Внеорбитные: Рождение Феникса

Ловя на лету колчан со стрелами, Джессика, в то же время, лихорадочно пыталась запихнуть в сапог второй кинжал. При ходьбе это немного мешало, но о комфорте во всех смыслах придётся забыть ещё очень надолго.

Адам упаковывал остатки еды в портфель, накидывая его на плечи. Его рука всё ещё была не в лучшем состоянии, но в целом, относительно свободно двигать ей он мог – пусть рана и не затянулась, наглухо перевязанная Хантером, она уже не доставляла особых неудобств и не болела так сильно. Ну, или парень делала вид, что не болела.

Эрик пристёгивал свой меч к поясу, отец старательно натачивал кинжалы, а Хантер копался в подсобке, ища для себя подходящее оружие. Через некоторое время мужчина вышел с тяжёлым и массивным топором. Резное древко плотно лежало в его руке, а лезвие секиры, украшенное светящимися символами, переливалось всеми оттенками серебристого, что, между прочим, указывало на то, что Демонов поблизости не было. На поясе охотника всё так же покоились несколько коротких клинков, но от лука и стрел он отказался, предоставив Джессике возможность отвечать за это.

Девушка закинула колчан на плечо и, застёгивая куртку, обвела остальных взглядом. Все казались немного задумчивыми, погруженными в свои мысли, прикидывая в голове все возможные варианты дальнейшего развития событий. Честно говоря, путники слегка воспрянули духом, узнав, что всё же существует человек, способный помочь им и разложить всё по полочкам. Неизвестная Андре заняла головы абсолютно всех.

Загоревшаяся и обнадёженная Джесси начала поторапливать парней, желая поскорей отправиться в путь. Она видела, что Адам чуть удивлённо смотрит на неё и Хантера с неким недоверием, что было вполне обосновано – категоричная сестра, которой всегда с трудом давалось поменять своё мнение о чём-либо, сейчас переменила отношения к довольно серьёзным и опасным вещам, пусть даже и с горем пополам.

Девушка натягивала плотные перчатки на холодные пальцы и вновь прокручивала в голове слова брата, которые и вовсе не давали покоя. Всю жизнь Адам был для неё неким щитом. Он прикладывал неимоверно большое количество усилий, чтобы помочь сестре, поддержать и защитить её, чувствовал свою ответственность и ограждал беспомощную малышку от всего прочего мира. Но теперь...

Мнение парня сильно поменялось, впрочем, как и он сам, и Внеорбитная думала лишь об одном – верит ли он в неё на самом деле или просто хочет подбодрить?

– Джесси? – послышался оклик Курта. – Ты с нами?

– Да, – задумчиво пробормотала девушка, натянув на лицо улыбку.

– Мы готовы.

Отец направился к двери и выглянул на улицу, приподняв одну из штор жалюзи. Тщательно посмотрев по сторонам, он утвердительно кивнул, давая знак, что всё чисто и проход свободен. Все были немного взволнованы и напряжены тем, что монстры не стали караулить свою добычу, а просто ушли, заняв новые позиции. А может, у них тоже был свой хитроумный план?

– Ты слишком много думаешь в последнее время, – послышался рядом с Джессикой голос Ангела.

– Поводов к тому у меня предостаточно, – грустно улыбнувшись, ответила она. – Меня одолевают мысли.

– Какие?

– Тревожные, в основном, - честно созналась девушка. – Как и всегда.

– Чего ты боишься? – внезапно напрямую спросил мужчина, заставив Внеорбитную вздрогнуть. Кажется, от его зоркого глаза ничего не могло укрыться, а может, сама девушка походила на открытую книгу, чьи секреты были доступны всем.

