Внеорбитные: Рождение Феникса

Холод окутал девушку, и она тут же начала задыхаться.

Всё было так же, как и с её отцом – дно резко ушло из-под ног, как только Джессика дошла до середины пруда, и водная гладь скрыла ей под своей завесой, завернув в небольшом торнадо. Девушка знала, что ничего страшного произойти не может, но где-то в глубине души сомнения и глупое волнение терзали её.

Внеорбитная открыла глаза, но не увидела ничего кроме непроглядной тьмы. Точно так же, как в самом начале.

Она расслабилась, позволив водным потокам проходить сквозь неё, прикрыла глаза, умиротворенно отдавшись ситуации позволив себе признать свою победу, позволив себе признать конец. Этот этап закончился, но за ним обязательно последует новый.

Неизвестно, сколько Джесси находилась под толщей воды, но постепенно ноги начала сводить судорога, тело замёрзло. Тяжелая сырая одежда и ботинки тянули вниз, а девушка поняла, что ей пора. Пора выбираться на поверхность, пора прощаться окончательно, пора понять, что всё, что имеет начало так же имеет и конец, и это вовсе не плохо. Прощаться не плохо. Забывать не плохо. Проигрывать в схватке с самим собой не плохо.

Девушка начала работать руками, с силой подтягиваясь вверх. Воздуха в лёгких почти не осталось, и Внеорбитная должна была бы работать из последних сил, судорожно сражаясь с водой, но внутренняя гармония пополам с печалью не позволяла ей вновь погрузиться в страх, который стремился завладеть её сознанием. Когда Джессика увидела над собой лучи солнца, заглядывающие сквозь водное зеркало и освещающие путь наверх, она с силой разгребла воду еще пару раз, напрягая уставшие руки.

Вынырнув и тяжело втянув воздух с лёгким хрипом, девушка тут же подплыла к берегу и зажмурилась – глаза щипало, конечности болели и требовали долгожданного отдыха, который предстоял ещё очень и очень не скоро.

Внеорбитная оглянулась по сторонам, и на мгновение ей показалось, что ничего не изменилось – тот же город, тот же Миррор Пул, те же деревья вокруг. Но это было не Царство Тьмы. Джессика вернулась домой.

Свет, который она сначала приняла за солнечные лучи, на деле исходил от фонарей, мерно жужжащих в ночной тишине Брадфорда. Парк был пуст, но окна близлежащих домов были освещены и внутри сновали люди. По дороге промчалась пара машин – кто-то возвращался домой после весёлого вечера.

Обычная жизнь, обычный город, обычные люди. Всё как раньше.

Джессика вылезла из воды и втянула носом свежий, прохладный ночной воздух родного края, который и в сравнение нельзя поставить с другими. Сложно отрицать, что именно по этому она скучала больше всего – возможности свободно дышать, не напрягая все внутренности, не чувствуя жжения в легких и хрипоты в горле. Холодный ветерок налетел небольшим вихрем и заставил Джессику поёжиться и вспомнить, что она насквозь сырая.

До Контрери-гроув добраться было невозможно, девушка нуждалась в еде, сухой одежде, хотя бы временном покое и деньгах. Недолго думая, Внеорбитная стянулась с себя мокрую куртку, с силой выжала её, встряхнула, и просто накинув на плечи, потопала к Провиденс-стрит, в надежде, что сможет незаметно проникнуть в свой прежний дом.

В голову закрались странные подозрения, и волнение с каждым шагом охватывало Джессику всё сильнее.

Где Эрик?

Девушка пыталась мысленно позвать Ангела, но после сотни неудачных попыток бросила это дело. Однажды, говоря о том, что «Ангелам доступно большее», Эрик упомянул, что может становиться незримым для остальных людей и находиться в мире, стоящим рядом с миром живых, подобно злосчастным Демонам Ночи. Он будет так же ходить по улицам, заниматься своими делами, сражаться с преследователями с огненными черепами вместо голов, но увидеть его сможет только Джессика. И то, если захочет. Сейчас она надеясь лишь на то, что мужчина ждёт её в Контрери-гроув, сидя на кухне с чашкой горячего шоколада, рассказывая Линде Эванс через что пришлось пройти её малышке.

Эрик всегда был главной опорой девчонки с бордовыми волосами, но сам он, рассказывая обо всех умениях, которыми были наделены Ангелы, сознавался, что никогда не сталкивался и даже не слышал о возможности Ангела и Внеорбитного общаться ментально, через мысли. И это было самым потрясающим чувством для Джессики – знать, что, несмотря на все преграды, Эрик всё равно будет рядом с ней.

