Руки, что держат власть | Payton Moormeier

От лица Элизабет

Я едва подняла веки, прежде чем телефон затрепетал на тумбочке. В строке — короткое сообщение, как щепотка грязи на утренней рубашке: «ты будешь молить о пощаде».

Сначала я просто усмехнулась. Вся эта городская шелуха — угрозы, шепоты, фамилии — никогда не умели меня напугать. Страх — привилегия тех, кто не привык считать каждую потерю; у меня потерь было слишком много, чтобы бояться их простых слов. Я стерла уведомление, словно стряхнула пыль, и вернулась в постель ещё на несколько минут, чтобы слушать, как дом дышит в тишине.

Планы на день были просты и жирели от смысла: снова пойти в клуб, напиться и попытаться вычеркнуть из головы всё, что оставили за дверью. Работа? Нет смысла. Ради денег? Их у меня море — они лежали в тихом порядке, как запасной мир. Она не принимала жалости от судьбы и тем более не собиралась подстраиваться под чьё‑то любопытство.

Она встала, посмотрела на своё отражение и усмехнулась себе: «Ночь ещё не проиграна». Вечером — клуб, музыка, шум, чужие голосы, которые не будут спрашивать о прошлом. И это была её привычка — уходить в шум, пока тишина не начнёт снова съедать её по углам.

От лица Пэйтона

Я сидел в зале дома, где мы все жили — большой, затертый элитной небрежностью. Вокруг меня — привычный круг: Дилан, Джейден, Винни, Чейз. Рядом с каждым — девушки, которые знали своё место: Райли Хубатка — рядом с Диланом, Несса — с Джейденом, Чарли — с Чейзом, Надя — с Винни. А у меня почти резиновая роль — Сиерра Бирдсонг крутилась рядом, будто актёр в нужный момент, ради статуса и развлеченья ночи.

Я посмотрел на них и понял: сегодня вечер не ради праздника. Сегодня наша цель едёт в тот же клуб, где мы часто отрываемся. Я раздал приказ просто и спокойно — так, как делаю всегда.

— Сегодня она в клубе, — сказал я. — Это наш шанс.

Сиерра мгновенно ожила, глаза её загорелись хищным огнём.

— Кто она? — спросила она, уже представляя себе сцену.

Я назвал имя так, чтобы оно звучало ровно и без лишних эмоций: «Элизабет Джонс».

Её радость была почти детской, но с тем же хищным оттенком, что иногда видишь уигроков перед крупным кушем.

— Элизабет Джонс? — прошептала Сиерра, — ты серьёзно? Она та самая?

— Та самая, — подтвердил я. — Она сейчас в клубе.

— Ооо, — вздохнула Райли, оттягивая бокал к губам. — Нам повезло. Хочу посмотреть.

Дилан усмехнулся и похлопал Чейза по плечу:

— Ну что, мужики, вы готовы? Это же не просто встреча. Это момент.

Джейден подвинул к себе планшет и взглянул на последние данные, что нам оставили ребята с уличных точек наблюдения.

— Она одна? — спросил он, — или кто‑то с ней?

— Одна, — ответил я. — Похоже, без охраны. Это шанс подойти ближе.

— Значит, аккуратно, — отрезал Винни. — Нам не нужны лишние глаза.

Я кивнул и добавил спокойно:

— Едем вчетвером. Поедем на тонированной. Не привлекать внимания. Сиерра идёт с нами — ей будет полезно.

Сиерра подпрыгнула чуть в кресле от восторга.

— Спасибо, Пэйтон. Ты не пожалеешь. Я знаю толк в таких делах.

Чарли откинулась назад и устало улыбнулась:

— Главное, чтобы всё прошло гладко. Я не хочу сцен в клубе.

— Мы подождём момент, — сказал я. — Она уже там. Осталось дождаться, пока она даст повод.

Мы собрались быстро, и тёмная машина поглотила нас в своём салоне, тонированном и холодном как холодный рассудок. Ночь сгущалась вокруг, и улицы Лос‑Анджелеса шептали свои привычные предложения. Внутри машины разговоры гасли в предвкушении, но в каждом из нас сидело одно понимание: это не просто вечер. Это шанс. И мы ждали, чтобы его поймать.

_______