– Боюсь сдаться. Боюсь, что не сумею совершить того, что все так ждут от меня, но безумнее, сильнее всего, боюсь неизвестности. Я не знаю, что будет после, когда я пройду испытания, не знаю, что ждёт меня по возвращению домой, и понятия не имею, как найти остальных из этой Четвёрки. Да, я забегаю вперёд, но лишь оттого, что боюсь. Я не могу быть уверена в себе... – выпалила на одном дыхании Джессика, опустив голову.

Ангел смотрел на неё ледяным взглядом, но после в глазах его вновь засияла привычная мягкость.

– Чем больше ты сомневаешься в своих силах, Джесс, тем ты слабее, уязвимее для врагов. Демоны Ночи питаются страхами людей, они как вампиры, поглощающие свет, насыщающиеся кошмарами. Они умеют внушать то, что хочется им, разуверяя человека, погашая огонёк надежды, оставляя от него лишь тлеющий уголёк. Ты убедилась в этом сама сегодня, так что... – мужчина на некоторое время замолчал. – Я не волнуюсь о том, что мы можем не справиться, не переживаю о количествах приложенных усилий. Меня даже не заботит результат. Меня заботят лишь ты и твоё состояние. Ты никому не должна доказывать, как сильна, даже если на тебя надеятся, потому что ты в первую очередь живой человек, имеющий право на эмоции, чувства, страхи.

Девушка почувствовала, как на глаза накатываются слёзы. Он была так бесконечно благодарна Эрику, который всё это время без устали возвращал её из мрака, что не могла толком выразить это словами. А ещё, в глубине души, она чувствовала подвох.

Её всегда пытались понять, но не могли. Сейчас же, напротив стоял человек, с каждой минутой открывающий ей мир всё сильнее, с каждой минутой становящийся её неотъемлемой частью. И ей было страшно, что в какой-то момент, он может исчезнуть, забрав с собой весь свет. Страшно, что в какой-то момент он покинет её по своей воле. Страшно было вновь прощаться.

– Я не хочу убивать, Эрик, – дрожащим голосом, проговорила Джесси, с благодарностью глядя на Ангела. – Никого. Я думала, что это так просто, но сейчас осознаю, что забирать у кого-то жизнь невыносимо. Каким бы ужасным ни было это существо, оно было живым, настоящим, осязаемым. И меня жутко гложет весь этот коктейль из эмоций и противоречий в моей голове. Я думала, что готова, но, мне кажется, к подобному просто нереально подготовиться.

– Знаешь, не думаю, что кому-то из нас убийство приносит радость, – печально усмехнулся Эрик. – У каждого своя причина для убийства, как бы мерзко это ни звучало. Нет у нас другого выхода, понимаешь? Либо они, либо мы, и сотни таких же живых людей вместе с нами. И выбирать вовсе не приходится, потому что выбор – та блажь, которой у нас, увы, нет. Ты выходишь из игры? Уверена? Просто где-то там, в мире, есть Внеорбитные, страдающие от вечных битв и погони, сражающиеся за право выжить и быть счастливыми, старающиеся защитить своих близких. А у меня вот при себе только меч и вера. Смешно звучит, правда? Даже жалко как-то... Но я точно знаю, что никто не придёт на помощь. И пусть я принесу не так много света, лишу жизни не так много Демонов, но я уверен, что океан складывается из маленьких капель воды, соединяющихся вместе и превращающихся в сильные волны. И я такая же часть этой волны. В таких ситуациях, полагаться на чудо просто нелепо, нужно полагаться только на себя, продумывая каждый ход по нескольку раз, взвешивая всё, предугадывая последствия. Или же, чувствуя сердцем, которое никогда не даст неверный ответ. Пора, наконец, понять, что ты не в сказке, никто не решит твои проблемы по мановению волшебной палочки, нет. Если ты встала на тропу – так не сворачивай, потому что иначе будет всё равно, благими твои намерения были, или нет.

