Глава 17
· ✦•······················•✦•······················•✦
Я вперила в драконицу свой взгляд. Из-за темного неба над нашими головами она казалась такой же чёрной, как Тэйрн, однако в свете луны отливала синевой. Жёлтые глаза цвета литого золота неотрывно смотрели на меня с небольшим прищуром. Она лениво покачивала своей головой, подобно змее.
Возможно другие бы уже в обморок упали от одного её вида, но лично я завелась ещё больше: как я могла не заметить такую деталь!
«Хватит молчать, маленькая всадница. Я знаю о чём ты думаешь» - пророкотала она.
Внезапно я так обрадовалась, что мы находимся на этой тайной поляне в одиночестве, потому что от возмущения хотелось вопить.
«Так ты не отрицаешь, что была драконом моей матери?» - слова обожгли горло. Если моя теория верна, то это поменяет абсолютно всё. Моё прошлое, мое будущее, саму суть моей связи с Вольтхарой.
«Не говори ерунды, дитя...»
- Не ври мне! – я разрушила тишину ночи и громко вскрикнула, размахивая руками. Мне было так обидно. Так больно. – Ты мне столько недоговариваешь! Что ты имела ввиду под тем, что знаешь Азулу?! Я не забыла, как ты сказала это в день Молотьбы. И почему ты так долго отказывалась транслировать мне?! Ты говорила, что тебе нужно что-то обдумать! Что? Я помню дракона матери, помню, что он был синим. Таких теперь очень немного в Наварре. Скажи правду! Хоть раз не увиливай, а скажи мне правду!
Я так сильно кричала, что даже не заметила, что печёт не только горло, но и глаза. Из них катились редкие слёзы, а я не могла даже определить их причину. Не знаю, что это было за противное ощущение, но внутри меня как будто всё было осквернено. Наверно это и ощущают, когда предает дорогой человек. Ну, или дракон.
Несколько минут мы провели в тяжелом молчании. Этого времени хватило, чтобы я снова взяла себя в руки и вытерла лицо. Вольтхара взирала на меня, словно заглядывала в саму суть моей души, но на этот раз в её взгляде не было привычного презрения. Только необычайная, пугающая задумчивость.
«Я была драконом Талии Драгомир», — наконец пророкотала она. — «Я была связана с твоей матерью до её последнего вздоха».
Я потеряла дар речи. Это было самым очевидным решением задачки, но я до последнего гнала эту мысль, считая её невозможной.
- Но... это же запрещено, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Всадники говорят, что драконы никогда не выбирают родственников своих бывших партнеров. Прямая наследственность — это табу.
«Запрещено», — подтвердила Вольтхара. — «Совет старейшин запрещает это уже сотни лет. Память крови слишком сильна. Когда мы связываемся с кем-то из того же рода, узы становятся нестабильными. Это риск, на который почти никто не идет. Обычно такой всадник либо сходит с ума, не выдержав отголосков чужой памяти в своей голове, либо получает вторую печать».
- Но я не сошла с ума, — я сделала шаг к ней. — И у меня нет второй печати.
«Нет. У тебя третий вариант, Кассандра. Твоя печать — Сифон — стала в разы мощнее, чем должна быть. Наследственная связь усилила твой дар до опасного предела. Ты не просто поглощаешь магию, ты способна приумножать её в количестве. Именно поэтому тобой так интересуются.».
Я замерла, осознавая масштаб того, что она сказала. Моя сила была аномалией, порожденной нарушением древнего закона. На секунду я даже ощутила рвотные позывы. Словно на меня наклеили ярлык «дефектная».
«Ты так похожа на Талию... Иногда я вижу в тебе её. Такая же смелая, вольная, непокорная. В тебе от матери куда больше, чем ты думаешь и, должна признать, это меня пугает.» - синяя сделала паузу, погружаясь в воспоминания, и внезапно поделилась ими со мной. Перед глазами всплыл образ: юная рыжеволосая девушка смеется, и на её щеке проступает знакомая ямочка. Она была так похожа на меня, что мне показалось, будто я смотрю в зеркало. Но глаза мамы были зеленоватыми, искристыми, а мои — угольно-черными, как у отца. Образ растаял, возвращая меня на холодную поляну. – «Ты знаешь, как она погибла?»
