Костями, Железом и Кровью

Земля вокруг гремела и содрогалась - боевые корабли, словно большие рыбы плавно выезжали на берег. С них десятками слазили и спрыгивали воины. В свете дневного солнца поднимались золоченные штандарты, криками отдавались приказы. "Сенешаль" вышел на берег в самом удобном месте, сейчас он был будто настоящий замок, его две штурмовые башни высились как горы, посреди дрожащих от ветра цветных парусов. Нос его расходился на две части, будто бы пасть исполинской каменной рыбы. Несколько дюжин моряков опускали на канатах нижнюю часть этого рта, а внутри уже слышался топот копыт и ржание лошадей. Там боя ждала целая конная армия, уже во всеоружии и в ожидании распоряжений. Стройными рядами с различных кораблей двигались колоны воинов, что лязгали бронзовыми доспехами, позади же них, на волнах все еще шатались несколько горящих силуэтов - то были поверженные корабли Апфеланда, дымы от пламенеющих корпусов которых, огненными знаменами тянулись к небу, превращаясь в столбы и целые тучи копоти.

Но ни одна душа не смотрела на то, как сгорали эти гиганты, ведь глаза каждого смотрели в противоположную сторону, на пламя, достойное самого ада. Там, впереди, прямо перед людьми, что сжимали в руках клинки, поднялся настоящий буран из одного только дыма. При близости моря, прохлады не чувствовал никто, вокруг стояла неприродная жара, а в воздухе витал пепел. Горела сама земля, ведь здесь, прямо перед слугами Эренея, оставил свое тело его посланник, вонзившись в землю, как стрела. Пахло жжённым железом, это был запах, пропитанный легендами. Легендами забытых героев, проклятых и благословленных, которые врывались в сознание стоящих перед пожаром людей вместе с запахом плавленного металла и заставляли кровь в венах воителей вскипать, а сердце - замирать.
На губах матёрых воинов, что только что беспощадно и хладнокровно выпотрошили и утопили три сотни апфеландцев, сейчас в были молитвы. Молился и Сэто, он чувствовал, как его голос отбивается от стенок металлического шлема. Глазам сошедших с кораблей предстал жест бога и они, стоя здесь, уже сливались с древними легендами, а каждое их деяние в будущем обещало быть воспето в песнях.

Первым, кто осмелился обернутся от пламени впереди, был Тециус. Сверкая в солнечных лучах, король поглядел на своих воинов. Он откинул забрало своего шлема, исполненное в форме скалящегося львиного лика и над подданными зазвучал его гортанный, рычащий голос.

- Герои Королевств. Паломники Эренея, - произнес Железный Лев. - Мы пробились сюда по вражеским костям. Мы прибыли, ценой погибших братьев. Мы прибыли дабы увидеть ангела. Пускай же мы не будем временить. Пускай же ангел узрит нас! Вперед!

Солдаты тоже закричали. Звонкое "Ура!" разнеслось по рядам бойцов, будто бы гром. А следом, застучали ноги и копыта, зазвенели сочленения в латах, а алые знамёна затрепетали на ветру. Белая волна монашеских роб с бронзовым навершием латников-гетареан начала подниматься в гору, за спину уходили деревья, а взамен медленно и ненавязчиво приходил жар. Сейчас он был еще слишком слабым, чтобы обращать на него внимание. Войско растекалось в широкий ряд, вскоре конным разъездам были отданы поручения и несколько клинов бронированных лошадей вместе с их всадниками, ускакали в различных направлениях. Отряды были большими и предполагали разведку боем. Это была тяжёлая конница, готовая найти и сломить возможную засаду Апфеланда. Они первые вышли с лесной полосы на открытую местность, они первыми увидели сноп звездного пламени посреди коричнево-жёлтой, пустой степи.

Однако следом, будто бы мифическое воинство, что прибыло с морского дна, километровыми рядами из деревьев выскочили и остальные, Сэто был одним из первых, ступая только лишь после короля и пелетов. Все они в один миг узрели то, чего так долго ждали. Измученные боем и путешествием тела воинов внезапно ожили, ведь впереди, совсем уж близко, они увидели выросший холм посреди исконно плоской степи и холм этот хлестал пламенной плетью само небо. То и был ангел, что меньше дня назад еще бороздил просторы эмпирей. Он все еще горел этой божественной жарой и жара эта сильнее и сильнее чувствовалась в воздухе.