Эрик говорил спокойно, даже мягко, но в его глазах сияла такая уверенность, что девушка невольно поёжилась. Джесси чувствовала, как каждое его слово находит отголосок в её сознании, занимает место в душе и поднимет её с колен бессилия в этой внутренней битве с собой. Она чувствовала текущую по венам энергию и силу, слушая его, ощущала, что фонтан этих чувств вот-вот пробьёт себе выход наружу и тогда у зла не останется шансов.

– Ничего не отвечай, – продолжал Ангел, глядя на Внеорбитную. – Просто запомни то, что я сказал тебе и попытайся уловить весь смысл.

Джессика утвердительно кивнула.

– Спасибо, – тихо пробормотал она, и мужчина вновь подарил ей тёплую улыбку, которая всё больше становилось родной.

– Эй, вы скоро там? – послышался недовольный голос Адама, и Джессика с Эриком поспешили на выход из защищенной барьером лавки.

Покидая её, девушка будто оставляла там всю свою неуверенность, всю чрезмерную мягкотелость, всё малодушие. Пора двигаться вперёд. Стоит закрыть книгу, облачив её в твёрдый переплёт, но понимать, что иногда стоит снимать броню, а не глубже зарываться в неё. Главное не переборщить...

А помочь всему этому может только время и те невероятные «сюрпризы», которые будут встречаться на пути Внеорбитной с бордовыми волосами.

Всё чаще Джесси замечала, что дышать становилось легче, легкие начали приспосабливаться, и уже почти привыкли к спёртому, душному воздуху. Небольшие вихри, то и дело налетающие, сильно раздражали, метая маленькие песчинки в глаза – те становились красными и сильно болели. Холод, который раньше овладевал девушкой, уже не чувствовался так сильно, как раньше, и ей даже показалось, что она лишь представляла его, когда ледяные пальцы страха сковывали сердце, но из-за чрезмерной духоты в узеньких улочках, всё чаще хотелось пить.

Путники шли медленно, остерегаясь каждого поворота. Людей на улицах до сих пор не было, все сидели, спрятавшись по домам, остерегаясь угрозы нового нападения Демонов. То и дело Джессика вытаскивала небольшой кинжал из высокого сапога, чтобы посмотреть на лезвие, расписанное плавными рунами, дабы убедиться, что клинок не чернеет. Все были напряжены, она видела, как Адам сжимает побелевшими от напряжения пальцами рукоять короткого меча, висящего у него на поясе. Он очень старался выглядеть спокойным, но то и дело озабоченно оглядывался по сторонам, или смотрел на перебинтованную руку. Хантер неумолимо шёл вперёд, ведя остальных по длинным и широким улочкам, всё ближе, к месту обитания Андре.

Компания двигалась вдоль Градан-роуд, а Джесси, погруженная в свои мысли, даже не заметила, как они прошли достаточно большой путь.

– Мы на Драм-стрит, – раздался впереди голос Хантера. – Демоны Ночи частенько скрываются в переулках поблизости, так что сейчас будьте предельно осторожными.

Слушаясь проводника, Джессика в очередной раз вытащила из сапога кинжал, и посмотрела на лезвие. Серебристое свечение чуть колыхалось, но не меняло своего яркого цвета, что приятно радовало, но притом и настораживало. Сколько они уже идут? Пожалуй, куда больше четверти часа, и за это время не было ни одного инцидента?

Девушка поспешила подойти к Хантеру и сказать о своих опасениях, но как только она приблизилась к нему, он снял с пояса секиру, и перехватил её покрепче, приложив палец к губам, делая всем знак замолчать. Остальные замерли в нерешительности, не понимая, что так насторожило мужчину. Тот стал крадучись пробираться вперёд, к угловому повороту на Дайсон-стрит, уверенно сжимая оружие.