Девушка приблизилась к нужной улице и остановилась перед собственным домом. Взгляд выловил ровно подстриженный газон, большие окна, в которых не горел свет, табличку с надписью «Продаётся», красовавшуюся у крыльца.

Она вспомнила, как они переезжали. Как они переезжали, дабы замести следы, как сбегали, спасали свои жизни. Демоны Ночи наконец смогли подобраться к Внеорбитной, разрушив все выстроенные Эриком барьеры и преграды. Линда понимала, что не сможет в одиночку защитить Джессику, и именно поэтому осторожный Ангел был с ними, именно поэтому он так подгонял девушку. Каждая остановка на пути в Контрери-гроув – новый риск.

Девушка отвела взгляд от манящей двери родного дома и пошла дальше по улице, думая, что если бы предметы могли кричать подобно людям, дом на Провиденс-стрит, её дом, вопил бы так громко, что сердце бы в ту же секунду не выдержало и разорвалось. Приходилось оставлять позади всё, что хоть как-то касалось прежней жизни. Прошлое оставалось в прошлом, но продолжало преследовать девушку тонко переданными уроками и наставлениями.

Открыв скрипучую калитку соседнего дома и тяжело поднявшись на крыльцо, хлюпая сапогами, Внеорбитная постучала в дверь, за которой слышался говор телевизора. Спустя пару томных мгновений, в коридоре зажегся свет, и из окна, отодвинув кружевную шторку, показалось напуганное лицо женщины, которая всегда напоминала Джессике овечку.

Миссис Энн, которую девушка знала с рождения, тут же кинулась к входной двери и распахнула её, отворив три замка.

– Джессика! – удивлённо воскликнула соседка, а та лишь мягко и виновато улыбнулась в ответ. – Что ты тут делаешь?!

– Мне... мне надоело в Контрери-гроув, – только и смогла ответить Внеорбитная, пряча усмешку.

– Ну, мисс Эванс, вы же меня с ума сведёте! Боже, ты же вся сырая! – продолжала причитать женщина, крутясь вокруг девушки.

– Я упала в пруд.

– Быстро заходи и беги в душ! Хочешь лазанью? Я принесу тебе сухую одежду, у меня осталась от племянницы. А ещё нужно чайник поставить. И постель! Обязательно приготовить постель... – Миссис Энн резко развернулась к Джессике. – Ты голодная?

Та попыталась прогнать мысль о том, что всё время пребывания в Царстве Тьмы питалась одними соевыми батончиками и водой.

– Слегка.

– Ты безумно худая! – будто прочитав мысли, воскликнула женщина. – Это что, кровь?

– Порезалась о ветки.

– А что ты наделала со своими чудесными волосами?!

– Они мешали, – усмехнулась про себя девушка и вошла в дом, снимая мокрые сапоги.

Тут же, из одного выпал кинжал в кожаных ножнах, который Внеорбитная не задумываясь прихватила с собой. Благо, миссис Энн уже умчалась готовить и доставать одежду, потому Джесси, недолго думая, сунула его под кофту и пошлёпала в ванную, оставляя на полу мокрые следы, чувствуя, как плотная кожа упирается в живот.

Клинок, которым девушке ещё не удалось воспользоваться. Клинок, который был подарком и лучшим напоминанием о минувших событиях. Клинок, некогда принадлежавший Андре, который воительница передала подруге как символ её верности и безмерной благодарности.

– Что ты вообще тут делаешь одна? – прокричала с кухни соседка.

– Я соскучилась по Брадфорду, – отозвалась девушка, с грустной улыбкой на лице.

– За три то недели? – изумилась женщина, а Внеорбитная невольно вздрогнула.

Её не было так долго...

Стянув с себя сырую кофту и брюки, которые были изрезаны в боях и украшены тёмными разводами от крови, Джессика усмехнулась и залезла под горячие струи воды, смывая всю грязь. И тогда она с уверенностью могла сказать, что это был её лучший душ за всю жизнь, и он не ставился в сравнение даже со Штабовским, который так успокаивал тело и дух после долгой тренировки.

Тщательно промыв голову, и оттерев засохшие кровавые корочки с ранений, девушка осмотрела себя. На теле красовалось бесчисленное множество тонких светлых полос, шрамы украшали её руки и ноги, но самый большой и неровный красовался на левом боку, прямо под рёбрами. Девушка вздрогнула, вспомнив, как Ивл впился рукой в свежую рану. Девушка вздрогнула и поморщилась, вспомнив, как черный кинжал прошел сквозь его сердце.

