Экстра. Перейти черту. Часть 1
Пухлые снежинки кружили в воздухе, оседая на кусты и деревья в саду поместья «Четырех морей». Из наполненного светом и пряными запахами павильона Ицзя доносились голоса и смех.
Цянь Хуа поставила перед каждым по миске рисовых шариков танъюань в сладком сиропе и тоже села за стол. Сяо Шэнь тут же схватил ложку и принялся с аппетитом уплетать свою порцию.
— Не спеши так, — рассмеялся Чжэн Чи, глядя на него, а затем повернулся к сидевшему рядом Ли Яо. — Синьи, ты ведь раньше не отмечал Фестиваль зимнего солнцестояния Дунчжи?
Демон покачал головой:
— Нет, это же семейный праздник, мне не с кем было его отмечать.
— Зато теперь есть с кем, — на лице Чжэн Чи снова появилась улыбка, а глаза стали похожи на полумесяцы. — Так что отныне каждый год будем отмечать его всей семьей.
Ли Яо кивнул и осторожно попробовал один шарик из клейкого риса, но раскусив его замер, а затем вытащил изо рта монетку.
— О-о-о, — разочаровано протянул Чжэн Чи, — в этот раз она досталась тебе. — И поймав вопросительный взгляд демона, пояснил: — Тот, кто получит монетку будет удачлив весь год. Раньше ее находил я.
— Раньше? — демон приподнял бровь.
— В прошлом году, — отвел взгляд Чжэн Чи. — Но я рассчитывал на нее и в этом.
— Забирай, — тут же протянул монету Ли Яо.
Чжэн Чи, увидев это, лишь рассмеялся:
— Нет уж, свою удачу оставь себе. Я и так по жизни везучий.
Ли Яо бросил на него красноречивый взгляд, но спорить не стал.
Чжэн Чи оглядел свою семью, сидящую за столом и поедающую вместе сладкие шарики, а затем плеснул себе в чашу рисового вина с османтусом и подлил еще демону. Матушка не пила алкоголь, а Сяо Шэнь был еще слишком мал.
Когда вся еда была съедена, а вино выпито, Чжэн Чи и Ли Яо поднялись из-за стола. Они давно запланировали после семейного ужина пойти гулять в город и посмотреть на уличные развлечения.
— Много не пейте, — дала им наставления госпожа Цянь и, немного замявшись, все же протянула руки и поправила воротник теплого плаща Ли Яо. — На улице холодно, так что долго не гуляйте.
— Хорошо, матушка, — Чжэн Чи чмокнул ее в щеку и унесся в ночь.
Ли Яо проследил за его исчезающей под покровом снега фигурой и вздохнул.
— Благодарю госпожу Цянь за ее труды, — вежливо поклонился он.
— Главе Ли не нужно быть таким вежливым, — замахала она руками. — Лучше присмотрите за Сяо Бао, а то он натворит дел.
— Тогда я пойду, — кивнул Ли Яо и вышел на улицу под снегопад.
Остановившись на мгновение в саду, он раскрыл ладонь и посмотрел на монету в своей руке. Спрятав ее в свое пространственное кольцо, он быстрым шагом направился вслед Чжэн Чи, который уже ждал его у ворот. Щеки юноши раскраснелись то ли от бега, то ли от выпитого вина, а взгляд мерцал в свете звезд.
— Идем скорее, а то все пропустим, — схватил он демона за руку и потащил за собой.
Они гуляли по празднующему фестиваль городу, останавливаясь то тут, то там перед лотками с закусками и разнообразными товарами. Ли Яо накинул на себя человеческую личину, поэтому не привлекал к себе внимания, только юные девы провожали его взволнованными взглядами, а замужние женщины, увидев его, вздыхали и с грустью косились на своих не столь статных и красивых спутников.
Ли Яо было не по себе от всех взглядов, потому что ему казалось, что смотрят они вовсе не на него. Чжэн Чи при этом ничего не замечал, продолжая бегать от одного уличного лотка к другому. Несмотря на возражения Ли Яо, он купил еще один кувшин вина и то и дело прикладывался к горлышку, а его глаза сияли все ярче.
— Твоя матушка сказала тебе не напиваться, — не выдержал демон, забрал кувшин у него из рук и за несколько глотков осушил до дна.
— Эй, — возмутился Чжэн Чи, — это мое вино! Я ведь тебе тоже предлагал купить, но ты сказал, что не хочешь! А теперь на мое позарился? Совесть-то у тебя есть?
— Тогда не хотел, сейчас захотел, тебя не научили делиться? — фыркнул Ли Яо и пошел вперед, стараясь не думать о том, как горят губы, прикоснувшиеся к тому же самому горлышку кувшина, что и Чжэн Чи.
