💙🖤💙30💙🖤💙
Чимин готов. Он входит в комнату, вооруженная не пистолетом или ножом, а планом, составленным прошлой ночью. Тэхён говорил, что третья ступень посвящена интеллектуальной подготовке… разработке стратегий по преодолению страхов.
"Жаль, я не знаю, в каком порядке последуют страхи. "
Парнишка покачивается на пятках и ждёт первого страха. Есу уже не хватает воздуха.
Земля под ногами меняется. Трава вырастает из бетона и колышется на ветру, которого омега не чувствует. Зеленое небо сменяет голые трубы над головой.
Чими слушает птиц и чувствует свой страх, учащенное сердцебиение и недостаток воздуха как нечто далекое, но не существующее в его сознании.
"Тэхён сказал, что я должен понять смысл этой симуляции. Он был прав: дело не в птицах. Дело в контроле."
Крылья хлопают над его ухом, и вороньи когти впиваются в плечо.
На этот раз младший не бьет птицу со всей силы. Он приседаеь, слушая рокот крыльев за спиной, и проводит рукой по траве, над самой землей.
"Что противостоит бессилию? Сила. И я впервые почувствовал себя сильным в лагере Бестрашия, когда держал пистолет."
В горле встает комок, и парнишка хочет, чтобы когти убрались. Птица верещит, и у Чими сводит живот, но затем он нащупывает в траве что-то твердое и металлическое.
"Мой пистолет."
Чими наставляет пистолет на птицу на плече, и она срывается с футболки взрывом крови и перьев. Омега поворачивается на пятках, целясь в небо, и видит снижающуюся стаю темных перьев.
Пак нажимает на спуск, снова и снова стреляя в море птиц над головой, наблюдая, как их темные тушки осыпаются на траву.
Пока омега целится и стреляет, его настигает тот же прилив сил, что и в первый раз, когда он держал пистолет. Сердце перестает бешено колотиться, и поле, пистолет и птицы тают. Парнишка снова стоит в темноте.
°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°
Он переступает с ноги на ногу и слышит скрип. Чими приседает и проводит рукой по холодной гладкой поверхности — стеклу. Со всех сторон его ладони встречают стекло.
"Снова аквариум. "
Чими не боится утонуть.
"Дело не в воде, дело в невозможности спастись из аквариума. Дело в слабости. Надо просто убедить себя, что я достаточно сильный, чтобы разбить стекло."
Загораются голубоватые огни, и на пол сочится вода, но омега не позволит симуляции зайти слишком далеко. Он бьёт ладонью по стенке перед собой в ожидании, что стекло расколется.
Ладонь отскакивает, не причиняя никакого вреда.
У младшего учащается пульс.
" Что, если прием, сработавший в первой симуляции, не работает здесь? Что, если я могу разбить стекло только под давлением? "
Вода поднимается выше лодыжек, хлещет все быстрее с каждой секундой.
" Надо успокоиться. Успокоиться и сосредоточиться."
Чими прислоняется к стене за спиной и со всей силы бьёт ногой. И еще раз. Он ушибает пальцы, но ничего не происходит.
"Есть и другая возможность. Можно подождать, пока вода наполнит аквариум… она уже поднялась до колен… и постараться успокоиться, пока буду тонуть. "
Младший обхватывает себя руками, стоя у стены, и качает головой.
" Нет. Я не могу позволить себе утонуть. Не могу."
Пак сжимаю кулаки и молотит по стене.
"Я сильнее стекла. Стекло тонкое, как свежая корочка льда. Мой разум сделает это правдой. "
Омежка закрывает глаза.
"Стекло — это лед. Стекло — это лед. Стекло — это…"
Стекло трескается под рукой, и вода льется на пол. И возвращается темнота.
Пак встряхивает руки.
"Это препятствие должно было оказаться простым. Я уже сталкивался с ним в симуляциях. Нельзя больше терять время подобным образом."
°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°
Сбоку ударяет что-то вроде сплошной стены, выбивая воздух из легких, и Чими падает навзничь, задыхаясь.
Он не может плыть.
В реальности такие огромные, такие могучие массы воды омега видел только на картинках. Под ним острые камни, скользкие от воды. Вода тащит парнишку за ноги, и тот цепляется за скалу, чувствуя вкус соли на губах. Уголком глаза он видит темное небо и кроваво-красную луну.