Теперь всё закончилось.

Вот только длинная светлая полоса на шее всегда будет напоминать о начале и многочисленных жертвах, которые кровавым шлейфом тянулись за Внеорбитной. Шрам, не отпускающий воспоминания о Невисе, той пешке в глупой войне, наполненной желанием защитить близких, а после жаждой отмщения и яростью. Первый шаг. Первая смерть. Момент, когда действительность тяжелым молотом ударила девушку по голове.

Джессика накинула на себя лёгкую кофточку, отданную ей миссис Энн и высокие джинсы, которые были ей чуть велики, но сели хорошо, благодаря ремню. Просушив волосы полотенцем, и тщательно умывшись, она вышла из тёплой ванной комнаты и прошла на кухню, с которой уже доносилось сладостное благоухание приготовленной пищи.

– Как тебе новый город? Наверняка познакомилась со многими людьми и нашла новых друзей, да? – спросила миссис Энн, накрывая на стол.

– Это уж точно, – многозначительно повела бровями девушка.

– Как-то не радостно ты об этом говоришь, милая, – женщина нахмурилась, перекинула кухонное полотенце через плечо и развернулась к гостье, сложив руки на груди.

– Некоторые из них исчезли, оставив дыру в сердце.

Миссис Энн потупила взор.

– Ты по ним скучаешь? По Курту и...

– Да, – резковато ответила Джесси. – Но я знаю, – девушка проглотила образовавшийся в горле ком от мысли о брате, – что они в лучшем мире.

– По-другому и быть не может, – прошептала женщина, ласково проводя рукой по голове девушки.

«Нет, может. Возможно когда-нибудь и вам доведётся узнать, что всё может быть совсем иначе...» – подумала Внеорбитная и поспешила перевести тему, уплетая свой ужин и отхлёбывая горячий чай.

– Давно забытый вкус, – пробормотала она. – Спасибо большое.

– Кушай, не спеши, – добродушно улыбнулась миссис Энн. – Я так понимаю, ты сбежала?

– Да. Как можно добраться до Контрери-гроув? Наверное, мама сильно волнуется.

– Честно говоря, только на автобусе. Он подойдёт на рассвете. У тебя же нет денег... – женщина засуетилась, вытаскивая кошелёк, и девушка тут же почувствовала себя еще более неловко. – Этого хватит, я думаю.

Джессика коротко кивнула и приняла несколько купюр, спрятав их поглубже в карман.

– Я постелю тебе на диване, а утром разбужу, хорошо? – мягко спросила она, и девушка согласно закивала, представляя себе грядущий отдых, который был та необходим телу. Она знала, что её душа больше никогда не познает, что такое настоящий покой.

Покончив с ужином и положив голову на подушку, блаженно вытягивая уставшие ноги, Внеорбитная тут же отключилась.

***

Весь следующий день, проведённый в дороге, девушку не покидали воспоминания о былых временах. Голову занимали мысли об отце и Эрике, о путешествующей по бесконечной реке пустой душе Адама, о заточении Кары, о которой больше ничего не было слышно, и о том, что станет с Андре и Хантером. Найдут ли они своё место в Раю? Должны найти – они заслужили.

Проснувшись утром, и тяжело встав с кровати, она взяла у миссис Энн дорожную сумку и кинула туда куртку, которая успела высохнуть. Сапоги, кофту и старые кожаные штаны, выданные еще в Штабе, она оставила у женщины, понимая, что придётся навсегда расстаться с непригодными вещами. На дне сумки так же мирно покоился кинжал в кожаных ножнах, который Джессика теперь вряд ли когда-нибудь оставит. Ивл мёртв, с ним в небытие канули и Демоны Ночи, но кто знает, какие опасности могут подстерегать её?

Всё чаще думалось о том, что в пророчестве, о котором так часто упоминали Эрик и Андре, речь шла о четвёрке Внеорбитных, которые схлестнутся в немыслимой битве с силами Истинного Зла, но, между тем, то самое «Истинное Зло» в облике Князя Тьмы уже было отправлено самой Джессикой в Преисподнюю. Что-то не сходилось в этой головоломке. Внешне картина выглядела цельной и правильной, но в глубине души девушка понимала, что некоторые фрагменты заняли далеко не свои места. 

***

Она отключилась в автобусе, который вёз её по окраине городов между Брадфордом и Контрери-гроув.