Охотник прижался спиной к стене одного из зданий, а после резко нырнул за поворот, схватив кого-то за руку. Он вытянул к остальным неизвестную пожилую женщину, которая отбивалась, выкрикивала оскорбления, а когда Хантер понял, кто стал его пленницей, ту же отпустил незнакомку. Та же быстрее молнии ринулась к Джесси, схватила её за руки и сжала запястья раньше, чем та успела опомниться и что-либо предпринять. Женщина трясла её, о чем-то жалобно и тихо просила, но девушка не могла разобрать ни слова, кисти её рук онемели – у бедняжки была стальная хватка. Она старалась выдернуть руки, но незнакомка не отставала от неё, яростно умоляя помочь. В конце концов, она нагнулась к самому уху, и, не разжимая рук, стала лихорадочно бормотать:

– Помоги мне, прошу тебя, дитя, помоги. Помоги...

– Что? Я... я не понимаю, – запротестовала Джессика. – Как я могу помочь?

Всё плыло перед глазами, женщина продолжала неистово трясти руки девушки, а её голова кружилась. К горлу вновь подступал ком.

Наконец, незнакомка отпустила её, чуть отшатнувшись. На худом лице, сияющим мертвенным блеском, выступали морщины, поджатые губы тряслись, а в широко распахнутых, подслеповатых глазах сиял страх отчаявшегося человека.

– Вы должны помочь. Должны спасти нас, нас всех. Должны, обязаны, – безумно шептала женщина в воцарившейся тишине.

– Что случилось? – мягко проговорила Джессика, стараясь успокоиться.

– Они уже близко, – внезапно громко сказала женщина, расширяя глаза от ужаса. – Я чувствую их жар, я слышу их! А вы? Вы слышите скрежет? Это говорит сама смерть, это смерть! – кричала она, часто моргая и дрожа всем телом.

Внеорбитная не знала, отчего её стало ещё более жутко – от вида незнакомки, или от того, что она описывала Демонов Ночи, которые с каждой секундой явно приближались.

Лезвие секиры Хантера начало постепенно темнеть.

– Они скоро будут тут, они убьют всех. Они будут пытать, насыщаться нашей кровью.

По телу девушки бежали мурашки, ужас разливался по телу незримыми волнами, парализуя. Она стояла в нерешительности, не в силах отвести взгляд от женщины, которая продолжала:

– Он найдёт тебя, дитя. Найдёт, отыщет, убьёт. Уничтожит твой род, причинит боль, я знаю. Он убьёт, убьёт, убьёт.

Незнакомка начала повторять единственное слово, будто в бреду. Джессика затряслась сильнее прежнего, капельки пота заструились по спине.

Женщина стояла близко к ней, она слышала её учащенное дыхание, отчётливо видела закатившиеся глаза, морщинистую кожу в пигментных пятнах, трясущиеся губы. Девушка начала медленно пятиться, отступая. В поисках поддержки она растерянно скользила взглядом по лицам Эрика, брата, отца и Хантера, стоящего за спиной незнакомки, но все выглядели не менее шокированными. Даже Ангел, который всегда умел совладать с собой, сейчас стоял, нахмурившись и тяжело сглатывая, глядя на неизвестную.

Женщина же на секунду замолчала, закрыв глаза, перестав дрожать. Джессика облегчённо вздохнула, сумев, наконец, расслабиться, но в ту же секунду поняла, что рано обрадовалась. Незнакомка вдруг резко распахнула глаза, по её щекам заструились прозрачные слёзы, и она произнесла громко, отчётливо, жутко:

– Смерть.

Через мгновение, на её поясе появилась петля, утыканная шипами, и девушка с содроганием узнала плеть Демонов Ночи. Бедняжка, быстрее молнии, полетела назад, притянутая сильными лапами чудовища, а после моментально напоролась на выставленный вперёд кривой меч, который прошёл сквозь плоть, будто нож сквозь масло. На землю рекой хлынула кровь, Джессика пронзительно вскрикнула. Рядом с Хантером, в нескольких метрах, стоял ещё один Демон. Мужчина резко отскочил, хватаясь за секиру, чьё лезвие было абсолютно чёрным, и начал отступать.

