Моя девчонка ко мне больше не вернётся

Нас — трое, а должно быть два,
Сыграем в «русскую рулетку»?
Есть ты, есть я и есть она,
Вокруг — одна большая клетка.
Нам тесно, милый, согласись,
Что положение — не очень.
Кому нужна такая жизнь?Отминусуем — будет проще.
Тебе достанусь, может, я…
А может быть она, но, впрочем,
Есть третий вариант — ничья!
А вдруг патрон тебя захочет?..

***

Ближе к вечеру приехал Саша с приглашением поехать отдохнуть в компании его старого армейского друга. Вика на приглашение согласилась с нескрываемым сомнением и явным нежеланием. Но сидеть в одиночестве в квартире, копаясь в себе, едва ли хотелось. А потому уже через час, который Вика наряжалась, дабы за внешней оболочкой скрыть свои внутренние терзания и те раны, что нанес ей Пчёлкин, они выдвинулись в путь.

Атмосфера в машине была наэлектризованной от недавних событий. Вика не забыла образ того брата, что совсем бесстрастно наблюдал за тем, как его братья угрожают совсем беззащитной девушке. Беловой искренне хотелось верить, что тот эпизод будет первым и последним, когда девушка усомнится в человечности Саши. Но глупой Вика не была и проблемами со зрением не страдала, а потому тешить себя мнимыми надеждами не собиралась.

Как бы ни хотелось верить в светлый и чистый образ старшего брата, девушка знала, что тот остался в далеком восемьдесят девятом. И с каждым днем все сильнее Вика осознавала, насколько брат погряз во тьме, насколько запачкался в алой жидкости. Сомнений не оставалось — он убивал людей.

Брат стал тем, от кого еще наивная девушка юрфака хотела защищать мирных граждан. А что ей прикажете делать теперь? Продолжить стараться защищать этих самых людей или, вопреки здравому смыслу, встать на безоговорочную защиту своего родного человека?

— Хочешь, я тебе отдельный кабинет выделю в офисе? — горькие размышления прервал громкий голос Белого, вернув Вику на землю. — У нас есть свободный кабинет между моим и кабинетом Пчёлкина. Весьма просторный, со всеми удобствами, а?

Девушка перевела все еще затуманенный взгляд с лобового стекла на сидящего по левую сторону брата. Тот смотрел вперед, следя за дорогой.

— Нет, не нужно. Предпочту, пожалуй, работать из дома. — девушка сжала челюсть чуть ли не до скрипа. Находиться в шаговой доступности от Пчёлкина ей хотелось меньше всего. Будь ее воля, вообще этого человека больше не видела в радиусе пары тысяч километров. Да только вселенная, будь она неладна, кажется, решила сделать из Вики свою личную игрушку для битья.

Приехав к месту назначения, Белова долго не могла собраться и покинуть салон автомобиля. Знала точно, эта встреча не пройдет без участия Пчёлкина, а потому заведомо не сулит ничего хорошего. И боже, как же она была права!

Белова вышла из машины именно в тот момент, когда к ним подъехало еще несколько черных автомобилей. Из них начали выходить как знакомые для Беловой фигуры в лице Космоса, Пчёлкина и Филатова, так и незнакомые — не русские мужчины разных возрастов. Вика бегло оглядела всех присутствующих и встала чуть поодаль, не мешая брату принимать гостей.

Когда очередной незнакомый мужчина подошел к Саше, Вика всмотрелась в его лицо, что по неизвестным причинам ей было знакомо. Чуть порывшись в глубинах своей памяти, в мужчине Белова узнала того самого армейского друга, со снимка, что брат когда-то привез из армии.

Вика не успела отвести заинтересованный взгляд с мужчины, когда тот повернул голову в ее сторону. Улыбка на его лице стала шире, и медленным шагом он направился к девушке.

— Саша, а кто твоя прекрасная спутница? — мужчина остановился перед Викой, не сводя с нее горящего взгляда, и протянул ей руку в знак приветствия.

— Это сестра моя, Фарик, сбавь обороты! — весело захохотал Белый, продолжая здороваться с остальными прибывшими мужчинами.

