Предыстория
Ленора и Александр таскались за семьей Ховард-Брук по пятам, ловя каждую шутку, каждое слово и переглядывание своих двойников.
Те далеко не были так нетерпимы друг к другу, как они сами.
Похоже, что в этой параллели любовь этих двух людей все же одержала верх над сложными характерами обоих.
— Я только что уложила Холли спать, — заявила Брук, проведав Ленору из этой реальности и ее дочь.
Александр по-хозяйски сидел в гостиной на диване, закинув ногу на ногу, рядом со своим двойником.
Конечно же, тот его не видел.
Он не видел и не слышал обоих «пришельцев».
— Отлично. А я сижу тут и... Читаю? — брови Ховарда поползли вверх. — Какой-то дешевый фанфик?!
Ленора встала напротив двойника своего заклятого врага, а потом присела на корточки, чтобы лучше рассмотреть обложку.
— Да это же моя книга! — ахнула женщина. — Точнее, не моя, а Леноры из этой реальности!... Хотя я тоже хотела издать собственную книгу, но не решилась...
— В наше время сдавать произведения в издательство — тратить деньги на ветер. Это настолько дорого, — хмыкнул Александр, манерно закатив глаза. — Сейчас все всё в интернете читают, в онлайн режиме. Нет необходимости печататься совсем.
Брук больше заинтересовал сюжет.
Она села по другую сторону от двойника Ховарда.
Тот невозмутимо читал, хотя, если бы он видел, что справа от него сидит он сам, а слева — его жена, но только вот оба они из другой реальности, то вряд ли бы мужчина был так спокоен.
— Покровитель... — пробормотала Ленора, слегка нахмурившись. — Я ведь хотела дать своей книге точно такое же название! Надо же...
В этот момент в гостиной появилась двойник Брук.
— Подорвался и бежит к ней, — прокомментировал Александр, наблюдая за самим собой. — В этом мире у меня есть хотя бы капля гордости?
— Милая, это шедевр! — его двойник, тем временем, расцеловывал жену. — Я разрекламирую твою работу и я уже придумал, как именно можно привлечь читателей! У меня есть люди, есть связи...
Ленора не особо вслушивалась в разговор этой семейной пары.
Она с грустной улыбкой наблюдала за ними, за самой собой, которая в этом мире воспитывала детей, занималась хобби, работала и поборола свои страхи насчет выпуска собственной книги, а сейчас просто светилась от счастья.
— Здешний Ховард назвал ее книгу шедевром, а ты вякнул что-то про дешевый фанфик, — выдохнула женщина. — Вы с ним два разных человека...
— Если бы я разглядел твою имя и фамилию на обложке, то не отзывался бы так, — буркнул Александр в свое оправдание.
— Ну конечно... Тогда бы сразу сказал, что это не книга, а самое настоящее дерьмо и нужно поскорее от нее избавиться, спустив в унитаз, — горько усмехнулась Ленора.
— Ты нарочно это делаешь?! Почему нужно постоянно делать из меня злодея?! — мужчина вспыхнул от злости и ударил кулаком по обивке дивана.
— Потому что так оно и есть, — процедила Брук и встала с дивана.
Ленора направилась за двойниками, которые пошли в свою спальню.
Время близилось к десяти часам вечера.
Брук встала у стены напротив двуспальной кровати.
С одного ее бока была приставлена детская кроватка, в которой мирно спала Холли.
Александр-пришелец появился через некоторое время.
— Где наши голубки?
— В ванной, — отозвалась Брук.
— Как в ванной?! Вместе?! — Ховард разинул рот.
Ленора закатила глаза и махнула головой в сторону слегка приоткрытой двери:
— Ты думаешь, они сумасшедшие, чтобы делать это при ребенке?
— Ну, мы же с тобой делали, когда ко мне приезжала сестра с племянниками. И поселились все они в моей квартире, — ухмыльнулся мужчина.
— Я до сих пор помню, как мы боялись издать лишний страстный звук, — Ленора невольно прыснула и заулыбалась.
— А помнишь как мы потом вышли из ванной комнаты вдвоем и наткнулись на Лисси? Моя сестрица так широко ухмылялась, что я даже засомневался в том, что мы успешно выполнили этот челлендж, — усмехнулся Ховард.
— Лисси, по сути, сама нас и свела, — хмыкнула Брук, скрестив руки на груди. — Помнишь, она притащила тебя на мой хоккейный матч в старшей школе? Ты посидел на трибунах, поглазел на это зрелище, а потом ждал меня у входа в раздевалку. Ты тогда сказал мне...
