Принцессу Драконом не испортишь!

Комната, в которой заперли принцессу на ночь, оказалась по-деревенски простой. Кровать грубо сколоченной, матрас — не пуховым, а соломенным. Из иной мебели был только стол да стул.

Но Клодилия не замечала аскетичной обстановки. Она думала о словах Дракона. В руке она сжимала медное колечко, как раз впору для ее безымянного пальчика. Может, Бая ошиблась? Может, кошка сыграла против нее ради какой-то эфемерной выгоды народа бастет? Может, у них с Драконом могло быть будущее?

Если бы она могла повернуть все вспять, то она забыла бы о своем плане. Не ходила бы в древний Арамал за Чашей и доверилась бы любви.

Ее размышления прервал легкий стук в зарешеченное окно. Дили попыталась его отворить, но окно из небьющегося стекла было запертым снаружи. Послышался скрежет, и через мгновение окошко приотворилось.

— Бая! — воскликнула принцесса.

Кошка приветливо замурчала.

— У вашего окна стража, но мои котики отвлекут их минут на пять. Вот коготь на случай, если придется открывать замки, — полукольцо кошкиного когтя скользнуло на подоконник. — Но Дракон предвидел какой-то такой фокус и запер вас снаружи, да и стражу поставил.

— Все кончено, Бая, — обреченно сказала принцесса, сжимая коготок. — Меня раскрыли.

— Знаю, — кивнула она. — Кроме того, Мида смогла отыскать ваш тайник в зеркале.

— Что?!

— Сегодня, когда ваши вещи спустили в подвальные помещения к вашему приданному, чтобы после боя отправить их в ваш новый дом в Лаэдрии, мои котики видели, как она долго перебирала ваши вещи. И в конце концов она взломала раму зеркала и отыскала тайник с ведьмовской книгой и Книгой Годфрида. Но она не осмелилась взять их в руки. И никому об этом не рассказала. Даже починила сломанную раму. Наверняка знала, что тогда Дракону будет нечего терять и он избавится от нее.

Принцесса вздохнула.

— Но ваш план, ваше высочество, — продолжала Бая, — ведь вы хотели оживить брата. Он остался прежним?

— Мне больше нечего терять, — усмехнулась принцесса.

— Вот и хорошо. А то мне, знаете, есть что терять, если вы откажетесь от него. А я очень дорожу своей шкуркой.

Бастет отвернулась и несколько мгновений всматривалась в темноту.

— Ваши стражники возвращаются. Я покидаю вас, принцесса. Забудьте Баалора и сосредоточьтесь на брате.

Она поспешно закрыла окно, и принцесса услышала щелчок замка.

Терять больше нечего.

До утра она плакала в свою соломенную подушку. Сон не шел. Да и видеть Лаая или снова во сне бродить по коридорам Арамала ей не улыбалось.

Бастет ошибается.

Выхода нет.

Она не успеет оживить Лаая до своей кончины. Оставалось только перемежевать слезы мольбами о прощении у невидимого брата и у невидимого Баалора.

А утром, едва солнце забрезжило на горизонте, ее закружил безумный круговорот очередного Великого Дня. Дня, когда ее принц одолеет Дракона, и она выйдет замуж, к добру или к худу. Все равно итог один — скорая смерть.

С утренней зарей не менее десятка горничных забрали ее в сауну. Принцесса была отмыта, оттерта жесткими мочалками и пропитана с ног до головы волшебными кремами с ароматом роз. Она даже зарычала, таким тошнотворным был этот запах, и решительно воспротивилась попыткам снять с нее кулон с локоном Лаая и мешочек с заговоренным можжевельником и полынью.

Затем ее провели в дамскую уборную, оббитую бархатом, расшитым серебряными нитями. Там принцессу усадили на высокое вращающееся кресло и принялись обильно пудрить, красить губы и глаза, завязывать корсет и цеплять неудобные нижние юбки.

С платьем королева Ксандра явно переборщила. Поверх нижних юбок на принцессу надели еще три слоя гибких колец, а затем достали что-то, что отдаленно напоминало воздушный карман, на котором она спланировала вниз в Древний Арамал. Только этот карман был из тончайшего шелка, расшитого золотом, жемчугом и кружевом гигантских пауков — лучших прялок в мире.

— Вы просто прелесть, — ворковали горничные, а самой себе она казалась огромным тортом, на который забыли сверху нанести взбитый крем.

— А вот и финальный штрих, — сказала главная стилистка и достала то, что могло вполне заменить этот крем. — Ваш парик, ваше высочество.

Клодилия недоуменно уставилась на неестественно белый парик.

— Но у меня свои прекрасные волосы! — возмутилась она. — А этот выглядит так, будто голову облили кислотой авранского лимона!

— Зато он уже уложен, не боится ветра. Знаете, эти бои с драконами — настоящая катастрофа для прически. Он же машет своими крылищами и совсем не смотрит, куда направляет ветер. Скольким дамам милорд испортил прически! А еще была одна знатная дама, не будем называть имен, так она вообще осталась без волос.

— Что?

Последнее, что в данный момент волновало Клодилию — это облысение.

— Но не волнуйтесь, мы надежно закрепим его на голове, — и она ввинтила шпильку чуть ли не в мозг принцессе.

