Рикардо рядом, вокруг нет никого и ничего. Будто всё сосредоточено только на нём, на высоком парне с ужасающе холодной аурой и стенами вокруг, которые не способно разрушить ни одно существо.

Я понимаю, что это был не вальс и прислушиваясь, слышу ангельский женский голос. Узнав песню, одними губами пытаюсь проговорить их. Знаю, что не пою. Знаю, что меня не слышно. Знаю, что я разучилась правильно произносить.

«Will you still love me when I'm no longer young and beautiful?...»

Рикардо хмурится, глядя на то, как я пытаюсь бесшумно проговорить. Его глаза прищуриваются, сосредоточившись на моих губах, а потом он поднимает голову, чтобы услышать слова песни. «Young and beautiful» Ланы Дель Рей. Не знаю, знаком ли мой муж с её творчеством, но он возвращает своё внимание ко мне, даже слегка наклонившись и изучая мои губы.

«Will you still love me when I got nothing but my aching soul?»

На губах Рикардо появляется маленькая, едва заметная улыбка, которую он прячет, заставив меня покружиться. Улыбнувшись, я кружусь вокруг своей оси, держась за его руку, а затем возвращаюсь в крепкие объятия парня.

Это шоу. Красивое. Нужное.

Но моё сердце позволяет мне насладиться моментом. Я больше не выйду замуж, поэтому даже если потом будет так плохо, что я не захочу жить, сейчас я хочу почувствовать себя желанной. Поверить иллюзиям. Побыть собой. Забыть о прошлом. Сделать, наконец, то, что хочется мне, а не остальным.

Кто выбирал песни для моей свадьбы? Я хочу отблагодарить этого человека.
Свадьба моей мечты выглядела не так, но в ней была Лана. И я так рада, что она звучала на моей свадьбе.

Изумрудный цвет глаз Рикардо становится светлее, или же мне так кажется из-за освещения, когда он наклоняется, чтобы предупредить:

-Сейчас тебе придётся потанцевать с Винсенте. Не бойся его, он тебя не тронет.

И с этими словами он, держа мою руку, поворачивает меня лицом к лицу с его братом. Я сглатываю от нервов, когда слышу грубый голос:

-Потанцуй со мной, Ариэнна Соррентино.

От того, как Винсенте произносит мою новую фамилию, по моей спине пробегает дрожь. Я принимаю его руку, а затем бросаю взгляд на Рикардо, стоящего недалеко от нас. В отличие от своего брата, руки Капо почти горят. От него несёт сигаретами и дорогим алкоголем. Сжав мою руку, он пытается кружиться вместе со мной в темп музыке, и у него это очень даже хорошо получается.

Сейчас, вблизи, я замечаю измученный взгляд его чёрных глаз и всё тот же скрывающий гнев взгляд.

-Не устала стоять? - он наклоняется, чтобы спросить у моего уха, на что я просто качаю головой. Тут его внимание переключается на что-то позади меня, улыбка пропадает, глаза сужаются, выслеживая. Выпрямившись, Капо поднимает руку, а потом резко переворачивает меня к Лоренцо. Испугавшись, он неловко берёт мою руку в свою и продолжает незаконченный танец своего старшего брата.

Повернувшись, я замечаю у входа двух парней, с которыми Винсенте разбирается. Лоренцо, одинакового роста со мной, со смущённой улыбкой поднимает свою ладонь чуть выше моей талии. Я улыбаюсь ему.

Из всей дикой семейки он кажется единственным в здравом уме. Возможно, с возрастом это пройдёт, но сейчас он заслуживает похвалы.

Когда он поднимает мою руку, чтобы я покрутилась, мой взгляд цепляется за Рикардо, который, сложив руки в карманы, наблюдает за нами. Рядом с ним сидит Александр, поэтому я не позволяю себе задержаться и возвращаюсь в исходное положение.

Вдруг вокруг люди затихают, голоса превращаются в тишину, а Лоренцо даже отпускает мою руку. Удивлённые взгляды устремлены куда-то вправо, поэтому я поворачиваю голову, чтобы увидеть эффектную высокую блондинку с фигурой мечты. Девушка приближается к центру зала и останавливается почти рядом со мной. Я замечаю её устрашающие глаза.

Впервые вижу такие. Возможно, я ошиблась. Сильвия имеет просто ледяные глаза. У этой девушки они точно змеиные, светло-зелёные и довольно красивые.