Налетает вторая волна, бьет в спину. Пак ударяется подбородком о камень и морщится.
Море холодное, но кровь, текущая по шее, горячая.
Чимин вытягивает руку и нащупывает край скалы. Вода тянет за ноги с непреодолимой силой.
Парнишка цепляется как может, но он недостаточно сильный… вода тащит его, а волна отбрасывает тело назад. Она закидывает ноги поверх головы, распластывает руки в стороны, и Пак налетает на камень спиной.
Вода перехлестывает через лицо.
Легкие раздирает от недостатка воздуха. Младший перекручивается и хватается за край скалы, подтягиваясь над водой.
Он ловит воздух ртом, и очередная волна ударяет, на этот раз сильнее, но Чими лучше держится
"На самом деле я не должен бояться воды. Я должен бояться потери контроля. Чтобы встретиться со своим страхом, я должен вновь обрести контроль над происходящим."
С криком разочарования Пак выбрасывает руку вперед и находит дыру в скале. Его руки отчаянно дрожат, когда парнишка подтягивается и подбирает ноги под себя, прежде чем волна успевает унести его за собой.
Освободившись, Чимин немедленно встает и бегжит по камню, проворно перебирая ногами; алая луна светит впереди, океан исчезает.
°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°
Затем исчезает все, и тело младшего становится неподвижным. Слишком неподвижным.
Пак пытается пошевелить руками, но они крепко привязаны к бокам. Он опускает взгляд и видит веревочные путы на груди, руках и ногах. Внизу сложены поленья, за спиной — столб. Пак высоко над землей.
Из теней появляются люди, их лица ему знакомы. Это неофиты с факелами, и первым идет Пит. Его глаза похожи на черные провалы, и он ухмыляется так широко, что на щеках появляются морщины. Где-то в центре толпы зарождается смех и становится все громче по мере того, как к нему присоединяется голос за голосом. Гогот — все, что слышит Чими.
Гогот нарастает, Пит подносит факел к дереву, и у самой земли вспыхивают языки пламени. Они пляшут на концах поленьев и крадутся вверх по коре.
Пак не пытается разорвать путы, как при первой встрече с этим страхом.
Вместо этого парнишка закрывает глаза и вдыхает как можно больше воздуха.
"Это симуляция. Она не может мне навредить."
Вокруг поднимается жар пламени. Чими качает головой.
— Чувствуешь запашок, Сухарь? — Голос Пита громче гогота.
— Нет.
Языки пламени растут.
Альфа принюхивается.
— Это запах твоей горящей плоти.
Когда младший открывает глаза, все расплывается от слез.
— Знаешь, какой запах я чувствую?
Чими напрягает голос, чтобы перекрикивать смех вокруг, смех, который терзает не меньше жара. Его руки дергаются, и омеге хочется бороться с путами, но он не станет, не станет тратить силы напрасно, не станет паниковать.
Парнишка смотрит сквозь огонь на Пита, от жара кровь приливает к щекам, жар течет сквозь младшего, плавит носки ботинок.
— Запах дождя, — сообщает омежка.
Гром грохочет над его головой, и Пак кричит, когда пламя касается кончиков пальцев и боль разливается по коже.
Он запрокидывает голову и сосредоточивается на собирающихся на небе облаках, тяжелых от дождя, темных от дождя. Молния раскалывает небо, и первая капля падает Чимину на лоб. "Скорее, скорее!"
Капля скатывается по носу, вторая падает на плечо, такая большая, что кажется, будто она сделана изо льда или из камня, а не из воды.
Дождь льет стеной, и сквозь смех младший слышит шипение. Омега с облегчением улыбается, когда дождь гасит огонь и остужает ожоги на ладонях. Веревки распадаются, и он запускает руки себе в волосы.
"Хорошо бы у меня было всего пять страхов, как у Тэхёна, но я не настолько бесстрашна."
Пак разглаживает футболку, а подняв глаза, обнаруживает, что стоит в своей спальне в секторе Альтруизма.
Этот страх ему незнаком.
Огни погашены, но лунный свет льется в окна. Одна из стен покрыта зеркалами.
Чими в замешательстве поворачивается к ней.
