Chapter twenty one
Оставаться одной дома — это так по взрослому: хочешь — ешь мороженое из банки, хочешь — смотри порно без наушников. Но что делать, если в этот момент тебе плохо, а рядом никого нет?
Тоска — это место нам не известно, пока мы сами там не побываем. Мы осознаем, что близкие люди могут умереть, но точно не знаем, что нас ожидает в первые дни и недели после потери. Что можно чувствовать в такой момент? Боль, тоску, злость, растерянность...? Все чувства как будто перемешались, превратившись в один комок, который застрял в груди... Никогда не умела ценить, так почему так больно? Если бы не наркотики, так возможно мы бы и не встретились никогда, возможно, этого всего бы не было? Говорят, что время лечит, что все проходит и забывается.... А разве это так? Разве можно вылечить хроническое заболевание дорогими лекарствами? Нет... Можно только залечить...на какой-то период... Мы ищем утешение везде, где только это возможно и каждый по-своему. Думаем, что вот-вот, еще чуть-чуть и время все вылечит. И потом все будет как раньше. Но этого не происходит... Время залечивает рану, но не лечит...
Я лежала на подушке, а мои волосы раскинулись вокруг головы, как лучи солнца на детском рисунке. Все, что у меня осталось от него — амфетамин, несчастный пакетик, который он запихнул мне в карман в тот роковой день.
На телефоне играла песня Billie Eilish - hostage, которой я тихо подпевала себе под нос, представляя себя на месте ее в клипе, который смотрела еще год тому назад.
— Милая, ты не спишь? — мать слегка приоткрыла дверь в мою комнату, не заходя в нее полностью. Она старалась не тревожить меня, но всегда находилась рядом, если понадобится.
В ответ я лишь еле-еле помотала головой, надеюсь, она видела этот жест.
— К тебе пришли, что мне сказать?
— Пусть заходят.
Клэр кивнула и закрыла дверь. Я перевернулась набок и прислушалась: топот спускающихся ног по лестнице, приглушенные голоса на первом этаже, приближающийся топот ног, открывание двери. Я даже не повернулась и не посмотрела, кто пришел, потому что точно знала, что это Хьюбэка, но когда я услышала мужской голос, сразу же дернулась от неожиданности.
— Джош? Что ты здесь делаешь?
— Да вот пришел тебя проведать. Как ты себя чувствуешь ? — он говорил осторожно, опасаясь сказать что-то лишнее, что еще больше ударит по мне.
— Так, словно на моих глазах умер друг.
Он горько усмехнулся и сел подле меня.
— Я не знаю, каким человеком он был, но думаю, что хорошим. Я сочувствую тебе, Джесс, — он сомкнулись губы в тонкую линию. — Кажется, я понимаю тебя... Два года назад я потерял отца и знаешь, я приходил на его могилку каждый день и сидел там неизвестно сколько часов, рассказывая о том, как прошел мой день и как я скучаю, — парень сделал глубокий вдох и выдох. По щеке Джоша скатилась одинокая слезинка. Он незаметно ее вытер тыльной стороной куртки, чтобы я не увидела. — А потом я понял, что нужно жить дальше, иначе по горло потонешь в этом дерьме. Я советую тебе тоже отпустить это, думаю твой друг хотел, чтобы ты была счастливой.
Сердце болезненно сжалось. Мне стало жаль его и хотелось как-то поддержать, но я просто не знала как, все, что я могла сказать, так это процитировать его слова:
— Я не знаю твоего отца, но думаю, что он был хорошим человеком, — я положила свою ладонь на его, поднимая замученный взгляд. — Спасибо за такие слова, Джош.
Он улыбнулся, а его глаза засверкали чистой икрой доброты.
***
Шаги по уже пустому коридору школы въедаются в сознание, но мне плевать. Я опустошена.. Полностью.
Жизнь кажется простым, обыденным пунктом. Люди не придают ей особого значения, ценности.. Однако, как только ты сталкиваешься с реальностью.. Всё меняется.
И я столкнулась с ней.. С реальностью, что открыла мне глаза.
Реальность в явлении.. В смерти..
Теперь всё кажется таким хрупким, невечным и простым периодом...
Я потеряла его.. Человека, которому когда-то было не плевать на меня.
Человека, что стал так близок мне.. И именно его потеря заставила меня снять розовые очки и снова погрузился в серый мир.
Так пусто внутри.. Омерзительная, поглощающая в себя, пустота.
Я ничего не чувствую, абсолютно. Слез нет, ведь у меня больше не сил плакать.. Я стала оболочкой.. Безжизненный взгляд направлен себе под ноги, мысли потеряны, а слух..
Слух вдруг улавливает откуда-то странные звуки.
Непроизвольно остановившись, я ещё несколько секунд прислушиваюсь, также смотря себе под ноги.
Уже подумав, что мне показалось, решаю идти дальше, но звуки становятся громче.
И среди них я различают крик. Такой отчаянный и полный боли. Это девушка, и она явно плачет.
«— Нет! Пожалуйста!» — раздалось совсем неподалеку.
Я начала крутиться вокруг своей оси как юла, пытаясь понять где находится источник звука.
«— Хватит! Перестаньте, прошу!!!» — громкий визг и слезы.
Кладовая! Наконец, поняв откуда слышны крики, направляюсь в ту сторону. Внутри что-то сжимается с каждым разом, когда крики врезаются в слух.
