𖹭 Хедканон 𖹭
Ночная тишина
. 🌹🌹 🌹🌹
🌹🌹🌹🌹🌹🌹🌹
🌹🌹🌹🌹🌹🌹🌹
🌹🌹🌹🌹🌹🌹
Λ 🌹🌹🌹🌹🌹
( ˘ ᵕ ˘ 🌹🌹🌹
ヽ つ＼ ／
UU / 🎀 \
Ночь в их тесном убежище казалась не то чтобы особенно зловещей, но точно наполненной вздохами и сдержанным шёпотом. Тёмные углы обретали некую бездонную глубину, а молчание обступало со всех сторон, будто притаило невидимые тени. За тонкими створками окна протяжно кликала неведомая птица, её голос, подхваченный эхом, словно прорезал ткань чьих-то дремлющих снов.
На невысоком ложе Т/И лежала, приникая к спине Аптекаря, чутко улавливая его ровное дыхание. Тепло, исходящее от него, удивляло её; прежде ей мерещилось, что его кожа должна быть холодна, как у призрака из смутных преданий. Она несмело положила ладонь на его руку, ощущая, как под тонкой оболочкой словно течёт живая, едва слышимая энергия - похожая на колдовские нити, тянущиеся из глубокой древности.
- Не спишь? - прошептал он, голосом тихим, почти растворённым во мраке.
Т/И уже знала: долгий сон ему несвойствен. Он словно обитал на грани яви и грёз, подчинённый давнему обычаю всё время быть настороже.
- Кажется, пока нет, - призналась она, чуть крепче сжимая его пальцы.
Минутная пауза повисла в воздухе, а затем Аптекарь повернулся и приблизил лицо: меж ними осталось лишь несколько кратких сантиметров. В полутьме его глаза поблёскивали странным отражением, будто принадлежали существу, рождённому на стыке чужих миров.
Но страха не возникало.
Т/И давно привыкла к особой черте его натуры: порой он мог лежать без движения, прислушиваясь к далёким, неуловимым мелодиям, которых она не слышала. И вдруг он медленно провёл пальцами по её щеке, едва коснувшись.
- Дивное дело, - пробормотал он.
- О чём ты?
- Скитаюсь в этом мире слишком долго, а к ощущению твоей кожи, выходит, не привык.
Т/И улыбнулась про себя и почувствовала, как сердце её пульсирует неспешнее. Она накрыла его руку своей и прижалась щекой к тёплой ладони.
- Придётся продолжать привыкать, - ответила тихо, чуть лукаво.
Аптекарь промолчал, хотя во мраке проскользнула тень улыбки на его губах. Провёл пальцами к виску, запустив их в её волосы и осторожно закрутив прядь.
- Спи, - сказал он, увлажнив тишину коротким звуком голоса.
Она сомкнула веки, всё ещё прижимая его руку к себе, и погрузилась в тот приглушённый, обволакивающий полусон, где слышалось лишь равномерное дыхание Аптекаря да тихое эхо ночных звуков.
Утро с Аптекарем
˚
∧＿∧ + -̳͟͞͞💗
( •‿• )つ -̳͟͞͞ 💗 -̳͟͞͞💗 +
(つ < -̳͟͞͞💗
｜ _つ + -̳͟͞͞💗 -̳͟͞͞💗 ˚
'し'
Солнце, точно хитрый озорник, несмело пробиралось сквозь бамбуковые створки, чертя прихотливые узоры на скромном футоне. В воздухе витала терпкая смесь лекарственных отваров, древесного праха и какого-то невесомого домашнего тепла, способного убаюкать даже самого тревожного гостя.
Т/И разлепила веки, ощущая шелковую ткань простыней, скользящую по коже. Ветерок, кажется, вновь проник сквозь оставленное Аптекарем приоткрытым окошко: он освежал, но не колол, словно робкий гость, крадущийся на цыпочках. Она потянулась, приятная усталость окутывала мышцы, и, повернувшись на бок, увидела его.
Аптекарь уже сидел за низким столиком, негромко шелестя сушёными растениями, которые аккуратно перетирал тонкими, проворными пальцами. Спадающие на плечи волосы будто играли с утренними лучами, а проницательный взгляд, обращённый к травам, в тот момент казался особенно глубоким, почти бездонным.
Т/И на миг застыла в молчании, позабыв о себе и собственных мыслях, ибо быть его спутницей означало привыкать к этим растянутым во времени утрам, наполненным тишиной и тёплыми, горьковатыми ароматами. Означало смириться с его причудами: с внезапными исчезновениями без единого объяснения, со шёпотом таинственных фраз по ночам, с редкими осторожными касаниями, будто он боялся нечаянно уронить её на холодный пол.