Я не знаю, кто это и почему все так реагируют, но замечаю приближающегося к ней Винсенте. Он выглядит так, будто увидел врага детства и сейчас слетит с катушек. Его глаза прожигают дыры в девушке, когда она тянется к своему пучку и вытаскивает из него длинный нож.

Мои брови взлетают вверх. Почему всё дерьмо должно происходить на моей свадьбе? Я не хочу, чтобы пролилась кровь.

Капо, подойдя к ней, что-то шепчет, на что девушка только улыбается.

Но я вижу кое-что другое. Улыбка дрожит, а в глазах уже нет той уверенности. Есть...это боль, когда Винсенте что-то ещё говорит?

Музыки больше нет. Она либо закончилась, либо её просто остановили - я не знаю, но эти двое точно стали центром внимания сейчас. Блондинка что-то говорит, склонив голову, а потом Винсенте, грубо схватив её за локоть, уводит её куда-то далеко. Подальше ото всех.

Капо либо убьёт её, либо она сама умрёт под таким давлением. Судя по их взглядам, ничего хорошего не предмечалось. Хотя блондинка была похожа на бойца. Она, вероятно, будет бороться до последнего.

Почувствовав прикосновение на плече, я замечаю Рикардо, который смотрит им вслед, а затем поворачивает меня к себе и отводит к нашему месту. Да, я и вправду устала стоять.

-Ой, блин, прости, пожалуйста, я так удивился, что совсем забыл, что мы танцевали! - кричит мне вслед Лоренцо. Я усмехаюсь, поворачиваю к нему голову и отмахиваюсь рукой, добро улыбнувшись.

***

Время близится к ночи, я даже вижу звёзды на ночном небе, но свадьба не собирается прекращаться. Большинство мужчин уже пьяны в стельку и даже лезут к женщинам. Не все из них против, судя по их игривым улыбкам и прикосновениям. Люди веселятся, а я уже хочу просто сбежать отсюда. Мои уши собираются лопнуть от такого шума и непрекращающейся музыки. Рикардо рядом со мной всё время сидел молча, иногда протягивая руку к своему телефону. За весь вечер он не проглотил ни одного вида пищи, а только выпил один стакан воды.

Разве он не голоден? Потому что я так и не смогла нормально поесть.

Скоро всё закончится, и мне придётся нервно трястись из-за страха первой брачной ночи. Эта мысль не покидает меня с тех пор, как я села рядом с парнем. Спасибо моему мастеру маникюра, которая появилась сегодня. Она объяснила мне, что и как происходит.

Но это не утешает, совсем.

Моя рука нервно подрагивает при мысли о том, что произойдёт через несколько часов или, может быть, даже минут.

Прохладный ветер касается моих волос, уронив их на моё левое плечо. Винсенте вернулся с той девушкой спустя 30 минут после их ухода, поэтому сейчас они оба сидят рядом, иногда переглядываясь. Я могу сказать, что у них всё хорошо, судя по искренним улыбкам.

Александр и Эрида ушли спустя час после начала церемонии, поэтому сейчас здесь остались только знакомые люди. Знакомые для Рикардо, не для меня.

Винсенте поднимает руку и показывает ею направо. Кивнув, Рикардо возвращается к своему телефону, а затем кладёт его в карман и наклоняется.

-Нам нужно уезжать.

Кивнув, я встаю со своего места, подняв подол платья и схватив свой телефон. Мой взгляд цепляется за папу и Альфу, которые сидят друг рядом с другом и иногда попивают тёмную жидкость, похожую на коньяк. Я нервно улыбаюсь папе и другу, прежде чем отвернуться и последовать за Рикардо. Гости начинают свистеть, некоторые кричат ужасные пошлости, поэтому я хмурюсь, следуя к выходу.

От холода моя кожа покрылась мурашками. Я быстро проскальзываю в машину и закрываю за собой дверь. Рикардо проскальзывает с другой стороны, и мы двигаемся с места.

Выдохнув, я откидываю голову назад и закрываю лицо руками. Моё сердце готово выпрыгнуть из груди.

Свадьба закончилась. Осталось просто прожить эту брачную ночь и всё. Всё закончится. Дальше будет лучше. По крайней мере, мне не придётся думать о боли каждый раз.

Я кусаю губы и убираю руки с лица. Ночной Лос-Анджелес очень красив. Огни города мерцают в далеке по мере того, как далеко мы находимся. Я могла предположить, что семья Соррентино живёт далеко, где-нибудь ближе к окраине. Там, где не живёт никто, кроме них.

