Риттбергер

   За размышлениями о странном поведении тренера у Женьки прошёл весь вечер. Ну правда, у него никогда не спрашивали про его предпочтения, а тут вот тебе. Это обычный жест вежливости, но всё равно из уст тренера этот жест звучал подозрительно. Может быть, просто Женька был до жуть мнительным и недоверчивым...

   Утро обрадовало Женю громким собачьим лаем.

   Откуда. У нас. Собака?!

   Шерсть была золотистой, глаза карими. Породы Женя определять не умел, но явно не болонка или Чихуахуа. Даже, вроде не Немецкая овчарка, и не Хаски... Даже не Пудель!

   На зеркале жёлтый листочек.

   «Доброе утро, Жень. Собаки не пугайся, тётя Галла попросила последить за Батоном. Пёс добрый, нападать не будет. Школу, надеюсь, не проспал!»

   Тётя Галла? Кто это вообще?

   - Батон, значит? - задумчиво произнёс Женька, на что пёс активнее завилял хвостом, - так вот чей я корм заранее продегустировал... Ну ладно, Батон, я в школу. Ты тут не бесись особо...

   Несмело погладив животное, попутно накидывая высушенную ветровку, Женька побежал в школу. До звонка десять минут, хотелось бы успеть.

   - О, успел за две минуты! Каков молодец! - радостно пролепетала Кристина, - готов к истории?

   - В каком смысле? - Женя замер, словно громом поражённый.

   - Да опрос сегодня...

   - Пожалуйста, скажи, что с места... - взмолился Ковалёв, "падая" на стул.

   - Не-а. Ты же знаешь, не любит она это дело...

   - Вот же рыбина...

   - «Рыбина»? - рассмеялась Кристина, - рыбина... Ковалёв, ну ты и даёшь...

   Учитель заходит в класс. Звенит звонок на урок. Всё по выученному годами сценарию. Встать, поприветствовав учителя, сесть обратно, обратиться к всевозможным богам и человеческой забывчивости.

   Но, видимо, не боги, не мозг этой "Рыбины" не спешили идти навстречу ученикам, почему и опрос начался незамедлительно. Женя был в середине списка. М-да, озвучат фамилию в любой момент, но говорят, что самое страшное в казни - это ожидание...

   - Ковалёв Евгений, к доске. - Раздаётся приговор, отражаясь от выкрашенных в светлые тона стен. Внутренности похолодели. Даже нога заболела, пока Женя шёл к участнику кошмаров любого школьника. Тёмно-зелёная доска.

   Отвечает Женя неважно. Даты в голове путаются, как и язык во рту, так что возвращаясь на место он получает очередную тройку.

   - Опять три? Что-то ты зачастил, Жень, - качает головой Кристина.

   - Ой, не надо тут ля-ля. Тройка это удовлетворительная оценка, - фыркает парень, прекратив слушать ответы других учеников окончательно.

  Вновь звонок бьёт по ушам. Многие ученики морщатся от громкого звука. Перемена, очередной урок. Вновь перемена и вновь урок. Обед. Женя и Кристина пошли в столовую. Парень увидел очередную странную на вид выпечку, а Кристина разочарованно вздохнула, не увидев "Чудо". Девушка настолько загрустила, что даже не разговаривала с Женей.

   Последний урок заканчивается как-то совершенно не заметно.

   - Можно я к тебе зайду? - вдруг спрашивает Крис, - домой пока не хочу.

   - Ладно, пошли после катка, - кивает Женя, накидывая на плечи ветровку.

***

   Василий Сергеевич вёл себя как обычно. Всё не так. Не изящно, не идеально, не правильно. Раздражает.

   - Ковалёв...

   - Женя. - Вдруг твёрдо говорит парень, - Евгений, Женя, Жека. Да хоть «чудовище». Но не Ковалёв.

   Как же надоело. Да, надоело даже когда кто-либо другой игнорирует его имя, но этот человек вызывает особенное раздражение.