— Что ты просто стальная девушка, раз тягаешься в таком жестком спорте с мужиками, — закончил Александр, улыбнувшись краешком губ. — Лисси не обманула меня, это действительно было очень зрелищно...
— Я дружила с твоей сестрой с незапамятных времен, а ты заметил меня только после хоккейного матча, — фыркнула женщина, скрестив руки на груди. — Надо же, тебе нужно было увидеть, как я расталкиваю хлюпиков, чтобы отправить шайбу в ворота?
— Ты всегда была пробивной. Такой же и осталась... Я помню, как предложил тебе встречаться, а ты отказала мне. Мы разошлись после выпуска, перестали поддерживать друг с другом связь... Но за то потом, когда я стал гендиректором, начал свой бизнес, ты наконец заметила меня.
— Ты высоко взлетел, моя карьера переводчика тоже стремилась ввысь, — Ленора пожала плечами. — Я была рада наткнуться на тебя в том кафе в Лос-Анджелесе. Ох, как же я была рада, но, если бы не именной бейджик на твоем пиджаке, я бы в жизни тебя не узнала, — она испустила смешок.
— А я бы не узнал тебя, если бы не твои слова: «Сан, неужели ты!», — хохотнул Ховард. — Меня никто и никогда так не называл, кроме тебя...
— Правда потом ты из Сана превратился в Санни, — улыбнулась Ленора. — А я стала «милая, дорогая, родная...».
— Я просто души в тебе не чаял, ты знаешь? Спустя столько лет чувства к тебе вспыхнули во мне с новой силой. Эта встреча в том кафе... Словно нас свела сама судьба, — выдохнул мужчина.
— Чтоб мы потом столкнулись лбами, — Брук цокнула языком. — Как два упертых барана начали ругаться, ссориться... Сколько мы встречались спокойно? Год? Два?... Я не узнаю себя, — она махнула рукой на дверь ванной комнаты. — Это не я и не ты, это совершенно другие люди.
— Ты считаешь так, потому что в этой параллели я менее агрессивный? Ленора, мой бизнес прогорел, ты хоть понимаешь, как мне было тяжело?! — процедил Александр сквозь зубы.
— И я поддерживала тебя! Но все эти ссоры на пустом месте медленно душили меня изнутри. Ты стал просто невыносим! Когда я устраивалась в твою компанию переводчиком, ты платил мне зарплату. Когда мы начали встречаться, ты, по сути, платил мне с надбавкой. А когда твой бизнес перестал приносить прибыль, ты все равно платил мне, а я... Я убирала эти деньги обратно в сейф и не забирала их себе, — женщина пристально посмотрела на него. — Так чем же я заслужила такое твое отношение к себе? Я делала все, что бы поддержать тебя.
Глаза Ховарда округлились:
— Я не знал... Я не знал, что ты не брала...
— Конечно не знал, — горько усмехнулась Брук. — Я делала все так, чтобы ты не узнал. Подговаривала секретаршу, чтобы она куда-нибудь впихнула эти деньги, клала их между другими бумагами в сейфе... Я хотела, чтобы в твоей компании осталось больше средств. Я искренне хотела, чтобы твой бизнес остался при тебе.
Александр не знал, что сказать.
Он стоял напротив женщины, всматривался в ее глаза и не знал, что ответить.
— А в итоге я потерял все. И компанию, и тебя... — сорвалось с его губ.
Неожиданно дверь ванной комнаты распахнулась и оттуда вылетел радостный двойник Ховарда.
Он испускал приглушено-радостные звуки и чуть ли не танцевал.
— Тише ты! — шикнула на него его жена. — Разбудишь Холли!
— Но она же по-любому должна узнать, что у нее через девять месяцев появится братик или сестренка, — отмахнулся тот. — Я люблю тебя, Ленора, — он притянул женщину к себе и поцеловал в обе щеки.
— А я люблю тебя, Санни, — прошептала та, прислонившись своим лбом к его лбу. — Мы уже трижды родители, — она коснулась рукой своего живота и улыбнулась.
Гости в этой параллели еле держались.
Казалось, вот-вот ноги подкосятся и они растянутся на полу.
А ведь буквально минуту назад они снова самовольно окунулись в то время, когда их любовь еще была жива.
— Козел! — взвыла Ленора-пришелец-в-этой-реальности и прижалась к своему бывшему парню, начав рыдать. — Брюс не предупреждал, что будет так тяжело!!... Я всегда хотела ребенка! Я всегда хотела семью-ю!! — всхлипывала женщина, уткнувшись носом в грудь врага.
Тот приобнял ее и успокаивающе провел рукой по спине.
Александр смотрел на счастливых двойников с поджатыми губами.
А ведь мужчине казалось, что причинить большую боль жизнь ему уже не сможет...