Глава 5. «Особое поручение».
Смотри без суеты вперед.
Назад без ужаса смотри.
Будь прям и горд,
раздроблен изнутри,
на ощупь тверд.
Иосиф Бродский.
***
1992 год. Весна.
Уже больше полугода Вика трудится на благо своего брата и всей его «Бригады», ежедневно посещая огромный офис, в котором у неё теперь есть свой личный кабинет. После воссоединения с Витей Белова всё же приняла предложение брата и теперь работает, находясь всего в нескольких метрах от своего возлюбленного.
В жизни Вики Беловой наконец всё начало налаживаться, как говорится, наступила белая полоса.
Сидя в своем весьма просторном и светлом кабинете, с головой погрузившись в большую стопку бумаг, Белова то и дело протяжно вздыхала, курила и вновь утыкалась в работу. Ноги начинали гудеть от редкой смены положения, буквы перед глазами то и дело размывались, а на виски предательски давило что-то тяжелое.
Вика любила свою работу, правда, какой бы та ни была, но всё же иногда задумывалась над тем, как могла бы сейчас заниматься чем угодно более подвижным, нежели уже четвертый час сидеть безвылазно за стопками контрактов, договоров и прочей волокиты.
Закурив уже пятнадцатую по счету сигарету, Вика выпустила обильную струю дыма, что мигом осела в помещении прозрачным туманом. За окном слышался шум городской суеты, мелко моросил дождь, нагоняя еще большую тоску на девушку. До чего же та не любила всю эту сырость.
Резко распахнутая дверь никак не взволновала совсем погасшую девушку, и та лишь слегка подняла голову, дабы посмотреть, кому вдруг вздумалось вламываться в её кабинет. Вопрос отпал сам собой, ведь так нахально здесь вели себя лишь четверо людей.
Первым в поле зрения девушки попал брат, широко ступая по направлению к Беловой. За ним вышагивали и остальные члены их дружной компании. Саша выглядел более серьезным, чем обычно, отчего меж его бровей выступала заметная складка. Позитивным настроем не отличались и остальные гости Викиного кабинета. Девушка нахмурилась и, отложив в сторону очередную папку, выжидающе уставилась на мужчин.
- Чего такие кислые? - потушив бычок о стеклянную пепельницу, спросила Белова, наконец позволив себе откинуться на спинку ее чрезвычайно удобного кожаного кресла. - Проблемы?
- Проблемы будут у одного старого хрыча, у которого, по ходу, их так мало, что он решил на нас позалупаться, - рявкнул Космос, усаживаясь по-хозяйски на небольшой диванчик по левую сторону от стола Беловой.
- Что, опять Зимин? - устало выдохнув, произнесла девушка.
- Не «опять», а уже третий, сука, раз за месяц! - голос Саши раздался откуда-то справа. Брат стоял спиной к девушке, всматриваясь в серый пейзаж за окном.
- И что на этот раз?
- Его люди вчера вечером предложили Филу «защиту» ларьков у метро «Алексеевская». Фил, как и договаривались, вежливо послал их. Сегодня утром опергруппа из ГЭБ с участковыми из ОВД изъяла всю партию «Панасоников». Под предлогом проверки сертификатов, - усевшийся на стул напротив Вики Пчёлкин закинул ногу на ногу и хмуро уставился в пол.
- Да мочить этого Зимина надо! - вновь активировался Холмогоров, повысив тон и начав резко жестикулировать.
- Кос, угомонись! - вмешался сидящий рядом с Космосом до последнего молчавший Филатов.
- Ничего ты ему не сделаешь, - холодно оборвала его Вика. - Он на это и рассчитывает. Это провокация. Легальная. Он хочет, чтобы ты пришел к нему с пушкой. А у него в кабинете будет сидеть «свой» полковник из того же ГЭБа, который тебя и возьмет с поличным. Или просто застрелит при задержании. Он не бандит, Кос. Он цеховик старой закалки. Он воюет не на «малинах», а в кабинетах.
- И чё ты предлагаешь? Каждый раз проглатывать его наезды? Или, может, ему еще и спасибо сказать? - Холмогоров не унимался, гонимый жаждой мести. В последнее время Космос стал настолько нервозным, что Белова никак не могла найти этому причину.
Первое время девушка спускала всё на нервную работу, подгоняемую проблемами, что одна за другой взваливались на их бедные головы. Ведь каждый переносит это по-разному, но реакции Космоса никак не вязались с его характером.