   - К-хм... - кажется, такая реакция со стороны ученика заставил Василия опешить, - хорошо, Женя, - кивает он, - Риттбергер - по старинке, а потом я тебе предоставлю бумаги на подпись и бумаги с планом по подготовке к соревнованиям. Тебе же говорила твой прошлый тренер про них?

   - Да, говорила, - кивает Женя,

   В очередной раз, получив порции неодобрения и похвалы, Жека так же получил несколько листов пахнувших чернилами из принтера. Распечатали недавно. Пробежавшись по тексту глазами, парень пообещал заполнить документы и поспешил ретироваться.

   - Евгений, - окликнул его вдруг тренер, - не знаю, насколько это уместно...

   Правда? А гениальные шутки про девушек были очень уж уместны...

   - Что?

   - Но ты не задумывался о... К-хм... - Василий вдруг замолк. Он не выглядел растерянным или смущённым, но тема явно была для него неуютной, - о своём весе?

   - Нет, - хмурится Женя, - если вы хотели сказать, что я толстоват, могли бы так и сказать. Простите, меня подруга ждёт, я пойду.

   - До свидания, Евгений, - кивает мужчина и переключает своё внимания на телефон.

***

   На плите греется чайник, Кристина и Женька сидят на кухне и парень всё не может понять: Кристина устала после школы, или ей опять что-то сказала ей мать? Женщина она... специфическая. Ждёт от дочери успехов, наверное, которых сама не добилась. Ну, или просто хочет, чтобы её дочь добилась большего. Честно, Женя, как не старался, понять эту женщину у него не выходило. Да, в целом, наверное, он и не поймёт её никогда. Всё же ей под сорок и мало ли чего у неё в жизни случилось, что теперь Кристина как главная фигура для получения общественного одобрения. Да, возможно так рассуждать, не зная человека, Жене не позволительно, но иначе думать не получалось. Всё же скверный у него, наверное, характер.

   - Что-то случилось? – наконец произнёс Женя, поняв, что Крис сама явно не заговорит, а ждать дольше он уже не мог.

   - Да всё по-старому... - вздыхает она, бегло взглянув на друга, а затем запрокинула голову. Кажется, днём она была веселее, - ты прости меня, ладно?

   - За что?

   - За это, - Крис утыкается лицом в ладони, и, Женя клянётся, что слышит тихий всхлип.

   Она действительно...

   - Хэ-эй, - неловко улыбается парень, оказавшись около неё и заключая в объятья, - Кристи, ну ты чего?

   Успокаивать людей он никогда не умел, а Кристина никогда не показывала себя с такой стороны. Минутная грусть быстро сменялась смехом и шутками. Эмпатия не его конёк, явно.

   - Что случилось? Расскажи, пожалуйста...

   - Да всё по старому, Жень... - вздрогнула Кристина, - как обычно... Всё как обычно, опять! – она цепляется за футболку Женьки, так крепко, что ткань трещит. – Я устала... Я так устала от этого всего!

   Женя на секунду задумывается. Он действительно не думал о том, насколько Кристина не любит буквально всё, чем занимается. Учёба, как привычка, а каток... Каток – обязанность. Нет, он, конечно, осознавал, что девушка не в восторге, но до такого...

   - Всё... Желточенко прав. Я просто глупая, не умеющая даже своё мнение высказать...

   - Желточенко - идиот. Не слушай его, Кристи. Он говорит то, на что способен его не самый образованный мозг.

   Женя облегчённо выдохнул, когда услышал в районе своего плеча смешок.

   - Да и вообще, ты видела, как он испуганно смотрел на класс-рука? Ахаха, он же чуть не сбежал, а перед нами кулаками махал!

   - Спасибо, Жень. Ты и вправду чудовище. Милое, но чудовище. – Продолжает посмеиваться Кристина, отстраняясь.

   - Да ну... Да почему... - ворчит Женя, не понимающе смотря на Рыжикову.

   - Да потому что у тебя сейчас чайник всю воду выплюнет.

