Часть 2. Мост самоубийц
- Прости, опоздала, - выдохнула зеленоглазая, пока сердце в ее груди восстанавливало привычный темп после продолжительного и быстрого бега. Она сидела в небольшой кофейне, в воздухе которой витал манящий аромат свежих круассанов, какого-то ягодного джема и перемолотых кофейных зерен. Перед ней сидела девушка в черном строгом костюме и с такими же серьезными темными глазами. На ее губах была умеренно-красная помада, брови подчеркнуты карандашом, а светлые волосы красивыми локонами лежали на пышной груди и прямой спине, переливаясь на дневном солнце. Все в ней выдавало амбициозную личность, деловитую, имеющую излишнюю манерность и легкую напыщенность. Она помешивала маленькой ложкой кофе в кремовой чашке с тонкими краями, недовольно глядя на возникшую девушку. Ее темно-рыжие волосы были заплетены в низкий хвост, при этом выглядели растрепанными; одна ее бровь была странно приподнята от того, что она крепко прижалась той стороной к подушке, а утром банально не успела привести лицо в порядок, и именно поэтому блекло-коричневые веснушки, которыми были испещрены щеки юной особы, не были тщательно скрыты как это было обычно. На ней была растянутая и выцветшая серая толстовка, которая совершенно не шла ей, напрочь убивала всю женственность, и все те же мешковатые джинсы.
- Ничего, - блондинка как-то брезгливо посмотрела на нее, но потом смягчилась во взгляде. - Ты что-нибудь будешь?
- Нет, - девушка искривила губы, накидывая ногу на ногу.
- Я могу заплатить за тебя, - настаивала девушка, уже приготовив свою кредитную карточку золотого цвета.
- Я же сказала, что ничего не хочу, - повторила та, но более грубо и настырно.
- Ты напряжена. И, мне кажется, я наконец-то поняла, в чем твоя проблема.
- Удиви меня, Одетт! Я уже столько времени мучаюсь и даже не представляю, в чем кроется моя проблема, - с насмешкой сказала рыжеволосая, глядя на свою противоположность, ответственную и аккуратную девушку с хорошим образованием и гладкой прямой дорожкой в будущее.
- Тебе нужен мужчина, - сказала Одетт, делая глоток своего кофе, а рыжеволосая давилась смехом, но под конец уже не смогла сдержаться, и с ее алых от природы уст слетел язвительный смешок. - Аврора! - девушка недовольно фыркнула, услышав свое имя, и скрестила руки на груди.
- Не нужен мне никакой мужчина, - заявила она, а ее малахитовые глаза тучно посмотрели на блондинку. - От них одни проблемы.
- Я твоя старшая сестра и говорю, как лучше было бы для тебя, - с обидой произнесла светловолосая девушка, отводя взгляд в окно. За ним были видны прилипшие друг к другу цветные двухэтажные домишки, люди, с раздражением наблюдающие за светофором, ожидающие одобрения на переход дороги с его стороны; группа уличных музыкантов заняла край тротуара, но никто из прохожих даже не обращал на них свое драгоценное внимание, стараясь поскорее уйти от них, чтобы не жертвовать своими зелеными купюрами. - У меня есть подходящая кандидатура для тебя. Красив, обеспечен, образован, из хорошей семьи...
- Повторю. Мне не нужен "бойфренд", - перебила ее зеленоглазая, исковеркав последнее слово до невозможности. Ей не нравилось, когда ей что-то или кого-то навязывали, просто пихали под нос, говоря, что так надо. Многие так делали и многие знали, какой ответ последует на это. "Я знаю, как надо, но сделаю, как хочу!" - Ну, познакомлюсь я с ним. И что потом? Свидания, ухаживания, свадьба, дети, внуки, старость, немощность, слабоумие, дом престарелых? Так?
- Многие хотят такой спокойной жизни.
- Но не я. Почему никто не спрашивает, чего хочется мне? - девушка всплеснула руками и осела в удобном кресле, охлаждая свой пыл. Между двумя сестрами повисло молчание, под купол которого врывались разговоры других посетителей кафе, приятная легкая музыка, звук соприкасания свежего кофе с внутренними стенками чашек, звон ложек, ударяющихся об края посуды.
- Мама спрашивала, все ли у тебя хорошо? - нарушила неловкую тишину между ними Одетт, сделав очередной глоток бодрящей жидкости.