Вновь зазвучали выкрики, полные ликования и благоговения, и войско невольно ускорило шаг. Через каких-то десять минут, приближаться, однако, стало совершенно невыносимо - божий жар истязал тело. Тогда конные отряды растеклись круглой вереницей вокруг пламенеющего горба и отмеряя по черной выжженной траве безопасное расстояние ушли вперед, оглядывать территорию. Пешие воины медленно собирались плотнее, однако слишком близко друг ко другу подходить не желали. Жар вокруг был невыносимым, от него слезились глаза и оплавлялись волосы на коже. Солдаты лишь хотели идти дальше, зайти за противоположную сторону холма, с которого дул ветер. Видимость оставалась очень малой, особенно для тех, кто был закован в латы. Те воители варились в своих металлических печках, едва находя дорогу сквозь узкую обзорную щель в закрытых шлемах. Однако умы были заняты другими мыслями, ведь кровь на оружии все еще не успела высохнуть.

При всей спешке Королевств, Апфеланд прибыл сюда первым. Это его воины уже встречали Южный Флот и очень вряд ли несколько кораблей было всем тем, что могла предоставить могущественная империя. Солдаты шли в боевых построениях, сквозь горячий ветер насилу пробивались указания, что доносились до подданных криками их командиров, даже щиты были подняты, готовые в случае чего построить оборонительную стену. Пойдя всей армией с правой стороны от холма воины уже начали огибать его, в тот момент, когда раздалось пронзительное конское ржание. Тециус, что шел во главе, крикнул:

- Быстрее!

И ритмичным барабанным боем сотни ног начали топтать Морную Степь. Вокруг зарябело от щитов, которыми отмахивали при беге, впереди, в жарком воздухе, туда-сюда метались тёмные силуэты конных отрядов. Большинство из них двигалось подобием щита поблизости войска, не давая возможному противнику достаточно чётко разглядеть надвигающиеся ряды паломников Королевств. Однако лес остался далеко позади и вокруг все сильнее и сильнее выравнивалась степь. Даже прибой моря успел умолкнуть, сдерживаемый кронами деревьев. И в один миг, помимо гула бушующего пламени и топота окованных бронзой ботинок, не стало слышно ничего. Но то длилось лишь несколько минут. Ведь лошади где-то вдалеке снова заржали, а солдатам оставалось только двигаться вперед, навстречу к неизвестности. Пламя от упавшей звезды затмевал им взор, в плавящемся воздухе, они видели только лишь силуэты, красные пятна знамён и четрёхногие тени. При том, что воины двигались так быстро, как только могли, пожар был огромным по своей площади, дым и жар туманил взгляды, утяжелял дыхание. Вдалеке, где в извивались и шевелились чьи-то силуэты, видно, конные отряды кого-то заметили и перестраивались в боевые порядки, быть может догоняли или же убегали. Но издалека, в этой жёлто-коричневой пустоши все сливалось в одну сплошную картину и почти на горизонте можно было увидеть одни только чёрные, бесформенные тела и изредка какие-то выкрики, взмахи флагом, топот и свист. Казалось, в конные войска вселились бесы, Тециус, безмолвно от грохота солдатских ног вокруг рыча в своем шлеме, хотел уже был подозвать конных гонцов к себе, дабы отослать их вперед, узнать, что происходит впереди, но внезапно передумал.

Ведь копыта топали сильнее. И казалось, шум от его армии усилился двукратно. Рука короля внезапно поднялась, желая остановить войско, но солдаты, в пламени ангела не видели ничего и только лишь желали выбраться из огненного ветра. Однако в тот же миг, слепых, будто бы новорожденных котят, их встретил крик, от которого все, как один, воины насторожились.