Но не думала, что настолько. Услышав сигналы и шум, я поворачиваюсь назад, ухватившись за сиденье, и замечаю ещё несколько машин, следующих за нами.

Конечно. Это же Соррентино.

Мои губы сжимаются от необъяснимого страха, когда я сажусь удобнее, но всё ещё продолжаю ёрзать на месте.

Рикардо смотрит на меня так, будто забавляется, а потом отворачивается и стучит три раза по чёрному стеклу, прежде чем опустить его.

-Езжай побыстрее, Микеле. И открой это.

Я слышу утвердительный звук и могу поклясться, что водитель даже кивнул.

Моя рука тянется к груди, и я навязчиво пытаюсь потянуть несуществующий, сжимающий мою шею, узел. Вместо этого я потираю свою шею и замираю, когда слышу звук над головой. Подняв голову, я опускаю руку вниз, позабыв об удушье.

Господи. Это...

Крыша машины медленно отодвигается, открывая обзор на звёздное небо. Мои губы приоткрываются от шока.

Мелкие звёзды заполняют небо, создавая холст иллюзий и блестящих мечт. Это словно разбитые желания, осколки волшебства, рассыпчатых слов и искусства. Испустив вздох, я пытаюсь ухватиться за сиденье, чтобы приподняться на коленях и протянуть руку к небу.

Наконец, мне это удаётся, и я с улыбкой снимаю обувь, встаю на ноги и, крепко держась за крышу машины, разглядываю открытое пространство над нами.

Я вижу фиолетовый, синий и белый цвета. Они заполняют всё вокруг. Вокруг нас пустая дорога, если не считать машин, которые нас окружили. Мы в пустоте, в красоте и в жизни. Улыбнувшись сама себе, я не заметила, как по моей щеке покатилась слеза.

Моя сестра любила смотреть на звёзды по ночам. Даже когда их не было, она протягивала руку и указывала пальцем в пустоту, утверждая, что именно там живёт её любимая звезда. Она есть, просто её не видно.

Иногда не нужно видеть, чтобы знать о существовании.

Так говорила Лия, однажды лёжа под звёздным небом. Я тогда смеялась над её серьёзным видом, потому что моя сестра редко превращалась в философа, но сейчас, думая об этом, могу сказать, что хотела бы снова вернуться в прошлое. Я бы согласилась с ней.

Не нужно видеть, чтобы знать. Не нужно...

Вздохнув, я вскидваю обе руки вверх, позволив слезам взять вверх и улыбаюсь так широко, как могу, чувствуя боль в области сердца.

Я знаю, что ты там, Лия, в своей любимой звезде, но не знаю, в какой именно. Возможно, однажды я узнаю, но сейчас мне хочется кричать во всю мощь лёгких о том, что я тебя не забываю. Что я всё ещё люблю тебя и маму. Что всё ещё чувствую ваше присутствие. Что всё ещё...виню себя.

Горькие слёзы льются по моим щекам, и я даже открываю рот, чтобы сказать кое-что, но из меня не выходит ничего кроме пустоты, поэтому я просто сжимаю губы.

Самая большая и яркая звезда не мерцает. Остальные мелкие точки вокруг неё по очереди отключаются и включаются снова, словно по щелчку пальца. Прикусив нижнюю губу, я ощущаю в груди приятную тяжесть.

Это невысказанный крик, скомканный в глубине моей души, моя свобода, которая проявилась только сегодня спустя такое долгое время, или желание вернуться обратно?

Возможно, это незнание будущего, терзающее меня с самого начала? Боязнь начинать свою собственную жизнь? Боязнь мужчины, с которым я проживу оставшуюся жизнь?

Что бы это ни было, сейчас, сквозь беззвучный крик и счастье я хочу жить. Я хочу забыться и единственный раз попробовать почувствовать себя.

Узнать свои чувства. Потрогать их. Испытать свои ощущения.

Быть может, звёзды сегодня ночью стали свидетелями того, как я перехожу границу своей жизни. Это новое событие, новая эра, новые люди.

Выдохнув, опускаю руки и медленно опускаюсь на колени, переворачиваюсь и надеваю каблуки, прежде чем сесть на место.

Мои плечи содрогаются от тихих всхлипываний, но я пытаюсь сдержать их. У меня не очень получается, но явно лучше, чем если бы я ничего не делала и позволила ужасным слезам захватить меня.

Опустив голову, под светом луны я изучаю свои сиреневые ногти. Моё внимание привлекает движение с правой стороны, поэтому мне приходится повернуться к источнику звука.