«Нет. Азула не допустила меня к протоколам.» - я качнула головой, радуясь, что могу говорить мысленно: не думаю, что хватит сил вновь открыть рот.
«Она была владелицей молний, прямо, как твоя подружка Сорренгейл. Её печать была сильна и непредсказуема. Она возложила на себя слишком много в том бою и перегорела. Я хотела закончить её дело в том бою и уйти вместе с ней, но она не дала. Талия погибла из-за своей самонадеянности, глупости и излишней смелости. Именно поэтому я долго сомневалась выбирать ли тебя.»
Гнев вскипел во мне. Хотелось одернуть её, чтобы она не говорила так о моей матери, но я заставила себя просто слушать.
«Я не уверена, что переживу, если потеряю тебя, маленькая всадница. Не переживу также, как не пережила бы смерть Деи. Мы с тобой одно целое, я чувствую это. Вместе мы способны разрушить это королевство, и только такие, как Лиам и Деи удерживают нас. Мы опасны, но мы не враги друг другу, маленькая всадница.»
Я кивнула. Ощущение было такое, будто в груди затянулась старая рана. Я больше не искала ответов о прошлом матери — Вольтхара дала мне всё, что нужно. Она опустила голову, коснувшись носом моего плеча. Этот жест был непривычно ласковым для драконицы. Я положила ладонь на её холодную чешую и глубоко вздохнула. Особой силы сифона не требовалось – при одном прикосновении я чувствовала волны от её силы. Сейчас они помогали мне сохранять почву под ногами. Боль от предательства осела и притупилась. Я понимала, почему Вольт так поступила и была уверена, что сама сделала бы тоже.
Однако одно было решено точно:
- Никаких больше секретов. – строго произнесла я. Синяя выпустила пар в знак согласия. Через пару секунд она снова выпрямилась, поднимаясь во весь рост. Я невольно ахнула, когда поняла, насколько низко ей нужно было склониться, чтобы дотянуться до меня.
«Тебе пора возвращаться. Завтра будет сложный день.»
Я кивнула. Завтра будет день, когда восторжествовал Малек, но который почему-то любят праздновать и называть «Днём Воссоединения».
· ✦•······················•✦•······················•✦
Глядя в зеркало, я сдернула с волос резинку. Тёмно-рыжие волосы, волнами спали на парадную форму. Сегодняшний день был особенным, и ради него я нарядилась в полуплащ, с выделявшимися заостренными плечами. Подол доходил до талии, а дальше расходился, словно юбка, открывая брюки. Плащ был из тёмной кожи, с элементами, схожими на драконью чешую. Серебряные застёжки придерживали чёрную атласную ленту, на которой было вышито имя и звезда первокурсника.
- Я не сломаюсь. Не сегодня, — выдохнула я своему отражению, стараясь заглушить мысли, которые заставляли горло сжиматься.
Когда я вышла во двор, праздник уже был в разгаре. Толпа поглотила меня мгновенно. Черные мундиры всадников почти терялись в массе бледно-синих халатов целителей, бежевых одежд писцов и темно-синей формы пехоты. Здесь собралась вся академия.
В воздухе витало тысячи магических огней, а стены Басгиата были покрыты роскошным бархатом, и плац преобразовался в бальный зал. В углу даже играл струнный квартет.
Глазами я попыталась найти кого-то из друзей, но вокруг сновали только незнакомцы. Внезапно ладони стали влажными, а сердце пустилось вскачь. Только не сейчас.
Нужно было пойти с друзьями. Может, в компании мне было бы проще притворяться. А теперь я одна в этом лабиринте, и мне банально не хватало воздуха. Дыхание стало прерывистым, коротким. Я проталкивалась сквозь толпу, но казалось, что люди смыкаются вокруг меня еще плотнее. Я никогда не считала себя социофобом или типа того, но, как я уже говорила, сегодняшний день был особенным.
