19 часть
Я проснулась в своей кровати дома от резкого звонка будильника в шесть утра. Тело ломило, синяки на боках приобрели глубокий желто-зеленый оттенок, но в голове была непривычная ясность и странное чувство цели. Сегодня был день Большого Побега. Или, точнее, дня Большой Аренды.
Я надела джинсы и простой свитер — сегодня мне предстояло быть не Эмили Холл, наследницей, а просто клиенткой, ищущей жилье. Перед уходом заглянула в комнату Брайса. Дверь была приоткрыта, он спал, свалившись на диван в одежде, рядом — пустой стакан от виски. Вид у него был измотанный. Чувство вины кольнуло меня, но я загнала его подальше. Он выбрал свою сторону — сторону прагматизма и семейных интересов. Я выбрала свою.
По дороге в отель я заехала в кофейню, купила два капучино и сэндвичи. Остановка у отеля в семь утра с бумажными стаканчиками в руках — новый опыт в моем резюме.
Пэйтон открыл дверь почти сразу, как будто стоял за ней. Он был одет — те же черные джинсы и темная футболка, выглядел так, будто не спал ни минуты. Его глаза были красными, но взгляд — острым, сосредоточенным.
— Доброе утро, кредитор, — произнес он, принимая кофе.
— Доброе, должник, — парировала я, проходя внутрь. — Готов к трудовому дню?
— Как никогда.
Мы сели за маленький столик у окна с видом на скучную парковку. Я достала планшет, где с вечера были открыты вкладки с сайтов по аренде.
— Итак, критерии, — начала я деловым тоном. — Не слишком далеко от школы. Без соседей-студентов, которые будут устраивать вечеринки — у тебя и так достаточно проблем с законом. Без комендантского часа, но и без криминала в районе. И... в рамках бюджета.
«Бюджет» был магическим словом, которое резко сузило круг поиска. Мот деньги были щедрыми, но не безграничными. Особенно если учесть, что я понятия не имела, как долго Пэйтону понадобится эта квартира.
Первые три просмотра были катастрофой. Первая квартира пахла плесенью и отчаянием, вторая находилась над баром, третью агент пытался втюхать нам, делая непристойные намеки на то, как «молодой парочке» будет здесь уютно. Пэйтон молчал, но его молчание становилось все более грозовым. Я чувствовала, как его терпение, и без того висящее на волоске, вот-вот лопнет.
Четвертый вариант был в небольшом, ухоженном комплексе в двадцати минутах езды от школы. Агент — пожилая женщина по имени Марта, которая смотрела на нас с доброжелательным любопытством, а не с жадностью.
— Молодые люди ищете первое жилье? — спросила она, отпирая дверь.
— Не совсем, — уклончиво ответила я. — Нужно временное решение. На учебу.
Квартира оказалась... нормальной. Чистой, светлой, с минимальной мебелью, безликой, но не убогой. Небольшая гостиная с кухонным уголком, спальня, ванная. Окна выходили во внутренний тихий дворик.
— Район спокойный, — говорила Марта. — Соседи в основном пожилые или молодые семьи. Шумных вечеринок не любят. Аренда включает воду и вывоз мусора, за свет и интернет платите отдельно.
Пэйтон молча обошел квартиру, потрогал батареи, проверил, как открываются окна, заглянул в санузел. Его движения были сосредоточенными, как у сапера на минном поле.
— Что скажете? — спросила Марта, глядя на него.
Он вышел из спальни и кивнул мне, почти незаметно.
— Нам нужно обсудить, — сказала я Марте с самой милой улыбкой. — Мы на улице.
Мы вышли на маленький балкончик.
— Что думаешь? — спросила я.
— Это... сойдет, — сказал он, избегая моего взгляда. — Без излишеств. Тихо. Цена... вменяемая.
— «Сойдет» это не восторженный отзыв, Мурмаер.
— У меня нет права на восторг, — резко сказал он, наконец глядя на меня. — Я не выбираю себе пентхаус. Я ищу укрытие. Это — хорошее укрытие. Спасибо.
В его словах не было сарказма. Была усталая благодарность, которая обожгла больше любой колкости. Я кивнула и вернулась к Марте.
Оформление документов заняло пару часов в ее уютном, заваленном бумагами офисе. Я подписывала договор аренды, чувствуя себя одновременно взрослой и совершающей что-то абсолютно запретное. Я вносила депозит и оплату за первый и последний месяц. Деньги с моей карты уходили с пугающей легкостью. Пэйтон сидел рядом, молчаливый и напряженный, подписывая только приложение о правилах проживания. Его имя в договоре не фигурировало. По документам арендатором была я.
Когда мы вышли из офиса с ключами в руке и папкой документов, был уже поздний день. Мы стояли на тротуаре, и солнце слепило глаза.
— Вот, — я протянула ему ключи. — Твой новый адрес. 221Б, на Бич-Авеню. Куратору сообщишь завтра.
Он взял ключи. Простой металлический брелок с двумя ключами казался невероятно тяжелым в его руке.
— Я... не знаю, что сказать.
— «Спасибо» уже прозвучало. «Я все верну» — тоже. Больше ничего не надо, — я махнула рукой, стараясь казаться небрежной. — Тебе нужно заехать в отель, забрать вещи и заселиться. Мне... мне нужно домой. Брайс, наверное, уже вызвал отряды на поиски.
Он кивнул, но не уходил. Стоял, сжимая ключи в кулаке.
— Эмили.
— Да?
— Зайдешь? Проверишь, как я все обустроил? Когда... когда разберусь.
Вопрос повис в воздухе. Это было не приглашение. Это была просьба о проверке, о том, чтобы я убедилась, что он не облажается в первый же день. Чтобы связь не прервалась.
— Конечно, — сказала я. — Через пару дней. Сообщи, когда будешь готов.
Мы разъехались. Я ехала домой, и по мере приближения к нашему дому в холмах тревога нарастала. Я только что совершила самый самостоятельный и самый безумный поступок в своей жизни. И теперь мне предстояло объяснять это брату. Если, конечно, он еще со мной разговаривал.
Дом встретил меня гробовой тишиной.