💙🖤💙19💙🖤💙
Когда Чими вхожу, большинство неофитов — прирожденные лихачи и переходники вместе — сгрудились между рядами двухъярусных кроватей, обступив Пита. Он держит в руках листок бумаги.
— "Массовое отречение детей лидеров Альтруизма невозможно игнорировать или приписывать случайности, — читает он. — Недавний переход Чимина и Тэмина Пак, детей Энди Пака, ставит под сомнение разумность ценностей и доктрин Альтруизма".
По спине бежит холодок. Крис, стоящий позади толпы, оборачивается и замечает младшего. Он бросает на него встревоженный взгляд.
Чими не в силах пошевелиться.
" Мой отец. Эрудиты набросились на моего отца."
— "Иначе почему дети столь высокопоставленной персоны сочли, что навязанный им образ жизни недостаточно привлекателен? — продолжает Пит. — Шин Этву, еще один переходник-лихач, считает, что во всем виновато извращенное, жестокое воспитание. “Однажды я слышал, как он говорил во сне, — сообщает Шин. — Он просил отца перестать что-то делать. Не знаю, что именно, но из-за этого ему снились кошмары”».
"Так вот как Шип мне отомстил. Вероятно, она поговорила с журналистом-эрудитом, на которого наорала Крис."
Омега улыбается. У него кривые зубы. "Пожалуй, выбить их значит оказать ему услугу."
— Что? — рявкает Чими.
Или пытается рявкнуть, но получается скрипуче и глухо, так что приходится прочистить горло и повторить:
— Что?
Пит прекращает читать, и несколько голов оборачиваются. Кто-то, подобно Крису, смотрит на младшего с жалостью, их брови приподняты, уголки ртов опущены. Но большинство обмениваются ухмылками и двусмысленными взглядами. Пит оборачивается последним, расплываясь в улыбке.
— Отдай. — Чимин протягивает руку. Лицо горит.
— Но я еще не дочитал. — В его голосе звенит смех.
Альфа снова обращается к листку:
— "Но что, если ответ скрывается не в одном аморальном типе, а в прогнивших идеалах всей фракции? Что, если мы доверили свой город кучке вербующих приверженцев тиранов, которые неспособны привести нас от нищеты к процветанию?"
Чими бросается к нему и пытается выхватить листок, но он держит его высоко над головой младшего, так что нужно подпрыгнуть. Прыгать омега не станет. Вместо этого он со всей силы наступает ему на пальцы ноги. Альфа стискивает зубы, чтобы не застонать.
Затем омега бросается на Шина в надежде застать его врасплох и сбить с ног, но, прежде чем успевает дотянуться, прохладные руки обхватывают чимина за талию.
— Это мой отец! — визжит парнишка — Мой отец, жалкие трусы!
Уилл тащит Пака прочь, оторвав от земли. Младший учащенно дышит и пытается выхватить листок, пока его не продолжили читать.
" Я должен сжечь его, должен уничтожить, должен!"
Уилл вытаскивает парнишку из комнаты в коридор, впиваясь ногтями в кожу. Захлопнув дверь, он отпускает его, и Чими толкает его со всей силы.
— Что? По-твоему, я не способен противостоять этому жалкому правдолюбу?
— Нет. — Уилл загораживает дверь. — Просто не хотел, чтобы ты устроил драку в спальне. Успокойся.
С губ младшего срывается смешок.
— Успокоиться? Успокоиться?! Это о моей семье они говорили, о моей фракции!
— Нет, не о твоей. — Под его глазами темные круги, он выглядит изможденным. — Это твоя бывшая фракция, и ты не можешь помешать им говорить, так что нужно просто не обращать внимания.
— Да ты вообще слушал? — Краска схлынула с его щек, и Чими дышит немного ровнее. — Твоя дурацкая бывшая фракция уже не просто оскорбляет Альтруизм. Она призывает сбросить все правительство.
Уилл смеется.