На самом деле он просто хотел сохранить ясность ума. Эта праздничная ночь и сияющие глаза Чжэн Чи пьянили сильнее любого вина, поэтому не стоило усугублять свое и без того шаткое положение, когда приходилось призывать всю силу воли, чтобы сдерживать себя от необдуманных порывов. На то признание Чжэн Чи так и не ответил. Кажется, он даже не понял, что Ли Яо ему признался. Недогадливости этого парня можно было только поражаться. Но демон медлил со следующим шагом, боясь его спугнуть. И все же его сила воли порой давала трещины. Поддавшись соблазну, он, пользуясь тем, что Чжэн Чи отстал, купил у торговца яшмой подвеску в виде лазурного дракона с зелеными кисточками. Эта вещь не имела большой ценности, но намек был более чем прозрачен. Вторая по значимости должность в Пэнчэн все еще пустовала, но Синьи был верен своему слову и ждал, пока тот, кому она была обещана, согласится ее занять. Наделив Чжэн Чи властью и богатством, он надеялся привязать его к себе настолько сильными узами, что их невозможно будет разорвать. Но теперь, глядя на этого парня, бегающего среди толпы с раскрасневшимися от морозного воздуха и вина щеками, он осознал, что ни власть, ни деньги тому не нужны.
Ли Яо вздохнул, а затем подошел ближе и вложил подвеску ему в руку. Чжэн Чи поднял ее к глазам и рассмотрел в теплом свете праздничных фонарей.
— Красивая, — улыбнулся он и привязал ее к поясу, а затем задумался. — Но я не приготовил для тебя никакого подарка.
— Я и не ждал ничего, — тихо сказал Ли Яо и отвел взгляд.
— Хорошо, — Чжэн Чи забежал вперед, заглядывая ему в лицо. — Что бы ты хотел? Я даже не знаю, чем могу порадовать тебя. Ты же глава Пэнчэн, вся твоя сокровищница забита бесценными артефактами. У тебя ведь и так все уже есть.
— Тогда подари мне то, чего у меня нет, — произнес Ли Яо с легкой улыбкой.
— И что же это? — ответил на улыбку Чжэн Чи.
— Поцелуй. Подари мне свой поцелуй. — Демон прожег его взглядом, но заметив растерянность на лице Чжэн Чи, тут же добавил: — Я пошутил. Ты все еще должен мне корзинку, забыл?
Он отвернулся, чтобы скрыть разочарование и злость на себя за то, что не смог сдержаться.
Чжэн Чи схватил его за запястье и потянул на себя, а когда Ли Яо обернулся, то подался вперед и прижался губами к его губам. Их дыхание с ароматом османтуса смешалось всего на мгновение. Губы Ли Яо были слегка прохладными, Чжэн Чи хотелось задержаться на них чуть дольше, чтобы согреть, но он все же отстранился.
— Не нужно шутить с такими вещами, — посмотрел он в глаза демону. — А то кто-то может подумать, что ты несерьезен в своих чувствах.
Он отпустил чужое запястье и пошел вперед, сливаясь с толпой, которая даже не заметила, что произошло. Ли Яо потрясенно смотрел ему вслед, а затем бросился за ним.
Чжэн Чи успел пройти совсем немного, прежде чем его схватили и утащили в ближайший переулок. Он даже опомниться не успел, как его вжали в стену и поцеловали с такой страстью, словно собирались сожрать. Он и сам не понял, почему поддался тому порыву, но теперь уже было слишком поздно об этом думать. Голова кружилась то ли от вина, то ли от нехватки воздуха. Не в силах и дальше противиться столь бурному натиску, он приоткрыл губы, позволив сплестись их языкам.
Желания Ли Яо были речной плотиной, что огромным напором воды прорвалась через крошечную брешь, сметая все на своем пути. Ревущий поток оглушил его разум, не давая мыслить здраво. Шум толпы превратился в отдаленный гул, а темнота переулка покровом, скрывающим их от всего мира. Ли Яо целовал податливые губы и никак не мог насытиться, но этого было мало. Пойдя на поводу у своей жадности, он скользнул руками под плащ Чжэн Чи, оглаживая его стройное тело, а затем обхватил за поясницу и притянул к себе, вжимаясь напряженным до боли членом в чужое бедро. Чжэн Чи потрясенно распахнул глаза и попытался отстраниться, но не смог сдвинуться ни на цунь из цепкой хватки демона. Неизвестно чем бы все это могло закончиться, если бы они не услышали совсем рядом неловкое покашливание.