— Виктория. — Белова протянула руку для рукопожатия, когда Фархад аккуратно ее взял и слегка поцеловал тыльную сторону.

— Приятно познакомиться, Виктория. Меня зовут Фархад.

— Хватит титьки мять! Давайте уже двинем в здание! — где-то сбоку раздался громкий голос Холмогорова, которому уже явно не терпелось поскорее приложиться к стопке.

— Позволите? — Фархад выставил руку в сторону, приглашая Вику на нее опереться.

Белова было на секунду застыла, бегая взглядом по сторонам, но, заметив явно напряженное выражение лица Пчёлкина, что исподлобья уставился на нее и Фархада, готовый буквально испепелить новоиспеченного соперника, Вика тут же расплылась в улыбке и благодарно обвила руку мужчины своей.

Когда все наконец заняли свои места, девушка села рядом с братом и старалась держаться как можно дальше от сидящего по правую сторону Пчёлкина. Благо их разделяла рослая фигура Холмогорова, который, как только уселся за стол, тут же принялся подливать всем алкоголя.

Вика четко помнила, что пить в компании Холмогорова ей не следует, хотя бы потому, что каждый раз это заканчивается не лучшим образом. Космос просто мастерски спивал людей вокруг себя, и, к большому сожалению Вики, — она не была исключением.

Весь вечер Белова чувствовала на себе обжигающий взгляд Пчёлкина и стоически его выдерживала. Она делала все, чтобы выразить то равнодушие, с коим относилась к Вите — весело и громко смеялась над очередной неказистой шуткой Космоса, вступала в более серьезный разговор Саши, кокетливо болтала с Фархадом. В этот вечер лишь Пчёлкин явно был обделен ее вниманием.

Витя сидел подобно статуе, вылитой из железа. Он механически чокался, вставлял короткие реплики, когда от него это требовалось. В этот вечер он сильно налегал на алкоголь, вливая в себя стопку за стопкой. Только в состоянии крайнего алкогольного опьянения мужчина смог бы находить в себе силы сохранять хотя бы толику спокойствия, находясь в компании Беловой.

Ее неприлично открытое декольте то и дело заставляло Пчёлкина впечатывать в него свой взгляд, даже если бы со стороны это выглядело откровенно неприлично. Пчёлкину было перманентно до пизды на чье-то мнение.

— Саш, а родственниками стать не хочешь? — смеясь, спросил Фархад, опрокидывая очередную стопку.

— Фара, ты че, уже белочку словил? Ты мне и так брат. — Белов закинул руку на плечо друга.

— Да брат, брат. Сестра у тебя такая красивая! Нравится мне.

Белова сидела с округленными глазами, явно удивленная откровениям нового знакомого. Казалось, что в этот разговор никто приглашать ее не собирался, а это не на шутку злило чуть захмелевшую Вику.

— Так ты чё, на Вике моей жениться вздумал? — Саша потрепал друга по его темным и без того взъерошенным волосам.

— Ой, не советую... — тихо, но от того не менее злобно пробормотал Пчёлкин, сжимая кулаки под столом.

— Что ты сказал? — от Вики брошенная реплика из виду не ушла, а потому Белова всем корпусом повернулась к Пчёлкину, задев локтем бок Космоса.

— Я говорю, что на тебе жениться — смерти подобно. С твоим-то характером. — Витя злобно ухмыльнулся, взяв в руки стопку.

— Да тебе ли знать, каково это. Ты же у нас больше двух ночей девушку терпеть не можешь, а тут — целую жизнь с одной! — Вика театрально изумилась, положив руку себе на грудь.

— Ну, тебя-то я терпел не две ночи. — лицо Пчёлкина вдруг сделалось таким серьезным, былая усмешка стерлась, словно ее и не было вовсе.

— Терпел, говоришь? — Белова злилась и натурально чувствовала, как закипает внутри.

— Так. Что-то обстановка у нас разладилась, давайте тост скажу. — вмешался Холмогоров, понимая, что ситуацию пора спасать, потому как от Беловой и Пчёлкина то и дело летели вовсю сторону искры, обещая поджечь все вокруг к чертовой матери.