- Проснулась, - пробормотал он тем же тихим и чуть хрипловатым голосом, из которого порой невозможно было выудить потаённые чувства.
Она улыбнулась, приподняла голову и уставилась на его ловкие движения.
- Рано ты сегодня, - заметила она, ненавязчиво ведя беседу.
- Дела, - сухо ответствовал он и не отвлёкся от своего занятия.
Так всегда и бывало: даже в эти минуты, когда ничто не мешало им просто сидеть рядом, в воздухе витал тот же таинственный ореол, что окутывал Аптекаря, будто плащ, сотканный из трав, духов и затейливых секретов.
Т/И, накинув на себя просторное кимоно, приблизилась и легко коснулась его плеча. Странным, чуть холодноватым показалось прикосновение - как у дорогого фарфора, не познавшего зноя. Но она была уверена: в нём бьётся подлинная жизнь, лишь идущая по непривычному пути.
- Завтракать не хочешь?
Он на короткое мгновение застыл, словно соображая, как отвечать, после чего оставил ступку с перетёртым порошком и обернулся к ней. Во взоре плескалось нечто глубинное, от чего по спине пробегал стылый мураш.
- Пока не знаю - проговорил он тихо
- Уверена, если я приготовлю что-нибудь соблазнительное, ты внезапно обнаружишь у себя аппетит, - сказала она, лукаво приподняв бровь и направляясь к крохотной кухоньке.
От звуков её голоса утратившая безмолвие комната словно очнулась: теперь в ней зазвучали шаги, поскрипывание пола, стук фарфоровых баночек со специями и рисом. Аптекарь неотрывно следил, как Т/И собирает волосы, подворачивает рукава и привносит в пространство жизни то самое теплое сияние, которое контрастировало с его одинокими странствиями, с опасными встречами, с чужими историями, кажущимися нескончаемыми.
Так начиналось их утро - почти незаметно, но полно непроглядной глубины и тихого уюта.
Как они любят
∧,,,∧
( ̳• · • ̳)
/ づ♡
Любовь с Аптекарем отличалась редкостным спокойствием. Она не гремела буйными вспышками, не пылала алыми искрами, а лишь незаметно скользила в сердце, подобно лёгкому ветерку, трогающему кожу и исчезающему бесследно. Аптекарь ни разу не называл Т/И ласковыми прозвищами, не сыпал пышными признаниями и вовсе не задавал вопросов о чувствах. И однако же, во взгляде и сдержанных прикосновениях заключалось всё, чего она жаждала: едва уловимый, но живой отклик его души.
Однажды, когда небесный свод уже окрашивался мягкими отблесками заката, Т/И сидела у окна и расчесывала волосы. Аптекарь неподалёку возился с травами, раскладывая их по небольшим мешочкам, и между ними царила приятная тишина, не заглушавшая, а напротив, связывавшая обоих невидимой нитью. Спустя минуту или две он поднял глаза, будто осмысливая что-то в глубине мыслей, и отложил работу. Подошёл к ней, замер за спиной.
- Позволь мне, - произнёс он.
Сначала девушка не поняла, чего он желает, но, увидев протянутую ладонь, догадалась: гребешок. Аптекарь осторожно провёл по её волосам, начиная с самых концов, подчёркнуто бережно, словно боялся повредить.
- Верно ли, что раньше ты никогда не расчёсывал чужие волосы? - спросила она, втайне улыбаясь.
- Не доводилось, - признался он.
Однако движение гребешка выходило плавным, словно руки его давно умели всё это. Т/И прикрыла глаза, ловя мгновение тихого счастья: тепло его пальцев, мягкий стук дерева по коже и безошибочный аромат целебных трав, вплетающийся в окружающее пространство.
- Для чего ты это делаешь?
В ответ он на миг задумался, прежде чем негромко молвить:
- Однажды ты сказала, что любишь мои касания.
Слова выглядели простыми, но таили в себе глубину. Т/И развернулась к нему, вглядываясь в его непроницаемое лицо: оно оставалось спокойным, точёным, как у статуи, хотя она угадывала в этом небольшом жесте всю его преданность. Она легко коснулась его щеки кончиками пальцев.
- Я люблю всё, что исходит от тебя.
Аптекарь долго смотрел на неё, а затем едва уловимо провёл рукой по её запястью, точно стараясь запомнить живое тепло. В его глазах скользнула тень непонятной нежности.