Я уже была готова развернуться и сбежать, когда буквально врезалась в Ридока.
- Касс, ты как? – спросил он. Отвечать не обязательно: по его лицу уже видно было озабоченность и беспокойство. Он взял меня за плечи и повел прочь от толпы, что-то попутно приговаривая.
Мы вышли к краю двора, оказавшись почти рядом с самим оркестром.
- Зачем ты вообще пришла? – недоуменно воскликнул он, заглядывая в мои глаза. Я специально опустила их.
- Азула бы выволокла меня в любом случае, - тихо пробормотала я, не спуская взгляда с пола. Я обхватила себя руками, словно это помогло бы мне унять озноб.
- Это идиотизм! Заставлять тебя идти на празднование дня смерти твоих родителей – настоящий садизм! Почти никто из меченных не пришёл сюда, даже Ксейден. – Ридок ругался так громко, что ближайшие кадеты бросили на нас любопытные взгляды. Гэмлин, не меняя тона, посоветовал им валить подальше, и те быстро скрылись.
На слова парня я не нашла что сказать, однако я зацепилась за его последние слова и вскинула голову с округлёнными глазами.
- Лиам? – догадаться было не трудно. Кто ещё пойдёт на праздник, если здесь будет вся академия, включая Сорренгейл.
Ридок кивнул. И я почувствовала ниточку надежды. Мне просто необходимо увидеться с Лиамом. Ему тяжело, я знала это. Но со мной ему будет проще. Я помогу ему и, возможно, отвлекусь от своих проблем. Внутри что-то щелкнуло. Паника отступила, сменившись четкой целью. Лиаму там было не легче, чем мне. Даже если он улыбался и вел себя как идеальный кадет, я знала это.
Я кивнула Ридоку и решительно шагнула обратно в толпу, проигнорировав его возмущенный оклик. Теперь у меня была задача, и это помогало сосредоточиться. Лиам стал для меня якорем.
«Решила развить синдром спасателя?» - хмыкнула Вольт.
«Лучше уж так, чем если я рухну в обморок при всей академии» - ответила я ей.
Внезапно толпа передо мной начала расступаться. Я замедлила шаг, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Не могли же они настолько меня бояться?
Ответ появился через секунду. Из-за колонны вышел король Таури в сопровождении Азулы и Лилит Сорренгейл. Пурпурная лента на дублете короля была увешана медалями, которые, я была уверена, он никогда не заслужил в бою. Я подавила тошноту и перевела взгляд на тетю.
Сегодня она выглядела необычайно эффектно. Строгий образ, распущенные темные волосы — Азула выглядела на свой возраст, а не старше, как обычно. Она шла с прямой спиной, воплощение власти и холодного расчета.
При виде этой троицы к горлу снова подкатил ком. Азула сейчас смотрела на меня, словно этот день был особенным только из-за приезда короля, но я знала, что она чувствует такую же боль. Мысль о том, что она скрывает свои страдания лучше, чем я, помогла собраться.
- Ваше величество, - пробормотала я, заводя ногу в реверанс.
- Здравствуй, Кассандра, рад снова видеть тебя. С последней нашей встречи ты сильно изменилась. Во дворце ходят слухи, что именно ты оседлала Вольт, - он покровительственно улыбнулся, считая свою улыбку знаком дружелюбия. Он и догадываться не мог, что меня сейчас вырвет прямо на него.
В глубине моего разума послышался угрожающий рык.
- Драконы не рабы, - это вырвалось резче, чем я ожидала, так что пришлось натянуто улыбнуться и добавить: - Дело в том, Ваше величество, что в тандеме драконов и всадников главными являются первые. Как бы нам не хотелось обратного, именно они будут выбирать нас, а не мы их.
Король рассмеялся, и я позволила себе облегченно выдохнуть. Я только что прошлась по краю. Нельзя портить с ним отношения ни в коем случае.
- Смотрю, Азула, ты хорошо готовишь племянницу к выполнению соглашения, - всё ещё посмеиваясь, обратился он к полковнику. При упоминании договора моё сердце пропустило удар. Это была старая история, которую я стараюсь не вспоминать. Однако она непременно настигнет меня в ближайшем будущем.