— Я отойду. — Вика резко встала и направилась прочь от злосчастного Пчёлкина, в попытке прийти в себя и успокоиться.

Найдя уборную, девушка резким движением открыла дверь и зашла в помещение. Не сказать, что то было писком роскоши и помпезности, но выглядело вполне чистым и аккуратным. Девушка мазнула взглядом по раковинам и, подойдя к одной из них, взглянула на себя в зеркало.

Хотелось с головой окунуться в ледяную воду, чтобы наконец охладиться и смыть с себя всю грязь, радушно вылитую на нее за весь день Пчёлкиным. Но вместо этого девушка лишь поправила прическу, подкрасила губы и, дав себе передышку длиною в несколько минут, отправилась обратно.

Хотелось курить.

Чертовски хотелось доставить своему организму порцию никотина. Выйдя из уборной, девушка посмотрела по сторонам, погруженная глубоко в свои мысли. Потому, когда та столкнулась плечом с мимо проходившим человеком, девушка вздрогнула от неожиданности и наконец подняла взгляд.

— Оля? — Вика вскинула брови в удивлении, совсем не ожидая встретить тут новоиспеченную жену старшего брата.

— Вика? Что ты тут делаешь? — Ольга была удивлена не меньше Вики.

До Беловой вдруг дошло, что если Ольги не было с ними изначально, то, значит, брат вряд ли звал ее, а потому у Оли были свои причины посетить это место, о которых Белова непременно должна узнать.

— Тут можно где-то покурить? — Белова решила не упускать момент и выведать все у подруги за сигаретой.

Взяв Вику под локоть, Ольга медленно пошагала в какой-то не особо широкий коридор, который, по всей видимости, вел на кухню данного заведения. Вика достала из сумочки пачку сигарет и прикурила, сев на стоящий неподалеку стул. Сигаретный дым тут же окутал тесное пространство, словно туман.

— Оль, тут Саша. — начала Вика, выдыхая дым. — Он знает, что ты тоже здесь? — для полного счастья Беловой не хватало ссоры между братом и подругой, но она была точно уверена, что Саша не обрадуется, узнав, что его жена поет в кабаке.

— Он не знает. Я не стала ему говорить, потому что это ничего не значит. — Вика передала сигарету подруге. — Вик, он хочет посадить меня дома и огородить железобетонными стенами, а я играть хочу, понимаешь? Саше совсем не интересно все это, ему совершенно все равно на музыку, а иногда мне кажется, что и на меня. — Ольга облокотилась на пустую белую стену, крепче сжав в руках сигарету.

— Оль, ему может быть все равно на музыку, да и вообще на все вокруг, но ему точно не все равно на тебя. Поверь мне. Но, узнав, что ты здесь, он точно не обрадуется. Я не стану ему говорить, но у тебя еще есть шанс уйти. — Вика медленно поднялась со своего места и коснулась плеча подруги.

Не дождавшись ответа, девушка отправилась обратно в зал, где тихо играла музыка, разбавленная разными голосами. Обогнув сидящего Пчёлкина, Филатова и Холмогорова, она наконец опустилась на свое место и тяжело выдохнула. Вечер обещает быть интересным.

— Ты что, женился, что ли? — взгляд Фархада зацепился за обручальное кольцо Саши.

— Месяц уж как, Фарик. — гордо заявил Белов, доставая фотографию своей жены.

Фотография Ольги буквально пошла по рукам мужчин, приехавших вместе с Фархадом, в то время как Вика отсчитывала минуты до фееричного и весьма неожиданного появления Оли.

И, господи, как же брат ошибался, говоря о том, что Ольга сидит дома. В момент, когда по помещению вдруг раздались первые звуки музыки, Вика непроизвольно затаила дыхание. Осторожно поглядывая на брата, девушка ждала, пока тот обратит внимание на источник этих звуков.

Сама же Белова смотрела на бывшую Сурикову с непрекрытым восхищением. Мелодичный голос девушки буквально окутывал все помещение, вплоть до самых дальних углов, а мастерская игра на скрипке завораживала подобно магическому заклинанию. Ольга была до того изящной и хрупкой, что выглядела на фоне кабака ограненным алмазом среди других, менее примечательных металлов.

