Агония

POV: Чонгук

Знаешь, раньше я завидовал тебе. Завидовал твоей смелости, твоей безумной отваге. В тебе всегда горел этот дух соперничества, ты никогда не мирился с поражениями... И это стало самым ценным уроком, который ты мне преподал.Ты был моим ориентиром, моим примером. Единственным, кто принял меня и поддержал в этом новом, пугающем мире. Я хочу, чтобы ты знал: тот маленький мальчик, которым я был, всегда будет тебе благодарен.

 POV: Автор

Следующий день для Чонгука начался с навязчивых поцелуев, покрывающих его спину. Чон открыл глаза, поморщился и медленно развернулся. 

— Проснулся? — девушка улыбнулась ему, не скрывая своей радости. 

Он молча убрал её руки со своего тела и поднялся на ноги. События прошлого вечера медленно всплывали в памяти, оставляя неприятный осадок. 

— Тебя отец искать не будет? — сухо бросил он, подходя к графину с водой. 

— Ну же, почему ты снова такой холодный? — она тоже встала с постели, подошла к мужчине вплотную и обняла его за талию, прижимаясь щекой к его спине. 

— Вчера нам ведь было так хорошо. Тебе нравилось... всю ночь нравилось. М-м-м, а ты все же такой теплый...

Они простояли так около минуты, пока тишину не нарушил настойчивый стук в дверь. 

— Кто это?.. — настороженно спросила девушка. 

— Не знаю. Оденься. 

Она тут же юркнула за ширму в углу комнаты, прихватив с собой разбросанные вещи. Герцог быстро натянул брюки и громко разрешил войти. Дверь отворилась, и на пороге появился помощник. 

— Мой господин, всё готово к отправке. Когда вы планируете вернуться в поместье? 

— Если всё готово, то... — Чонгук бросил косой взгляд на ширму, за которой пряталась девушка, — отправляемся прямо сейчас. Только нужно зайти к королю: вчера он просил о визите перед отъездом. 

— Хорошо, я сообщу во дворец, — помощник поклонился и вышел...

— Можешь выходить. 

Чонгук тяжело опустился в кресло у камина и прикрыл глаза. Голова гудела: видимо, вчера он действительно перебрал с алкоголем, пытаясь заглушить мысли. 

— Так сильно желаешь сбежать от меня? — Летиция вышла из укрытия, подошла сзади и положила ладони ему на плечи, наклоняясь к самому уху. 

— У меня есть дела намного важнее, чем нежиться с тобой в постели. 

— Как грубо, — без тени обиды, скорее с игривой укоризной промурлыкала она. 

Чон глубоко выдохнул и открыл глаза, в которых читался холод. 

— Не питай себя ложными надеждами, Летиция. Я не буду с тобой, какой бы верной ты ни пыталась казаться. Ты ведь прекрасно знаешь, почему я вчера позволил тебе остаться.

Девушка выпрямилась, её лицо исказила гримаса недовольства. Она села в кресло напротив. 

— Какой же ты стал... скучный. Неужели тот Чонгук, которого я знала, решил поддаться каким-то чувствам? Мне даже стало интересно посмотреть на эту девку, из-за которой ты сам не свой. 

— Не твоего ума дело, — отрезал он. — И раз мы друг друга поняли, ты можешь идти. Летиция ухмыльнулась и встала. 

— Похоже, ты правда не способен на любовь. Я знаю тебя, Чон. Ты не тот, кого стоит любить: каждая рядом с тобой станет несчастной. Хотя в постели ты и правда хорош. 

— Всё сказала? — не глядя на неё, спросил Чон. 

— Прощай.

 Хлопнула дверь, оставляя Чонгука наедине с тяжелыми мыслями и звенящей тишиной.

***

По дороге к главному входу дворца молодой герцог заметил подруг Дианы, которые уже рассаживались по каретам. Он сделал несколько шагов и наткнулся на растерянный взгляд Эстер. Рядом с ней стоял Дерек что-то шепча на ухо. Чонгук на мгновение замер, но быстро взял себя в руки. 

— Я выйду минут через двадцать, и мы тоже можем ехать, — обратился он к другу. 

— Ты как? Мне сказали, с утра ты неважно себя чувствовал. 

Чонгук лишь криво ухмыльнулся: — Поверь, друг, утром мне было очень хорошо. Ты же знаешь: слухи часто преувеличены, а реальность бывает куда приятнее, — он похлопал Дерека по плечу и прошел мимо, даже не взглянув на девушку.

Эстер опустила голову, чувствуя, как дрожь пробивает тело от его близости и жестоких слов. Когда она снова подняла глаза, то встретилась с внимательным, изучающим взглядом Дерека. 

— Идем, моя карета уже готова. 

Он молча кивнул, идя за ней.

Спустя пару часов

Чонгук и его  гвардия возвращались домой верхом. 

