💙🖤💙5💙🖤💙
В автобусе, на котором все едут на Церемонию выбора, полно людей в серых рубашках и брюках. Бледный кружок солнца прожигает облака, как будто кончик сигареты. Чимин ни за что не станет курить - сигареты тесно связаны с тщеславием, - но когда они подъезжают, толпа правдолюбов курит перед зданием.
Чимину приходится запрокинуть голову, чтобы разглядеть вершину «Втулки», и даже тогда часть ее теряется в облаках. Это самое высокое здание в городе. Омега видит огни на двух зубцах его крыши из окна своей спальни.
Парнишка выходит из автобуса следом за родителями. Тэмин выглядит спокойным, как мог бы выглядеть и Чимин, если бы знал, что ему делать. Вместо этого он испытывает смутное чувство, будто его сердце вот-вот выпрыгнет из груди, и хватает брата за руку, чтобы не упасть, поднимаясь по главной лестнице.
Лифт переполнен, и отец уступает их место группе товарищей. Вместо лифта братья поднимаются по лестнице, беспрекословно повинуясь отцу. Они показывают пример членам своей фракции, и вскоре сумрачную бетонную лестницу затопляют люди в серой одежде. Чими подстраивается под их шаг. Размеренный топот и однородность толпы заставляют поверить, что он может это выбрать. Влиться в общественный разум Альтруизма, неизменно направленный вовне.
Но потом у него начинают болеть ноги, воздуха не хватает, и Чимин снова отвлекается на себя. Нужно подняться по двадцати лестничным пролетам, чтобы попасть на Церемонию выбора.
Отец придерживает дверь на двадцатом этаже и стоит как часовой, пока альтруисты проходят мимо. Чимин бы подождал его, но толпа толкает парнишку вперед, прочь из лестничного колодца, в зал, где он выберет свое будущее.
Зал устроен концентрическими кругами. Снаружи стоят шестнадцатилетки всех фракций. Их пока не называют членами фракции; сегодняшние решения сделают их неофитами, и они станут членами фракции, если завершат инициацию.
Всё выстраиваются в алфавитном порядке в соответствии с фамилиями, которые могут отвергнуть сегодня. Чимин стоит между Тэмином и Дани Пёлер, товаркой с розовыми щеками, в желтом платье.
В следующем кругу стоят ряды стульев для семей. Они разделены на пять секций, по числу фракций. Не все члены фракций пришли на Церемонию выбора, но достаточно, чтобы толпа казалась огромной.
Ответственность за проведение церемонии переходит от фракции к фракции каждый год, и сегодня очередь Альтруизма. Марк прочтет вступительное слово и назовет имена в обратном алфавитном порядке. Тэмин сделает выбор передо Чимином.
В последнем кругу - пять металлических чаш, таких больших, что младший Пак поместился бы в них целиком, если бы свернулся клубочком. В чашах содержатся символы фракций: серые камни Альтруизма, вода Эрудиции, земля Товарищества-дружелюбия , горящие угли Бестрашных и стекло Правдолюбия-честности.
Когда Марк назовет имя Чимина, он выйдет в центр трех кругов. Он будет молчать. Альфа протянет ему нож. Омежка порежет себе руку и брызнет кровью в чашу выбранной фракции.
Кровь Чимина стынет на камнях. Его кровь шипит на углях.
Прежде чем сесть, родители встают перед ними с Тэмином. Отец целует Чимина в лоб и хлопает Тэмина по плечу, улыбаясь.
- Скоро увидимся, - говорит он без тени сомнения.
Папа обнимает младшего, и он едва не теряет последние остатки решимости. Чим стискивает зубы и смотрит в потолок, где висят круглые лампы, наполняющие комнату голубоватым светом. Папа держит его слишком долго, даже после того, как парнишка опускает руки. Прежде чем отстраниться, он поворачивает голову и шепчет сыну на ухо:
- Я люблю тебя. Что бы ни случилось.
Чимин хмурюсь ему в спину, когда он отходит. Он знает, что Чим может сделать. Не может не знать, иначе не сказал бы этого.
Тэмин хватает омегу за руку и сжимает так сильно, что становится больно, но Чимин не вырывается. В последний раз они держались за руки на похоронах дяди, когда отец плакал. Им нужна сила друг друга, совсем как тогда.