Чжэн Чи с силой оттолкнул демона и повернул голову, встретившись с осуждающим взглядом какого-то пожилого мужчины. Осознание пришло через пару мгновений, и краска стыда залила лицо.
Переулок заканчивался тупиком, и какой-то празднующий житель отошел, чтобы отлить, но невольно стал свидетелем непотребной сцены, а так как проем между домами был слишком узким, то он даже не мог уйти, не побеспокоив двух потерявших голову от страсти мужчин.
— Просим прощения, — пробормотал Чжэн Чи и, схватив Ли Яо за руку, бросился прочь.
Оказавшись опять на оживленной улице, они сразу смешались с толпой и быстро пошли вперед. Чжэн Чи отпустил руку демона и прижал ладони к горящим от стыда щекам, не понимая, как можно было настолько забыться, чтобы творить подобное там, где их мог кто угодно увидеть. И к счастью, никто еще не знал, что одним из двух бесстыдников, устраивающим разврат посреди улицы, был Владыка демонов и глава секты Пэнчэн.
Морозный воздух остудил голову, и теперь Чжэн Чи совершенно не представлял, как позволил такому случился. Конечно, он уже давно заподозрил, что его чувства к Ли Яо выходили за рамки дружеских и тем более братских. Какой брат будет тайком любоваться чужим лицом, пока другой не видит? Но кто же виноват, что этот демон был красивее любой девицы, и не поддаться соблазну мог лишь монах, давший обет безбрачия. Просто до этого дня Чжэн Чи гнал от себя подобные мысли, старательно делая вид, что ничего странного не происходит, а потому боялся, что стоит перейти эту грань и обратного пути уже не будет. К тому же он был прекрасно осведомлен, чем могут заниматься двое мужчин под покровом темноты, не зря год проработал на постоялом дворе и повидал всякого. Так что эта перспектива его довольно сильно пугала. Он и до этого слышал, что выносливость демонов нельзя даже пытаться сравнивать с человеческой, а Ли Яо был сильнейшим из них. К тому же по слухам демоническая природа наградила своих обладателей внушительными талантами, в чем Чжэн Чи теперь смог убедиться лично.
Потрясенный случившимся и собственным бесстыдным поведением, он в полном молчании дошел до ворот поместья, пробормотал какое-то прощание и скользнул за тяжелую дверь. К счастью, демон преследовать его не стал, и Чжэн Чи уже подумал, что все обошлось и они оба смогут сделать вид, что ничего не случилось.
Как же он ошибался.
Начиная со следующего дня его жизнь превратилась в череду внезапных атак. Нес ли он документы из одного павильона Пэнчэн в другой или просто шел по узким каменным тропинкам, но демон появлялся рядом словно из ниоткуда и утаскивал его за ближайший угол, а затем целовал до тех пор, пока губы не теряли чувствительность. Чжэн Чи ощущал себя добычей, загнанной в ловушку, но совершенно не мог этому противиться. В конце концов, он сам был виноват, что перешел преступную черту. Поцелуи Ли Яо были такими жаркими, что после них хотелось вылить себе на голову ведро колодезной воды, чтобы хоть немного прийти в чувство. Но дальше так продолжаться не могло. Губы теперь все время были припухшими, а на шее уже появилось несколько заметных следов, потому что бессовестный демон с каждым разом заходил все дальше.
Когда в своем кабинете Ли Яо внезапно схватил на мгновение потерявшего бдительность Чжэн Чи и притянул к себе на колени, тот, наконец, не выдержал:
— Ты что творишь? Совсем стыд потерял? Сейчас день на дворе! Не боишься, что нас кто-то увидит?
Но Ли Яо вместо того, чтобы отпустить его и покаяться в совершенном преступлении против нравственности, обнял Чжэн Чи и уткнулся лицом ему в грудь.
— Прости, — глухо сказал он. — Я и сам понимаю. Просто не могу больше сдерживаться, когда вижу тебя.
От этих слов у Чжэн Чи сердце заплясало в груди, но он смог сохранить напускную видимость спокойствия.
— Почему у меня такое чувство, будто бы глядя на меня, ты видишь аппетитный обед? — спросил он с подозрением.
Демон ничего не ответил и лишь сильнее прижался к нему.
— Так это правда? — ахнул Чжэн Чи. — Неужели ты все время только об этом и думаешь?
Ли Яо поднял голову и посмотрел ему в глаза:
— Разве я виноват, что хочу тебя?
Чжэн Чи почувствовал, как краска заливает его лицо и от этого смутился еще больше.
— Нельзя заниматься подобным посреди дня!
