Принцессу Драконом не испортишь!

Второй день принцесса Клодилия не могла покинуть Логова. Соваться за пределы пансиона, даже с когтем бастет, было сущим безумием. Вход в лес был защищен множеством заклятий что с одной, что с другой стороны. А сестра не могла нанести ей даже официального визита. К тому же на каждый метр квадратный было слишком много драконов, фей, волшебников и мелкого магического народа, вроде сильфов, цветочных фей и элементалей.

Клодилия все свое скудное свободное время проводила за изучением карты древнего Арамала, которую она смогла вставить в один из учебников.

Книга Годфрида вела себя хорошо, не пищала, когда ее прятали, и не глушила магию. Она, вместе с ведьминской книгой, благополучно была спрятана в прабабкино зеркало с двойной рамой. И сдавалось принцессе, что бабка в свое время там не схемы вышивок хранила.

Единственным плюсом в этом всем было то, что из-за этой канители следующее испытание Честера решили проводить без широкой трансляции. Просто в один из вечеров глашатаи в ливреях Лаэдрийского королевства принесли благую весть, что принц, дескать, прошел испытание. Они по этому поводу преподнесли принцессе хрустальную вазу. А она заметила, что радости с нее было бы больше, если бы в нее насыпали конфет. Хотя бы леденцов.

А в остальном казалось, что план трещит по швам. И только умоляющее глаза Лаая с портрета заставляли раз за разом листать карты, книги и искать выход.

Бернис к чарам ее брата-близнеца была равнодушна и посему металась по спальне принцессы совершенно бесцельно и пессимистически настроено.

— Мы откажемся от нашего плана?

— Еще чего! — бодро откликнулась Клодилия. — Мы знали, что будет нелегко. Неужели мы отречемся от своих слов после первой же кочки? Какая из меня тогда получится лаэдрийская королева?

— А в твоих книгах нет заклятия, которое помогло бы нам обмануть фонарь Марзимото? — спрашивала подруга. — Его вот-вот доставят, когда закончатся обыски в Магическом университете.

Клодилия с силой захлопнула книгу.

— Нам очень повезло, что случилась эта проволочка, — сказала она. — На этот раз знаменитая магическая бюрократия сыграет нам на руку. И если до послезавтра ничего не изменится, то мы спасены.

— Ты нашла заклятие? — с надеждой спросила Бернис.

— Лучше. Я включила голову. Это полезная штука, если ею правильно пользоваться. Вспомни, именно послезавтра утром моей сестре разрешат навестить меня. Боюсь, подруженька, что тебе несколько дней придется потерпеть присутствие Гонорилии, вместо меня. Неизвестно, когда мы сможем произвести обратный обмен.

Бернис шлепнула себя по лбу.

— Старая-добрая подмена! И как я раньше не догадалась?

Клодилия посмотрела в свое отражение.

— Может, мне немного изменить свою внешность? Заболеть свинкой, например.

— Фу. Тебя раздует!

Принцесса продолжала тщательно изучать свой нос.

— Боюсь, что Дракон сможет опознать, если за ужином буду не я. Он слишком долго всматривался в мое лицо.

Клодилия достала из сумочки две бутылочки.

— Я специально заготовила их перед отъездом, чтобы прогуливать уроки и опозорить моего спасителя, когда он "победит" Дракона. Видишь ли, это зелье просто шутка. Оно действует не дольше дня, поэтому всецело на него полагаться нельзя.

Бернис покрутила бутылочки в руках.

— И какая королева отказалась бы иметь такое в своем арсенале?

Клодилия поцеловала подругу в щеку.

— Благодаря тебе я смотрю на свою участь не так мрачно.

На занятиях же Дили было трудно влезть в свою собственную шкуру после того, как там задала тон Гонорилия. Особенно тяжело ей далось возвращение к танцам у Кузнечика. Даже при том, что Гонорилия, подражая сестре, старалась быть неуклюжей во время танцев, преподаватель заявил, что ее техника стала значительно хуже. Он даже заставил ее явиться на дополнительные занятия после ужина!

