Часть 5
— Значит, мне придётся доказать, что ты стоишь дороже любых денег.
Его голос прозвучал низко, и в этот момент Тэхен понял: эта игра только начинается.
Кабинет был тихим, слишком тихим. Только звук дыхания казался громким.
Чонгук медленно обошёл Тэхена, словно оценивая, и остановился за его спиной. Его голос прозвучал низко, прямо у уха:
— Ты даже не представляешь, сколько я готов заплатить, чтобы ты был моим.
Тэхен сжал кулаки.
— Я сказал вам: я не продаюсь.
— Все продаются, — перебил Чонгук. Его ладонь легко скользнула по плечу Тэхена, спустилась ниже, к локтю. — Просто цена у каждого своя.
Тэхен резко дёрнулся, но Чонгук поймал его за запястье и не дал отойти.
— Ты думаешь, твоя упрямость делает тебя сильнее? — прошептал он. — А я вижу, как ты реагируешь. Как напрягаешься от каждого моего прикосновения.
Он развернул Тэхена лицом к себе, одной рукой удерживая его запястье, другой — скользнув по талии.
— Скажи цену, — потребовал Чонгук. Его глаза блестели хищным азартом. — Сколько стоит, чтобы ты лёг в мою постель?
— Нисколько, — выдохнул Тэхен. — Никогда.
Чонгук усмехнулся, будто услышал вызов. Его пальцы скользнули ниже, к бедру, задержавшись чуть дольше, чем позволяла дистанция.
— Никогда? — повторил он медленно. — Уверен?
— Да! — выпалил Тэхен, но его голос сорвался, прозвучав больше как отчаянный крик, чем уверенность.
Чонгук наклонился ближе, их лица разделяли сантиметры.
— Тогда мне придётся доказать тебе, — сказал он тихо, — что деньги здесь ни при чём. Что ты сам захочешь этого.
Он отпустил его запястье, но не отстранился, оставив свою ладонь на его бедре. Взгляд был слишком прямым, слишком обнажённым.
Тэхен стоял, затаив дыхание, не находя слов. Внутри всё горело: от злости, стыда... и того, что он не хотел признавать.
Чонгук не отводил глаз. Его пальцы всё ещё держали бедро Тэхена, и он сказал негромко, с усмешкой:
— Подумай ещё раз. Я дам тебе любую сумму, любую жизнь, какую захочешь. Всё, что мне нужно — чтобы ты был в моей постели.
Эти слова ударили сильнее, чем прикосновения. У Тэхена перед глазами всё вспыхнуло, и прежде чем он успел обдумать, ладонь сама сорвалась вверх.
Звук пощёчины оглушил тишину кабинета.
Чонгук застыл. Его голова чуть повернулась от удара, тишина повисла ещё тяжелее.
Тэхен тяжело дышал, сжав зубы:
— Никогда... слышите? Никогда я не соглашусь продаться вам.
На секунду показалось, что Чонгук взорвётся. Но вдруг его губы изогнулись в широкой, дикой улыбке. Он медленно вернул взгляд на Тэхена — и в его глазах горел тот самый огонь, от которого становилось жарко.
— Вот это да... — протянул он низко, с хрипотцой. — Ты ударил меня.
Он сделал шаг ближе, а Тэхен непроизвольно отступил, упираясь спиной в стену.
— Знаешь, что самое опасное, Тэхен? — Чонгук говорил тихо, но с каждым словом его голос становился глубже. — Что меня это заводит.
Он провёл пальцами по собственной щеке, где остался лёгкий след удара, и усмехнулся.
— Я хочу тебя ещё сильнее, когда ты дерёшься.
Он снова навис над Тэхеном, почти касаясь его телом, и добавил:
— Значит, игра началась.
Тэхен тяжело сглотнул, чувствуя, как всё внутри пылает от ярости и... чего-то другого, от чего хотелось кричать.
Тэхен стоял, сердце колотилось так, что казалось — оно выскочит из груди. Его ладонь ещё горела от пощёчины.
— Всё, — выдохнул он хрипло. — Я ухожу. Я увольняюсь.
Он сделал шаг в сторону, но Чонгук перегородил путь, опершись рукой о стену рядом с его плечом.
— Увольняешься? — переспросил он тихо, и в его голосе прозвучала усмешка. — Ты так думаешь?
— Да, — резко бросил Тэхен. — Я не обязан это терпеть! Найду другую работу!
Чонгук прищурился, его улыбка стала хищной.
— Ах вот как... — он медленно провёл пальцами по подбородку Тэхена, заставив того вскинуть голову. — Забыл кое-что? Ты работаешь здесь неофициально. Ни одного договора. Ни одного документа, который защитит тебя.
Тэхен замер.
— И что?