- Всё верно, Ваше величество. Вольт будет ценным приобретением для нашей армии, - подтвердила Лилит. Её глаза упали на меня. – Кассандра же способна копировать и преумножать чужие силы. Лишь самому Малику известно, как сильно можно развить её способности.
- Потрясающе, - снисходительно кивнул Таури. - У вас, мисс Драгомир, большое будущее.
Я подавила желание сострить: «Я могла бы быть и самым обычным кадетом без магии и всё равно имела бы большое будущее, которое вы за меня выбрали». Однако промолчала.
Вместо этого я выдавила притворную улыбку, но тут же её сбросила: в наш круг бесцеремонно ввалился еще кто-то. Обернувшись, я увидела Боди. Он лениво улыбался королю, но я успела поймать его быстрый, оценивающий взгляд на мне. Я не могла поверить, что он решился на такую наглость прямо здесь. Гости вокруг зашептались, генерал Сорренгейл опасно прищурилась.
- Ваше величество, — Дюрран склонился в поклоне, но я, знающая этикет наизусть, заметила, сколько в этом жесте было пренебрежения. Было даже слегка забавно слышать это обращение от него, учитывая, что это моё прозвище. К моему полнейшему удивлению, шатен обернулся прямо ко мне с протянутой рукой: - Кадет Драгомир, не откажете мне в танце?
Сердце пустилось в галоп при мысли о свободе, но я заставила помедлить с ответом и дернула головой в сторону тёти. Азула была в ярости. Я поняла это по её подогнутым губам. Однако она ничего не сказала, либо из-за того, что рядом был король, либо не хотела развивать эту тему на публике. Генерал Сорренгейл тоже была недовольна, однако это не было связано с неприязнью к меченым напрямую. Таури выглядел ошарашенным, но быстро справился с собой, изобразив умилённую рожу. Могла поспорить, что его глубоко возмутила данная дерзость.
- Вперед, Кассандра, не отказывай юноше. – сказала Азула. По её губам скользнула притворно вежливая улыбка, однако я не смогла скрыть облегчения. Пусть она отчитает меня позже, но сегодня я свободна.
Я повернулась к Боди и вложила в его руку свою ладонь, ощутив тепло. Не став медлить, Дюрран мгновенно вывел меня из круга, вовлекая в шумную толпу. Мы остановились где-то в центре, где ещё пара других кадетов плавно вальсировали. Среди них я увидела Квинн и Сойера, прихвативших себе писцов.
Рука Боди легла мне на талию, я обхватила его за шею. Мы медленно задвигались в такт музыке. Боди, в отличие от остальных, не особо заморачивался с парадной формой: просто сменил футболку на чистую рубашку. В остальном он был таким же, как обычно, если не считать слишком серьезного лица.
- Почему все сегодня смотрят на меня как на инвалидку? — нахмурилась я.
- Потому что ты на неё и похожа, — отрезал он. — Бледная, болезненная. Внешне ты выглядишь превосходно, но это совсем не та Касс, которую я знаю. Ты ледяная.
Я потёрла сжатые ладони, и, к полнейшему изумлению, отметила, что он прав. Ничего не ответив, я вздохнула.
- Спасибо, что вытащил. Я думала, что просто задохнусь там, пока Таури будет рассуждать о моем «большом будущем».
- Не благодари. Это не совсем моя идея, — Боди хитро прищурился. — Я просто выполняю роль прикрытия.
- О чем ты?
Вместо ответа он внезапно сменил темп. Музыка стала чуть громче, и Боди, резко крутанув меня на месте, направил в сторону большой колонны, украшенной драконьей резьбой.
- Приятного вечера, Ваше величество, — шепнул он и просто отпустил мою руку.
Я по инерции сделала пару шагов назад, теряя равновесие в этой сутолоке, и спиной врезалась в кого-то. Но вместо холодного камня я почувствовала тепло. Сильные руки мгновенно перехватили меня за талию, не давая упасть, и притянули к широкой груди.