То был словно бы девичий всхлип, однако голос не был человеческим. Ведь не могли простые людские лёгкие дать такой силы этому крику. И не могли человеческие уста, сделать этот возглас таким страшным. Воители королевств на миг остановились, однако лязг лат не прекратился. А новый нарастающих крик снова зазвучал в воздухе. Конница впереди превратилась в единое существо, что переливалось различными красками. А следом зазвучал грохот. Ржание лошадей. И крики, жуткие крики, но теперь уже человеческие.

- Вперед! Вперед! Не останавливаться! - закричал Железный Король.

Солдаты зашевелились снова, этот механизм, состоящий из сотен человеческих ног начал снова оживать, снова двигаться. Король, забыв про жар, про пот, что струился с его лба, глядел на искаженную движущуюся картину впереди. Он не мог знать наверняка, но чувствовал, что нужно было во что бы то ни стало выбраться из ветреной стороны, из пламени, которое источал ангел. Становилось уже легче, воинство почти смогло сделать четверть круга и обогнуть горящую гору в нужной мере, когда внезапно, топот копыт начал сотрясать землю, и воздух, и сердца. Внезапно, вынырнув из своей размытой сцены где-то близь горизонта, конница мгновенно оказалось близко, совсем близко. Воздух в глазах у пеших воинов наконец перестал плавится и только в этот миг они узнали о том, что бежали прямиком на врага.

Им предстала жуткая картина. Гора из тел, доспехов и копий надвигалась прямиком на армию Королевств. Бронированные кони, многие уже без всадников бежали прочь, служа гонцами паники, что сверх воли застывала в глотках воинов Сицилиона. Тяжелая конница, которая должна была стать оружием истребления для противника, сама понесла тяжёлые потери. Лошади валились наземь, многие, все еще истекая кровью, жутко крича продолжали ползти, даже когда падали. Другие бездумно уносились вдаль. Те же кавалеристы, что остались в живых, пытались занырнуть за пешее войско. На него же, уже мчался враг. Нестройные ряды, скорее стада воинов с топорами, даже серпами и дубинами шли на ускоренном марше. Их доспехи были архаичными, однако металлическими. Их лица и тела были разными, по большей части - степняки, люди, однако встречались и человеческие головы с козлиными рогами и большими, животными зрачками - Скъярги. На чьих-то щитах были выгравированы регалии Семи Королевств, на других - гербы Апфеланда и трудно было узнать, откуда они там появились, кто был предыдущий владелец. На самом же острие вражеской формации, изгибая огромные волосатые лапы, продвигались воистину уродливые существа. Они были большими, размером больше медведя, чем-то похожие на него, чем-то похожие на собаку. Их плоть от ног до головы покрывал металл. Бесчисленное количество различных фрагментов человеческих лат создавало неровный и уродливый пейзаж - на ногах виднелись нагрудные пластины, брюхо было покрыто частями поножей и наручников, на плечах в кучу собрались щиты, проткнутые копьями, на которые были насажены все еще окровавленные черепа и головы. Их широкие пасти, что могли с легкостью заглотить человеческое туловище не закрывались целиком, нижняя челюсть вечно болталась внизу, ведь огромная металлическая упряжь до крови врезалась тварям в рот. С рядов неровных зубов стекала зелёная слюна. Наверху существ, сидели люди, закованные в порубленные в некоторых местах апфеландские доспехи. К их копьям и спинам были приплетены знамёна. Уродливые, оборванные, словно бы гротескные близнецы, они встретились с яркими флагами Королевств.

Одно из этих существ, что шло впереди на миг остановилось, подняло голову вверх и завыло, точно тем воплем, что был слышен раньше. И будто по сигналу, враг ускорился, за считанные секунды преодолев разделявшие две армии тридцать метров. Никто из воинов Королевств не успел сделать ничего - разве что воздеть копья в жалкой надежде не быть сметённым натиском противника. За один миг, на людей набросилась гора мышц и клинков, c грохотом и треском разломались копья, следом - кости. Захрипели, закричали человеческие голоса, это был крик, куда больше, чем простая боль - это был вопль агонии. Восседающие на существах варвары размашистыми взмахами обрушивали килограммы точёного метала на смятенных воинов, земля под ногами стала вязкой от крови. В этот же момент, пешие противники тоже ворвались в построение Королевств, полностью зажав его со сторон. Какие-либо маневры утратили смысл, сражение превратилось в бойню, в истребление.