Тело женщины медленно соскочило с окровавленного, зазубренного лезвия и бездыханно упало на землю. Из дыры в животе до сих пор струилась кровь, но убитая незнакомка начала постепенно исчезать, тускнея, а после и вовсе превращаясь в ничто, отправляясь в Реку Душ, из которой не было выхода. На раскалённом асфальте не было ничего, кроме озера алой крови, которая тоненькими ручейками растекалась в разные стороны.

Джессика прикрыла рот рукой, отчаянно пытаясь подавить поток слёз, который вот-вот норовил хлынуть из глаз. Демон ехидно и зло ухмылялся острыми зубами, его череп ещё не был охвачен пламенем.

Девушка уткнулась в плечо подлетевшего к ней Эрика, рука которого лежала на рукоятке меча, готовая тут же вытащить оружие. Тот приобнял её, отворачивая от ужасающего зрелища. В голове Джесси засыпала себя оскорблениями, проклинала за неспособность помочь нуждающейся, но в то же время осознавала, что её вины в произошедшем нет. Это раздражало её больше всего: полярности, контрасты, которые наполняли душу, которым не было конца, которые подрывали веру и отнимали только-только зарождающуюся убеждённость в гармонии с собственным существом.

– Так будет с каждым, кто приблизится к тебе, – пророкотал над собравшимися злобный голос Демона. Тот нахально уставила на Хантера, но на лице мужчины не дрогнул ни единый мускул. Он уже заранее решил, что пойдёт до конца. Пусть не ради Внеорбитной, но ради мести.

Девушка подняла голову, вперившись в монстра яростным взглядом, полным ненависти и отвращения. Не медля ни секунды, она отступила на шаг от Эрика, схватив в руки лук и резко вытащив стрелу, натянула тетиву.

В ответ послышался лишь истерический хохот чудовища, чередующийся с клацаньем челюстей.

– Мы это проходили, девчонка. Помнишь, что ты сделала? – ухмыляясь, спросил Демон.

– Этого больше не повторится, – процедила сквозь зубы она, решительно прицелившись.

Монстр вновь загоготал, закинув голову назад, а Джесси, порядком разозлившись, выпустила стрелу и та, с лёгким свистом отправилась к груди чудовища, яро желая пронзить её и сжечь монстра дотла. В ту же секунду, не долетев до цели, стрела повисла в воздухе, остановленная неизвестной силой. Воцарилась мёртвая тишина, её не нарушало даже привычное завывание ветра. Череп монстра охватило лёгкое пламя, рот перестал растягиваться в зловещей ухмылке – он явно опешил, не ожидая такого поворота и решительности от Внеорбитной, но через пару томных мгновений на его ужасном лице вновь появился довольный оскал.

Девушка обратила вопросительный взгляд к Эрику, нерешительно опустив лук, но Ангел смотрел только вперёд, на застывшую в воздухе стрелу, стиснув зубы. Рука, лежащая на рукояти меча, чуть подрагивала.

Где-то впереди раздались шаги и из-за правого поворота, не спеша, размашисто вышел неизвестный человек с поднятой вверх ладонью. Он приветливо улыбнулся всем собравшимся и склонил голову в знак отдельного приветствия, обращаясь к Джессике.

– Джесс, – послышался встревоженный шепоток Эрика, чуть справа, – отойди назад.

Не послушав его, девушка уставилась на человека. Он был достаточно высоким, на голове красовалась модельная стрижка с побритыми висками и зализанной назад длинной чёлкой. На устах сияла улыбка, лицо подёрнулось лёгкой щетиной, а в тёмных глазах плясали озорные искорки. Он был одет в чёрную рубашку с закатанными рукавами, классические брюки дополняли лакированные туфли. Но больше всего поражало то, с какой непринуждённостью он держал в другой руке маленькую сервизную чашку, то и дело, отхлёбывая оттуда.