- Раз так... продолжу.
И любовь оставалась столь же тихой, осторожной, Но при этом безмерно истинной.
֢🐻❄️ Её поцелуй ֢🐻❄️
Вечер выдался влажным и тёплым; за окнами шёл негромкий дождь, наполняя воздух тяжёлой свежестью. Аптекарь сидел рядом с Т/И, погружённый в собственные мысли, а она всё не решалась прикоснуться к нему первой: он редко проявлял нежность без причины, и его мимолётные касания всегда выглядели точными и обдуманными. Не зная, как будет воспринята её смелость, Т/И вдруг медленно обняла его, очень мягко, без лишней настойчивости. Словно боялась вспугнуть редкую птицу.
Аптекарь оторопело застыл. Её руки ощутили, как напряглись его плечи, как на миг оборвалось дыхание.
- Ты.. - тихо спросил он, видимо, пытаясь разубедиться, не почудилось ли ему.
Т/И только крепче прижалась к нему, отважившись прошептать:
- Мне это нужно... можно?
Ответа не было несколько секунд. Потом он негромко вдохнул:
- Да.
И хотя тон остался ровным, внутри этого скупого слова сквозило нечто новое и непривычное. Она вздохнула с облегчением, приблизившись ещё сильнее, уткнулась в его шею, вдыхая смешанный запах лекарственных трав и таинственного веяния, присущего лишь ему одному. Он не сразу среагировал, однако затем её плечи ощутили осторожное прикосновение его ладоней. Подумалось ей, что даже в этом движении он словно продолжает учиться быть ближе.
- Тёплый... - еле слышно сказала она, прислушиваясь к непривычному спокойствию, окутывавшему её изнутри.
Аптекарь молчал, только кончики его пальцев ласково скользили по её спине. Воодушевившись, Т/И чуть отстранилась и, пока сердце громко стучало, прикоснулась губами к его щеке. Он снова застыл, будто внезапно оказался в другой реальности.
Они встретились взглядами, и в его глазах промелькнул удивлённый свет.
- Осмелела, - негромко проговорил он, без обиды и насмешки, а скорее с незнакомым ощущением тихого одобрения.
У неё вырвалась улыбка.
- Иногда приходится.
Аптекарь какое-то время не отрывал от неё взгляда, потом медленно провёл пальцем по её щеке, словно стараясь запечатлеть мгновение в памяти.
- В таком случае... продолжай.
Ей не хотелось останавливаться, ведь их близость, пусть и робкая, вдруг открывалась во всей красе, наполняя комнату теплотой и негромким счастьем.
𐙚 ˖˚ ּ ֶָ֢. Рядом с ним𐙚 ˖˚ ּ ֶָ֢.♡
- Осторожнее, не пересыпай лишнего, - Парень говорил негромко, с привычной глубокой сосредоточенностью, которая всегда ощущалась в его присутствии.
Т/И изо всех сил старалась отмерить ровную дозу порошка, высыпая его в изящную фарфоровую ступку. Пальцы дрожали не от страха, а скорее от сильного желания угодить этому необычному наставнику.
Работа рядом с ним подразумевала постоянную проверку терпения: Аптекарь не любил торопиться, и каждое движение у него выходило точным, выверенным, словно заранее просчитанным до мельчайших крупиц.
- Хорошо. Теперь двигай пестиком медленно и равномерно, - он слегка подался вперёд, склонившись к её рукам.
Т/И кивнула, прикасаясь к пестику. Раздался негромкий скрип трав, рассыпающихся в мелкую пыль. Горьковатый лекарственный аромат окутывал комнату, придавая всему происходящему особый привкус.
Неожиданно она ощутила, как ладони Аптекаря ложатся поверх её собственных: не с целью исправить, а чтобы придать уверенности.
- Именно так. Пытайся услышать общий ритм.
Она затаила дыхание, стараясь не отвлекаться. Поначалу пальцы упрямо напряглись, но вскоре смирились, уступая мягкому движению его рук.
- Замечательно выходит, - отметил он спустя минуту.
Она ответила чуть игривой улыбкой:
- Говоришь так, будто сомневался в моих способностях.
Аптекарь наклонил голову, оценивая услышанное, и уточнил с видом человека, привыкшего всё взвешивать:
- Скорее предполагал, что тебе быстро наскучит столь кропотливая работа.
Т/И фыркнула, покосившись на него:
- И правда считаешь меня столь слабой?
Он задумался на короткое мгновение, после чего произнёс спокойно:
- Нет. И поэтому мне не удивительно, что ты до сих пор здесь.