Сэто двинулся вперед, встал перед королем и пелетами. Он видел, как прогибается строй, как быстро сдаются перед смертью простые воины. Варвары давно увидели Тециуса и целенаправленно двигались к нему.

- К оружию, за Эренея! - прорычал король, сняв со своего плеча двуручную шипастую булаву с цилиндрической ударной частью.

Божие воители хорошо знали, что им стоит делать. Лагреане рассредоточились широкой дугой, в щелях между их плечами появились копья и алебарды пелетов.

- Гетареане, Эрениты! - крикнул Железный Лев войскам, что находились впереди. - Назад!

Скованные тяжёлым боем, немногие смогли исполнить указание быстро, однако некоторых людей это все же спасло. Слой воинов между противником и железной армией становился все тоньше и тоньше - простые смертные свою задачу выполнили. У гетареан - отпрысков знатных родов, было много копий, об них пришлась первая атака врага. Противник вгрызся в них и потерял свою колоссальную энергию, которая могла бы запросто смять и железо. Теперь же, настало время главной ударной силы войска Королевств показать себя. Гетареане становились близь пелетов, воины, вооруженные щитами и бронзой тоже создавали плотную стену, в которой ребрами жесткости служили железные воины.

Сэто стоял там, прямо перед противником. Огромное существо глядело прямо ему в глаза, источало свое зловонное дыхание. На нем восседал огромный воин, что становился еще больше благодаря своим доспехам. В руках у него была булава на цепи, из того же метала, что и доспех Сэто. Он закричал, в такт завыл и его питомец, а по бокам вынырнули пешие варвары. Новый контакт последовал без замедления. Монстр попытался задавить Сэто своим весом, существо подняло свои лапища, которые закрыли солнечный свет, а прямо в воздухе засвистела булава, что при своем немалом весе, словно плеть, поднялась в небо. Щит железного воина поднялся в ответ, а прямо по его плечам заскользило сразу несколько копий, которые тут же ворвались существу в его мохнатые лапы. Последовал вой боли от животного, а вместе с ним, булава врага врезалась в солдата, что стоял прямо возле Сэто. Железный шар насквозь пробил деревянный щит воина, а следом и его грудь. Ребра выскочили из под кожи, а оружие застряло прямиком внутри грудной клетки. Тварь в этот миг отступила, а её наездник дёрнул свое оружие и человека с пробитой грудью просто унесло куда-то вперёд, в гущу вражеских клинков, будто бы он был рыбой, пойманной на крючок. То же самое произошло и по бокам, другие твари точно так же отступили, но вовсе ненадолго.

Вперед вышли пешие воины врага, клинок Сэто засвистел и задвигался. Будто бы молния, он скользнул по ближайшей появившейся вражеской груди и в руке, закованной в железо, почувствовалась боль, когда преодолевая кольчужные кольца, лезвие оружия оставило глубокую борозду в теле. Варвар завыл, его серое, выветренное лицо искривилось от боли, а меч Сэто пошел вниз и пронзил врагу колено. Человек упал, одна нога его подвела, последним размашистым ударом, железный воин попал жертве прямо по рту, раскроив голову так, что стали видны самые задние зубы. Обратный взмах уже пришелся по следующему противнику, однако был отбит щитом, рука Сэто, что сжимала меч по инерции ушла назад, а вперед выдвинулся щит, в воздухе засвистела железная цепная булава. Парень отбил удар серпа врага, а следом в него вломилось что-то куда более страшное. Это была булава, она скользнула по металлической поверхности щита и ушла в землю, а меч Сэто в тот же миг вынырнул из-под опускающегося металлического диска и врезался стоящему впереди противнику прямо в ногу. Серией из восьми коротких рубящих ударов, парень покромсал конечность врага так, что та держалась только из-за высокого кожаного сапога. От болевого шока, варвар на миг замер, тело его не слушалось и в этот миг меч Сэто вонзился противнику под подбородок.