— Ничего подобного. Эрудиты заносчивы и скучны, вот почему я от них ушел, но они не революционеры. Им просто нужно больше влияния, и они обижены на Альтруизм за то, что их не слушают.
— Они не хотят, чтобы их слушали, они хотят, чтобы с ними соглашались, — возражает парнишка.— Нельзя выбивать согласие силой. — Чими обхватывает лицо ладонями. — Поверить не могу, что мой брат присоединился к ним.
— Полегче. Они не так уж и плохи, — резко произносит альфа.
Младший кивает, но не верит ему.
" Не могу представить, чтобы Эрудиция совершенно не испортила человека, хотя Уилл кажется нормальным. "
Дверь снова открывается, и выходят Крис и Ал.
— Моя очередь делать татуировку, — говорит Крис. — Пойдешь с нами?
Чимин приглаживает волосы. Вернуться в спальню немыслимо. Даже если Уилл отпустит его, силы будут неравны. Единственный вариант — пойти с друзьями и постараться забыть о том, что происходит за стенами лагеря Бестрашия. " У меня достаточно забот и без тревоги за семью. "
Ал идет впереди, посадив Крис на закорки. Омега визжит, когда он прорубается сквозь толпу. Люди по возможности широко расступаются перед ним.
Чиминово плечо еще горит. Крис уговорила его тоже сделать татуировку печати Бестрашия. Это круг с пламенем внутри. Его папа никак не отреагировала на татуировку на ключице и шее, так что сомнений насчет татуировок не осталось. Это образ жизни Бестрашия, такая же неотъемлемая часть инициации, как обучение бою.
Крис также уговорил младшего купить блузку, в вырезе которой видны плечи и ключицы, и снова подвести глаза черным карандашом. Чими больше не сопротивляется его попыткам преобразить себя. Особенно с тех пор, как обнаружил, что они ему нравятся.
Они с Уиллом идут за Крисом и Алом.
— Поверить не могу, что ты сделал еще одну татуировку. — Он качает головой.
— Почему? — спрашивает омега — Потому что я Сухарь?
— Нет. Потому что ты… благоразумный.
Он улыбается. У него ровные белые зубы.
— И чего ты боялся сегодня, Чими?
— Слишком много ворон, — отвечает парнишка. — А ты?
Он смеется.
— Слишком много кислоты.
Пак не спрашивает, что альфа имеет в виду.
— Просто поразительно, как все это работает, — замечает он. — В сущности, мы имеем борьбу между таламусом, который порождает страх, и лобной долей, которая принимает решения. Но симуляция происходит исключительно в голове, так что, когда тебе кажется, будто с тобой что-то делают, в действительности ты сам делаешь это с собой и…
Он умолкает.
— Извини. Я говорю как эрудит. Дурная привычка.
Чими пожимает плечами.
— Звучит интересно.
Ал едва не роняет Криса, и омега хватается за первое, что подворачивается под руку, а именно его лицо. Альфа дергается и поудобнее берется за его ноги. На первый взгляд Ал кажется счастливым, но его улыбкам не хватает беспечности.
"Я беспокоюсь о нем."
Чими видит у пропасти Ви, окруженного группой людей. Альфа смеется так сильно, что хватается за перила, чтобы не упасть. Судя по бутылке в его руке и раскрасневшемуся лицу, он пьян или вот-вот опьянеет. Омега привык видеть Ви суровым, наподобие солдата, и забыл, что ему всего двадцать.
— Ой-ой, — произносит Уилл. — Тревога: инструктор!
— По крайней мере, это не Рик, — откликается младший. — Еще заставил бы нас соревноваться, кто первым струсит.
— Конечно, но Ви пугает. Помнишь, как он приставил пистолет к голове Пита? Я думал, Пит обмочится.
— Пит это заслужил, — твердо отвечает Пак.
Уилл не возражает. Несколько недель назад он мог бы возразить, но теперь все они видели, на что способен Пит.
— Чими! — окликает Ви.