Её руки машинально затихли, но он легко надавил на запястья, напоминая, что надобно продолжить измельчение трав.
Т/И негромко выдохнула, возвращаясь к мерному ритму, и вдруг ощутила, как его ладони чуть задержались на её запястьях: тёплые, спокойные. Сразу возникло понимание - он действительно ценит её присутствие, хоть и молчит об этом. Но в такие минуты лишние слова не требовались.
<𝟑ᥫ᭡ Интим <𝟑ᥫ᭡。
Комната утопала в мерцающих отсветах свечей, а колеблющиеся тени тянулись по хрупким стенам из рисовой бумаги, придавая всему пространству слегка загадочный вид. Благовония источали тонкий, опьяняющий аромат, перемешанный с неуловимым дыханием лекарственных трав, что неизменно оставались на одежде Аптекаря. Ночная тишина за окном выглядела абсолютной, точно сама природа затаила дыхание, чтобы быть свидетельницей их встречи.
Т/И неподвижно сидела напротив него, погружённая в лёгкий шелест кимоно. Её глаза отражали нерушимое спокойствие, однако внутри она ждала продолжения. Парень, холодно-невозмутимый на вид, изучал её долгим взглядом - теми самыми пронзительными голубыми глазами, которые видели гораздо более сложные вещи, чем судьбы мононоке или людей. Но теперь не требовалось призывать острую проницательность экзорциста, не было надобности в заклинаниях или ритуалах. Оставалась лишь она.
Пальцы его, длинные и гибкие, робко колебались, прежде чем прикоснуться к Т/И, как если бы он касался священной реликвии.
- Уверена ли ты? - спросил он негромко, тише, чем приглушённый треск фитилей.
Она медленно кивнула, чуть приоткрывая губы в лёгком, но красноречивом вздохе. Её руки протянулись к нему с ответной нежностью: кончиками пальцев она едва ощутимо провела по его скуле, скользнула к уголку рта.
- Никогда прежде не была столь убеждена, - тихо произнесла она.
Он вздохнул, и напряжение сошло с его плеч при её прикосновении. С плавной неторопливостью Аптекарь развязал тесёмки на её кимоно; ткань сползла, уступая месту обнажённой коже. Двигался он с тем же вниманием, что применял в работе с целебными отварами: осторожно, тщательно, но с глубоким уважением. Т/И вздрогнула, когда его ладони прошлись по линии ключицы и ниже, где шея переходила в покатое плечо. Его губы накрыли тёплую кожу, ощутимые едва слышно. Существовало в этом что-то почти потустороннее: человек, всю жизнь боровшийся с неосязаемым, наконец прикасался к осязаемому.
Сам Аптекарь скинул свои одежды столь же степенно: шёлк медленно сползал, обнажая стройное тело, не хрупкое и не чрезмерно сильное, а исполненное гармонии. Когда голая кожа коснулась её, Т/И содрогнулась - не из страха, а от внезапной полноты близости. Их тела сомкнулись, и в его осторожном, неторопливом исследовании крылась та глубина, которую она прежде не знала. Его губы прошлись от шеи к груди, подрагивающее дыхание обжигало её, а уверенные ладони скользили по талии и бёдрам, словно запечатлевая каждый изгиб.
Когда Аптекарь наконец соединился с ней в самом непосредственном смысле, он действовал с бесконечной деликатностью. Первое напряжение, возникшее в её теле, быстро сменилось теплым покоем, поскольку его объятия успокаивали, а неспешные поцелуи дарили чувство защищённости. Движения его оставались такой же кропотливой работой, какой он занимался при создании эликсиров, и вместе с тем пронизаны невыразимой искренностью. Каждый глубокий толчок таил в себе признание, едва различимый шёпот был негласным обещанием.
Т/И сжимала пряди его длинных волос, в то время как наслаждение медленно разгоралось между ними. Он едва слышно произнёс её имя сквозь тяжёлое дыхание, и в шорохе этого голоса слышалось нечто новое, непривычно трепетное. Их движения, сначала размеренные, набирали плавный ритм, пока накопленная дрожь не вырвалась на свободу, подобно волне, разбивающейся о камни. После этого оба замерли, прижавшись друг к другу, будто не в силах разомкнуть объятий.
Аптекарь склонил лоб к её лбу, а в глазах его мелькнула редкая для него беззащитность.
- Я весь твой - произнёс он тихим шёпотом, едва слышным в объятьях нощной тишины.
Слова, брошенные в полумрак, обретали силу клятвы: краткой, но нерушимой, способной связать их судьбы навечно.