Реакция Саши не заставила себя долго ждать. Он увидел свою красавицу-жену почти сразу, вперев в нее не то удивленный, не то полный тихого разочарования взгляд. Остальные присутствовавшие за столом тоже обратили свой взор на красивую, молодую девушку, умело играющую на сцене. И если Холмогоров и Филатов смотрели с толикой равнодушия на разворачивающееся представление, то Пчёлкин, как обычно, решил выделиться.

Мужчина повернулся вполоборота так, чтобы хорошо видеть расположившуюся у него за спиной сцену, и начал медленно и громко хлопать. До того громко, что выглядело это даже показательно, отчего у Вики все внутри скрутило.

Пчёлкин улыбался своей неповторимой улыбкой, чуть сощурив глаза, от чего по их краям виднелись морщинки. Белова чувствовала, как внутри, где-то в районе солнечного сплетения, начинало печь. Руки сами вдруг на секунду сжались, а воздух и тот словно испарился. Стало душно. Девушка взяла стопку и опрокинула ее в себя в попытке потушить внутренний пожар. Знала ли она, что водка явно не помощник в тушении пожаров? Тогда это было неважно.

Белый встал со своего места в намерении как можно быстрее добраться до своей жены, от чего Вике и Космосу пришлось встать со своих мест и пропустить его. Саша внешне спокойный, внутри явно был напряжен, а может, и вовсе сотрясался от гнева. Перед тем как он ушел, Вика схватила его за плечо, заставив обернуться на себя.

— Саш, только не кипятись... — все, что успела вымолвить девушка, перед тем как брат быстрым шагом направился прочь.

Вернулся Белов так же быстро, как и ушел. Всеми было принято решение завершить этот вечер и отправиться по домам. Вика наконец облегченно вздохнула. Этот ужасный день наконец подходил к своему концу, и всего через полчаса она окажется в своей кровати, в обнимку с любимой кошкой, и забудет все произошедшее как страшный сон.

С этими мыслями девушка забрала из гардероба свое пальто и медленным шагом направилась к выходу. Единственное, что она явно не учла, и что конкретно портило ее планы о том, чтобы быстро добраться до дома, было наличие в ее организме алкоголя и отсутствие рядом Вовы, которому она сегодня сделала выходной.

Единственным выходом было взять такси, если, конечно, вселенная смилостивится и пошлет его Беловой, потому как ехать с кем-либо из собравшейся компании девушка наотрез не хотела. И чертова вселенная Вике помогать не хотела, потому как Белова была у нее явно в черном списке.

— Виктория, я могу вас подвезти. — из-за спины вдруг раздался голос новоиспеченного знакомого.

Белова обернулась на источник звука и увидела Фархада, что стоял рядом с ее братом и приветливо ей улыбался.

В принципе, он был не таким уж и плохим вариантом, если выбирать между явно захмелевшим Холмогоровым, не настроенным на контакт братом и обозленным и язвительным Пчёлкиным. Все-таки вселенная решила дать Беловой фору. Фархад Вике понравился как человек. Он казался искренним и приятным в общении, чего Беловой так не хватало в своей жизни. Потому девушка мило улыбнулась, остановившись у лестницы, и стала ждать, пока брат с его другом попрощаются.

— Я ее отвезу. — Пчёлкин, вдруг появившийся из неоткуда, встал рядом с Викой, смотря прямо на Джураева.

Девушка перевела удивленный взгляд с брата на Витю и, стараясь не выглядеть ошарашенной, словно ей только что ударили обухом по голове, нахмурила брови. Вот такая перспектива ехать с Пчёлкиным в одной машине девушку не то что бы не радовала, она заставляла часто и прерывисто дышать и сжимать кулаки от дерзости этого самодовольного павлина. Кто вообще сказал, что она согласится с ним поехать?

— Не беспокойся, Вить. Довезу ее в целости и сохранности. — Джураев продолжал настаивать, от чего в Вике еще теплилась слабая надежда на то, что этот вечер угроблен не до конца.