Этот враг упал уже мёртвым, а на его место стал другой, следом еще и еще. Человек в этой мясорубке становился словно бы нежное растение, для убийства которого хватало одного движения. Единым взмахом, Сэто рассекал людям животы и глотки, а из открытых ран лилась теплая, человеческая кровь, такая же, как у него самого, как у союзников, как у слуг господя, однако по воле случая ставшая кровью вражьей. Варвары были защищены хуже среднего - их доспехи из грубой кожи и отдельных металлических фрагментов часто прикрывали только грудь, в хорошем случае, у противника были и наручи. Однако ноги, живот - нижняя часть тела была защищена слабо, не помогали и щиты - сверху, со спины первого ряда, на врага обрушивались удары пелетов и гетереан, что разламывали деревянную защиту за несколько попаданий.

Враги падали быстро. На миг показалось, что бой закончится так же стремительно, как и начался, однако, как оказалось, на носу вражеской формации были молодые, они быстро заканчивались, а каждый новый противник оказывался куда опытнее предыдущего. Простые люди уже либо отошли, либо умерли, остались же лишь степные ветераны и скъярги - зверолюди с силой и выносливостью, что превосходила человеческую. Вместо того, чтобы просто попробовать атаковать, они защищались и пытались вымотать первые ряды королевств. Защищаться становилось все сложнее - вверху носились булавы и длинные копья, внизу молниеносно с разных направлений в воителей врезались топоры и тесаки. Первыми начали сдавать позиции простые воины. Сначала, они просто пятились назад, однако следом начались и жертвы, фронт снова стал неровным. Сэто был вымотан, его новый противник не желал падать. Это был первый скъярг перед ним - существо, во многом, походящее на человека, однако с желтым, животным взглядом, и словно бы аморфными, плавающими зрачками. Подняв высоко свой щит, он ловко отступал от ударов алебард пелетов и заставлял железного воина раз из раза атаковать и защищаться, без особого результата. Броня парня покрылась многочисленными вмятинами, шип на его щите загнулся в сторону. Тело устало и тяжелое дыхание раздавалось в шлеме. Противник же, поддерживая зрительный контакт и бесконечно двигаясь в боевом танце не давал отдышатся.

Ноги оттягивали тело сами по себе, Сэто не успел заметить, как трупы внизу исчезли, как вновь жар начал разогревать латы. Армию королевств теснили обратно так, чтобы они оказались против огненного ветра. Крики вокруг утихали, слышались только стоны боли и усталости, лишь изредка с новыми ударами снова откуда-то доносился боевой клич. Удар за ударом, метр за метром, бойцы, что прибыли с моря теряли святую землю, их снова загоняли в пламя, желая просто задушить и сварить. Ангел взирал своими огнями на битву внизу, наблюдал за тем, как слуги его сдаются. Снова воздух впереди стал плавится. Было жарко, а доспехи грели и так потное тело. Дыхание Сэто превратилось в отрывистый хрип, теперь же лёгкий доспех врага стал ему на пользу. Казалось, так королевское войско теснить могут аж до тех пор, пока не сбросят в океан, однако тут вновь раздался вой химеры, что все еще горой нависала над передней линией и тут, рев донесся с каждой глотки каждого варвара, сливаясь воедино в оглушительный возглас, от которого у Сэто загудел шлем. Следом, варвары впереди отошли назад, а в этот же миг, вперед вылетели тяжелые вражеские топоры и булавы. Зазвенел металл, щит Сэто прибили к земле, в смотровых щелях - пыль и кровавая земля, понять даже положения своего тела стало совсем невозможно, а противник надвигался свалив фронтовую линию Королевств. Многие уставшие воины упали, другие были убиты или оттеснены назад. Последующие удары пришлись уже на пелетов, тяжелая пехота только лишь двинулась, чтобы контратаковать, но в это время затряслась земля и внезапно существа, что были так хорошо отбиты первой атакой копейщиков, проломили и их фронт.