- А почему бы ей самой у меня не спросить? - хмыкнула Аврора, пристально наблюдая за сестрой, которая уже блуждала взглядом по ровной поверхности деревянного стола. - Ах, да, она все еще стыдиться своей дочери-преступницы, а я уже совсем позабыла, как она меня выставила за порог, когда я попросила у нее помощи, - скаля маленькие зубки, словно у хищного зверька, сказала девушка, чувствуя нарастающее негодование.
- Аврора, - промолвила старшая сестра, поднимая на нее взгляд темных глаз, выделенных шоколадными тенями и черной подводкой.
- Передай, что я в порядке.
- Все еще злишься на нее?
- М, - задумчиво протянула Аврора, постукивая пальцами по столу, глядя в угол, где сходятся две стены коричного цвета, - да, пожалуй, я все еще злюсь на то, что она отвернулась от меня в самый неподходящий момент, - девушка с медным цветом волос поднялась со своего места, свысока взглянув на сестру. - Пусть больше не спрашивает обо мне. Без нее у меня в кой-то веке все прекрасно.
Небосклон медленно багровел, красные лучи солнца продолжали бродить по улицам Сан-Франциско, отдавая последние остатки тепла. Своей прозрачной пеленой город накрыли сумерки, постепенно приобретая сиренево-синий цвет. Казалось, если ты пошевелишься, то вся эта краска осядет на твою кожу, впитается в волосы, и от нее ты сможешь избавиться лишь с первыми лучами персикового солнца. Тени сгущались, и высотные дома сливались в одноцветную темную массу, восставая неподвижным и массивным холмом, на котором не прорастало ни одного дерева. Холодный ветер подхватил рыжие волосы, и они ударились о красную балку моста "Золотые ворота". Два малахита смотрели на синеющий пролив, когда океан на его фоне и впрямь казался сочного вишневого цвета. Даже посторонние шумы, такие как свист шин или гудки машин, не мешали ей наслаждаться прекрасным видом на утопающее в океане солнце. Девушка кинула взгляд на табличку с надписью: "Надежда есть. Позвони. Последствия прыжка с этого моста фатальны и трагичны", и горько улыбнулась. Никто уже давно не обращал внимания на полоумную девушку, сидящую на ограждении между дорогой и пучиной пролива Золотые Ворота, уж слишком часто она мелькала на этом месте. У нее не было цели оборвать свою жизнь, хотя было множество поводов сделать это. Аврора не видела смысла в таком простом решении всех проблем, к тому же она не любила воду.
- Решила покончить с жизнью или ты любительница острых ощущений? - мужской голос раздался откуда-то справа, и вопрос был явно адресован ей.
- Ни то, ни другое, - ухмыльнулась зеленоглазая, поворачивая голову в сторону уже знакомого ей парня. С его каштановыми волосами играл ветер, светлая прядь по прежнему нелепо выделялась на фоне других; карие глаза светились добротой, что заставило губы девушки растянуться в приветливой улыбке. Ее же медные волосы живописно развивались на ветру, некоторые локоны попадали на лицо, но тут же сливались с остальными с помощью нахлеста нового холодного вихря.
- Что ты тут делаешь, загадочная незнакомка? - спросил парень, подходя к ней, обхватывая руками красную перекладину.
- Какая же я незнакомка? - усмешка тронула губы девушки, а глаза запрыгали с родинки на родинку на лице парня, пытаясь сосчитать их количество, но их было слишком много. Что-то подсказывало ей, что когда-нибудь ей удастся пересчитать каждую темную вспышку на его коже.
- Я до сих пор не знаю твоего имени, - улыбнулся он, взглянув в лицо рыжеволосой, которое он вчера изучил до мелочей, как ему казалось. Но сегодня обнаружились очаровательные веснушки, а цвет ее глаз стал напоминал зеленый бархат мха, расстелившийся у подножья какого-нибудь старого и могучего дерева. Кисти ее рук были изящными и тонкими, как и голени ног, которые не скрывали джинсы. Он никогда не встречал даже близко похожих на
нее девушек. Что-то в ней восхищало его, не давало оторваться и просило смотреть еще и еще.
- Меня зовут Аврора,- довольно улыбнулась та, чьи глаза вновь начали лучится светом. Девушка спрыгнула на бордюр, представ перед Арроном во весь рост. Тот был не в силах ничего сказать. Он подметил ее острые кости таза, выпирающие вперед, и покатые плечи, что когда-то считалось эталоном красоты. Абсолютно неловкое молчание прервал гудок остановившейся рядом машины, окно которой начало медленно открываться.