   Громко ругаясь, Женя выключил конфорку на плите, а затем поспешил за тряпкой. Когда Ковалёв вернулся, Кристина уже сидела мило улыбаясь. Женька разлил чай по чашкам и друзья продолжили сидеть. Молча. До тех пор, пока из комнаты Жеки не вышел Батон.

   - Как давно у тебя собака? – удивляется девушка, смотря на довольного пса, что заинтересованно обнюхивал её ногу.

   - А, ой... Это Батон. Пёс маминой знакомой. Честно, я даже её не знал никогда. Но он вроде милый.

   - Так вот чей корм ты отведал недавно, - посмеивается Кристина, - ну, видимо тебе не скучно, да? Как тренировка прошла?

   - Я думал тебе не интересно...

    - Ну как же. Когда мы шли, ты был очень задумчивым.

   - Да так...

   - Излагай. – Кивает девушка, подперев подбородок рукой.

   - Ну... Если кратко, то он решил придраться к моему весу. Попытался мягко это сказать, но как-то очень уж прозрачно, так что...

   - Придраться к весу? К твоему? У него минус десять зрение что ли?

   - Не знаю, какой у него там минус. Мне в целом-то всё равно, но его настроения мне не нравятся.

   - Мне тоже. Это странно... нет, тренера могут посоветовать что-то, но если тебе прошлый тренер ничего не говорила... Кто-то тут придирается.

   - Ага... - Кристина осушает чашку чая, вновь вздыхает, - спасибо, что выслушал, Жень, но мне пора. И так задержалась...

   - Да ладно, просто скажи, что у меня была.

   - Ты забыл, что ты плохо на меня влияешь и отвлекаешь?

   - А, да, точно.

   Кристина уходит, напоследок погладив пса по золотистой шерсти. Женя устало лёг на кровать, домашней работы не много, так что можно и полениться. Он прекрасно помнил о нужде написать бывшему тренеру, но сомнения всё ещё его одолевали.

   Может она действительно на него разозлится?

   Женька пролежал без дела от силы минут пять, как вдруг потянулся к телефону. Ладно, пора уже доделать начатое. Правда, насколько это дело «начатое» - не понятно.

Вы:
Здравствуйте, Ирина Павловна. Это Ковалёв Евгений. Простите, если отвлекаю вас, но у меня возник вопрос. У меня сменился тренер, а о вас... Я не знаю. Ещё раз простите, наверное, это не моё дело, но что случилось, почему вас перевели?

   Женька отбросил смартфон и спрятал лицо в подушке. Если сказать красивым языком, то парень был выведен из душевного равновесия, а если по-простому - он просто боялся. Чего? Не понятно даже ему самому. Скорее всего, негативной реакции. Женя относился к тренеру, как к родному человеку. Она всегда пыталась его поддержать в неудачах, сказать, как выполнить что-то особенно для него сложное. Всё это вмиг закончилось. На место поддержке пришло постоянное недовольство в лице Василия Сергеевича. Было ощущение, что Женя никогда не привыкнет к нему. Это странные вопросы, поведение... Он вызывал опасения, и заниматься стало очень неуютно. Любовь к фигурному катанию держится только на упрямости.

 Ирина Павловна Грачёва:
Привет, Женечка. Много извиняешься – не стоит. Так получилось, что мне сообщили о новом претенденте на место тренера в этом учебном заведении. Я работаю достаточно долго, и, чтобы помочь новому специалисту получить опыт, решили меня перевести в другой город. Надеюсь, ты на меня не в обиде? Я решила не говорить тебе за ненадобностью. Как ты там? Как занятия?

   Ковалёв прочитал сообщение и почему-то ощутил себя очень мерзко. Будто бы он сделал что-то ужасное.

Вы:
Нет, конечно, не в обиде. Я в порядке. Просто немного не привычно. Надеюсь у вас всё хорошо.

Ирина Павловна Грачёва:
Не стоит за меня волноваться, Жень. Рада, что ты в порядке. Доброго вечера, до свидания. Напишешь мне если будут вопросы по поводу занятий. Помогу чем смогу.

Вы:
Спасибо, до свидания.