- Нам нужно действовать тоньше, блять. Надо узнать, куда уходят его деньги. Не важно каким образом, будь то документы, счета или что-то еще. Найдите секретарш, бухгалтеров, кого угодно. Если я доберусь до нужных мне бумаг, то мы сможем прижать сукиного сына, - наконец встав из-за стола и начав расхаживать по кабинету, огласила Белова, задумчиво вглядываясь в окно.
Следующие сорок восемь часов Вика прожила в состоянии непрерывной юридической войны. Она пробивалась на прием к уставшим от беспредела прокурорам, еще помнившим советские порядки. Она писала ходатайства о незаконности изъятия, указывая на десяток процессуальных нарушений: отсутствие понятых в полном составе, несоответствие времени в протоколе, невнесение в реестр изъятых товаров.
Работа буквально изводила девушку, но сдаваться та не планировала. Несколько пачек выкуренных сигарет, почти полное отсутствие сна и отдыха давали о себе знать. Сознание мутнело и плыло, а голова и вовсе была словно набитая ватой. Офис превратился в жужжащий улей, где каждый выполнял строго свои обязанности для общего блага.
Приходилось работать быстро и грязно. Если Зимину так хотелось подорвать бизнес бригады, то не было никаких сомнений, что он будет действовать безжалостно и холоднокровно, и Вике следовало поступать так же.
Она нашла «своего» капитана в ГЭБе, молодого и амбициозного товарища Соколова, которому Зимин платил меньше, чем его коллеге. Белова посчитала это хорошей почвой для их дальнейшего сотрудничества. Ничто так не заставит человека задуматься о правильности выбора стороны, как ярко выраженная несправедливость в отношении его.
Девушка никогда не считала себя человеком, часто прибегающим к манипуляциям, лишь хорошо продуманным стратегом. Она не предлагала ему денег. Она лишь предложила ему карьерный рост.
- Помогите мне прижать Зимина, и вы получите не взятку, а его место. Вы будете тем, кто поймал крупную рыбу в эпоху хаоса. Новая должность, больше возможностей и какая-никакая стабильность. Разве можно мечтать о чем-то еще? - девушка не пыталась уговорить мужчину, а лишь строила фундамент его будущего, честно сказать, весьма перспективного.
Вика видела, как в глазах капитана загорелась искорка надежды и отмщения, и этого в данной ситуации было вполне достаточно.
- К тому же... - наклонившись ближе, так что тело уперлось в твердую поверхность стола, девушка тихо, но оттого не менее твердо произнесла: - Кому сейчас не нужны такие влиятельные люди, как Александр Белов, восходящий бизнесмен, в хороших знакомых? В столь нестабильные времена всегда нужен якорь, что не даст потонуть раньше времени, не правда ли? Если вы окажете нам услугу, то такой якорь у вас непременно будет.
Идя на встречу с капитаном Соколовым, Белова была убеждена, что если с ним и можно договориться, то это под силу именно ей. Бесспорно, те же Пчёлкин и Холмогоров могли бы запросто запугать бедного мужчину, приставив к его виску холодный металл, но ведь дипломатичный подход еще никому не мешал? Девушка считала себя безусловно хорошим дипломатом, а потому даже не стала посвящать мужчин в свои планы.
После весьма недолгих переговоров девушка вернулась обратно в офис, где ее уже ждал Витя. У него была своя задача, с которой он несомненно справился, и уже спустя пару часов на столе Беловой лежала заветная папка. Зимин, пользуясь неразберихой, через череду подставных фирм, зарегистрированных на умерших людей, выводил валюту за границу, в Финляндию.
Это всё, что нужно было знать Беловой, чтобы ощутить в своем рукаве заветный туз, что служил ей хорошим помощником в предстоящем разговоре. Она назначила встречу Зимину в своем кабинете. Заранее предупредив брата, что офис на тот момент должен быть пустым.
Во избежание помех и другого исхода событий Белов всё же на уговоры сестры согласился, но охрану предусмотрительно оставил.
Девушка сидела в своем кабинете, с тяжестью откинувшись на спинку кресла. Ноги невыносимо гудели, а под глазами уже начали вырисовываться темные круги.
Безбожно хотелось спать.
Единственным желанием было вернуться домой и упасть на кровать, проспав в ней по меньшей мере двое суток. Хотелось упасть в объятия Вити и лежать с ним, позабыв о всех тяготах их работы, просто побыть вместе, в тишине.