— Тогда я могу прийти к тебе вечером? — спросил Ли Яо, сверля его взглядом темных глаз. — Или ты ко мне придешь?
— Никто ни к кому не придет! — выпалил Чжэн Чи и, скинув с себя чужие руки, подскочил и отошел на пару шагов для верности.
Ли Яо опустил взгляд на свои опустевшие колени.
— Чжэн Чи, ты... не хочешь?
— Дело не в том, чего я хочу, а чего нет, — недовольно ответил Чжэн Чи.
— Тогда почему?
— Это... — Чжэн Чи замялся и сжал в ладонях края рукавов, но все же ответил, — это больно.
— Больно? Что именно? — не понял Ли Яо, а потом до него дошло. — О, ты об этом.
— А о чем же еще, — Чжэн Чи поджал губы и отвернулся. Признаваться в своих страхах было до ужаса неловко. — Я пойду в архив, там давно уже надо было все разобрать.
Не дожидаясь ответа демона, он развернулся и вышел на улицу. Стылый воздух освежил голову, и внезапно до него дошло, что он только что отказал Ли Яо. Чжэн Чи обернулся и напряженно посмотрел на величественный павильон Владыки демонов. Сможет ли Синьи понять его чувства? Он не знал, поэтому направился в архив, чтобы занять себя хоть чем-нибудь и отвлечься от мрачных мыслей.
В Пэнчэн хранилось очень много трактатов и свитков, поэтому архив занимал высокую пятиэтажную пагоду с алой крышей и золотыми узорами в виде птичьих крыльев на стенах. Чжэн Чи провозился там до глубокой ночи, сверяя свитки и раскладывая их по местам. На самом деле он просто тянул время, потому что боялся возвращаться, но только заметив, как в окне острый полумесяц поднялся в небе, понял, что пора возвращаться.
После целого дня работы со свитками, он смог привести свои чувства в порядок и признать, что был неправ и надо объясниться с Ли Яо. Но подойдя к его покоям, замер перед дверью и долго так стоял, пока все же не собрался с силами и постучал. Внутри было тихо и ему никто не ответил, поэтому Чжэн Чи постучал еще раз.
Ли Яо был постоянно занят делами, поэтому рано вставал и поздно ложился. Обычно в это время он еще не спал, и лишь потому Чжэн Чи осмелился прийти к его комнатам. Оставалось лишь надеяться, что демон не воспримет это как приглашение провести вместе ночь под луной. Но когда на стук так никто и не отозвался, Чжэн Чи толкнул дверь и прошел внутрь. В покоях никого не было.
Убедившись, что Ли Яо тут нет, Чжэн Чи еще раз сходил в кабинет демона, а затем отправился к себе. Видимо, появилось какое-то срочное дело, которое заставило Ли Яо спуститься с горы. Оставалось надеяться, что это не праведники вновь начали чинить неприятности. Чжэн Чи вернулся к себе, но полночи проворочался на кровати, снедаемый тяжелыми мыслями и задремал лишь на рассвете.
Проснулся Чжэн Чи уставшим и разбитым, но все же отправился к Владыке демонов узнать, какие поручения тот приготовил для него на этот день. Он прекрасно осознавал, что может ничего не делать и вести беспечную жизнь, но совесть не позволяла вот так вот пользоваться чужим расположением. К тому же если он и правда бы начал бездельничать, то на горе это бы сразу заприметили, а дальше бы начали расползаться слухи, и это уже был вопрос выживания. Многие в этом мире ненавидели Ли Яо за то, что он возглавлял Пэнчэн, и искали его слабость. Показав себя миру, как спутника Владыки демонов на тропе самосовершенствования, Чжэн Чи рисковал накликать беду не только на себя, но и на свою маленькую семью. Поэтому он всегда жестко разграничивал работу и личное.
Когда он наутро пришел в кабинет Ли Яо, тот как обычно сидел за своим заваленным бумагами столом. Чжэн Чи растер чернила, принес чай, помог разобраться со стопкой документов на подпись и только после этого решился спросить:
— Что-то случилось?
— Что случилось? — Ли Яо поднял непонимающий взгляд.
Демон все утро вел себя как ни в чем не бывало и даже не приставал к Чжэн Чи, заставляя того чувствовать все большую вину.
— Вчера вечером я пришел к твоим покоям, — поджал губы Чжэн Чи, — чтобы кое-что обсудить, но не застал тебя там, поэтому подумал, что что-то произошло.
Ли Яо замер на мгновение, а затем отвел взгляд:
— Появилось срочное дело, но я его уже уладил.
— Рад это слышать, — кивнул Чжэн Чи.