Клодилия зашипела от боли, но это не остановило горничных от того, чтобы влепить еще пару дюжин шпилек ей в череп.

— Как на картинке!

— Красавица!

— Настоящая фея!

— Давайте сразу наденем фату, она будет просто неотразимой!

— Неотразимой как абажур или как вампир? — вставила принцесса, и ее тут же снова пришпилили. Шпилек на этот раз была всего одна дюжина, и они выполняли стратегическую роль крепежа фаты.

Горничные продолжали сплетничать. Они делились тем, какие гости прибыли и какие уже заняли свои места. Периодически вбегала девка-помощница, которая приносила новые сведения, так сказать с полей.

Служанки изнывали от нетерпения, и Клодилия предложила им по-тихому смыться поглядеть на толпу.

— Милорд Дракон не велел оставлять вас одну, — они закусывали губы.

В это время в уборную вошло что-то, в чем Клодилия отдаленно опознала Бернис.

— Не волнуйтесь, — сказала принцесса. — Со мной побудет мадемуазель Бернис. Мы немного посплетничаем перед моим Великим Днем.

Горничные понимающе хохотнули, а самые юные порозовели.

Они нетерпеливо изобразили реверанс и скрылись за дверью.

— Что они с тобой сделали, Берни! — возвела очи горе Клодилия. — Я знала, что Дракон жесток, но не настолько же!

Подруга была в бальном платье кремового цвета. Оно тоже было пышным, но в нем по крайней мере, хотя и не без помощи лакеев, Бернис могла присесть на специальный высокий стул.

Но хуже всего было то, что ей на голову тоже нацепили парик отвратительного морковного цвета.

— Похоже, Мида м-меня н-ненавидит, раз распорядилась надеть мне это на голову, — грустно сказала она.

Слыша, что подруга снова начала заикаться, у принцессы вскипела кровь.

— Мида! — хмыкнула она. — С каких это пор опальная бывшая стала интересоваться дебютантками?

— С тех пор, — Бернис дружески положила руку на плечо Клодилии, — как стала невестой Дракона. На сегодняшнем балу это будет объявлено официально.

От изумления рот Клодилии раскрылся. Она бы даже картинно упала на стул, а еще лучше — в обморок, но эта юбка сама по себе выполняла роль упора.

— Так вот что он имел ввиду, — прошептала она.

Бернис смотрела на подругу.

— П-прости, что предала тебя вчера. Я с-сделала это, чтобы спасти тебя от виселицы. Знаю, врать т-ты не можешь.

— Спасибо, Берни. После смерти брата у меня не было настоящих друзей, пока не появилась ты и Недоумение! Так жаль будет с вами прощаться.

— Я всегда буду рада вам с-служить, моя королева, — Бернис сделала глубокий реверанс.

— Прекрати, дорогая! — Клодилия так сильно рванула ее вверх, что морковный парик, который был не так тщательно прикреплен к голове, частично отскочил.

— Еще ничего не потеряно! — вскричала принцесса. — Гонорилия нас предала, так теперь ты займешь мое место хотя бы на ближайший час!

— Что?!

— Посмотри на нас! В этих париках и платьях нас родная мать не узнает! Вся моя роль во время битвы — стоять на постаменте в гордом одиночестве и держать руки на груди, как бы молясь за здоровье принца. Сможешь повторить? Вот умница! Меня этому две недели учили! Почему-то крутить фиги принцу и ковыряться в ушах запрещено. Так что не повтори моих ошибок.

— Но, з-зачем тебе это?

— Я верну Чашу. И если повезет, я смогу добыть немного огня дракона для нее.

— Т-ты все еще не отказалась от своего плана, — простонала Бернис.

Клодилия жестко на нее посмотрела.

— Я спускалась в подземелья к демону-троллю ради этого. Так неужели меня остановит выговор напыщенного индюка, который предает свое сердце?

— А если меня раскроют? Твоя матушка...

— ...будет сидеть в отсеке для почетных гостей. Говорю тебе, Бернис, я должна быть на постаменте совершенно одна!

— А если меня п-поймают?

— Я совру ради тебя. Скажу, что подлила тебе зелье подчинения, — пообещала Клодилия.

— Ладно, — вздохнула Бернис. — Я же тоже уже слишком далеко зашла. 

__

❤️ Привет! Давайте знакомиться!

Меня зовут Юля, я писатель, редактор и переводчик.

И у меня есть мечта – стать писателем на полный рабочий день ☀️ Скромно, да? 😂 Для этого-то и нужны мечты! ☀️ И еще при этом не заниматься маркетингом и не думать о деньгах. И еще, чтобы мои книги были доступны всем ☀️

Я выкладываю там рассказ каждый месяц 25 числа. Но потом все равно публикую его через месяц в бесплатном доступе, потому что... ну... мечтаю, чтобы мои труды были доступны для всех ☀️

❤️ Я понимаю, что не у всех есть возможность и желание стать моим спонсором, но ты мне очень поможешь, если даже просто нажмешь на ❤️ ПРОГОЛОСОВАТЬ ❤️ за эту главу!

❤️❤️❤️ И расскажи мне о себе в комментариях!

Мне правда-правда интересны те, кто читает мои книги!