— Нам в одну сторону, так что не вижу препятствий. Ты лучше с Саней останься и его отвези. — Пчёлкин начинал закипать. Влезать в открытый конфликт с армейским другом Саши ему не улыбалось, но и так просто отдавать Вику он не собирался.

Фархад принял поражение и решил отступить, от чего Вика лишь тяжело вздохнула. Чертова мать ее вселенная.

— А у меня спросить ты не хочешь, поеду ли я с тобой? — сдаваться без боя Белова не собиралась, а потому, потеряв союзника в лице Фархада, сама перешла в открытое наступление.

— А ты хочешь добираться домой пешком? — Пчёлкин оскалился, медленно идя к своей машине.

— Да я уж лучше пешком прогуляюсь, чем с тобой поеду. — Вика шла за мужчиной, агрессивно шипя ему в спину.

— Садись в тачку, Белова. Я приставать к тебе не собираюсь, хватит характер показывать. — Пчёлкин открыл дверь, уже было готовый сесть на водительское сиденье, но упертое выражение лица девушки и ее гордая поза помешали ему это сделать.

— Я с тобой, Пчёлкин, никуда не поеду. Катись отсюда, глядишь, по дороге подберешь каких-нибудь проституток с трассы. Я при таком раскладе буду только мешать. — Вика язвительно ухмыльнулась и сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что уступать она не намерена.

Пчёлкин рывком сел за руль и с силой захлопнул дверцу. Белова мастерски умела играть на его нервах и явно прекрасно это понимала, исходя из того, с какой осознанностью и частотой она это делала. Внутри все закипало, бурлило и вырывалось наружу. Витя сильнее сомкнул челюсть, от чего на ней стали проступать жевательные мышцы, и крепче взялся за руль, ощущая его гладкую поверхность под тяжестью своих рук.

Взглянув на самодовольную девушку еще раз, мужчина дал по газам, оставляя за собой лишь облако пыли и необузданную гордость за свою силу воли Беловой.

Вика смотрела вслед уезжающей машине, оставшись на стоянке одна. Теперь ей предстоит либо ловить попутку, либо идти до дома пешком, зато с чувством неимоверного счастья от того, что ей наконец удалось спутать Витины карты.

На улице холодало, потому девушке пришлось посильнее укутаться в пальто и ускорить шаг, дабы не окоченеть прямо посреди улицы. Дул прохладный весенний ветер, заставляющий тело покрываться мурашками, а волосы лететь в разные стороны и путаться.

Улица плохо освещалась, от чего Беловой то и дело казалось, что вот-вот на нее из кустов выпрыгнет какой-нибудь серийный убийца, и вот только тогда она, возможно, пожалеет, что отказалась ехать вместе с Пчёлкиным.

Вика пыталась голосовать, но машины проезжали мимо, не желая останавливаться и терять свое драгоценное время. Девушка злилась и чертыхалась каждый раз, когда очередная машина проезжала мимо нее.

Очередная девятка, уже было проехавшая мимо, вдруг резко начала сдавать назад, отчего Вика чуть ускорила шаг в надежде, что ее наконец отвезут домой. В машине сидел парень, на вид лет двадцати. Бритая голова и хитрый прищур Вику было смутили, но другого выбора у нее не было, а потому девушка постаралась выдавить самую дружелюбную улыбку, на которую была способна в данный момент, и наклонилась к двери.

— Приветик, вам куда, красавица? — хриплый голос полностью дополнял создавшийся образ для первого впечатления.

— На Садовую, по пути?

Единственное, что хоть как-то успокаивало Белову, — это лежащий в сумочке где-то между кошельком, помадой и маленьким флакончиком духов холодный, внушающий безопасность пистолет. И если кому и суждено попасть в неприятности этой ночью — то уж точно не Вике.

Яркий свет от фар буквально ослепил уже почти севшую в машину Белову. Девушке пришлось сощурить глаза, параллельно прикрывая их тыльной стороной ладони, в попытке рассмотреть этого злосчастного водителя.

