Chapter eighteen
В мире нет ничего более изменчивого, чем погода: если вчера в Сан-Диего люди мокнут под дождем; неожиданно налетает ветер, достигающий большой силы, то потом стихает и теплеет. Сегодня же изнывают от жары, и совсем неважно, что сейчас осень. Каждый раз, когда ветер усиливается — люди находятся в страхе от того, что однажды он может принести и цунами со стороны Тихого океана.
На улице было настоящее пекло. Тело липкое, сколько бы раз ты в душ не ходил, стоит выйти на улицу хоть нагим, по спине сразу начнут стекать соленые капельки пота. Сначала по спине, а потом и по лицу, и по всему телу. Желания идти куда-то не было никакого. От слова совсем. Как хорошо, что сегодняшний день объявили свободным, а значит, что мы полностью можешь решить: как и где мы его проведем. В рамках законного и приличного, разумеется.
Прохладный воздух от вентилятора приятно остужал лицо. Словно шелковый платок, передние пряди черных волос слегка разлетались в стороны, искусно созданный ветер подхватывал их и нес за собой. Он нежно играл с ними: они переплетались между собой и танцевали незамысловатый танец. Кто-то тихо подсел рядом, но не сказал ни слова. А если бы и сказал, я бы не вникала в их суть. Совсем неважно было, кто подсел, главное, что он не тревожил приятную атмосферу.
[ Девушка сидела напротив вентилятора. Ее глаза были закрыты, а тело максимально расслаблено. Это была завораживающая картина: ее волосы повиновались ветру, а сама она чувствовала себя по настоящему свободной. Я видел каждый вдох и выдох. Видел, как ее ресницы дрожали. Я аккуратно подсел к ней, боясь нарушить атмосферу. Девушка не обратила никакого внимания, наверное, не заметила или сделала вид, что не заметила. Это было совершенно не важно. Она не прогнала меня, не оттолкнула... ]
Я повернула голову и встретилась с парой карих глаз...
Растворяюсь во взгляде.
В них бушует огонь, а языки пламени словно танцуют вальс. Кажется, что ты сгоришь дотла, только подойдя к ним. Ты глядишь в них, как в жерло вулкана, наблюдая за взрывами лавы. Один шаг, и ты погиб. Но ты не в силах покинуть это место. Ты просто падаешь в темную пропасть. Все? Нет. Тебя обдает невероятным теплом. Лава становится мягкой пеленой, а твоя душа остается ее пленником навсегда.
***
Люди боятся чувств. Боятся точно так же, как потеряться в лесу, утонуть или сгореть заживо. А всё почему? Кто-то имеет печальный опыт, кто-то заложник чужих убеждений. А кто-то обходит стороной неизвестность. И все они становятся черствыми, бездушными. А ведь чувства делают нас людьми. Они делают нас живыми.
***
— Все наши ушли, — шепчет шатен. Его приятных голос с хрипотцой делает атмосферу еще более приятней, и ты не хочешь, что бы она заканчивалась. Хочешь остаться тут подольше, а может и навсегда.
Я повернула голову:
— Понятно.
— Не хочешь сходить куда-нибудь.. со мной?
Он говорил так осторожно, съедая почти каждое слово, боялся получить отказ, но он не знал, что я никак не могу сказать ему «нет». Я совершенно не понимала свое поведение: почему в мою голову ненароком прокрадываются мысли о нем? Почему мне хочется смотреть на него? Наверное, это просто интерес или я получше пытаюсь разглядеть все его изъяны, но понимаю, что их попросту нет. Все его «недостатки» превращаются в достоинства.
Я лишь киваю, а его лицо сразу сменяется с замешательства на облегчение. Он бесшумно выдыхает. В этот момент я пыталась понять его чувства.
***
Жёлтая машина «TAXI» аккуратно затормозила возле обочины. Пожилой, слегка сутуловатый дядя с черными, вислыми усами как у Тараса Шевченко, пожелал нам хорошо провести время, а затем скрылся из виду. Всю дорогу Пэйтон поддерживал его шутки и даже пытался сам шутить, чему я очень удивилась. Он открылся для меня с еще одной стороны — он не заносчивый парень, каким я его видела в своих глазах, он может быть простым. Я и не думала, что тот, кто, кажется, смотрит на людей свысока, может быть таким обычным...
Немного потупив, я все таки решила взглянуть, куда же нас все таки привезли и когда подняла голову вверх, то будто обомлела:
— Что? Караоке?