Раньше Белова и не думала, что когда-то будет мечтать о столь простых и приземленных вещах. Но с каждым годом жизнь то и дело поворачивалась на сто восемьдесят градусов, а Вика то и дело еле успевала хвататься за поручни, дабы не вылететь с качели на землю.
Он пришел один, уверенный в себе, в дорогом, но безвкусном костюме. Перед Викой предстал мужчина средних лет, с залысинами и скользким взглядом. Встречать таких ей доводилось редко, но всё же, встретив, девушка чувствовала внутри волну липкого отвращения и холодка, что бежал вдоль позвоночника. От таких людей не знаешь, чего ожидать, даже если они улыбаются тебе в лицо и всеми силами пытаются создать видимость доброжелательности.
Но в этот раз человек перед ней эту самую доброжелательность создать даже не пытался. Он смотрел на девушку свысока, словно на глупую девчонку, что по неопытности или скудности ума решила лезть в разборки взрослых мужчин.
Взгляд этот девушку совсем не обижал, даже наоборот, заставлял хотеть доказать обратное.
- Добрый день, Аркадий Петрович. Прошу, присаживайтесь. - Девушка жестом указала на кресло перед собой. - Я пригласила вас поговорить о насущном. Думаю, вы понимаете, что на повестке. - Белова выпрямила спину и положила на стол тонкую папку. - Это ходатайство в прокуратуру о незаконности изъятия товара моих доверителей.
- Виктория... - усевшись в кресло, наконец подал голос мужчина, закинув ногу на ногу и нагло уставившись на девушку.
- Николаевна.
- Виктория Николаевна. Тут не о чем говорить. Товар был изъят для проверки сертификатов, как и было сказано. Ваш брат является весьма мутной фигурой, и в проведенной процедуре нет ничего удивительного. - Мужчина даже не бросил взгляда в сторону лежащей перед ним папки, что бережно была подготовлена Беловой.
- Это заявление о том, что предприятие «Прогресс-Инвест», бенефициаром которого являетесь вы, за последний квартал провело валютных операций на сумму свыше пятисот тысяч долларов. Без соответствующих лицензий. По статье 88, напомню, светит до восьми лет. - Девушка не обращала внимания на пустые речи Зимина и продолжала гнуть свою линию. Она не повышала голос, не делала резких движений. Всё выглядело совершенно обыденно и крайне спокойно.
Лицо Зимина посерело. Мужчина явно не привык к столь сухим решениям вопросов. На его памяти было множество бандитских «стрелок», где ему всячески угрожали, пытались подкупить, но сейчас ему напрямую угрожали тюремным сроком.
- Вы... Вы не понимаете, с кем связываетесь, девочка, - просипел он.
- Я прекрасно понимаю, - Вика встала, ее взгляд стал стальным. - Я - Виктория Белова - юрист этой фирмы. И если завтра к полудню видеомагнитофоны не вернутся на свои места, а ваши люди не исчезнут с горизонта моего начальника, этот пакет документов ляжет на стол не только в финансовый комитет, но и в несколько других инстанций, о которых вы, я уверена, знаете. Война закончена, Аркадий Петрович. Вы проиграли. Можете идти. - Искорка гордости за себя, за проделанную работу вспыхнула в сознании Вики, когда та уловила явно недобрый, трусливый взгляд человека, у которого просто не осталось выхода.
Вечером того же дня девушке торжественно объявили, что весь товар был возвращен и ситуация уладилась. Такие маленькие победы из раза в раз заставляли девушку не спать ночами, проводить целые дни на ногах и тратить последние нервы для того, чтобы в конце получить то самое чувство удовлетворения.
Долгожданный выходной наступил для Вики словно спасательный круг. Долгое время девушка работала совсем без выходных, полностью погруженная в бумаги, почти поселившись в офисе.
Уговорив Пчёлкина съездить навестить Татьяну Николаевну, девушка прихватила с собой любимую кошку и уже сидела на переднем сиденье «Мерса». Дождя в этот день не было, но серость и без его сопровождения была способна загнать в глубокую депрессию. В такие дни девушке особенно сильно хотелось скорейшего наступления лета.
- Когда ты уже ко мне переедешь? - расслабленно ведя машину, спросил Пчёлкин.
- К тебе? - вопрос поставил девушку в ступор. Он поднимался уже не в первый раз, и оттого каждый последующий увиливать от него становилось всё сложнее. - В твою-то холостяцкую берлогу? Увольте. Там же даже мебели нормальной нет, Вить.