Путь был долгим, и они решили сделать привал у небольшого ручья на опушке леса.

— Ты вчера снова выпил больше, чем следовало? — подошел к нему Дерек. 

— Только не делай из меня алкоголика, — усмехнулся Чон, удобно устраиваясь на траве и вдыхая прохладный лесной воздух. 

Дерек сел рядом, задумчиво глядя на друга: — Когда мы так отдалились, Чонгук? 

— Наверное, тогда, когда ты решил скрыть от меня, что положил глаз на девушку, которая понравилась и мне?

Дерек посмотрел в сторону чащи. Скрывать больше не было смысла. 

— Я не просто глаз положил... Я влюбился в неё. По-настоящему. 

Чонгук горько усмехнулся: — И поэтому ты промол... 

Резкий женский крик разорвал лесную тишину, прервав их разговор. 

— Что это было? 

— Не знаю... Оба мгновенно вскочили на ноги. 

К ним подбежали гвардейцы. 

— Кажется, нападение! Там, на дороге! 

Крики повторились, став громче и отчаяннее. Чонгук с Дереком, не сговариваясь, прыгнули в сёдла. 

— Вы двое — за мной в объезд! Остальные — отвлеките их! — крикнул Чонгук и резко развернул коня, пуская его в галоп.

Когда Дерек сквозь деревья увидел перевернутую повозку, он сразу узнал карету, в которой уехала Эстер и ее подруга. 

— Эстер! — закричал он. 

На полном ходу он спрыгнул с коня, выхватывая меч. 

— Это еще кто такие? — рявкнул один из разбойников. 

Люди в масках тут же переключились на подоспевшую подмогу. Лес наполнился звоном стали и криками. Девушки, сбившиеся в кучу, плакали от ужаса, не веря, что помощь всё-таки пришла. 

— Эстер, стой, ты куда?.. — прошептала подруга, хватая её за рукав. 

— Они украли кулон моей мамы. Я не могу его им отдать! 

Девушка, пригибаясь, начала пятиться к мешкам с награбленным. Она не сводила глаз с побоища, которое набирало обороты. 

— Эстер, прошу тебя, осторожнее! 

Едва подруга произнесла это, как из-за дерева выскочил бандит. Он грубо схватил Эстер и приставил острый кинжал к её горлу. 

— Дрянная девчонка, думаешь, всё закончилось? Она попыталась вырваться, но лезвие тут же полоснуло по нежной коже, оставляя алый след. 

— Эстер, нет! — истерично закричала подруга.

— Эй, смельчаки! — крикнул бандит. Дерек обернулся и замер, увидев лезвие у горла любимой. 

— Стоять! — заорал он своим людям. — Остановитесь сейчас же!!! Гвардейцы замерли, сдерживая натиск врагов. 

— Что ты делаешь? — прошипел один из солдат. — Они перебьют нас, если мы опустим мечи. 

— Она не должна пострадать. Чон где-то рядом. Делайте, что говорю! Дерек первым вышел вперед и, осторожно положив меч на землю, поднял руки. 

— Остальные тоже! — надавил бандит на шею девушки. 

— Тише, тише... Отпусти её. Вам всё равно не уйти далеко: королевская стража прибудет с минуты на минуту, — Дерек говорил спокойно, пытаясь заговорить зубы главарю. 

— Да? Тогда девчонка пойдет с нами. Это гарантия, что вы дадите нам уйти. — Он кивнул своим подельникам: 

— Хватайте мешки и уходите в лес!

— Ох, я бы не так спешил на вашем месте, — раздался тихий, ледяной голос у него за спиной. 

Герцог вышел из-за дерева так бесшумно, словно был призраком. Не давая бандиту опомниться, Чон приставил свой клинок к его боку. Увидев кровь на шее Эстер, глаза Чонгука потемнели от ярости. 

— Не думай, что после того, как ты посмел коснуться её, я оставлю тебя в живых. 

— Так она твоя подружка? Или у вас троих особенная семья? — загоготал бандит, нервно косясь на Чона. 

— А ты, смотрю, с чувством юмора. 

В этот момент из чащи выскочили люди Чона, окружая поляну. Дерек тут же подхватил меч: — Взять их! 

Начался хаос. Бандит, державший Эстер, с силой толкнул её на землю и сцепился с Чонгуком.

Оба были опытными бойцами, но отчаяние придавало бандиту сил. В какой-то момент он оказался быстрее: резкий выпад, и кинжал вонзился герцогу в бок. Чонгука прижало к дереву. Он успел перехватить руку врага в последний момент, не давая лезвию войти глубже. 

— Сегодня твой последний день, щенок! Ты не с теми связался. Но не волнуйся, я позабочусь о вашей крошке, — прохрипел разбойник ему в лицо. 