Я вскинула голову, и сердце, которое до этого колотилось от паники, вдруг успокоилось.
- Лиам!
Я обхватила его шею, вцепившись в воротник его мундира. Это не был танец, как с Боди. Я просто прижалась к нему, пряча лицо у него на плече. Лиам был теплым, надежным, и от него пахло домом. Он приподнял меня над землей на несколько секунд, позволяя мне просто повиснуть на нем и перевести дух. На секунду в голове прозвучал голос старой Касс, который посоветовал никогда не выказывает слабость и оставаться независимой. Однако я достойно ответила ему: я сильная, я смелая, я продержалась этот вечер, как держалась и в прошлые годы. Просто теперь я не одна и я не обязана быть в этот вечер одной.
- Я здесь, — его голос прозвучал прямо над моим ухом, низкий и спокойный. — Всё хорошо, Кейси. Дыши.
Он поставил меня на ноги, но рук не убрал, продолжая удерживать за талию. Майри выглядел идеально в своей форме, но в его глазах я видела ту же усталость, что была у меня. Сегодняшний праздник был для нас обоих пыткой, и то, что он нашел силы прийти сюда ради меня, значило больше любого подарка.
- Ты подговорил Боди? — я наконец-то смогла нормально вдохнуть. Вопрос был скорее риторическим, но на секунду лицо парня омрачилось.
- Прости, это я должен был вызволять тебя оттуда. Это неправильно, что Боди... — Я оторвала руку с плеча блондина и заткнула ему рот. В ответ на вопросительный взгляд я качнула готовой. Он не виноват, так что ему не за что оправдываться. Я убрала руку и Лиам чуть улыбнулся, эта улыбка была единственным настоящим, что я видела за весь вечер. — Ты как? Ридок сказал, что ты чуть не упала в обморок.
- Теперь лучше, — я положила руки ему на плечи, и мы начали медленно кружиться, почти не сдвигаясь с места. — Но я хочу уйти. Прямо сейчас. Мне плевать на Азулу, на короля, на всё это.
Лиам кивнул, не раздумывая ни секунды. Его пальцы крепко сжали мою ладонь.
- Тогда уходим. Если кто-то спросит, скажешь, что тебе стало плохо. Это даже не будет ложью.
Он повел меня сквозь толпу, аккуратно прикрывая своим плечом от случайных толчков. Когда мы миновали арку выхода и прохладный ночной воздух коснулся моего лица, я почувствовала, как тяжесть праздника наконец-то спадает.
Мы шли по длинным переходам цитадели, и с каждым шагом музыка за спиной становилась всё тише, превращаясь в невнятный гул. Прохладный воздух пустых коридоров действовал успокаивающе.
Лиам не отпускал мою руку. Его ладонь была горячей, и это тепло медленно возвращало меня к жизни, прогоняя тот холод, о котором говорил Боди.
- Подожди, — я остановилась у одного из глубоких оконных проемов, выходящих на ночную сторону долины. — Дай мне минуту.
Я оперлась о холодный подоконник, жадно вдыхая ночной воздух, которого так не хватало в высшем обществе. Майри встал рядом, загораживая меня от открытого коридора, по которому иногда шныряли кадеты. Он не задавал вопросов, не пытался утешить дежурными фразами.
- Азула будет в бешенстве, когда поймет, что я не вернулась, — я криво усмехнулась, глядя на далекие огни внизу.
- Плевать на Азулу, — спокойно отозвался Лиам. — Король не может требовать от тебя невозможного. Не может заставить прибывать там весь вечер, хоть ты и не хочешь.
Внезапно мне так захотелось рассказать Лиаму о том договоре, рассказать, что он не прав. Выкрикнуть, какова несправедливость... Но нельзя. Я прикусила язык. Мы безусловно поговорим о моих проблемах, когда будет нужное время. Вместо этого я вымолвила общую суть:
- Отвратительные люди. Отвратительный день.
