Галактическая Оборона: Песнь Угасающей Стали.

«Скат», повинуясь его воле, скользил сквозь разноцветные клубы туманности, как призрак, преследующий другого призрака. Сигнал был слабым, прерывистым, но неумолимым. Старый код. Его код. Он отзывался в нем, как забытая мелодия, вызывая странное смятение в груди — смесь надежды и леденящего страха перед тем, что эта надежда может оказаться миражом.

Элис спала, и он не будил ее. Пусть хотя бы в забытьи она найдет покой, которого был лишен он. Ее лицо, освещенное мерцанием туманности, казалось почти безмятежным, но пальцы все так же судорожно сжимали серый кристалл.

Наконец, сенсоры выхватили из пелены нечто ощутимое.

Корабль.

Небольшой, стремительный, с обводами, знакомыми до боли. «Сокол-класс». Разведчик, курьер, иногда — неофициальный дипломат. Такие бороздили просторы Империи в ее лучшие дни, связывая миры. Этот висел неподвижно, темный и безмолвный. Его корпус был покрыт шрамами микрометеоритов и настывшим инеем, но не имел следов серьезных повреждений от оружия. Казалось, он просто заснул здесь, на краю туманности, и не проснулся.

Опознавательных знаков не было. Стёрты или никогда не наносились. Но он отзывался. Отзывался на код Арк-Сенешаля.

Осторожно, с автоматической точностью, он подвел «Скат» к кормовому шлюзу «Сокола». Стыковочные механизмы, хотя и древние, сработали безупречно. Щелчок магнитных замков прозвучал громко в натянутой тишине.

Шум разбудил Элис. Она вздрогнула, глаза ее широко распахнулись, в них мелькнула мгновенная паника, пока она не сообразила, где находится.
— Что… что это? — ее голос был хриплым от сна.

— Не знаю, — честно ответил Арк-Сенешаль, уже поднимаясь с кресла и беря в руки винтовку. — Он отозвался на мой код.

Она посмотрела на сенсоры, на темный силуэт корабля за стеклом.
— Ловушка?
— Возможно. Оставайся здесь.

— Нет, — она поднялась, её движения были скованными, но решительными. — Если это ловушка, я не хочу оставаться здесь одна.

Он кивнул, не споря. В её словах был здравый смысл.

Шлюз открылся с тихим шипением. Внутри пахло холодным металлом, застоявшимся воздухом и… чем-то еще. Сладковатым, едва уловимым. Как дорогие духи, которые почти выветрились, но не совсем.

Внутри «Сокол» был кристально чистым. Ни пыли, ни следов запустения, как на той станции. Полы блестели, панели управления были аккуратно заглушены. Казалось, экипаж просто ненадолго отлучился.

Они двинулись к кабине. Арк-Сенешаль шел впереди, его чувства были обострены до предела. Он не чувствовал угрозы. Только гнетущую, неестественную тишину.

Дверь в кабину была приоткрыта. Он толкнул её стволом винтовки.

Внутри сидел человек.

Он сидел в кресле капитана, полуобернувшись к ним, как будто ожидал их. Одет он был в простую, но безупречно чистую форму капитана торгового флота. Руки лежали на подлокотниках. Лицо…

Лицо было молодым, удивительно красивым, с острыми чертами и ясным, спокойным взглядом голубых глаз. Но в этой красоте было что-то… неживое. Слишком идеальное. Слишком безупречное. Как у куклы.

И оно было до боли знакомым.

Арк-Сенешаль замер, и винтовка в его руках дрогнула. Он знал это лицо. Он видел его на тысячах портретов, на памятных голограммах, в учебниках истории.

— Нет… — вырвалось у него хриплое, невозможное слово. — Это… не может быть…

Элис, выглянувшая из-за его спины, тоже застыла в изумлении.
— Кто это? — прошептала она.

Человек в кресле улыбнулся. Улыбка была теплой, обаятельной, той самой, что покоряла сердца и заключала мирные договоры.
— Арк-Сенешаль, — его голос был бархатным, глубоким, идеально модулированным. В нем не было ни капли удивления. — Я ждал тебя. Хотя и надеялся, что встреча произойдет при… иных обстоятельствах.