Эти слова вызвали в Чонгуке такую бурю ярости, что боль отступила на второй план. С рыком он оттолкнулся от дерева, отбрасывая врага назад. 

— Ты покойник! — бандит замахнулся для нового удара, но вдруг его глаза закатились. Глухой удар. Тело обмякло и рухнуло на землю. За спиной поверженного врага стояла дрожащая Эстер. В её руках был окровавленный булыжник. По её шее текла кровь, лицо было бледным как полотно.

— Я... я убила его? — прошептала она, в ужасе глядя на неподвижное тело. 

Чонгук попытался улыбнуться, чтобы успокоить её, но ноги подкосились. Он рухнул на колени, изо рта потекла струйка крови. 

— Господи... Господин Чон! — она отшвырнула камень и упала рядом с ним, боясь прикоснуться. Слезы застилали ей глаза. 

— Пожалуйста, только не умирайте...

Вечером того же дня

Чонгук медленно открыл глаза. Руки и торс были туго перебинтованы, тело ныло, отзываясь болью на каждый вдох, но он лишь слегка нахмурился. 

— Вы очнулись, мой господин! — к кровати тут же подскочил помощник. 

— Не сказал бы, что мне приятно возвращаться в этот мир, — прохрипел Чон, пытаясь осмотреться. 

— Что произошло? 

— Вас тяжело ранили. Слава богу, сэр Дерек доставил вас вовремя, лекарь всё зашил. Жизненно важные органы не задеты. 

— А девушки? — он попытался приподняться, но тут же со стоном откинулся обратно. 

— С ними всё хорошо, но они сильно испугались. У госпожи Эстер лишь царапина на шее, доктор сказал, шрамов не останется. Вы спасли ей жизнь. Сейчас они отдыхают в гостевом крыле, было поздно отправлять их в дорогу после такого шока.

Чонгук помолчал, глядя в потолок. 

— Это хорошо... что ничего серьезного. 

— Сэр Дерек просил позвать его, как только вы придете в себя. Впустить? 

— Да, зови.

Через десять минут раздался короткий стук. Вошел Дерек, а следом за ним, робко ступая, появилась Эстер. На её шее белела повязка. 

— Ну ты как, герой? — Дерек улыбнулся, но в глазах читалась тревога. 

— Жить буду, — тихо ответил Чон и перевел взгляд на Эстер. 

— С тобой всё в порядке? Она кивнула. Сделав несколько осторожных шагов к кровати, она замерла, глядя на его перебинтованное тело. 

— Спасибо вам... — её голос дрожал. — Мне так жаль, что из-за меня... 

— Не продолжай, — прервал её Чон, отводя взгляд. 

— Не стоит винить себя в том, в чем нет твоей вины. В комнате повисло тяжелое молчание. 

— Что с бандитами? — спросил Чонгук у друга, чтобы сменить тему. 

— Все задержаны. Король в ярости. Узнав о твоем ранении, он назначил суд на завтрашнее утро. Думаю, их ждет виселица. 

Чонгук равнодушно кивнул и снова обратился к девушке: — Как вы вообще оказались в той части леса? Дорога в город идет по тракту. 

— Стражники у реки сказали, что главный путь завален и ведутся работы. Нас отправили в объезд... А там была эта засада, — она нервно теребила край платья. 

— Понятно. Всё закончилось. Дерек, прикажи накормить парней хорошим ужином и выдать двойное жалование, они заслужили. 

— Ты тоже поправляйся и не геройствуй больше. Ты нам нужен живым. — Дерек встал. 

— Эстер, идем? 

— Я... я хотела кое-что сказать господину. Можно я задержусь на минуту? Дерек напрягся, но, бросив быстрый взгляд на Чона, кивнул и вышел.

Оставшись наедине, Эстер подошла ближе. 

— Господин, я хотела поговорить... О вчерашнем вечере и о том, что вы... 

— У меня нет ни сил, ни желания на эти разговоры, — холодно перебил он. 

— Это срочно? Эстер замерла, словно получила пощечину. 

— Нет... простите. Вы ранены, а я со своими глупостями... 

— Эстер, — его голос стал ровным, лишенным эмоций, — ты просила забыть обо всём. Я услышал тебя. Не переживай об этом. Просто будь счастлива. Она судорожно вздохнула. Его отчуждение ранило сильнее ножа. Но она понимала: это был её выбор. 

— Тогда я пойду. Поправляйтесь... и еще раз спасибо за жизнь, — прошептала она и, развернувшись, быстро вышла из комнаты, чтобы он не увидел её слёз. 

Чонгук несколько секунд смотрел на закрывшуюся дверь, а затем с силой зажмурился. Хватит ли у него сил отпустить её по-настоящему?

Две недели спустя

Чонгук шел на поправку, хотя резкие движения всё еще отзывались болью. Эстер все равно продолжала навещать его, принося лекарства, а после Дерек провожал её в город. Это становилось мучительной рутиной.