Не большое здание, с цветной вывеской «Romance» приветствовало нас и всем своим видом показывало, что мы весело провели время, но так ли на самом деле?
Слишком слащавое название, как по мне, наверное, из-за того, что у меня никогда не было отношений и вся эта тема кажется мне нелепой и необыденной.
— Ты никогда не была в караоке?
Я отрицательно покачала головой. Парень лишь улыбнулся и легкой походкой пошел вперед, а я следом за ним. Когда мы зашли туда — были приятно удивлены. Все было оформлено просто фантастически! Все было в синих и красных тонах, мягкие диваны, столики на разное количество гостей и конечно же самое главное... Бар! Но нет. Это конечно тоже очень важно в таких местах. Самое главное, что там было — большая и просторная сцена.
Людей практически не было. Лишь единицы сидели за барной стойкой и надоедали бармену своими рассказами, о неудачной личной жизнью. Это было лишь на руку. Мурмайер забрался на сцену и начал выбирать песню.
— Ты какую хочешь?
Я все еще стояла почти возле самого входа, оглядываясь. Всю жизнь я была неуверенной в том, когда жизнь пыталась преподнести мне что-то новое и добавить ярких красок. Боязнь неизвестного. А получится ли у меня? Будут ли меня осуждать, смеяться? Эти вопросы не дают покоя. Как вы относитесь к ситуациям неопределенности? Лишь немногие открыты для нового опыта. Большинство людей испытывает страх, попадая в ситуации, исход которых неизвестен заранее. У некоторых страх неопределенности развивается до такой степени, что приводит к полной пассивности. Такие люди боятся воспользоваться возможностями, которые им предоставляет судьба, руководствуясь логикой «от добра, добра не ищут». Окончательный вывод: я пассивный человек.
— Джессика! — парень крикнул мне со сцены, выводя из ступора. — Подойди сюда?
— Что?
— Какую песню будешь петь?
Я пожала плечами, усаживаясь на мягкий диван возле сцены.
— Так не пойдет! Какую песню ты часто слушаешь в последнее время?
Я сделала задумчивый вид. Все песни, которые я слушаю — серые и грустные. Стоит ли мне говорить о них?
— Ну...?
— Billie Eillish — bitches broken hearts.(включите ее)
Спустя минуту, в колонках послышалась знакомая, спокойная, такая расслабляющая мелодия, что я сразу улыбнулась и поднялась на сцену. Пэйтон подал мне микрофон, на сцене начали появляться разноцветные слова текста и отсчет.
Раз.
Два.
Три.
— You can pretend you don't miss me, (Ты можешь притвориться, что не скучаешь по мне), — начал Пэйтон, смотря на меня. — You can pretend you don't care. (Ты можешь притвориться, что тебе все равно).
— All you wanna do is kiss me (Все, что ты хочешь сделать, это поцеловать меня).
Oh, what a shame, I'm not there (О, как жаль, что меня там нет).
— You can pretend you don't miss me,
You can pretend you don't care.
— All you wanna do is kiss me,
Oh, what a shame, I'm not there.
— What is it you want?( Чего же ты хочешь?)
You can lie, but I know that you're not fine. (Ты можешь лгать, но я знаю, что ты не в порядке).
— Every time you talk (Каждый раз, когда ты говоришь).
It's all 'bout me, but you swear I'm not on your mind (Это все из-за меня, но ты клянешься, что я не у тебя на уме).
— You can pretend you don't miss me,
You can pretend you don't care.
— All you wanna do is kiss me,
Oh, what a shame, I'm not there...
***
— Ты не рассказывала, что умеешь петь.
— Я не умею, да ты и не спрашивал...
[ Её мелодичный голос до сих пор гуляет эхом в моих ушах, он обволакивает каждый нерв, погружая в эйфорию. И, кажется, это теперь моя любимая песня в ее исполнении. Это мой личный наркотик и теперь я стану наркоманом года. Каждое ее движение было под моим надзором. Я словно стал маньяком, а она — моей жертвой. Я наблюдал за тем, как она спит, ест, разговаривает или просто кого-то слушает и я понял — я одержим её навечно. Она пленила мой рассудок и забрала мое сердце. Но она еще не успела осознать это, а когда осознает, то лишь ненароком улыбнется, сделает вид, что так и надо, что так задумано...
— Пэйтон, — она коснулась своими холодными пальцами моей руки, а когда я выбрался из транса — сразу же ее отдернула. — Нам пора возвращаться в гостиницу...
— Да, ты права... Я вызову такси. ]