Он протянул руку и аккуратно поправил прядь волос, выбившуюся из моей прически. Его пальцы на секунду задержались у моего виска. В этом жесте было столько нежности, что мне наконец-то захотелось по-настоящему улыбнуться. Мы прошли долгий путь от взаимных колкостей и подозрительности до этого момента в пустом коридоре.
- Ты выглядишь очень красиво в этой форме, — добавил он, и в его голосе проскользнула та самая игривость, которая всегда выбивала меня из колеи, но не сегодня. Я так привыкла к его желанию вечно смущать меня, что в какие-то моменты даже перестала обращать внимание. – Впрочем, ты и в той кровавой пижаме ничего была.
Я тихо рассмеялась. Пусть смех был облегченным и обрывистым, но честным. Тяжесть в груди стала почти незаметной.
Мы двинулись дальше по коридорам, пока не зашли в общежития. Когда мы дошли до моей двери, я на секунду задержалась.
- Зайдешь? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Лиам кивнул, и мы перешагнули порог. Я сразу зажгла магический фонарь, и комнату залил мягкий янтарный свет. Стало как-то уютнее, но при виде кровати на меня накатила усталость.
- Боги, сними с меня это, — я потянула за застежки парадного плаща, который теперь казался неподъемным. — Чувствую себя экспонатом в музее.
Лиам хмыкнул, подходя ближе. Он помог мне распутать ремешки на плечах, и когда тяжелая кожа упала на пол, я наконец-то смогла нормально вздохнуть. Я присела на край кровати и начала стаскивать сапоги.
- У меня ноги просто отваливаются. Как ты вообще выстоял там весь вечер?
- Привычка, — блондин сел рядом, помогая мне со вторым сапогом. Его пальцы на секунду задержались на моей лодыжке, и я почувствовала, как по коже пробежали мурашки. — И мысль о том, что после этого я увижу тебя.
Я подняла на него взгляд. Он смотрел на меня без своего обычного «защитного» выражения лица. Мне нравилось это. Нравилось то, что Майри видел меня, как равную, а не ту, кого нужно защищать. Он считал меня сильной, даже когда я себя такой не считала.
- Ты выглядишь чертовски хорошо в этой форме, Майри, — признала я, подаваясь чуть ближе. — Но без неё тебе будет лучше.
Он тихо рассмеялся, притягивая меня к себе. Наши губы соприкоснулись, и мы одновременно поднялись на ноги, чтобы углубить его.
- Кассандра Драгомир, ты когда-нибудь бываешь не такой прямолинейной?
На мгновение меня удивило, что парень назвал меня по полному имени, и я не почувствовала к нему отвращение. И в ту секунду, я решила, что Лиам будет единственным, кому это позволено. Он будет тем, от кого слышать "Кассандра" - не отвратительно.
- Редко, — я обхватила его шею руками, чувствуя, как от этих голубых глаз становится теплее. — Но сегодня у меня нет сил на игры.
Всё произошло как-то само собой. Мы начали целоваться — сначала осторожно, словно прощупывая почву, но очень быстро всё переросло в тот самый жадный, требовательный ритм, который преследовал нас с Монсеррата. Только теперь в голове было ясно.
Лиам аккуратно сдвинул ворот моей тонкой рубашки, обнажая ключицу и след в виде дракона.
- Синий тебе идет гораздо больше, чем черный, Драгомир, — добавил он, и его губы коснулись отметины. Я шумно выдохнула, разворачиваясь в его руках.
- Хватит болтать, Майри.
Я потянулась к пуговицам его мундира. Лиам помогал мне, и через минуту тяжелая ткань полетела на стул вслед за моим плащом. Когда он остался в одной расстегнутой рубашке, я положила ладони ему на грудь, чувствуя под пальцами не только жар кожи, но и неровные полосы шрамов — память о тренировках, наказаниях и том пути, который он прошел как «меченый».
- Сколько из них новые? — спросила я, обводя пальцем длинный след на его боку.
- Неважно, — выдохнул он, притягивая меня к себе так близко, что между нами не осталось даже воздуха. — Сейчас важно только то, что мы здесь.