Всего, монстров было девять. Небольшое число, однако на каждого из них не было управы. Они просто двинулись вперед, перетаптывая щитоносцев. Железные воины успели отпрянуть, многие смертные - нет. Сэто не видел, он чувствовал, как содрогается от поступи жуткой твари все его тело, как рык и перезвон клинков продвигается назад, за его затылок. Он свалился от ударов тяжёлого оружия и в этот момент, враг просочился вперед. За существами двинулись пешие воины. Ноги, он увидел ноги, а его руки сжали меч. Парень чувствовал, как его берут в окружение и он пытался снова зайти к своим, превозмогая свою усталость. Подпрыгнув и вскочив назад, он почувствовал, как о его броню застучали удары. Там, где броня была потоньше - на руках и ногах, клинки противника ощущались гораздо сильнее. Чье-то загнутое оружие скользнуло близь локтя железного воина и смогло проникнуть сквозь сочленения. Острая холодная боль возникла в сознании, парень пытался отступить, чтобы не оказаться в полном окружении. Отмахиваясь от противников, он отходид назад, чувствуя, как плавится его сознание от пламени вокруг.
Взор туманился, а беспорядочные взмахи клинка становились все слабее и слабее. Однако, Сэто был воином не Королевств, он был воином Эренея и каленая сталь, что облачала еще десятки героев до него, теперь защищала от смерти и его самого. Этот металл помнил каждый бой, каждого убитого врага, каждый клинок, что вламываясь в него, останавливался без шансов пройти дальше.

И парень смог отойти, он снова услышал возле себя рев жуткого существа, вжался в линию своих солдат и она приняла его. Он вернулся как раз вовремя, чтобы увидеть то, как носящаяся вверху булава ворвалась в наплечник одного из пелетов и оторвала его, отбросив в сторону. Перед этим врагом сдавалось даже железо. А сам он, казалось, продвигался вперед с четкой целью, ведь даже не разворачивался, сражаясь только лишь с железными воинами. Перед монстром стоял уже сам король - вокруг боеспособных подданных почти не осталось. Вражеское оружие на цепи расчистило путь. Тециус и сам тяжело дышал. Его булава двинулась вперед, острые шипы должны были проломить мохнатой твари впереди голову, однако существо оказалось проворнее, её лапа отбила оружие короля, а вторая лапа свалила владыку Королевств наземь. Снова подскочила железная булава, она метилась прямо в грудь Тециусу.

Однако в этот миг, сбоку послышался крик, снова завыла четырехногая тварь, ведь её лапу пригвоздила к земле железная алебарда.

- Прочь! - нарастая в своей силе послышался чей-то голос и в нем Сэто признал Енея.

Покуда все вокруг были скованы боем и думали, как спасти свои жизни, этот воитель увидел своего владыку в беде и бросился на помощь. Сбоку в него неслись удары клинков, но он не обращал на них никакого внимания. Оружие из неблагородной бронзы трескалось и ломалось о его священные латы, а воитель с криком доблестным, но человеческим, все сильнее теснил огромное существо.

-Сэто! - воскликнул он. - Закрой фланг!

И Сэто закрыл. Его щит встал сбоку от Енея, его клинок, уже погнутый и сполна насытившийся кровью недруга снова засвистел и змеей устремился к своей новой цели сквозь закипающее пространство. Еней же, будто дрессировщик в чудном цирке, удар за ударом отталкивал зверюгу от неподвижно лежащего короля. Её наездник рычал, кричал что-то своим воинам, его булава не могла ударить так близко по отношению к ездовому монстру. Остальные его подданные лишь падали наземь от ударов железного воинства. Воины Эренея сомкнули кольцо, защищая Тециуса и животное вместе со своим наездником оказалось почти что в окружении. Оно тоже насилу рычало, его шерсть, что проступала между доспехами была мокрой от пота и крови. А Еней, стоя прямо перед чудищем, что было выше, шире и больше его в несколько раз, продолжал наступать.

— За Эренея! - зарычал он, его алебарда с гулким свистом вонзилась существу прямо в глаз и то забрыкалось и завыло.

— За Эренея! - в унисон закричали железные воины, как единый механизм, уничтожая противников вокруг или по крайней мере не давая им пробиться к раненому владыке.