" Это неправильно. Мне не позволено иметь зеркала."
Парнишка смотрит на отражение в зеркале: его широко распахнутые глаза, кровать с туго натянутыми серыми простынями, комод с одеждой, книжный шкаф, голые стены. Он переводит взгляд на окно за моей спиной.
И на альфу снаружи.
Холодок стекает по спине, словно капля пота, и тело цепенеет.
Младший узнал его.
Это мужчина со шрамами на лице из проверки склонностей.
Он одет в черное и стоит неподвижно, как статуя.
Чими моргает, и двое альф появляются слева и справа от него, такие же неподвижные, но их лица лишены черт — обтянутые кожей черепа.
Пак вихрем оборачиваетмя, и они уже стоят в его комнате. Омежка взимается плечами в зеркало.
Мгновение в комнате царит тишина, а затем в окно молотят кулаки, не два, не четыре, не шесть — десятки кулаков с десятками пальцев сотрясают стекло. Звук вибрирует в грудной клетке, невыносимо громкий; мужчина со шрамами и два его товарища идут к Паку медленными, осторожными движениями.
"Они пришли забрать меня, как Пит, Дрю и Ал, пришли убить меня. Я знаю это."
"Симуляция. Это симуляция."
Сердце колотится в груди; парнишка прижимает ладонь к стеклу за спиной и отводит его влево.
Это не зеркало, а дверь кладовки. Пак говорит себе, где должно быть оружие.
" Оно висит у правой стены, всего в нескольких дюймах от моей руки. "
Чимин не сводит взгляда с альфы со шрамами, но нащупывает пистолет кончиками пальцев и обхватывает его рукоятку.
Чими закусывает губу и стреляет в альфу со шрамами. Он не ждет, упадет ли тот… а по очереди целится в мужчин без лица, как можно быстрее.
Губа болит, оттого что младший ее так сильно закусил.
Грохот у окна прекращается, сменяется скрежетом, и кулаки превращаются в руки со скрюченными пальцами, которые скребут по стеклу, пытаются нащупать путь внутрь. Стекло скрипит под напором, трескается и разбивается.
Чими визжит.
В магазине недостаточно патронов.
Бледные тела — человеческие тела, но искореженные, с изогнутыми под неестественными углами руками, слишком широко распахнутыми ртами с зубами-иглами, пустыми глазницами — валятся в спальню омежки одно за другим и пытаются встать на ноги, ползут к нему. Пак прячется в кладовку и закрывает за собой дверь.
"Решение. Мне нужно решение."
Парнишка опускается на корточки и прижимает боковую поверхность пистолета к голове.
"Я не могу их перестрелять. Не могу перестрелять, а значит, должен успокоиться. "
Пейзаж страха отметит мой замедлившийся пульс и ровное дыхание и перейдет к следующему препятствию.
Пак садится на пол кладовки. Стена за спиной скрипит.
Омежка слышит грохот — кулаки снова взялись за дело и молотят по двери кладовки, — но поворачивается и вглядывается сквозь темноту в панель позади.
"Это не стена, а еще одна дверь. "
Чими ощупью отводит ее в сторону и видит коридор на втором этаже. Улыбаясь, младший пролезает сквозь щель и встает. Пахнет свежей выпечкой и горячим чаем.
"Я дома."
°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°
Глубоко вдохнув, младший смотрит, как его дом тает. На мгновение он забыл, что находится в штаб-квартире Бестрашия.
Передо ним появляется Тэхён.
"Но я не боюсь Тэхёна."
Чими оборачивается. Возможно, за его спиной — то, на чем следует сосредоточиться. Но нет… позади только кровать с балдахином.
"Кровать?"
Тэхён медленно идет к Паку.
"Что происходит?"
Парализованный, младший поднимает на него взгляд. Он улыбается. Его улыбка выглядит доброй. Знакомой.
Тэхён целует парнишку, и тот приоткрывает губы.
Чими думал, невозможно забыть, что он в симуляции. Но Пак ошибался: он заставляет все остальное раствориться.
Его пальцы находят молнию куртки и расстегивают ее медленным слитным движением. Он стягивает куртку с плеч омежки.
"Ого, — все, что младший может думать, когда альфа снова целует его. — Ого".
