26.
Все сидели в своих комнатах — у кого-то фон был с LED-огоньками, кто-то был в полумраке.
Сону устроился у себя на кровати, в толстовке и с растрёпанными волосами. Он смеялся, прикрывая рот ладонью, болтал с Юнхой и Джиу, как всегда живо, держа телефон под удобным углом.
Рики сидел у себя — в своей чёрной толстовке, как всегда. Капюшон спущен, волосы чуть падают на глаза, в комнате тускло. Наушники торчат в одном ухе, второе — свободно. Он вроде бы и не особо участвует в разговоре, но и не уходит. Просто слушает.
Наблюдает.
Юнха вдруг заговорила:
— Кстати, Сону, как ты вообще терпишь этого льда? — она показала пальцем на экран, где был Рики.
— Он же не человек, а замороженный пакет пельменей.
Все засмеялись.
Сону тоже — он опустил взгляд и сказал с улыбкой:
— Ничего, у меня есть свой способ его растопить.
Рики чуть приподнял бровь. Медленно.
Словно услышал вызов.
— Рикки, не молчи! — бросила Джиу. — Скажи уже что-нибудь. Хоть раз.
Рики слегка наклонился к камере, опёршись локтями о стол. Его лицо стало ближе, освещение подчеркивало острые черты. Он посмотрел прямо в экран, в лицо Сону, и с таким спокойствием, от которого даже Юнха вдруг замолчала, произнёс:
— Сону.
Ты не закрыл шкаф. Там отражение видно.
И кровать… не заправлена.
— Ммм… мило, конечно, — голос всё тот же спокойный. — Ты с друзьями разговариваешь. А сам такой... неопрятный.
Сону замер.
Резко повернулся, посмотрел — действительно, за его спиной всё видно. Даже его мягкую пижаму.
— Рики!.. — выдохнул он, краснея до ушей. — Ты что…
— Ты начал. — всё тем же ровным, почти убаюкивающим голосом сказал Рики. — «Рикки» перед всеми. Я просто вернул. Тебе.
Джиу прыснула.
Юнха упала лицом в подушку от смеха.
Сону, всё ещё пылая, захлопнул ноутбук, а потом снова включился, только прикрыв камеру рукой.
— Ты ужасен, — прошипел он.
А в ответ услышал спокойное:
— Я тебя предупреждал.