Зал постепенно успокаивается. Чимину следовало бы наблюдать за лихачами; следовало бы впитывать как можно больше информации, но он может лишь смотреть на светильники. Омега пытается раствориться в голубоватом сиянии.
Марк стоит на возвышении между Эрудицией и Бестрашием и откашливается в микрофон.
- Добро пожаловать, - произносит альфа. - Добро пожаловать на Церемонию выбора. Сегодня день, когда мы чтим демократическую философию своих предков, которая говорит нам, что каждый человек имеет право выбрать свой путь в этом мире.
Или, приходит Чимину в голову, один из пяти предначертанных путей. Он стискивает пальцы Тэмина так же сильно, как он стискивает его.
- Нашим детям исполнилось шестнадцать. Они стоят на пороге взрослой жизни, и настала пора решить, какими людьми они станут. - Голос Марка торжественен и придает равный вес каждому слову. - Десятилетия назад наши предки осознали, что не политическая идеология, религиозные верования, раса или национализм виновны в непрекращающихся войнах. Напротив, они решили, что это вина человеческой личности - склонности человечества ко злу, в какой бы форме это ни выражалось. Они разделились на фракции, стремившиеся искоренить те качества, которые считали виновными в мировом беспорядке.
Чимин бросает взгляд на чаши в центре комнаты.
"Во что я верю? Я не знаю, не знаю, не знаю."
- Те, кто винил агрессию, образовали Дружелюбие.
Товарищи обмениваются улыбками. Они удобно одеты в красное или желтое. Всякий раз, как Чими их видит, они кажутся добрыми, любящими, свободными. Но ему никогда не хотелось присоединиться к ним.
- Те, кто винил невежество, вступили в Эрудицию.
Исключить Эрудицию - самая легкая часть выбора омеги.
- Те, кто винил двуличие, создали Искренность.
Чимин никогда не тяготел к Правдолюбам Искренности.
- Те, кто винил эгоизм, построили Альтруизм.
Чимин винит эгоизм; определенно, винит.
- А те, кто винил трусость, породили Бестрашие.
Но омега недостаточно самоотвержен. Шестнадцать лет старался, и до сих пор недостаточно.
Ноги Чимина немеют, как будто из них выкачали всю жизнь.
"Как же я пойду, когда назовут мое имя?"
- Трудясь бок о бок, эти пять фракций живут в мире уже много лет, и каждая вносит вклад в свой сектор общества. Альтруизм удовлетворяет потребность в бескорыстных лидерах в правительстве; Искренность обеспечивает надежными и честными лидерами в юриспруденции; Эрудиция поставляет образованных учителей и исследователей; Дружелюбие дает понимающих воспитателей и сиделок; Бестрашие гарантирует защиту от внутренних и внешних угроз. Но влияние каждой фракции не ограничено этими областями. Мы даем друг другу намного больше, чем можно описать словами. В своих фракциях мы находим смысл, находим цель, находим жизнь.
Чим думает о лозунге, который прочёл в учебнике истории фракций: «Фракция превыше крови». Они принадлежат своим фракциям больше, чем семьям. Правильно ли это?
- Без них мы не выживем, - добавляет Марк.
Он умолкает, и повисает тишина, непривычно тяжелая. Она прогибается под весом худшего страха, превосходящего даже страх смерти: стать бесфракционником.
Марк продолжает:
- И потому сегодняшний день - это праздник; день, когда в наши ряды вливаются новые члены, которые будут трудиться вместе с нами ради лучшего общества и лучшего мира.
Взрыв аплодисментов. Они кажутся приглушенными. Чимин старается стоять совершенно неподвижно, потому что с онемелыми коленями и застывшим телом его не трясет. Марк читает первые имена, но Чим не может отличить один слог от другого.
" Как я узнаю, когда он назовет мое имя?"
Шестнадцатилетки один за другим покидают круг и выходят на середину зала. Первая омежка выбирает Дружелюбие, фракцию, в которой она родилась. Чимин следит, как капли ее крови падают на землю, и она одна встает за стульями товарищей.
Комната находится в непрестанном движении, очередное имя и очередной подросток, очередной нож и очередной выбор.
"Я узнаю большинство присутствующих, но сомневаюсь, что они знают меня."-думает блондин и от этих мыслей не становится лучше...
- Джей Тек, - произносит Марк.