Всё произошло быстро и одновременно невыносимо медленно. Мы избавлялись от остатков одежды, путаясь в пряжках и матерясь, когда что-то не поддавалось. В комнате стало жарко. Это не было похоже на Монсеррат. Там нами двигал инстинкт, первобытная страсть драконов. Сейчас же я видела каждую тень на его лице, чувствовала, как его горячие ладони сжимают мои бедра, и осознавала каждое движение. Лиам был напористым, но в каждом его жесте сквозила смесь нежности и умелости. Он определённо был знатоком дела, но ведь и я не отставала. Я впивалась ногтями в его плечи, дразнила, ловя его вдохи своими губами. Иногда парень даже давал мне шанс побыть сверху, но вскоре вновь занимал лидирующие позиции. Я не сильно громко возражала, ведь Майри почти сразу же находил способ задобрить и удовлетворить меня.
Когда всё закончилось, мы еще долго лежали, не в силах пошевелиться. Лиам притянул меня к себе, накрывая нас обоих одеялом. Я устроилась у него на плече, чувствуя себя абсолютно опустошенной, но в самом хорошем смысле этого слова. Фонарь на тумбочке всё еще горел, бросая теплые блики на потолок.
- Хэй, — негромко позвал он, перебирая мои растрепанные рыжие волосы.
- М-м? — я лениво приоткрыла один глаз. — Если ты сейчас скажешь, что тебе пора идти охранять Вайолет, я тебя убью.
Лиам тихо рассмеялся, и этот звук заставил меня улыбнуться в ответ, ощутив облегчение: значит, моё шуточное предположение неверно. Даже знать не хочу, что было бы, если бы он ушёл сейчас.
- Ты в порядке? — спросил он, убирая прядь с моего лба.
- Решил сделать это нашей коронной фразой? — я потянулась, чувствуя приятную ломоту в мышцах. — Да, я чувствую себя прекрасно. Ты отличная грелка, Майри. Признаю.
Я опустила взгляд на его руку, которая лежала у меня на талии. В слабом свете фонаря чёрные линии его метки казались темнее и сильно контрастировали со светлой кожей. Я провела по ним кончиком ногтя, прослеживая острый завиток на предплечье.
- Знаешь, Майри, в начале года меня бесила твоя метка, - будничным тоном начала я. Брови парня взлетели вверх, но на губах появилась улыбка. Мне стало ещё тяжелее вести этот притворно серьёзный разговор. - А теперь... теперь она кажется мне сексуальной. Серьёзно, она тебе так идёт, что это даже бесит. Видимо, у меня окончательно испортился вкус, раз меня теперь заводят «проблемные парни» с криминальным прошлым.
Лиам фыркнул, перехватил мою ладонь и коротко поцеловал её. Я улыбнулась и уткнулась носом в его плечо. В комнате было так спокойно и... просто. Я чувствовала себя так хорошо, что даже мысли об Азуле и завтрашних тренировках казались чем-то далёким и неважным. Кажется, я начала понемногу проваливаться в сон под мерный стук его сердца.Лиам поудобнее устроил голову на подушке и, не открывая глаз, совершенно буднично пробормотал:
- Знаешь, — он коротко усмехнулся, глядя в потолок, — ты та еще заноза, Драгомир. С тобой вечно одни проблемы. Наверное, поэтому я тебя и люблю. Даже забавно, что именно я больше всех был сосредоточен на службе, а в итоге вляпался по самую голову.
Он выпалил это так просто, так буднично, будто это была самая очевидная вещь в мире, о которой он думал весь вечер. Словно слова сами сорвались с губ раньше, чем он успел включить своего внутреннего цензора. Лиам сам на мгновение замер, кажется, только сейчас осознав, что именно он только что произнес.А у меня внутри в ту же секунду всё просто рухнуло. Весь уют, всё это прекрасное спокойствие испарилось, как и не было. Сердце сделало тяжелый, болезненный кувырок и провалилось куда-то в желудок, оставив в груди холодную пустую дыру. Паника ударила в голову резким разрядом. Это было слишком. Слишком честно, слишком серьезно.
«Вот дерьмо», — подумала я.
· ✦•······················•✦•······················•✦