Она его узнала. Даже находясь на приличном расстоянии, она чувствовала витающий в сжатом воздухе аромат роз.

Это был он.

– К чему такие предосторожности, Эрик? – раздался мягкий, даже бархатистый голос мужчины. – Я просто пришёл навестить юную Джессику Эванс, пожаловавшую в мои владения, – не переставая улыбаться, произнёс он.

Сердце пропустило удар. Его владения...

Ивл не сводил пристального и даже хищного взгляда с девушки, медленно попивая чай.

– С бергамотом, – нарочито тепло улыбнулся Князь Тьмы, – твой любимый.

Джесси вздрогнула, но лишь сильнее сжала челюсти, пытаясь изобразить усмешку на устах.

Всё это время он был настоящим. Не было никаких галлюцинаций, не было помутнения рассудка и теней в комнате. Был лишь он...

– Ты... – прошептала девушка, делая шаг вперёд.

– Узнала? – Ивл рассмеялся, приветливо улыбаясь Внеорбитной. – Да, в тот день на заправке я, пожалуй, действительно ошибся дверью, – ухмыльнулся он. – Брось, я не думал, что тебе будет так страшно, Джессика. Так забавно было наблюдать, как ты шарахаешься от каждого тёмного угла в новом доме. Знали бы они, – мужчина кивнул на Курта и прижавшегося к нему Адама, – как тебе было плохо там, в одиночестве.

Девушка прикрыла глаза, собираясь с силами. Только не выдавать себя, только не показывать истинные эмоции.

– Я знаю о тебе всё, – так же ласково произнёс мужчина, будто прочитав мысли Джесси.

Ивл вёл спокойную, расслабленную беседу, продолжая пить чай и удерживать стрелу в воздухе. Повелитель Царства Тьмы медленно двинулся вперёд, но вовсе не стал подходить к путникам, принявшись расхаживая по дороге, вперед-назад. Казалось, весь мир замер, и только он мог двигаться.

Джессика тяжело дышала, слушая учащённое сердцебиение. Князь Тьмы смотрел под ноги, не произнося ни слова, но, подойдя к зависшей в воздухе стреле, он уставился на алмазный, пепельно-чёрный наконечник.

– Как мило, – нарушил он воцарившуюся тишину. – Прямо как моё сердце.

Мужчина провёл пальцем по острию, и то мягко вошло в его плоть. На раскаленный асфальт, шипя, закапала алая кровь. Девушка нервно сглотнула.

– Мне нравится боль, – протяжно произнёс Ивл, отойдя от стрелы. После, чуть двинув ладонью, мужчина заставил оружие упасть на землю, сломавшись пополам. – Я тут улучшил свои познания в магии, – продолжил он, обращаясь к Ангелу. – И знаешь, это чертовски удобно! С нашей последней встречи многое изменилось, Эрик.

Повелитель Царства Тьмы держался легко и непринуждённо, разговаривал спокойно, на лице светилась дружелюбная улыбка даже без намёка на ярость, что пугало ещё больше.

С их последней встречи? Где она могла состояться?

Джесси вскинула голову, упарившись непонимающим взглядом в Ангела. Тот нервно постукивал по рукоятке меча пальцами, но не поворачивал головы, продолжая прожигать гневным взором Ивла.

Тот обиженно надул губы, посмотрев на Внеорбитную.

– А ты, Джессика, даже не поздоровалась. Признаться, я огорчен. Разве родители не учили тебя здороваться?

Девушка не отвечала, лишь стояла в нерешительности, не зная, что предпринять. Демон Ночи позади мужчины усмехался, не сводя с неё взгляда своих пустых глазниц. Стоило ли заговорить с Повелителем Царства Тьмы, или это лишь усугубит и так накалённую ситуацию?

Где-то вдали послышался яростный крик остальных чудовищ. Кровопролитный бой, спешащий ко всей компании на крыльях смерти, неумолимо приближался. Медлить было нельзя.