И возглас этот живой волной из голосов начал расходится по всей ширине фронта, а если кричали там, вдали, значит там тоже еще были воины живые и значит там тоже сражались. Ржали кони, булавы, копья и мечи снова и снова и снова убивали, снова кровь текла на землю, снова с нею вытекала чья-то жизнь. Еней продолжал колоть существо, с чьих доспехов уже ручьем стекала кровь. Оно своей большой когтистой лапой пыталось отмахнутся от обидчика, но не ударить, оно, этот дикий степной зверь - было напугано. Даже оно видело эту ярость, это холодное упрямство человека, что был слугой богов. Слугой которому чужда была усталость или боль, слугой того, кто одним своим прикосновением сжигал лесы и воздвигал горы.

Однако не одно животное дралось с Енеем. Его наездник не был дураком, он пытался оттянуть своего оппонента от союзников, а следом снова раздавить его об дружественную же линию щитов. Сначала поднять, потом растоптать. Тварь, в которую врезались острые шпоры отпрыгивала назад, тогда, на этом импульсе поднималась цепная булава, лапы существа опускались и шипастый шар на конце цепи набирал страшную силу, уносясь вперед, убивая всех, кто оказывался на пути между ним и землей. Еней, увидев, как его отбивает вперед от фронта в этом танце боя, будто бы морским прибоем, решил пойти на риск.

Тварь снова отпрыгнула, варвар, восседавший на ней зарычал, существо встало на задние лапы и в этот миг Еней с криком помчался вперед, прижавшись к своей алебарде, он сам стал алебардой, острием, палачом, гонцом смерти, убийцей и поборником. Его оружие, вылитое в чистой стали врезалось в бронзовые части доспехов на брюхе у существа, в тот же миг тварь сама завалилась со своих задних ног и своим же весом насадила себя на острие. Треснула бронза, железо же было непоколебимым. Оно прошло вглубь существа, казалось, пронзая ему сердце. Тварь завыла, алебарда задрожала, ведь существо тряслось от боли, которую ей принес, казалось бы, такой маленький человек.

Но беспорядочно размахивая лапами, чудовище попало Енею по голове, пелета отбросило на несколько метров назад и в этот миг, прямо во время падения железного воина, в него угодила и булава. Обвившись вокруг стального доспеха, она схватила воина за ногу, почти вырвав её с костью. Тварь же с пронзенной грудью в этот момент пятилась назад, древко алебарды, торчащее из неё не давало ей встать на четыре ноги и казалось, существо сейчас перевернётся и раздавит своего всадника. Однако тот, что сидел на ней, дёрнул вожжи так, что упряжка звонко ударила существу по зубам и тварь  с воем боли повернулась спиной к линии боя, а варвары, что были за ней обрубили древко застрявшей алебарды. Следом, прозвучало еще несколько криков от дикарского вождя и в один миг, фронт замер, существо с пробитым брюхом дёрнулось и побежало назад, а вместе с ним болтыхаясь о трупы по земле потащили и Енея.

Миг в поту и копоти дыма, готовые к любой уловке стояли воины Королевств, а потом откуда-то из его недр вырвался протяжный возглас.

- Впере-ед!

И лавина из тел и клинков помчалась за убегающим противником.

Однако, он оказался быстрее.

Сражаясь в жаре павшей звезды, воины смертельно устали. Люди, что были ближе всего к ангелу валились на землю, не двигаясь. Следом, уже по земле они ползли подальше от жара, по трупам, вырывая целые куски бардовой, окровавленной почвы. Враг же отступил очень быстро. Войска столкнулись в тесном поединке, не потеряв и своей восьмой части. Но воинство из стали лишилось своего брата. Еней исчез, став тенью посреди степи, а следом - только точкой на горизонте, вместе с варварской бандой.

Молитвы поутихли. Уставшие воины отходили подальше от жаркой звезды. Добивали раненых, хоронили убитых. Лишь святые не ушли. Из вера заставляло изнемогающее от духоты сердце успокоить свой бой. Сэто и другие воины стояли близь ангела. Чтили Енея. Глядели в глаза огню. Чистили оружие. Ведь новый день предвещал новую битву.