И каково же было удивление Беловой, когда из-за слепящих во все стороны фар показался силуэт быстро надвигающегося Пчёлкина. Тот со скоростью света подлетел к девушке, рывком отодвинув ее от двери машины, от чего Вика буквально чуть ли не улетела куда-то на асфальт.

— Езжай отсюда, пока я тебе колени не прострелил. — Пчёлкин произнес это до того спокойно, словно это было совершенно обыденно и ни капельки не несло в себе агрессии, коей в просьбе, а если быть точнее, то в приказе, было предостаточно.

Когда Пчёлкин захлопнул дверцу, парень дал по газам, и уже через пару секунд его машины не было в поле зрения Беловой. Первым порывом девушки было подлететь к Пчёлкину и хорошенько вмазать ему по его нахальной, самодовольной морде, но Вика стоически держалась, лишь крепче сжимая ремешок сумки. Кретин лишил ее единственного шанса уехать домой и просто стоял и нагло ухмылялся, пока Белова буквально побагровела от злости.

Сделав вид, будто ничего не произошло, Витя медленной походкой отправился назад к своей машине, оставляя за собой вот-вот готовую взорваться Вику.

— Предлагаю еще раз: поехали уже, блять, домой. — не оборачиваясь, произнес Пчёлкин.

Казалось, что еще чуть-чуть и у него на спине будет выжжена огромная дыра от взгляда, которым Вика его испепеляла. Ей так хотелось кричать, громко, истерично, на всю Москву, от злости, что накопилась в ней, от ненависти к Пчёлкину и этой блядской судьбе, что то и дело сводила ее с ним.

Последний шанс добраться до дома боязливо укатил в закат, и Белова его не винила, не каждый, все-таки, день тебе угрожают прострелить колени. Ступая нарочито медленно, стараясь держать осанку, Вика шла к машине, стараясь не наброситься на Пчёлкина и как следует его отдубасить. Это, признаться, стоило ей немалых усилий.

В машине приятно пахло мужским одеколоном и табаком. Вика медленно вдыхала этот запах, мысленно переносясь в прошлое, когда последний раз вот так ехала с Витей в машине. Машина медленно тронулась, а Вика сильнее вжалась в сиденье, отсчитывая минуты до того, как сможет покинуть это общее пространство, разделенное с Пчёлкиным.

За окном сменялись улицы, дома, а в голове роилась куча незаданных вопросов, куча спутанных мыслей, заставляющих мозг разбухать точно вату. Сжав край своего платья, не поворачиваясь к собеседнику, Белова наконец прервала тишину.

— Ты в нее влюблен? — вопрос прозвучал тихо и совсем не так безразлично, как того хотела девушка.

Казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Его громкое биение пульсацией отдавало в голову, заставляя девушку крепче сжать зубы. То время, пока она ждала ответа, тянулось словно целую вечность.

— В кого? — единственное, что пришло в голову Пчёлкину, когда до ушей того долетел отчаянно брошенный вопрос.

Казалось, что все вокруг стихло: не слышно было ни звука мотора, ни проезжающих мимо машин, ни даже тяжелого дыхания Вити. Все вдруг резко замолчало. Конечно же, он знал, о ком был задан тот вопрос, он не знал лишь, что на него ответить.

Витя Пчёлкин, тот, кто за словом в карман не полезет, сейчас же просто тихо помалкивал, стараясь даже лишний раз не дышать.

Он правда не знал, что должен был ответить. Ведь врать ей он не собирался, но как не соврать, ответив на вопрос, который ты сам не понимаешь? Задай ему этот вопрос с месяц назад, когда Вика в его жизни была лишь прошлым, он бы ответил на него без раздумий. Но что ему ответить сейчас, когда она сидит рядом с ним, такая красивая, словно вышла прямиком из его воспоминаний?

— Ты знаешь, о ком я. — слова давались неимоверно тяжело, словно разрезая горло изнутри в попытке выбраться наружу.

Белова боялась услышать ответ. Она корила себя за то, что вовсе имела глупость его задать. Но пути назад уже не было, и оставалось только смиренно ждать, молясь о том, что он произнесет простое, казалось бы, незамысловатое слово, состоящее всего из трех букв.