Scotoma-
Скотомафобия (Scotomaphobia) - боязнь слепоты.
Одинокий Мальчик сидел у окна в комнате с голыми стенами.
Его взгляд был устремлен на людей, он изучал их, анализировал, задавал замысловатые вопросы.
"Кто ты?"
"Куда ты идешь?"
"Откуда ты взялся?"
"Как ты умрешь?"
Его тело дрогнуло. Но Мальчик быстро успокоился. Он умел побеждать страх. В большинстве случаев.
Ответы на замысловатые вопросы в его разуме накладывались слоями друг на друга, пластами выходили из фактопечатной машины и засоряли память.
Его память расслаивалась.
А когда разрушается личность, пробуждается Страх.
Тело Одинокого Мальчика снова передернуло, и он закрыл глаза. Все вокруг окрасилось в приторно черный.
Как и всегда.
***
Одинокий Мальчик помнил о том, что нечто, кем-то именуемое даром, кем-то проклятьем, всегда было с ним. Всегда жило бок о бок. Это была болезнь, раковая опухоль подсознания, вирус, поражающий желание жить. И от всего этого не существовало никакого противоядия.
Одинокий Мальчик не любил открывать глаза. Он с детства пробирался по квартире на ощупь - хоть ползком, хоть на устойчивых двоих - но обязательно вдоль стены.
Он изучал голоса. Мальчик любил представлять себя коллекционером звуков, создавать в своей голове бесконечные собрания тембров. Почему таким странным и диким способом? Потому что в будущем ему предстояло коллекционировать нечто более изощренное.
Смерти.
Одинокий Мальчик помнил, что с ним очень редко выходили на прогулку. В основном это были тихие солнечные дни, когда путь от дома до парка и обратно был заляпан засвеченными пятнами и разноцветными кругами на внутренней поверхности его глаз.
Так он видел мир.
Время от времени из белых светящихся облаков выползали размытые фигуры, которые тоже были разноцветными. Одни - ярче, другие - более тусклые, но у каждого был свой цвет.
Нередко проходящий мимо мог слышать такой разговор:
- Тетя, тетя, а почему тот дядя сетится сег'ым? (детский эквивалент вопроса "Почему тот дядя светится серым?")
Тогда в ответ грузная и злобная женщина испуганно шикала на него:
- Там никого нет. Хватит воображать.
- Но тетя! Вот же он, идет пг'ямо на нас!
У женщины, сурово воспитавшей троих детей, которые уже выросли и стали такими же озлобленными на мир, чесались руки ударить маленького воображалу. Он должен был знать, как вести себя при посторонних.
Но знала лишь она. Знала, что на людях не принято бить больного ребенка. Поэтому она стискивала его руку своей массивной ладонью, и это было их знаком "веди себя как нормальный человек".
Одинокий Мальчик больше не говорил ни слова. Он наблюдал за тем, как светящееся пятно человеческого обличья приближалось и протягивало к нему свои руки. Призрак страдал и хотел поделиться этим страданием с единственным существом в мире, способным понять его боль.
И мальчик видел смерть.
Много чудовищных видений приходило к нему за недолгие прожитые годы. Здесь было все: от средневековой инквизиции и последней казни на электрическом стуле до автомобильной аварии и суицида. И у каждой смерти был свой оттенок.
Коллекция Одинокого Мальчика ширилась и пополнялась. Со временем образы прошлого заменились фактами будущего. Мальчик научился видеть смерти живых и стал знать гораздо больше.
Он часто возвращался взглядом к грузной женщине, чья суть была какой-то черно-коричневой, и пересматривал кадры, где она в старости задыхается в собственной постели. Одна.
Да, он боялся, что окажется неправ, но никогда не ошибался в своих "предсказаниях" и со временем о нем узнали люди.
Его поприщу давали множество названий: ясновидец, экстрасенс, второй Нострадамус. Но лишь он сам знал то, кем был на самом деле. Он был Одиноким Мальчиком.
Люди приходили и спрашивали, как они умрут. Он с радостью заглядывал в приоткрытую дверь и рассказывал то, что скрыто за гранью. Но со временем людей стало слишком много. И мальчик нашел спасение. Он воспользовался лучшим правилом всех детей: что-то не нравится - плачь. Это работало безотказно.
Больше всего на свете мальчик боялся ослепнуть. Потерять свой дар. Он боялся ночи, жутко боялся темноты и каждый раз с нетерпением ждал появления светящихся призраков. Это были его огоньки во тьме мира живых.
Со временем от толп народа у входной двери у воспитательницы начали сдавать нервы, и однажды она забрала мальчика, уехав с ним в другой город.
Одинокий Мальчик никак не мог привыкнуть к новому дому: тот оказался огромным. Мальчик мог часами слоняться вдоль стен и, рано или поздно, натыкался на что-то неизведанное.
Так случилось недавно.
Здесь, в небольшой комнате с голыми стенами (мальчик знал это, так как обшарил ее вдоль и поперек).
Здесь был лишь один предмет. Плоский. Гладкий и ускользающий из-под пальцев, но твердый и достаточно прочный. Однажды мальчик раскрыл глаза и заглянул в него.
Там был призрак.
У призрака не было цвета. У призрака не было смерти.
Мальчик расплакался. Он не знал, что такое может быть.
- Это зеркало, - сказала воспитательница.
- Что в нем? - спросил мальчик.
- Твое отражение.
И он все понял.
Он понял, что был единственным в мире живых призраком без смерти. И единственным в мире мертвых человеком без жизни.
Одинокий Мальчик боялся ослепнуть, хотя по показаниям многих врачей являлся слепым от рождения. Одинокий мальчик боялся погрузиться во тьму, хотя многие прозвали его дьяволом в людском обличии.
Что ему оставалось?
Ему оставалось все так же существовать.
Одинокий Мальчик сидел у окна в комнате с голыми стенами...