— А что ты хотел обсудить? — словно между делом спросил Ли Яо, не отрывая взгляда от бюджетного отчета на ткани для пошива формы адептам секты.
— Я хотел поговорить о том... — Чжэн Чи замер на полуслове. Он понимал, что для такого разговора место и время неподходящие.
— О чем? — Ли Яо, наконец, поднял голову и уставился на него.
Но как Чжэн Чи мог об этом сказать.
— Хотел спросить, что ты собираешься делать с Чэн Кэнем, — быстро перевел он разговор.
На самом деле об этом он тоже собирался поговорить, поэтому тут даже не было лукавства.
Ли Яо замер, чуть наклонив голову, словно обдумывая ответ на вопрос, а затем медленно произнес:
— Я не хочу его убивать.
— Так ты все еще дорожишь им, — тихо произнес Чжэн Чи, прекрасно понимая, что братец Чэн служил Ли Яо много лет и всегда находился рядом. Разумеется, тот питает определенные чувства к своему провинившемуся подручному.
Ли Яо молчал и Чжэн Чи лишь сильнее уверился, что сделал правильные выводы. В конце концов, у этого демона и правда было доброе сердце, и он заботился о тех, к кому был привязан, даже если они совершали ошибки.
— Если он вот так вот умрет... — начал Ли Яо.
«То все его старания не будут ничего стоить из-за одной ошибки», — продолжил Чжэн Чи.
— То слишком легко отделается, — закончил Ли Яо.
Чжэн Чи понадобилось время, чтобы осознать услышанное.
— Погоди, то есть ты не убил его, не потому что тебя огорчит его смерть, а потому что так он будет меньше страдать? — потрясенно спросил Чжэн Чи.
— Именно так, — кивнул демон, — и тысячи смертей мало за то, что он совершил. В первый раз я проявил терпение и снисходительность, но не ради него, а чтобы ты не счел меня слишком жестоким, но это черепашье отродье так и не остановилось и попыталось и дальше тебе вредить. Поэтому остаток жизни он проведет в подземельях Пэнчэн.
— Синьи, но он ведь находился подле тебя столько лет, — выдохнул Чжэн Чи.
— И все это время плел против меня интриги, — Ли Яо поднял ледяной взгляд. — Он убил тебя и использовал меня, и это после всего, что я для него сделал.
Чжэн Чи понадобилось время, чтобы обдумать услышанное, затем он кивнул:
— Могу понять, за что ты на него так злишься. Он на самом деле поступил подло. Поэтому я схожу перекинусь с ним парой слов.
Он уже направился к двери, когда услышал за спиной:
— Ты не сможешь войти в темницы. Тебя туда не впустят.
— Разве я теперь не твой доверенный помощник? — обернулся Чжэн Чи. — Уверен, те ребята, что сегодня несут стражу у входа в подземелье, меня узнают.
— Чжэн Чи, я отдал распоряжение не пускать тебя туда, — напряженно смотрел на него Ли Яо. — Ради твоей же безопасности.
И снова Чжэн Чи понадобилось время, чтобы осознать. Его брови поползли к переносице.
— Ты говорил, что на Пэнчэн я могу ходить куда угодно! Отказываешься от своих слов?
— Ты слишком беспечен, он может навредить тебе!
Они сверлили друг друга взглядами, но в итоге Ли Яо сдался:
— Если ты хочешь с ним увидеться, то мешать не стану. Но пойду с тобой.
— Мне не нужна нянька! — руки Чжэн Чи сжались в кулаки.
Ли Яо встал из-за стола и подошел к нему:
— Я не могу так рисковать, пожалуйста, пойми.
— Синьи!
— Я не переживу еще одну твою смерть.
Чжэн Чи поперхнулся уже заготовленной речью. То, что демон сказал и то, как он это сказал, проняло до самых потаенных уголков души. Потому что Ли Яо пережил уже две смерти дорогого человека. И Чжэн Чи почувствовал себя истеричным ребёнком, который топает ножкой и постоянно что-то требует, не обращая внимания на чужие чувства.
Что бы он почувствовал, если бы Ли Яо умер?
— Чжэн Чи! — вдруг воскликнул демон. — Что случилось? Ты так побледнел! Что-то болит? Я сейчас же найду Лин Гуана...
Чжэн Чи шагнул вперед и притянул его в объятия:
— Не надо никого искать, я в порядке. Я в полном порядке, тебе не нужно за меня так беспокоиться.
— Как я могу не беспокоиться, — тихо ответил Ли Яо, обнимая в ответ.
— Давай просто закончим с этим, — медленно отстранился Чжэн Чи, а затем пошел к выходу и направился в сторону подземелий горы.