Улыбчивая незнакомка взяла Джессику за руку и втянула в свою реальность, отражающую то, что девушка так давно стремилась познать.

– Готова открыть дверь? – предвкушено закусывая губу, спросила она.

– Не уверена, – честно призналась Внеорбитная, рассматривая высокий лоб, голубые глаза, в которых сама терялась, растянутые в усмешке коралловые губы и бледную кожу, в некоторых местах покрытую грязными разводами.

На оголённой шее собеседницы красовался длинный тонкий светлый шрам.

– Не жди, что дальше будет проще, – напутствовала девушка Джессику, протягивая тот самый серебристый ключ, указывая кивком головы на запертую тяжелую дверь. – Эванс! – окликнула она саму себя, когда её прошлое воплощение приблизилось к двери. – Прости, что лезла к тебе в голову. Когда-нибудь ты поймёшь, что у меня не было другого выбора.

– Всё вовсе не так, как мы когда-то себе представляли, да? – Джесси усмехнулась.

Её будущее согласно закивало.

– Ты только не повторяй моих ошибок, – печально проговорила она. – Не забывай прежнюю себя, ладно? Ты уж постарайся...

– Доверять разуму или сердцу? – спросила Внеорбитная, вставляя ключ в скважину.

– Сердцу, – твёрдо отозвалась девушка напротив. – Определенно, сердцу.

Повернув ключ, услышав щелчок открытого замка, Джессика с силой налегла на дверь и ступила в тягучую безвестность. 

***

Автобус вёз её по Контрери-гроув, и с трудом отходившая от последнего видения девушка с нетерпением ждала остановки, которая, судя по карте, находилась в пяти минутах ходьбы от её дома.

Эрик всё ещё не объявился, и это сильно волновало Внеорбитную, которая напрягалась от чувства одиночества, но в глубине души доверяла чувству, что всё в полном порядке и они с Ангелом скоро встретятся.

Поездка из Брадфорда в Контрери-гроув, требующая несколько пересадок, заняла весь день, и отняла почти все деньги, так что живот девушки негодующе выл, но Джесси не думала об этом. Её волновала лишь мама и мысли, неустанно лезущие в голову.

Она скучала.

Воспоминания, связанные с друзьями, которые помогли ей пройти чёртовы испытания вновь наполнили разум, вызывая слёзы, но Внеорбитная уже устала плакать. Ей казалось, что она потеряла литры жидкости и заработала себе обезвоживание – три недели в Царстве Тьмы буквально омывались почти ежедневными слезами и страхами, но всё равно тянули вернуться, захватывая разум, воспроизводя пережитое.

Автобус резко остановился и, выгляну в окно, девушка вскочила с места.

Джессика опрометью ринулась к дому, до которого оставались еще пара улиц. Она бежала не останавливаясь, не жалея сил, и представляла, как кинется на шею мамы и долгим прохладным вечером будет рассказывать ей всё произошедшее, сидя рядом с Эриком, закутавшись в плед.

Завидев дом, в котором ещё не довелось толком обжиться, она ускорилась еще сильнее, и буквально врезалась в калитку. Распахнув её, Джесси взбежала по ступенькам на широкое крыльцо и в волнении несколько раз нажала на дребезжащий звонок, но не услышав ответа громко постучала в дверь.

Та была открыта. Маленькая щёлочка позволяла любому желающему войти в помещение.

Сердце резко упало.

Этому могло быть десятки объяснений, но всё же какой-то жуткий, глубинный страх поднялся внутри девушки, когда она легко толкнула входную дверь и та, со скрипом отворившись, впустила Внеорбитную в полумрак холодного дома.

– Эрик, – прошептала в ужасе Джессика, но почти тут же сорвалась на крик. – Эрик!

Твёрдая рука легла на плечо, и она резко обернулась.

Взволнованные зелёные глаза смотрели на неё.

– Что случилось? – пробормотал он, оглядываясь по сторонам.

– Где ты был?! – в негодовании воскликнула Внеорбитная. – Я столько раз звала тебя!

– Мне заблокировали проход. Я задержался в Царстве Тьмы, – нахмурившись, обеспокоенно озираясь и крепко прижимая к себе Джесси, ответил он.

– Что-то не так, – дрожа, как лист, констатировала девушка, неопределённо махнув в сторону. – Дверь был открыта, дом пуст и... мама. Её нет.

Эрик схватил Джессику за руку и потащил вглубь дома, выставив перед собой приготовленный клинок.