— Мой господин, к вам пришли. Дверь открылась, пропуская девушку. 

— Снова здесь? 

Эстер прошла к столу, ставя небольшую корзинку. 

— Этот отвар приготовил мой отец. Специально для вас, в благодарность. Ваш доктор одобрил, сказал, что это поможет восстановить аппетит и снять боль. Я знаю, что вы снова пропустили завтрак, — она налила жидкость в стакан и подошла к постели. 

— Я же просил больше не приходить. У меня есть кому следить за моим здоровьем. 

Эстер мягко улыбнулась и присела на край стула. 

— Я понимаю, но, как я уже говорила, я хочу видеть, что вы поправились. После этого, обещаю, не буду вам досаждать. Пейте. Чонгук смерил её долгим взглядом, но стакан взял. 

— Ну и гадость, — поморщился он, сделав глоток. 

— Конечно, это же не коллекционное вино. Чон едва заметно улыбнулся. 

— Что читаете? — она кивнула на книгу, лежащую на одеяле. 

— "Дон Кихот"? Это редкое издание. 

— Да. Хоть история и довольно... странная, она затягивает. Эстер взяла книгу, пробежалась глазами по странице. — "Не будь ни постоянно суров, ни постоянно мягок — выбирай середину... в этом и заключается высшая мудрость", — процитировала она и посмотрела на Чона. 

— Что думаете об этом? 

— Думаю, что в теории всё звучит проще, чем на практике.

Их взгляды встретились. В воздухе снова возникло то самое электричество, которое они оба так старательно игнорировали. 

В дверь постучали. 

— Господин, прибыла леди Агнесса Сорель. 

Лицо Чонгука окаменело. Он резко перевел взгляд на Эстер: — Тебе пора. 

Она растерянно положила книгу. 

— И больше не приходи, Эстер. Не хочу, чтобы пошли слухи. Да и кто знает, что подумает об этом твой мужчина. 

Девушка побледнела, поджала губы, но промолчала. Она поспешила к выходу. В дверях она едва не столкнулась с роскошной женщиной, которую видела впервые. Статная, красивая, уверенная в себе. 

— Ты еще кто такая? — надменно бросила гостья. 

Эстер проскользнула мимо, не ответив. Агнесса проводила её презрительным взглядом и вошла в спальню. 

— Ну здравствуй, дорогой. Давненько ты меня не звал, — проворковала она. 

Герцог устало посмотрел на помощника и жестом велел закрыть дверь и никого больше не впускать.

Эстер почти бежала прочь из поместья. Ей не хватало воздуха. Добежав до реки, она остановилась, сжав рукой грудь, где сердце билось как птица в клетке. Слезы, которые она сдерживала, хлынули потоком. 

— Эстер? Она вздрогнула и торопливо вытерла лицо. 

— Дерек... — она попыталась выдавить улыбку. 

— Ты куда так убежала? Я думал, мы поедем вместе. Он подошел ближе, его зеленые глаза смотрели с беспокойством. Он нежно заправил выбившуюся прядь ей за ухо. 

— С тобой всё хорошо? Ты плакала? 

— Нет, что ты. Просто ветер в глаза... Я забыла, что мы договаривались. Идем? 

— Идем. Они направились к конюшням. Проходя мимо парадного входа, Дерек заметил чужую карету без герба. 

— Кто-то приехал? — спросил он у гвардейца. 

— Леди Агнесса Сорель, сэр. 

— Снова она... — пробормотал Дерек, а затем искоса глянул на Эстер. 

Она шла, опустив голову. 

— Ты готова ехать? 

— Да, конечно.

***

Остановившись у ворот общежития, Дерек слез первым и помог Эстер спуститься с лошади. 

— Спасибо большое, что проводил. 

— Завтра снова пойдешь к нему? 

— Нет. Думаю, к нему и без меня есть кому приходить, — горько ответила она. 

Повисла неловкая пауза. 

— Ладно, скоро стемнеет. Не хочу задерживать тебя. Я пойду. Она легко коснулась его плеча и развернулась к дверям. 

— Постой, — Дерек перехватил её руку. 

— Что такое? 

— Эстер... Мы должны быть вместе. 

Она замерла, глядя на него широко распахнутыми глазами. 

— Я... я каждый раз хочу отпускать тебя от себя всё меньше. 

— Дерек, я... Он взял её вторую руку в свою, согревая холодные пальцы, и посмотрел ей прямо в душу: — Выходи за меня. Давай станем семьей. Я клянусь, что всегда буду рядом, буду защищать тебя и сделаю счастливой. 

Эстер потеряла дар речи. Слова застряли в горле. В голове крутился образ Чонгука с другой женщиной, а перед ней стоял человек, готовый подарить ей весь мир.