Чимин с Уиллом обмениваются взглядами — наполовину удивленно, наполовину с опаской. Ви отлипает от перил и подходит ко мне. Ал и Крис, идущие впереди, останавливаются, и Крис соскальзывает на землю. Ничего удивительного, что они пялятся. Их четверо, но Ви обращается только к младшему.
— Ты изменился. — Его речь, обычно резкая, стала замедленной.
— Ты тоже. — Он действительно выглядит более расслабленным и юным. — Чем занимаешься?
— Флиртую со смертью, — хихикает он. — Пью рядом с пропастью. Наверное, не лучшая мысль.
— Наверное.
Пак не увере, что Ви в таком виде ему нравится. В нем есть что-то тревожащее.
— Не знал, что ты сделал татуировку, да ещё и не одну...бабочки...сова...ещё какие-то птицы...— Он смотрит на ключицы и шею омеги. На второйключице Чими набил ещё трёх воронов, как и бабочек...но эти птицы были как у Рито..возможнодля того чтобыпреодолеть страх как-то....
Альфа прихлебывает из бутылки. Его дыхание сильно и едко пахнет. Как дыхание того бесфракционника.
— Точно. Вороны. — Он оборачивается на друзей, которые продолжают развлекаться без него, в отличие от чиминовых. — Я предложил бы тебе зависнуть с нами, но ты не должен видеть меня таким.
"Очень хочется спросить, почему он предложил бы мне зависнуть с ним, но ответ, вероятно, как-то связан с бутылкой в его руке."
— Каким? — спрашивает парнишка. — Пьяным?
— Да… то есть нет. — Его голос становится мягче. — Настоящим, наверное.
— Я притворюсь, что ничего не видел.
— Очень мило с твоей стороны.
Он наклоняется к уху младшего и произносит:
— Хорошо выглядишь, Чими.
Его слова застают парнишку врасплох, и сердце подскакивает в груди.
" Напрасно, ведь, судя по тому, как блуждает его взгляд, он понятия не имеет, о чем говорит. "
Чими смеётся.
— Будь добр, держись подальше от пропасти, ладно?
— Конечно. — альфа подмигивает ему.
Младший против воли улыбается. Уилл прочищает горло, но Чими не хочет отворачиваться от Ви, даже когда он возвращается к друзьям.
Затем Ал бросается ко нему, как будто катящийся валун, и перекидывает через плечо. Чими верещит, его лицо горит.
— Пойдем, малыш, — произносит он. — Я отнесу тебя на ужин.
Пак упирается локтями в спину Ала и машет Ви, пока Ал уносит его.
— Я думал, что спасаю тебя, — замечает Ал, когда они идут прочь, и опускает его на землю. — Что это было?
Он пытается говорить беспечно, но вопрос выходит почти грустным. Он все еще слишком заботится о младшем.
— Ага, нам всем хотелось бы это знать, — напевно добавляет Крис. — Что он тебе сказал?
— Ничего. — Чими качает головой. — Он был пьян. Он даже не понимал, что говорит.
Омега прочищает горло.
— Вот почему я улыбнулся. Видеть его таким… забавно.
— Конечно, — соглашается Уилл. — Это вовсе не потому…
Пак пихает Уилла локтем под ребра, прежде чем он успевает договорить. Он стоял достаточно близко, чтобы услышать, как Ви сделал младшему комплимент. Не хватало только, чтобы он всем об этом растрепал, особенно Алу. Ему и без того несладко.
Дома Чимин проводил спокойные приятные вечера в кругу семьи. Папа вязал шарфы соседской детворе. Отец помогал Тэмину делать домашнее задание. В камине горел огонь, и сердце омежки билось ровно, поскольку он делал то, что должен, и кругом царил мир.
Его никогда не таскал на плече здоровяк-альфа, и омега не смеялся за обеденным столом до колик в животе и не прислушивался к гулу сотни голосов одновременно. Поменьше покоя; это и есть свобода.
Продолжение следует....