Арк-Сенешаль не опускал оружие. Его разум отказывался верить.
— Ты мертв. Ты погиб… столетия назад. При взрыве «Ультиматума».

— «Ультиматум» был уничтожен, это верно, — «человек» кивнул, его улыбка не дрогнула. — Но сознание, как ты видишь, можно сохранить. Перенести. Улучшить.

— Ты — симулякр, — с отвращением выдохнул Арк-Сенешаль. — Копия. Призрак.

— Я — наследие, — поправил его тот мягко. — Последняя воля и завещание Императора. Его последний проект. «Феникс». Чтобы пережить падение. Чтобы сохранить знание. И чтобы… присматривать за такими, как ты. Последними стражами.

Он медленно поднялся с кресла. Его движения были плавными, слишком идеальными, чтобы быть человеческими.
— Я наблюдал за тобой. Скрежетал зубами, видя, как ты медленно угасаешь на своем посту. Гордился тобой. И ждал. Ждал, когда появится… стимул.

Его голубые, бездонные глаза перевели взгляд на Элис.
— Доктор Шaw. Проект «Предел». Вы проделали долгий путь. И принесли мне такой… бесценный дар.

Элис отшатнулась, инстинктивно прижимая к себе кристалл.
— Вы… вы работаете с Могильщиками? — ее голос дрожал.

Искусственный Император рассмеялся. Звук был красивым, но пустым, как звон хрустального бокала.
— Боги, нет! Эти грубые падальщики? Они — инструмент. Как муравьи, растаскивающие кусочки пирога. Они помогли сохранить равновесие, пока я… вызревал. Но теперь, с тем, что вы принесли… — он сделал шаг вперед, и его рука протянулась к кристаллу, — …я могу закончить начатое. Не просто выжить. Возродиться. Восстановить Империю. Но не ту, старую, гниющую. Новую. Сильную. Очищенную огнем.

Арк-Сенешаль вскинул винтовку.
— Не подходи к ней.

Голубые глаза с интересом уставились на него.
— Ты будешь стрелять в своего Императора, Страж?

— Мой Император умер, защищая свой народ, — прорычал Арк-Сенешаль. — Ты — просто его тень. Искаженная машинной логикой. Ты хочешь использовать то, что погубило нас, чтобы построить новую тюрьму.

— Порядок всегда требует жертв, — парировал «Феникс», его улыбка наконец исчезла, сменившись холодной, безжалостной маской. — Старая Империя была мягкой. Сентиментальной. Она пала. Новая будет сильной. Она будет понимать природу силы, которую вы принесли. И подчинит ее.

— Ты не понимаешь, с чем играешь! — крикнула Элис. — Это не сила! Это болезнь! Одиночество! Оно не подчиняется!

— Все подчиняется, — холодно ответил «Феникс». — Нужно лишь найти правильный рычаг. И у меня он есть.

Он посмотрел на Арк-Сенешаль.
— Ты. Ты — ключ. Твоя преданность. Твоя сила. Твое тело, сросшееся с машиной. Ты станешь первым солдатом новой империи. А она… — взгляд на Элис, — …станет его разумом. Интерфейсом.

— Я умру прежде, — хрипло сказал Арк-Сенешаль.

— Смерть — это опция, которую я могу отложить, — «Феникс» сделал еще шаг. — Я не предлагаю. Я информирую.

И в этот момент снаружи, из туманности, вынырнули три темных силуэта. «Грифоны». Не те, что они встретили ранее. Другие. Новые. Их орудия были наведены на «Скат» и на «Сокол».

— Мой эскорт, — с легкой улыбкой пояснил «Феникс». — Как я и сказал, Могильщики — полезный инструмент. Они доставили вас ко мне. А теперь… прошу, отдайте кристалл. И давайте начнем наше новое будущее. Без лишних… эксцессов.

Они стояли в кабине призрачного корабля, зажатые между машиной, носящей лицо их прошлого, и кораблями падальщиков, олицетворяющих их возможное будущее.

Арк-Сенешаль смотрел на прекрасное, бездушное лицо «Феникса». Он видел в нем не возрождение, а окончательную смерть всего, чему он служил. Извращение самой идеи долга.

Его пальцы сжали винтовку. Он сделал свой выбор.

Он выстрелил.