Джей Тек из Бестрашия - первый из альф, кто спотыкается на пути к чашам. Он взмахивает руками, и ему удается сохранить равновесие. Его лицо становится красным, и он быстро выходит на середину зала. Стоя в центре, он переводит взгляд с чаши Бестрашия на чашу Правдолюбия - оранжевые языки пламени взлетают все выше, стекло отражает голубоватый свет.
Марк протягивает ему нож. Джей глубоко вдыхает - Чимин видит, как вздымается его грудь, - и принимает нож на выдохе. Затем он чиркает ножом по ладони и протягивает руку в сторону. Его кровь капает на стекло, и он первый из всех, кто сменил фракцию. Первый переход между фракциями. В секторе Бестрашия поднимается ропот, и Чимин смотрит в пол.
Впредь его будут считать предателем. Семья лихачей сможет навестить его в новой фракции через полторы недели, в День посещений, но не станет этого делать, потому что он ее отверг. Его будет не хватать в коридорах их дома, и он оставит после себя пустоту, которую невозможно заполнить. Но пройдет время, и рана затянется, как при удалении органа, когда его место занимают телесные жидкости. Люди не в состоянии долго выносить пустоту.
- Тэмин Пак, - вызывает Марк.
Тэмин в последний раз сжимает руку младшего брата и идет прочь, бросив на него долгий взгляд через плечо. Чимин следит, как его ноги движутся к середине зала и как его руки уверенно принимают нож у Марка и ловко полосуют одна другую. Кровь копится в его ладони, и он прикусывает губу.
Он выдыхает. Вдыхает. Вытягивает руку над чашей Эрудиции, и его кровь капает в воду, окрашивая ее в более глубокий красный цвет.
Чимир слышит ропот, перерастающий в возмущенные крики. Мысли путаются. Его брат, его самоотверженный брат, единственныйв семье альфа, перешел в другую фракцию? Его брат, прирожденный альтруист, - эрудит?
Чимин закрывает глаза и вижу кипу книг на столе Тэмина и его дрожащие руки, елозящие по ногам после проверки склонностей.
" Почему я не понял, что, когда вчера он советовал мне подумать о себе, он также советовал и себе самому?"
Младший Пак разглядывает толпу эрудитов - они самодовольно улыбаются и подталкивают друг друга. Альтруисты, обычно столь безмятежные, переговариваются напряженным шепотом и поглядывают через комнату на фракцию, ставшую их врагом.
- Прошу прощения, - говорит Марк.
Толпа его не слышит.
- Тихо, пожалуйста! - кричит он.
Все стихает. И только что-то звенит.
Чимин слышит свое имя, и судорога выносит его вперед. На полпути к чашам он уверен, что выберет Альтруизм. Сомнений нет. Омега видит, как становится взрослым в сером балахоне, выходит за брата Сью, Рота, работает добровольцем по выходным. Мирная рутина, тихие ночи перед камином, уверенность, что он будет в безопасности и даже если и недостаточно хорош, то хотя бы лучше, чем сейчас.
Чим осознает, что это звенит у него в ушах.
Он смотрит на Тэмина за спинами эрудитов. Он глядит на младшего и чуть кивает, как будто знает, о чем он думает, и соглашается с этим. Чимин спотыкается.
" Если Тэмин не был создан для Альтруизма, выходит, я и подавно? Но что мне делать теперь, когда он нас покинул и я остался один? Он лишил меня выбора."
Омега стискивает зубы. Он будет ребенком, который остался; он обязан так поступить ради своих родителей. Обязан.
Марк протягивает блондинистому парнишке нож. Чимин смотрит ему в глаза - темно-синие, странного цвета - и принимает нож. Марк кивает, и Чим поворачивается к чашам. Огонь Бестрашия и камни Альтруизма - слева от него, одна чаша перед плечом, другая за ним. Пак держит нож в правой руке и касается лезвием ладони. Стиснув зубы, он ведёт лезвие вниз. Больно, но он почти не замечает этого. Чим прижимает обе руки к груди и, содрогаясь, выдыхает.
Омега открывает глаза и вытягивает руку. Кровь капает на ковер между двумя чашами. Затем, не сумев сдержать вздох, Чимин переводит руку вперед, и его кровь шипит на углях.
"Я эгоистичный.... Я смелый...."
Продолжение следует....