Быстро шагаю по коридору приближаясь к нужной двери. К счастью, она была чуть приоткрыта. Аккуратно и максимально бесшумно заглядываю в щель, застываю, увидев ужасную картину: на полу кладовой, сжавшись в дрожащий комочек лежит какая-то девушка, а над ней стоят главные стервы школы. Рыжая злобно ухмыляться, смотря на то, как её две приспешницы избивают бедняжку.
От злости сжимаю кулаки, острые скулы стягиваются и кажутся еще острее, и не думая распахиваю дверь.
— Отойдите от неё! — неожиданно даже для себя, громко рявкаю я.
Троица застывает, обернувшись на меня. В их глазах я не вижу ничего кроме
— Не лезь не в свое дело, — фыркает Даниэла, не видя во мне никакую угрозу.
— Моё это дело или нет — буду решать я, и я сказала отошли от неё! — кидая ненавистный взгляд на избивающих.
— Слушай, ты кажется что-то попутала, хочешь присоединиться к ней? — она сверлила меня надменный взглядом. Ей было противно дышать рядом со мной, не то, чтобы находится. Это я поняла по её выражению лица — она состроила недовольную мину.
— На её месте когда-нибудь окажешься ты, и поверь, уж я постараюсь! — сквозь зубы процедила я. От такого давления на лице начали выступать венки.
В ответ на мои слова девушка нагло рассмеялась мне в лицо. Она зачесала рыжие волосы назад, опираясь на одну ногу и сложив руки на груди. Её длинные и острые ногти плавно гладили локоть.
— Ты ничего не сможешь мне сделать, просто потому что ты — ничтожество. Кто у тебя есть? Правильно — никто. Потому что ты никому не нужна, — она пыталась меня провоцировать и у нее это неплохо получилось. — Даже тот твой дружок разбился.
От услышанного кровь застывает в жилах, я на время теряюсь в пространстве, а её слова еще какое-то время гуляют эхом в моей голове. Замешательство меняется на бешенство. Я тут же «подлетаю» к ней и хватаю за шею, от неожиданности она жмурится. Я чувствую власть над ней, даже если всего-лишь на какое-то мгновение.
— У меня никого нет? У меня есть семья и друзья, которые не отвернулись от меня несмотря на мой характер. Они сделали эти выходные — незабываемыми. А у тебя кто есть? Думаешь, тебя полюбит из-за того, что ты богатая и модная? Но тебя никто не полюбит. Без всего этого, это ты — ничтожество. Сейчас на её месте... - я взглянула на девчонку, что отправлю и зажалась в угол как бездомный котенок. Её глаза полные слез актовом на нас. — Сейчас на её месте могла оказаться ты. И знаешь... когда-нибудь окажешься. Может быть не в этой школе и даже не в этом городе, но окажешься. И ты никто, чтобы говорить что-то про моего друга. Ты не смеешь даже думать о нем!
Я видела, как выступили желваки на её лице, как оно покраснело. Она стиснув зубы начала вырываться из моей «хватки», а потом вцепилась своими когтями в мои руки, стараясь поглубже влиться в нежную кожу. Я жалуюсь от резкой боли, но не перестаю держать ее. Теперь мы падаем на пол, цепляясь друг другу в волосы, вырывая их клочьями. Две подружки рыжей бесит начали метаться возле нас, пытаясь как-то оттащить. А та девчонка, что забилась в угол — поднялась на ноги и выбежала от туда.
Не знаю сколько мы бы провели времени на этом полу, если бы не мужские руки начали отталкивать меня от нее. Но я, словно тигрица, у которой забирают ее добычу начала брыкаться и пытаться вновь ухватить ее за прядь рыжих волос.
— Джессика, перестань! — твердил мужской голос, вытаскивая меня из пыльной кладовой. Пэйтон.
— Отвали, Пэйтон! Иди успокой лучше свою сестру! — кричала я на весь коридор. Кажется, меня слышала вся школа, но могу сказать точно, что в тот момент меня это никак не волновало. — Как она посмела говорить что-то про Уильяма? Как она посмела думать о нем вообще?
От воспоминаний той страшной ночи слезы хлынули соленые градом, я вытирала их руками, втирая в покрасневшую от напряжения кожу щек, но они вновь и вновь лились из глаз цвета коньяка.
— Джесс, успокойся... — он пытался подойти поближе, делая короткие шажки мне навстречу, а я в свою очередь пялилась назад, как запуганный кролик.
— Нет, это ты успокойся, Мурмайер! Отвалите от меня все!
Как пуля вылетая из винтовки, выбегаю со школы, натыкаюсь на холодный ветер, что безжалостно бьет в лицо. На улице уже чувствовалась осень. Вся эта атмосфера нагоняла еще больше тоски и печали. Хотелось только одного - амфетамина, чтобы поскорее забыться. Хотя бы на время.
«— Снова бежишь от проблем?»
— Бегу от тебя, ведь ты — моя проблема. Ты паразит, который никак не может отцтать от меня.
Я прохожу сквозь нее, а она тут же исчезает, разлетаясь словно пепел по ветру. Вот бы все проблемы уходили так же, как эта. Но я понимала, что это всего-лишь временно...
——————————————————
Спасибо большое моей маме lytik19 за помощь в этой главе❤❤