- А нахрена мне мебель? Ну, точнее, она мне не нужна была особо, но вот ты переедешь - и всё купим, - не отставал мужчина, часто поглядывая на сидящую рядом девушку.
- А почему ты ко мне переехать не хочешь? - Девушка решила, что если не может выиграть сражение, то вместо того, чтобы тихо отступать, ей нужно идти в атаку. - У меня там и мебель есть, и обустроено всё уже. Деньги тратить не надо, район хороший. Чем тебе моя квартира не нравится?
- Деньги и нужны для того, чтобы их тратить. Да и правильнее будет, если девушка к парню переедет, а не наоборот. Ну, если хочешь, давай ни тебе ни мне. Вообще новую квартиру купим и вместе со своих переедем, а?
Девушка не хотела так скоро прощаться со своим уголком, что не так давно стал ей родным. Квартира для нее была своей отдушиной, возможностью скрыться от всего мира, и терять ее она не хотела.
Разговор был не закончен, и Белова была уверена, что вскоре Пчёлкин вновь поднимет эту тему, и рано или поздно, но девушке придется дать окончательный ответ.
Обыденный разговор вместе с мамой и Витей слегка успокоил взволнованное сознание девушки, и мысли о тяжелом решении ушли куда-то на второй план. Тихо попивая горячий чай, Вика не без улыбки наблюдала за беседой Татьяны Николаевны с Пчёлкиным. Тот в своей привычной манере всяческим образом стелился перед «тёщей», коей называл женщину еще с восемьдесят девятого, и во всем с ней соглашался, что бы мама ему ни говорила.
Лишь когда тема затронула саму Белову, та вдруг решила вклиниться в разговор, потому как неудачно выбранная мамой тема ее изрядно встормошила.
- Витюш, а вот съехаться вы с Викой не планировали еще? Столько уже вместе, а живете раздельно. Нехорошо это, нехорошо... - вздохнула женщина, отхлебывая горячий чай. - Не по-людски как-то. Вы люди уже взрослые, глядишь, и свадьба не за горами.
- Татьяна Николаевна, вот ваша дочь - это главное наше препятствие. Я ее уже давно зову ко мне переехать, а она ни в какую. - Пчёлкин расплылся в довольной улыбке, найдя себе такого влиятельного союзника. Ведь если он Белову уговорить не может, то вот Белова-старшая - это уже другой разговор.
- Викуш, ну чего ты? Свадьбу когда сыграете да детишек понаражаете, так же раздельно жить что ли будете? - укоризненно взглянув на дочь, спросила Татьяна Николаевна.
- Ма-ам, ну какая свадьба? Какие дети? - вымученно взвыла Вика, ясно понимая, что сейчас она находится на территории противников. Двое против одного - вроде нечестно, не правда ли?
- Ну а что? Вы работаете, деньги хорошие получаете судя по всему. В самый раз уж и о детях задуматься!
Крохотным спасением, словно спасательная шлюпка для утопающей в материнском негодовании, вдруг из ниоткуда появилась Луна. Кошка начала ластиться у ног Татьяны Николаевны, умело переводя всё внимание со своей хозяйки на себя.
- Ой, Луночка, ну что за кошка! - Женщина почти сразу забрала животное к себе на руки, одаривая ту щедрыми поглаживаниями по спинке, отчего Луна лишь громче замурчала.
Испепеляя довольного Пчёлкина взглядом, Вика смиренно приняла поражение и решила скорее ретироваться. Утащив мужчину в свою комнату, та устроила ему настоящий допрос с пристрастиями, ибо нечего вот так пользоваться главным оружием в виде огромного желания матери скорее обзавестись внуками.
- Съехаться, значит, сильно хочешь... - прошипела девушка, плотно закрывая за собой дверь. - Детей тебе, значит, подавай... - Девушка медленно надвигалась на стоящего неподалеку мужчину. Тот ехидно ухмылялся, вперив взгляд исподлобья в разгневанную девушку.
- О-очень сильно хочу, - убрав руки в карманы, протяжно произнес Пчёлкин.
Девушка подошла к Вите и, обвив его шею руками, приблизилась губами к его губам, остановившись всего в сантиметре. Она чувствовала, как грудь мужчины медленно вздымается, как он обхватывает ее талию руками и сильнее сжимает шелковую блузку.
