чистильщики
Ледяной ад снаружи не унимался. Градусник на стене комендатуры, казалось, сдох еще вчера, застыв на отметке, где жизнь в принципе не предусмотрена. Нил стоял посреди комнаты, затягивая на себе ремни разгрузки. Он был похож на ебаного космонавта: три слоя термобелья, свитер, две куртки, а сверху - тяжелый маскировочный халат.
- Сиди здесь, - Нил проверил затвор винтовки. Звук был сухим и коротким. - Поняла? Носа не высовывай. Ты сейчас как хрустальная ваза, один раз чихнешь - и кости в труху. Я быстро. Сбегаю до склада «Пятерочки» за углом, там заначка была.
Даша сидела на полу, обернутая в электроодеяло. Ее глаза, подернутые морозной дымкой, смотрели на него с такой тоской, что Нилу на секунду стало не по себе.
- Ты... без меня... они тебя съедят, - прохрипела она. Голос звучал как треск ломающегося льда.
- Не съедят, подавятся, - Нил усмехнулся своей коронной кривой ухмылкой, поправляя нож на поясе. - Я двигаюсь быстро, а эти мороженые куски мяса на улице сейчас медленные, как сонные мухи. Проскочу. Если задержусь - не вздумай выходить искать. Сиди и грейся, сука, это приказ.
Он вышел, хлопнув дверью. Холод мгновенно впился в лицо тысячей раскаленных игл.
Даша осталась одна. В комнате было тихо, только тихонько гудел аккумулятор, питающий одеяло. Прошел час. Потом второй. Она чувствовала через стены, как замирает мир. Мороз был таким сильным, что она ощущала его как физическую боль в своих мертвых клетках. Но сильнее боли был страх за Нила. Без нее он был просто куском теплого мяса в мире голодных теней.
Она прижалась ухом к холодной стене. Тишина. Ни выстрелов, ни криков.
- Вернись... - прошептала она в пустоту. - Пожалуйста, вернись.
Ей хотелось сорваться, выбежать босиком на этот ебаный лед, но она помнила, как Нил растирал ей руки, как матерился, спасая ее от обморожения. Она не могла его подвести. Она ждала, сжимая кулаки так, что костяшки белели еще сильнее.
Спустя три часа дверь в барак содрогнулась от тяжелого удара. Потом еще раз. Даша подскочила, отбрасывая одеяло. Суставы хрустнули, но ей было плевать.
Дверь распахнулась, и внутрь ввалился Нил. Он выглядел как оживший кошмар: масхалат в клочьях, на лице - ледяная маска из замерзшей крови и инея. Он тащил за собой тяжелый мешок, который глухо звякнул о пол.
- Живой... - выдохнула Даша, бросаясь к нему.
- Отвали... - прохрипел Нил, падая на колени. Его трясло так, что зубы выстукивали чечетку. - Дай... дай спирт... быстро...
Даша помогла ему стащить перчатки. Его пальцы были белыми, как мрамор. Она схватила бутылку, зубами вырвала пробку и плеснула ему на руки, а остатки влила в рот. Нил закашлялся, его лицо начало медленно наливаться краснотой.
- Суки... - выплюнул он вместе со сгустком крови. - Эти твари... они не замерзли. Они... они впали в бешенство от голода.
- Ты ранен? - Даша начала лихорадочно осматривать его куртки.
- Царапина... Ерунда, - Нил отмахнулся, но его взгляд был диким. - Но это не самое хреновое, малая. Я видел их. Там, у склада. Группу «чистильщиков» из центра. Они идут сюда. И у них есть огнеметы.
Даша замерла. Огнеметы для нее были единственным, что страшнее окончательной смерти. Огонь - это то, что превращает ее в пепел за секунды.
- Но подожди... - Нил вдруг замолчал и уставился на свой мешок. Мешок... шевелился.
- Нил, что ты принес? - Даша попятилась.
Нил медленно потянулся к мешку и дернул за завязки. Изнутри вывалилось что-то, обмотанное окровавленными тряпками. Это был человек. Точнее, то, что от него осталось: без рук, без ног, с зашитым ртом, но живой. Его глаза безумно вращались.
- Это подарок для тебя, Даша, - Нил поднял взгляд, и в его глазах плясали черти. - Я нашел этого ублюдка в подвале склада. Это один из тех, кто ставил на тебе опыты в «Генезисе». Я узнал его по татуировке на шее. Я притащил его тебе на ужин. Тебе нужны силы, потому что завтра мы будем жечь эту базу к хуям и уходить.
Даша посмотрела на обрубок человека. Голод, который она подавляла все эти часы, ожидая Нила, вспыхнул с новой силой. Но в этом голоде была и месть.
- Он... он делал мне больно, - прошептала она.
- Теперь твоя очередь, - Нил достал нож и протянул его ей. - Вскрой его медленно. Мне нужно, чтобы ты была на пике формы. «Чистильщики» будут здесь к рассвету. Мы устроим им такой прием, что они позавидуют мертвым.
Нил сел на пол, закурив дрожащими руками. Он смотрел на Дашу, и его харизма сейчас была пропитана чистым, дистиллированным безумием.
- Ешь, малая. Нам завтра нужно очень много ярости.
В комнате раздался первый, приглушенный зашитым ртом крик, и звук рвущейся плоти. Нил даже не поморщился. Он просто смотрел на огонь горелки, зная, что завтра мир снова сгорит, но они - они будут теми, кто держит спичку.