Принцесса пыталась слиться со звуками прекрасного нежного вальса, но у нее никак не получалось. После плотного ужина, последнее, чего она хотела — так это работать ногами. Мысленно же она была рядом с верным Недоумением и трепала его непослушную гриву.

— Я еще не видел настолько косолапой принцессы! — воскликнул Кузнечик.

— Давайте, кричите на партнершу! — съязвила Дили. — Это же всегда помогает девушке расслабиться во время танца!

Они обменивались колкостями, наматывая далеко не первый круг по бальному залу. Время близилось к полуночи.

— Я не потерплю, чтобы вы опозорили меня во время первого танца с принцем Честером!

— Да на меня никто не глянет! Все будут любоваться только им! Зато, когда я стану королевой, объявлю вас вне закона!

— Пожалуйста! — не сдавался Кузнечик. — Но делать вы это будете в ритме вальса!

Она попыталась со злости наступить ему на ногу. Но они не зря вальсировали так долго. Кузнечик уже успел изучить ее рефлексы и вовремя уклонился.

Так, перебрасываясь оскорблениями и не слушая уже ни друг друга, ни музыку, они танцевали дальше. И даже не заметили, как в зале появился Дракон.

— Что это вы творите во втором часу ночи? — насупился он. Хозяин Логова подскочил к танцующим, и вид у него был такой, будто он желал их прибить на месте. Под этим взглядом Клодилия и Кузнечик притихли. Принцессе показалось, что она чем-то очень сильно провинилась перед Драконом, и никак не могла выбросить эту вздорную мысль из своей головы.

Первым опомнился преподаватель.

— Я всего лишь выполняю свой долг! — гордо заявил он. — Пытаюсь обучить воспитанницу вальсу. Но это трудно сделать, когда у нее козлиные ноги, как у сатира, и обе — левые!

— А не съездить ли вам пинками под ваш тощий зад обеими ногами, чтобы вы почувствовали разницу! — принцесса на минуту позабыла, что рядом стоит Дракон.

— Пожалуйста! — ощетинился Кузнечик. — Только боюсь, что вы даже в мой зад не попадете, а снова наступите мне на мизинец!

Принцесса собиралась перейти от слов к делу, когда Дракон рявкнул:

— Хватит!

Он устало потер лоб.

— Вы оба нарушили устав Логова. Как преподавательский, так и ученический. Я не знаю, за кого из вас мне стыдно больше.

Кузнечик и Клодилия понурили головы. Видать, и у преподавателя бывали проделки в детстве, потому что он сделал то же, что и Клодилия (или любой другой ребенок, которого поймали на том, что он пытается скормить своего родного брата соседской собаке). Они повернулись друг к другу и с крайне преувеличенным сожалением извинились.

— Пожалуй, продолжим завтра, ваше высочество, — с почтением сказал Кузнечик.

— Буду ждать с превеликой надеждой, — промолвила принцесса сквозь зубы.

— Боюсь, что завтра с таким настроением у вас будут те же результаты, — заметил Дракон.

— Она необучаема! — тут же заявил Кузнечик.

— Вы нашли самого бездарного учителя танцев, милорд, — тут же доложила принцесса.

— Просто вы оба устали.

Он вздохнул и притянул к себе девушку.

— Что вы творите! — изумилась она.

— Собираюсь с вами танцевать, — невозмутимо сказал он. — Иначе вы и завтра перебудите все Логово.

— Это бесполезно, — увещевал Кузнечик.

— Позвольте мне судить, — сказал Дракон. — В конце концов, мы, драконы, обладаем врожденной грацией, которая позволяет нам парить в небесах.

— И скромностью, которая не дает вам оттуда спуститься, — к счастью, это сказал учитель танцев, а не принцесса. Но на ней он до сей поры тренировался в колкости. Дракон взглядом поставил его на место.

— Если вы станцуете этот круг ни разу не наступив мне на ногу, тогда я освобожу вас от дополнительных уроков танцев. А иначе вы будете до самого боя каждый вечер проводить в бальном зале.

Принцесса и Кузнечик переглянулись. Оба были не в восторге.

— Следите за своей правой ногой во время третьего такта, — шепнул ей педагог.