Увиденное в гостиной заставило Внеорбитную вскрикнуть. Спина быстро покрылась холодным потом, ноги подкосились, но Ангел удержал её от падения, в испуге и негодовании глядя на хаос, представившийся им.

Разодранный и располосованный диван лежал вверх ногами, осколки битой посуды украшали пол, люстра, некогда висевшая на потолке, упала и разбилась в дребезги, а бежевые стены, обои на которых были разорваны, представляли собой полотно из красных брызг и мазков.

– Это кровь, – в истерике пробормотала Джессика, опускаясь на колени. – Это кровь.

Эрик кинулся обследовать комнату, ища то, что так боялся увидеть, но вернулся к убитой паникой Внеорбитной с пустыми руками.

– Её нет, – в изнеможении прошептал он, будучи не в силах более шевельнуться. – Линду забрали.

– Кто?! – в ярости вскричала девушка, вскакивая с колен, понимая, что в ответе не нуждается: всё лежало на поверхности.

Резвые языки пламени заплясали в глазах, когда взор девушки упал на записку, аккуратно лежавшую на столе, поверх общего разгрома, рядом с которой уместился медальон Линды, хранящий внутри маленькие снимки её семьи. Медальон, который она не снимала никогда.

Утерянная фамильная ценность на развалинах былого.

Джессика трясущимися руками взялась за золотую цепочку, поднимая подаренное ею самой украшение на уровне глаз. Она зажала медальон в пальцах так, что побелели костяшки, а после, недолго думая, повесила его на шею.

Аккуратно развернув записку, она прочла:

«Очень жаль, что приходится отрывать тебя от волшебных представлений светлого будущего, но к твоему несчастью, тьма не дремлет. Ты думала, что покончила с испытаниями на своём пути? О нет, глупенькая Внеорбитная – то было лишь начало. Ну что, попробуешь найти свою мамулю, Эванс? Приди и отбери!»

Под словами, написанными ровным и витиеватым почерком красовалась подпись:

«От всего чёрствого сердца – твоё Зло».

Джессика почувствовала в воздухе дурманящий запах роз.

Она затряслась, будто в приступе эпилепсии и без сил упала на пол, выронив надушенную бумагу, которую тут же поднял Эрик. Невиданная ранее ярость и жажда отразились на лице мужчины, когда он быстро пробежал по строчкам глазами.

Джессика тихо всхлипывала, свернувшись калачиком на полу и прижимая медальон матери к груди, изредка завывая от изнеможения и щемящего ужаса.

– Что он с ней сделал? Что этот монстр натворил на этот раз? – прошептала она, задавая вопрос склонившемуся над ней Ангелу.

Тот озлобленно глянул на записку и ответил голосом, от которого кожа покрылась мурашками.

– Он забрал её в Дальности.

***

Внеорбитная и её Ангел стояли на крыше бизнес центра, возвышающегося над жилыми домами города. Прохладный ветер трепал их волосы, мысли о грядущем так же трепали их нервы.

Девушка то и дело закрывала глаза, которые вновь слезились. От страха.

Ивл убил Линду Эванс.

– Мы не нашли тело, – проговорила, наконец, Джессика. – Значит ли это, что она жива?

– Тело убитого Внеорбитного превращается в пыль, – холодно отозвался Эрик, непроницаемо глядя прямо перед собой.

– Она мертва?

– Боюсь, что да, – Ангел положил руку на плечо Джессики, которая отрешенно вглядывалась в горизонт.

– А мы? – она подняла глаза на друга.

– Нет другой возможности попасть туда, – опустошённо ответил Эрик. – Ты знаешь.

– Я знаю. Боишься?

– А ты разве нет? – мужчина искоса взглянул на девушку.

– Я больше не боюсь смерти, Эрик, – честно отозвалась та. – Теперь я знаю, что ждет меня с той стороны.

Джессика подошла ближе к краю крыши. Она знала, что ей придётся сделать роковой шаг.

– Тогда чего ты боишься?

– Того, что однажды меня разлучат с тобой, – тихо проговорила Внеорбитная, и ветер отнёс её слова в пустоту.

Эрик приблизился к девушке, взглянув вниз. Падение с седьмого этажа на людную улицу, мощеную булыжником, могло иметь только один исход.

– Вместе? – прошептала Внеорбитная, протягивая руку своему Ангелу.

– Вместе, – ответил тот, сжимая её ледяную ладонь в своей, тесно переплетая пальцы.

Подойдя к самому краю и ступив на опасный карниз, подгоняемые ветром, девушка с бордовыми волосами и мужчина, держащий её руку, сделали шаг в роковую бездну.