Чиминрв страх — быть с ним. Он всю жизнь остерегался привязанности, но не знал, как глубоко укоренилось это беспокойство.
Но это препятствие ощущается иначе, чем другие. Это иной род страха — не слепой ужас, а нервная паника.
Альфа скользит ладонями по рукам младшего и сжимает его бедра, его пальцы проводят по коже над ремнем, и Чимин содрогается.
Пак осторожно отталкивает старшего и прижимает руки ко лбу.
" На меня напали вороны и альфы с уродливыми лицами; меня поджег парень, который чуть не сбросил меня с обрыва; я едва не утонул, причем дважды, — и вот теперь не в состоянии справиться с этим? Значит, это тот страх, для которого у меня нет решения, — симпатичный альфа, который хочет… заняться со мной сексом?"
Поддельный Тэхён целует шею младшего.
Чими пытается размышлять.
" Я должен встретиться с этим страхом лицом к лицу. Должен обрести контроль над ситуацией и найти способ сделать ее менее пугающей."
Парнишка смотрит поддельному Тэхёну в глаза и строго говорит:
— Я не стану спать с тобой в галлюцинации. Ясно?
Затем омега хватает старшего за плечи и разворачивает вместе с собой, прижимая к столбику кровати. Чими чувствует нечто иное, чем страх… покалывание в животе, пузырьки смеха. Омега прижимается к Тэхёну и целует его, обвивая руками.
"Он такой сильный. Такой… сладкий."
И старший исчезает.
Чими смеётся в кулачок, пока лицу не становится жарко.
"Наверное, я единственный неофит с таким страхом."
°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°
Щелкает взводимый курок.
Пак совсем забыл об этом страхе. Он чувствует в руке тяжесть пистолета и смыкает на нем пальцы, скользнув указательным на спуск. С потолка падает луч, его источник остается неведомым, и в центре круга света стоят его папа, отец и брат.
— Сделай это, — шипит голос рядом с младшим. Омежий, но скрипучий голос, словно набитый камнями и осколками стекла. Похожий на голос Жана.
К виску прижимается холодный кружок дула пистолета. Холодок путешествует по телу, вздыбливает волосы на затылке.
Чими вытирает потную ладонь о брюки и краешком глаза смотрит на омегу. Это Жан. Его очки перекошены, в глазах нет и намека на чувство.
"Мой худший страх — что родные умрут, и я буду в этом виноват."
— Давай. — Он становится настойчивее. — Давай, или я тебя убью.
Пак смотрит на Тэхёна. Он кивает, его брови сочувственно сведены.
— Не сомневайся, Чими, — мягко говорит он. — Я все понимаю. Ничего не поделаешь.
Глаза младшего горят.
— Нет.
Горло перехватывает так, что больно говорить. Парнишка качает головой.
— Даю тебе десять секунд! — кричит омега. — Десять! Девять!
Чими переводит взгляд с брата на отца. В последний раз, когда младший его видел, он взглянул на него с презрением, но сейчас его глаза широко распахнуты и ласковы.
" Я никогда не видел его таким в реальной жизни."
— Чими, — произносит он. — У тебя нет выбора.
— Восемь!
— Чимин. — папа улыбается.
У него славная улыбка.
— Мы любим тебя.
— Семь!
— Заткнись! — омежка поднимает пистолет.
" Я могу это сделать. Могу застрелить их. Они поймут. Они сами об этом просят. Они не захотели бы, чтобы я принес себя в жертву. Они даже не настоящие. Это всего лишь симуляция."
— Шесть!
"Это неправда. Это ничего не значит." Добрые глаза брата словно сверлят две дыры в голове младшего. От пота пистолет становится скользким.
— Пять!
"У меня нет выбора."
Чими закрывает глаза.
" Подумать. Я должен подумать. "
В напряженной обстановке на его пульс влияет только одно: угроза его жизни.
— Четыре! Три!
"Что мне говорил Тэхён?" "Самоотверженность и храбрость не так уж далеки друг от друга".
— Два!
Чими убирает палец со спуска и роняет пистолет. Прежде чем утратить хладнокровие, омежка поворачивается и прижимается лбом к дулу пистолета.
"Застрели меня вместо них".
— Один!
Младший слышит щелчок и выстрел.
Продолжение следует....