Вздрогнув, я чуть не отшатываюсь назад, потому что Рикардо наклонился ко мне так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Тёмные глаза изучают моё лицо, глядя на меня сверху вниз, а затем перемещаются к моим собственным.

-Слишком красиво? Искусство вызывает у тебя слёзы, Ариэнна?

Его глубокий голос возвращает меня к жизни, поэтому я, отдышавшись, просто киваю несколько раз. Уголок его губ поднимается, а затем большой палец его левой руки стирает слёзы с моего лица.

-Тебе идут даже слёзы. - будто бы сам для себя шепчет он, осторожно стерев слезу с правой щеки. Несколько секунд он просто смотрит на меня, а потом говорит, - Мы приехали.

Меня будто передёргивает. Вырвавшись из этого мира, я оглядываюсь, а потом открываю дверцу и выхожу на улицу.

Передо мной огромный особняк с фонтаном во дворе. Фонтан состоит из большой каменной буквы «S», поэтому я не могу не удивиться.

Рикардо проходит мимо меня, и я следую за ним к дверям. Около входной двери стоят две статуи. Это львы.

Да, дом определённо выглядит богато.

Мы заходим внутрь, и как раз в этот момент за спиной я слышу рёв ещё одной машины, а потом громкий смех и крики. Не обращая на это внимание, я следую за мужем. В некоторых местах свет включается автоматически. Мой взор останавливается на огромной лестнице, ведущей на второй этаж с двух сторон. На ней красный ковёр. Мы поднимаемся по ней и подходим к последней двери в правой части дома.

Рикардо проходит первый и включает свет. Я осматриваюсь.

Это большая комната с двуспальной кроватью, золотой люстрой, свисающей с центра потолка, шкафом размером со стену и таким же зеркалом. Около кровати стоит полка, а напротив - кресло и диван. Окна здесь большие, и один из них ведёт на балкон. Ремонт выполнен из дорогих материалов, это видно сразу.

Сжав руки в кулаки, я вздыхаю, прежде чем полностью зайти внутрь и медленно придвинуться к кровати. Я сажусь, глядя перед собой.

Рикардо снимает с себя пиджак, а затем белую рубашку. Мой кулак сжимает платье.

Что мне стоит сделать? Тоже снять платье или подождать его? Я без понятия, поэтому крепче сжимаю белую ткань.

Мой муж кладёт руки на спинку кресла, стоя спиной ко мне, а затем спрашивает:

-Ты сегодня сильно устала?

Я жду, когда он повернётся ко мне, чтобы показать свой ответ, но такого не происходит. Он только вздыхает, мышцы на его спине вздуваются в такт движению.

У него широкие плечи и тело, о котором, вероятно, мечтает каждый мужчина на планете. Он мускулист, но в меру.

-Ариэнна, да, я запомнил твоё имя, к удивлению. - продолжает парень. - Я знаю, что это брак по расчёту, и ты это знаешь. - он выпрямляется, а затем подходит к окну, всё ещё не глядя на меня.

Что, чёрт возьми, происходит? Разве так всё это должно происходить?

Спустя минуту он исчезает из моего поля зрения, заходит в комнату, смежную с этой и выходит только спустя примерно 5 минут. На нём теперь обычные спортивные серые штаны. И больше ничего. А затем снова встаёт около окна, ставит руки на подоконник, отодвинув шторы.

-Мне не нужно, чтобы ты шарахалась от меня так, будто я собираюсь тебя зарезать. Это невыгодно, к тому же, я не трогаю женщин. Для этого нужна хотя бы причина, а её у нас не будет. - он подчёркивает последнее слово, предупреждая меня. - Твоя жизнь продолжается, моя тоже. Ты просто переехала ко мне. Продолжай видеться с подружками, покупать себе вещи. Отныне ты просто живёшь за мой счёт. Ты не лезешь в мою жизнь, а я в твою, если это то, что ты хочешь.

В моей груди завязывается тугой узел нервов, дышать становится тяжелее.

-Думаю, этот вариант подойдёт нам обоим. Я тебя не трону, обещаю. Просто прекрати бояться меня. Я не разрушу твою жизнь, как ты себе представляешь. Я не из тех мужчин, которые берут в жёны девушку вдвое младше них самих, насилуют, бьют и заставляют улыбаться на публике. - он кривит губы, покачав головой. - У тебя будет всё, что ты захочешь. Хорошо?

Я всё ещё жду, ошеломлённая, чтобы он повернулся ко мне. Я хочу сказать ему кое-что, показать. Во мне так много невысказанных мыслей.