- Ну так поедем ко мне, будем пробовать, - прошептала девушка в губы мужчине, после чего медленно отстранилась, не дав тому возможности коснуться ее губ так, как хотелось ему.
Попрощавшись с мамой и забрав с собой Луну, что всю дорогу мирно спала на ногах у хозяйки, пара уже спустя двадцать минут была в уютной квартире Беловой.
За всю свою жизнь Вика бывала на свадьбе лишь дважды: у своего брата вот уже как год назад и у одногрупницы, когда заканчивала последний курс обучения. И если о второй свадьбе девушка вспоминала лишь с искренней теплотой, то о первой такого сказать было нельзя. В памяти надолго засел образ взрывающейся гранаты в только что приобретенном доме Беловых, последующей яростной драке брата с Пчёлкиным и кучи обвинений, подозрений и недомолвок.
В этот же раз девушка молилась всем богам о том, чтобы предстоящая свадьба прошла без происшествий. Белова была готова пойти на что угодно, лишь бы Оля запомнила этот день как самое радостное событие в своей жизни.
Сегодня предстоял сложный день, который точно выбьет из Вики все силы. До чего же девушка не любила всю эту подготовку к праздникам, и будь ее воля, она бы лучше посидела в своем уютном кабинете в офисе, перебирая кучу пыльных бумаг, держа под рукой пачку любимых сигарет и бокал вина.
К такому времяпрепровождению она привыкла, она его любила. Но суматоха при подготовке к свадьбе выбила из нее всё лишнее, и вот она уже стоит в квартире Самойловой, пока вокруг той кропотливо кружит женщина средних лет, в нужных местах подшивая свадебное платье.
Оля была прекрасна. Вика любовалась подругой со стороны, рассматривая каждую деталь, словно красивую картину на выставке, словно это единственный раз, когда она сможет ее увидеть и как следует рассмотреть. Конечно, конкретно в свадебном платье Вика видит Олю первый и последний раз, ибо больше Самойлова выходить замуж не планировала.
Оля смиренно стояла у зеркала, иногда чуть шипела, когда платье утягивали слишком туго или нечаянно укалывали девушку иголкой. В этот день не одна Вика вымоталась изо всех сил. Оля любила примерять новые вещи, любила организовывать праздники и любого другого рода мероприятия, но легкое волнение и неизвестность уготованного для нее будущего слегка подкашивали даже Самойлову.
- Вот здесь шов не ровный, - спокойно указав пальцем руки на край платья, произнесла девушка.
- Где? - Женщина нахмурилась, чуть придвинув очки ближе к глазам.
- Ну вот здесь же! - Самойлова вновь ткнула в несчастный шов, который, к слову, невооруженным глазом никто бы и не увидел.
- Самойлова, я конечно знала, что ты педантка, но чтобы настолько... - чуть посмеиваясь, произнесла Белова, сидя на кресле, стоящем рядом с зеркалом.
- На моей свадьбе всё должно быть идеально! Я всё-таки не каждый день замуж выхожу, - с напускной серьезностью ответила девушка, удовлетворенно оглядев себя в зеркале. - А вот ты когда у нас замуж собираешься? Давай-ка, в следующем году чтобы мы еще раз на свадьбе погуляли. Получится три свадьбы три года подряд, красота!
Вика закатила глаза и улыбнулась. Всё же Оля всегда остается собой, и даже в день своей свадьбы она всё пытается сбагрить под венец подругу.
- Скоро Оля придет? - наконец спровадив женщину, спросила Самойлова, убирая остатки ткани и ниток.
- Должна уже вот-вот. А тебя что, моя компания уже не устраивает? - наигранно нахмурившись, Белова закинула ногу на ногу.
- Хочу у нее пару советов о семейной жизни попросить, а то с тебя-то что взять? Сидишь незамужняя и радуешься, - хитро ухмыльнувшись, ответила девушка.
Через полчаса к ним и правда присоединилась Ольга.
- Ну что, девочки. Давайте устроим девичник! - весело заверещала Самойлова, доставая из-за своих закромов бутылку шампанского.
- Устроим что? - вопросительно взглянув на Олю, почти в один голос спросили девушки.
- Ну, девичник, перед свадьбой так принято. Подружки собираются вместе и отдыхают, провожают свободную, одинокую жизнь невесты. О-ой, всему вас учить надо!
Девушки тихо захихикали над нахмуренным лицом подруги, но смиренно приняли участие в этом самом «девичнике».