– Что тебе от меня нужно? – дрожащим голосом спросила девушка, стараясь скрыть парализовавший её ужас. Что-то в образе Князя Тьмы не давало ей покоя.

– Мне? – Ивл вскинул густые брови. – Совершенно ничего. Более того, я очень надеюсь, что после сегодняшней бойни ты останешься жива. Твоя чувственность мне весьма и весьма симпатична! – Мужчина склонил голову вправо, улыбнувшись Джессике, а после вновь отхлебнул чай из чашечки. Она видела, как Эрик недовольно поморщился и зло двинул скулами.

Девушка поджала губы, не в силах двинуться или произнести ещё хоть одно слово. Вся ситуация напрягала и раздражала её своей неопределённостью, потому она не сводила сосредоточенного взгляда с довольного лица мужчины, который так же пристально глядел на неё, чуть закусив губу и ухмыляясь.

Вопли Демонов всё приближались, а молчаливая пауза и игра в гляделки затянулись.

– Ну, что же, – Ивл, наконец, решил подвести итоги непродолжительной беседы. – Мне очень понравилось моё эффектное появление, надеюсь и на вас оно произвело впечатление, но мне, увы, пора бежать. Оставляю вас наедине с моими милыми питомцами, – он легко кивнул в сторону Демона Ночи за своей спиной. – Надеюсь, Джессика, ты не особо сильно пострадаешь.

Мужчина кровожадно улыбнулся, пальцем подозвал к себе одного из чудовищ.

– Не трогайте её личико, – проговорил он, делая новый глоток чая, глядя на Внеорбитную поверх кружки. – Всего хорошего.

Повелитель Царства Тьмы чуть топнул ногой, и стал постепенно исчезать, окутываясь алой дымовой завесой, а после совершенно пропал с лёгким щелчком, будто порвалась туго натянутая верёвка.

Он хотел увидеть её, хотел посмотреть, с чем имеет дело и прикинуть её силы. Просто хотел понять, кого ему предстоит уничтожить.

Ещё несколько минут путники стояли в нерешительности, отчаянно думая, что же делать дальше. Демон Ночи, тот самый, остался стоять на месте, наблюдая за компанией, которая явно была в смятении, и Джессика могла поклясться, что видела его ухмылку и знала, какое удовлетворение он при этом испытывает.

Даже Эрик в непонимании и замешательстве пробегал глазами по лицам остальных. Все слушали приближающиеся крики Демонов Ночи, но не знали, что предпринять, кроме как ринуться бой. Бежать не имело смысла, путей к отходу не было.

Решительно кивнув друзьям, девушка насадила новую стрелу на тетиву, крепко схватившись за лук, который всё это время держала вспотевшей ладонью.

Джессика прицелилась в Демона Ночи, тот, охватив свою голову пламенем, решительно устремился к ней, но не успел и приблизиться, как его плечо пронзила просвистевшая в воздухе стрела – монстра охватил огонь, расходившийся во все стороны прерывистыми волнами от раны. Дикий вопль пронзил воздух, чудовище через пару мгновений сгорело, оставив на дороге кучку пепла.

Эрик обнажил меч, Хантер перекинул секиру в другую руку, перехватив её удобнее, Адам вцепился в рукоять своего клинка дрожащей рукой, и быстро вытянул его из ножен, отец выхватил кинжалы и, приготовившись, опустил их вниз.

Внеорбитная обвела собравшихся взглядом, понимая, что каждый час, каждое решение – новое испытание для неё. Но они будут рядом. Они все. Пойдут за ней даже в адское пекло, даже жертвуя своими жизнями.

Она не имела право их подвести.

Джессика насадила на тетиву новую стрелу – та на мгновение стала вновь серебристой, но после стремительно изменила свой цвет на чёрный. В ту же секунду из-за поворота на путников хлынула толпа Демонов Ночи.