Должна ли я радоваться этому? Должна ли улыбнуться, покорно кивнуть и согласиться? Этого ли я хотела?

Я, конечно, знала, что не буду счастлива в этом браке, но...но не так, чёрт возьми, я представляла себе всё.

-Ладно, я понимаю, что тебе сейчас сложно мне довериться, с учётом моей репутации, но я кладу руку на сердце и клянусь тебе, что не собираюсь ни бить, ни насиловать, ни даже целовать тебя без твоего позволения, не говоря уже об убийстве. - он и вправду кладёт руку себе на сердце и клянётся. Мои глаза расширяются.

Это ведь прекрасно. Почему я так разочарована?

-Я не собирался жениться. Просто предупреждаю, что не люблю никаких новшеств в жизни - они очень тяжело мне даются. Но раз так получилось, нужно прийти к общему решению.

Его голос отстранённый, будто он разговаривает не со мной, а сам с собой.

Проходит, несколько секунд, прежде чем Рикардо вздыхает.

-Ты вообще ничего не скажешь? Я уже обидел тебя этим, полагаю. Ты, наверное, была из тех, кто верит в счастливый брак в мире мафии. Зря.

Он усмехается, подносит руку к губам и проводит большим пальцем под нижней губой.

-Ты не разговариваешь со мной с начала сегодняшнего дня. В ту ночь, я понимаю, у тебя была паническая атака, после которой сложно выдавить из себя не только слова, но и в принципе поднять руку. Но сейчас? Я терпеливый человек, но игнорировать меня без причины не стоит, Ариэнна.

Я хмурюсь, в моей груди затягивается ноющая боль, мои глаза ищут взгляд Рикардо на себе. И наконец, он поворачивается ко мне, тоже нахмурившись и разглядывая меня.

-Ты что, язык проглотила?

Я непонимающе качаю головой, а потом приоткрываю рот. Он сразу переводит взгляд на мои губы, ожидая.

Осторожно подняв руки, я показываю:

-Что ты ожидаешь от немой девушки?

И тут меня осеняет. Он не знает, что я немая. Меня будто передёргивает.

Мы замираем. Он только смотрит на мои руки с минуту, прежде чем складка между его бровями разглаживается, оставляя место осознанию, а затем удивлению.

Его губы приоткрываются, брови взлетают вверх, в глазах появляется едва заметное беспокойство и напряжение. Он разглядывает моё лицо, а затем руки, которые зависли в воздухе.

Затем Рикардо, словно охотник, будто не желая испугать меня, медленно подходит ко мне и садится на колени, заглянув мне в глаза и схватив за руки. Он всё ещё выглядит так, будто его схватил удар.

-Ты немая?

Один вопрос, но в нём так много эмоций. В голосе парня я слышу неверие, отчаяние, раздражение и даже гнев.

Я пытаюсь вырвать руки из его хватки, чтобы показать ответ, но он не даёт мне это сделать. Окончательное осознание приходит к нему, челюсть Рикардо сжимается, он отворачивается от меня, резко отпускает мои руки и подходит к окну.

Его грудь тяжело вздымается. Я съёживаюсь, боясь пошевелиться.

Меня отбрасывает в прошлое. В тот день, когда я так же, сидя на кровати, пыталась открыть рот и сказать что-нибудь папе, а он задал мне один единственный вопрос.

«Ты немая?»

Да, я была немой.

Мои руки трясутся, губы дрожат, и неосознанно я начинаю покачиваться вперёд и назад.

Наш брак закончился, так и не начавшись.

Мой муж проводит рукой по лицу, разглядывая ночное небо. Я слышу стук в дверь, а затем приглушённый голос Рикардо «Войди».

Я даже не вижу, кто это, но чувствую, что кровать рядом со мной прогнулась.

Покачиваясь вперёд и назад, я крепко сжимаю ткань своего платья, боясь издать любой звук.

Он разочарован.
Он разгневан.
Он удивлён.
Он со мной разведётся.

А я думаю, почему Рикардо решил выбрать меня. Он ведь просто не знал, что я обуза, бракованная, недоделанная, неполноценная, разбитая.

Без голоса.

Внутри меня разбиваются надежды, которые я строила, разглядывая картину своего будущего. Я боялась, но и не верила. Всё напрасно.

Рикардо пулей вылетает из комнаты, хлопнув дверью, а я замечаю рядом с собой Кассандру, которая тоже не знает, что я немая.

Я никогда не смогу докричаться до них. Они никогда не смогут помолчать со мной.