— А то, — Чонгук склонился ближе, его голос стал шёпотом, но от этого звучал ещё опаснее. — Что если ты сейчас уйдёшь, я подам в суд. За то, что ты ударил меня. И угадай, кому поверят? Мне, владельцу клуба, или мальчишке с подозрительно огромной зарплатой?
Тэхен побледнел.
— Вы не посмеете...
— Посмею, — перебил Чонгук резко. — И выиграю.
Потому что твоя зарплата слишком велика, чтобы не вызвать вопросов. Никто не поверит, что её платили просто так. Все решат, что ты давно продаёшься.
Он усмехнулся и чуть отстранился, давая Тэхену глотнуть воздуха.
— Так что, малыш... — его глаза блеснули. — Уйти ты не можешь. А значит, остаётся только играть по моим правилам.
Тэхен стоял, прижавшись к стене, и впервые по-настоящему ощутил, насколько мало у него пространства для выбора.
Тишина повисла в кабинете. Чонгук всё ещё стоял близко, но не прикасался, словно ждал ответа. Тэхен тяжело вдохнул и наконец заговорил:
— Зачем я вам? — его голос дрожал, но каждое слово было твёрдым. — Я обычный парень. Ничем не лучше и не хуже остальных. Таких, как я, тысячи.
Чонгук прищурился, уголки губ изогнулись.
— Думаешь?
— Да! — почти выкрикнул Тэхен. — Если вас тянет на мужчин, то идите и выкупите себе гей-клуб! Там полно желающих, готовых прыгнуть в вашу постель за копейки. Трахайте кого угодно, сколько хотите. Зачем цепляться за меня?!
Глаза Чонгука вспыхнули. Он молча смотрел на него пару секунд, и в этом взгляде было всё — раздражение, азарт, желание, будто вызов подстегнул его ещё сильнее.
Он шагнул ближе, снова сокращая расстояние до минимума, и сказал тихо, но жёстко:
— Потому что ты не хочешь меня.
Тэхен замер, дыхание сбилось.
— Именно это и сводит меня с ума, — продолжал Чонгук.
— Я могу купить кого угодно. Любой соглашается. Но ты... дерёшься, отталкиваешь, бросаешь вызов. И я хочу именно тебя.
Он почти коснулся его губами, но остановился, оставив щекочущее напряжение между ними.
— Ты думаешь, я ищу того, кто легко раздвинет ноги? — Чонгук усмехнулся. — Нет. Мне нужен тот, кто сопротивляется. Кто горит. Кто делает меня живым. И это ты, Тэхен.
Он отстранился на сантиметр, взгляд всё ещё пронзал его насквозь.
— Вот почему — только ты.
Тэхен почувствовал, как внутри всё смешалось: страх, злость, непонимание... и странное, предательское тепло от этих слов.
Тэхен сжал кулаки, чтобы руки перестали дрожать, и наконец выдавил:
— Вы... просто сумасшедший.
Он резко отвернулся, будто этим движением ставил точку, и добавил:
— И вообще, смена давно закончилась. Мне нужно домой.
Он сделал шаг к двери, но едва пальцы коснулись ручки, за спиной снова раздался низкий голос Чонгука:
— Я подвезу тебя.
— Нет, — отрезал Тэхен, не оборачиваясь.
— Я настаиваю, — сказал Чонгук уже жёстче. — Ночь, холод, а у тебя нет даже нормального жилья.
Тэхен сжал зубы.
— Я сказал нет.
Он открыл дверь, но в спину ему всё равно ударили последние слова Чонгука, сказанные тоном, от которого пробежали мурашки:
— Когда-нибудь ты перестанешь убегать от меня, Тэхен.
Парень вышел в коридор, захлопнув за собой дверь, но внутри его всё ещё трясло — от злости, от страха... и от того, что эта игра явно не закончилась.
Тэхен ввалился в квартиру Чимина усталый, как после драки. Тот сидел на диване в футболке и с кружкой чая, и сразу поднял глаза.
— Ты как будто с войны пришёл, — заметил Чимин, подвинув кружку в сторону. — Что опять?
Тэхен плюхнулся рядом и закрыл лицо ладонями.
— Это он. Чонгук. Новый хозяин клуба. Он... чертовски настырный.
— Ага, — Чимин вытянул ноги, — а поподробнее?
И Тэхен рассказал всё: и о пощёчине, и о том, как Чонгук поставил его в тупик с судом, и о том, что тот снова хотел подбросить его домой. Чимин слушал внимательно, время от времени качая головой.
— Ну ты влип, — заключил он наконец. — Этот парень, похоже, реально помешан на тебе.
— Я не знаю, что делать, — признался Тэхен, уткнувшись в подушку. — Он... он как будто не слышит слово «нет».
Чимин на секунду задумался, потом хитро улыбнулся.
— У меня для тебя есть два варианта.
— Какие ещё варианты?