Глава 47 (Продолжение): Расколотая бездна.
Барьер Кагами пульсировал багровым светом, изолируя участок Леса Смерти от остального мира. Внутри этой «клетки» законы физики начали давать сбой. Орочимару, осознав, что его привычные пути отхода отрезаны, перестал улыбаться. Его зрачки сузились до тонких нитей, а кожа на лице пошла трупными пятнами — Саннин начал черпать чакру из самых темных резервов своего искаженного тела.
— Ты действительно думаешь, что несколько печатей и фамильная гордость Узумаки остановят того, кто познал тайны жизни и смерти? — прошипел Орочимару.
Его тело внезапно удлинилось, превращаясь в нечто среднее между человеком и гигантским белым змеем. Он метнулся вперед со скоростью, которую не смог бы отследить даже элитный джонин. Но Кагами не был обычным джонином.
Вспышка.
Кагами исчез за миг до того, как челюсти Орочимару сомкнулись на месте, где он стоял. Кунай с печатью Хирайшина уже вонзился в ствол дерева в десяти метрах выше.
— Твои «тайны» — это лишь гниль, обернутая в страх перед старостью, — голос Кагами донесся сверху.
Он сложил сложную печать, и золотые цепи чакры, парящие вокруг него, начали вращаться, создавая подобие гигантского сверла.
— Искусство Узумаки: Вращающаяся Тюрьма Конго!
Цепи обрушились на Орочимару, ввинчиваясь в землю и разрывая корни деревьев. Саннин выплюнул из себя новую копию тела, пытаясь уйти от удара, но Кагами уже ждал его в точке приземления.
Вспышка.
Кагами возник прямо перед лицом Орочимару. В его правой руке закрутилась сфера чистой чакры — Расенган, но не обычный, а пронизанный алыми всполохами его собственной энергии.
— Великий Расенган: Клеймо Алого Стража!
Удар пришелся точно в грудь Саннина. Мощнейший взрыв отбросил Орочимару, сминая его ребра и превращая внутренности в кашу. Змей пробил собой три вековых дерева, прежде чем его полет остановил барьер Кагами, о который он ударился со звоном разбитого металла.
Орочимару поднялся, его тело выглядело сломанным: рука висела плетью, а нижняя челюсть была вывернута. Однако он лишь издал жуткий хруст, вправляя кости на место. Его регенерация работала на пределе.
— Какая мощь... какая скорость... — в голосе Орочимару слышалось безумное восхищение. — Минато был бы горд. Но ты тратишь свой талант на охрану детей. Сдайся, Кагами. Дай мне коснуться Учихи, и я оставлю тебя в живых.
Кагами выпрямился. Его глаза светились холодным, пугающим светом. Он медленно расставил руки, и пространство внутри барьера начало вибрировать. Сотни кунаев, разбросанных в ходе боя, начали светиться синхронно.
— Ты совершил ошибку, когда решил, что я защищаю их из-за слабости, — тихо произнес Кагами. — Я защищаю их, потому что я — единственный, кто может позволить себе быть милосердным. Но к тебе это не относится.
Кагами сложил финальную печать.
— Секретная техника: Погребение Летящего Бога Грома!
В ту же секунду всё пространство внутри барьера превратилось в хаос золотых вспышек. Кагами перемещался так часто и быстро, что казалось, будто против Орочимару сражается целая армия «Алых Стражей». Удары наносились со всех сторон одновременно: порезы кунаями, удары цепей, всплески чакры.
Орочимару не успевал даже восстанавливаться. Его тело превращалось в решето. В какой-то момент он понял: Кагами не просто сражается, он методично разрушает его систему циркуляции чакры, накладывая печати блокировки с каждым касанием.
— Хватит! — взревел Орочимару.
Он применил технику «Змеиного замещения», оставляя пустую оболочку и уходя глубоко под землю, надеясь прорваться под основанием барьера. Но стоило ему коснуться корней, как он почувствовал жгучую боль. Земля была пропитана чакрой Узумаки.
— Я сказал: ты заперт со мной, — Кагами стоял над местом, где скрылся змей.
Из земли вырвались цепи, вытаскивая Орочимару на поверхность. Он был избит, окровавлен и лишен своей обычной самоуверенности. В этот момент Саннин осознал: этот «попаданец», этот парень, забывший канон, стал гораздо опаснее любого персонажа, которого он мог себе представить.
Кагами поднял руку для финального удара, но его сенсорика внезапно зафиксировала приближение мощного источника чакры со стороны леса. Анко и отряды АНБУ были близко. Барьер начал мерцать — поддержание такой техники наряду с Хирайшином истощало даже огромные резервы Узумаки.
— Убирайся, — Кагами опустил руку, но его взгляд обещал смерть. — Если я еще раз почувствую твою чакру в радиусе километра от моих братьев — я не буду запечатывать тебя. Я просто сотру твое существование из этого мира.
Орочимару, едва дыша, криво усмехнулся.
— Мы еще встретимся, Кагами-кун... Настоящий экзамен только начался.
Змей рассыпался на тысячи мелких змеек, которые юркнули в щели между корнями. На этот раз Кагами позволил ему уйти. Барьер опал.
Кагами пошатнулся, тяжело дыша. Его жилет был порван, а руки мелко дрожали от перенапряжения. Он обернулся в сторону, где скрылась команда №7. Наруто и Саске были в безопасности. На сегодня.
— Надеюсь, вы станете достаточно сильными до того, как я окончательно выдохнусь, — прошептал он в пустоту, исчезая в золотой вспышке, чтобы успеть занять позицию наблюдателя до прихода АНБУ.