Принцесса поклялась следить. Так, по крайней мере, она намеревалась. Но Дракон приказал "Музыку!", и они закружились по бальному залу.

Первым делом принцесса запуталась в ногах, но смогла вовремя выкрутиться. Дракон и правда двигался так, будто не вальсировал после полуночи, усталый, со своим наказанием, а летел свободный среди рассветных облачков.

Девушка невольно заразилась этим ощущением. Ее рука лежала в его ладони, скрытой бархатной перчаткой. Его другая длань целомудренно давала ей опору в районе лопатки. Принцессе нравилось, как ее собственная рука лежит на его плече, таком сильном! И как здорово раствориться в этих ощущениях, отдаться музыке...

— Вот так и будете танцевать с принцем Честером! — подытожил Кузнечик. И принцесса поняла, что не заметила, как закончился круг.

***

На следующий день принцесса пыталась доказать себе, что этого не могло случиться.

Она не могла влюбиться в Дракона! Это неестественно и отвратительно!

Просто ее первый поцелуй был отдан Баалору... но тут приходилось одергивать себя. Началось все до поцелуя. И до ранения. И до того, как она стала свидетельницей их ласк с Мидой.

Это началось, когда он прилетел за ней в Зирландию. Когда взглянул на нее в упор этими янтарными глазами. О, она тогда не поняла этого! И сейчас не понимала до конца, что такое с ней творится. Почему Лаай снится все реже, и ей так хочется махнуть на все рукой и отдаться чувству? Ох, если бы только можно было отдаться чувству...

Но реальность была такова: махнуть рукой не получится. Принц Честер прислал ей конфеты, как было велено. Матушка готовила для нее ко дню Боя с драконом "изумительное" платье. Бернис нервничала. Лаай с портрета смотрел укоризненно. А главное, тем же вечером, она вспомнила, чем рискует.

За ужином царило необычайное возбуждение.

Фрем, Дракон и Мида, которая уже приобрела статус опальной бывшей, часто обменивались тяжелыми взглядами и перешептывались.

В конце концов Клодилия разобрала слова "Фонарь Марзимото" и "уже прибыл", от которых у нее перед глазами все потемнело.

Она прочла всевозможную литературу о фонаре и точно знала, что радиус его действия от силы метра три. Тем не менее, рисковать не хотелось.

К тому же, ее крови из туфельки вряд ли хватило бы на то, чтобы зарядить больше одного фонаря. В конце концов, она всегда может оспорить его показания, сославшись на то, что этот фонарь был нестерильным или что завистники подменили кровь ведьмы на ее.

Фея шепотом настаивала, чтобы всех домашних проверили немедленно. Но Дракон возражал, что это будет неуважение к гостьям, а сегодня и так проверяют слуг.

Заслыхав о проверках, с Мелани случилась истерика. Бедная пустышка не могла взять в толк, как на ее туфельке могла оказаться чужая кровь и не сработает ли фонарь на нее, так как она однажды натерла ноги до крови.

Фрем назвал ее "бедным дитем", а под конец и "фасолинкой", очевидно не прибавляя, что у нее единственная "фасолинка" в голове.

А Бернис после ужина шепнула, что будет молиться всем демиургам, чтобы все прошло гладко. Но...

__

❤️ Привет! Давайте знакомиться!

Меня зовут Юля, я писатель, редактор и переводчик.

И у меня есть мечта – стать писателем на полный рабочий день ☀️ Скромно, да? 😂 Для этого-то и нужны мечты! ☀️ И еще при этом не заниматься маркетингом и не думать о деньгах. И еще, чтобы мои книги были доступны всем ☀️

Я выкладываю там рассказ каждый месяц 25 числа. Но потом все равно публикую его через месяц в бесплатном доступе, потому что... ну... мечтаю, чтобы мои труды были доступны для всех ☀️

❤️ Я понимаю, что не у всех есть возможность и желание стать моим спонсором, но ты мне очень поможешь, если даже просто нажмешь на ❤️ ПРОГОЛОСОВАТЬ ❤️ за эту главу!

❤️❤️❤️ И расскажи мне о себе в комментариях!

Мне правда-правда интересны те, кто читает мои книги!