40.
Сцена: Вечер. Комната, свет приглушённый, ребята сидят кто где — кто на полу, кто на кроватях. Смех утихает, разговоры становятся тише, ленивее.
Сону устроился у стены, натянув на себя мягкий плед. Его кофта соскользнула чуть ниже плеч, и он не сразу это заметил. Усталость размыла границы тела, он будто растворился в тепле комнаты.
— Эй, — вдруг произнесла одна из подруг, прищурившись, — а что это у тебя на плече?
Сону моргнул, обернулся на голос. Подруга ткнула пальцем в светлые полоски на его коже.
— Это что, царапины?.. — уточнила она, удивлённо.
Сону уже хотел выдать неловкое "эээ…", но в этот момент прямо за ней возник силуэт. Рики. Всё в той же чёрной толстовке, с капюшоном. Он молча поднял палец к губам, не говоря ни слова. Взгляд — твёрдый. Прямой. Команда — молчи.
Сону сглотнул, опуская глаза. Подруга не заметила Рики, её внимание всё ещё было на плечах.
— Ну? — настаивала она, — это кот, или ты дерёшься по ночам?
— Да... — протянул Сону, — можно сказать, дерусь. Иногда.
Он натянул кофту обратно, как бы небрежно, но пальцы чуть дрожали.
Рики уже отвернулся, сделал вид, будто ничего не произошло. Он прошёл мимо, будто просто шёл за стаканом воды. Но его плечо чуть коснулось плеча Сону.
Лёгкое касание. Почти незаметное.
И всё же оно было намеренным.
Позже, когда почти все разошлись и в комнате остались лишь близкие, Сону подошёл к Рики, едва касаясь его рукава:
— Ты правда не хочешь, чтобы кто-то знал? — шепнул он.
Рики опустил взгляд на него. Лицо — бесстрастное.
Но потом он наклонился, тихо пробормотав, почти не касаясь губами уха:
— Это только между мной и тобой.
— Если кто-то ещё узнает… тогда мне придётся объяснять, как ещё ты царапаешься.
Сону запылал с ушей до шеи, отвёл взгляд, и не нашёлся, что ответить.
А Рики уже стоял у окна, вглядываясь в тёмные улицы.
Холодный, спокойный — и всё равно с той самой искрой, что оставалась только для одного.