Внеорбитные: Рождение Феникса

В голове девушки сразу стали мелькать варианты дальнейшего развития событий.

Первое – броситься бежать, что есть сил, вернуться к дому, укрыться в нём. Проблема: шансы остаться в живых в следующий раз будут куда меньше, нежели сейчас.

Второе – принять бой и попытаться сразить этих тварей. Проблема: Джессику настолько сковал страх, что она не смогла бы и сдвинуться с места, не то что дать отпор жутким чудовищам.

В любом случае, она осознавала, вечно прятаться не выйдет, и, в конце концов, придётся очутиться на поле боя с оружием наготове.

Переглянувшись с Эриком и остальными, Джесси пришла к выводу, что все выбрали первый вариант, правда, внеся небольшие поправки.

Ангелу стоило лишь кивнуть головой в нужном направлении, как путники, не сговариваясь, разом ринулись прочь с такой скоростью, что только дух захватывало. Девушка не слышала вокруг абсолютно ничего, кроме непрерывного топота четырёх пар ног. Ботинки оказались тяжёлыми, бежать было трудно, но страх подгонял, подстёгивал сзади невидимым кнутом, и даже тяжёлый колчан со стрелами и луком, который висел за спиной, уже не казался таким громоздким, как раньше.

Джесси видела, что другие путники тоже запыхались, но никто не посмел остановиться. Вскоре девушка ощутила нехватку кислорода, дыхание стало сбиваться, воздух был пропитан жаром, а вокруг стояла неимоверная духота, с завидной частотой сменяющаяся ледяными порывами ветра. Водолазка уже давно прилипла к спине, на лбу выступили капельки пота, которые Джессика на бегу смахивала рукавом.

Пробежав Татли-стрит, путники свернули на Гост-роуд, и только на середине пути девушка, наизусть знавшая улочки города, поняла, что у них есть два пути – направо или налево, но оба они вели в тупики, упираясь в высоченные стены зданий.

– Пап! – крикнула Джесси, резко останавливаясь, но, кажется, Курт, который принял ведение путников на себя, и сам понял, что натворил.

Вдали слышались приглушенные крики Демонов Ночи, будто лаянье разъярённых псов. От этого завывания, смешанного с визгом, по коже бежали мурашки, и девушка почувствовала, как тело сотрясают незримые волны ужаса. А звуки, издаваемые исчадиями Ада, тем временем приближались.

Адам выглядел ничуть не лучше сестры – сильно побледнел и сжимал трясущимися пальцами рукоять короткого меча, висящего на поясе. Ледяные порывы ветра участились, и с куда большей силой подталкивали путников в спину, сбивая с ног, трепали волосы, загораживая обзор, мешали сосредоточиться и принять действительно толковое решение.

Джесси, в полной растерянности, смотрела то на отца, то на Эрика, но Ангел сохранял самообладание и выглядел как всегда задумчивым, абстрагировавшимся, холодно обдумывая пути к отступлению и пытаясь не поддаваться всеобщей панике.

Но девушка знала: выхода нет. Они в тупике.

Назад бежать не имело смысла – они не успеют свернуть на другую улицу и моментально попадут в лапы Демонов.

Выбора, кроме как принять бой, больше не осталось.

– Как думаете, сколько их там? – дрожащим голосом спросил Адам, отчаянно пытаясь контролировать подступающий приступ страха. И сестра, признаться, прекрасно понимала его, пусть и видела этих монстров лишь по детским рисункам, но отчётливо уяснила, что с ними лучше дела не иметь.

Юноша переступал с ноги на ногу, не переставая вздрагивать после каждого нового крика подступающих с каждым мгновением всё ближе Демонов Ночи. Он, по своему обыкновению, начал заламывать пальцы на руках. Эрик в ответ морщился – звуки нервировали и мешали сосредоточиться.

Курт рассеянно озирался по сторонам, сжимая руки в кулаки, хмурясь, оглядывая крыши полуразрушенных зданий.

– Я думаю, не больше трёх, – Джессика хотела успокоить брата, пытаясь, при этом, вернуть самообладание и себе. – И шансы будут равны. Мы справимся, Адам.

Девушка положила руку на плечо парня, но тот скинул её резким движением, и, схватив сестру за запястье, заглянул в глаза – в них плескался неподдельный, даже какой-то безумный ужас.

– Ты не понимаешь, Джей, – горячо зашептал Адам почти на самое ухо девушки. – Ты не видела их! Такое и в кошмарах не каждому приснится! Если бы ты только могла осознать, насколько они ужасны, ты бы... – юноша прервался, содрогнувшись от очередного вопля. – Мы не выстоим, Джей.

Эрик резко отодвинул девушку от брата и, встряхнув того за плечи, проговорил над самым его ухом, но ветер не достаточно стремительно отнёс его слова, поэтому Джессике всё же удалось их расслышать:

– Ты думаешь, тебе одному страшно? Прекрати пугать её, понял меня? Или первый выскочишь к Демонам на поклон!

– Я имею право ощущать страх, – с вызовом ответил парень, ненадолго заглядывая мужчине в глаза. – Я тоже человек, и я не хочу оказаться в Реке Душ.

Ангел отстранился от подавленного юноши, не найдясь, что ещё ему сказать, разочарованно покачал головой и обратился ко всем сразу, сосредоточив большую часть внимания на Внеорбитной:

– Мы должны принять бой.

Девушка кивнула, тяжело сглотнув.

Раздался лязг оружия, вынимаемого из ножен. Тут же вспышки яркого света озарили узкую улочку, которая стала тупиком для путников, но почти сразу начали стремительно меркнуть. Через мгновение клинки приобрели чёрный цвет.

Джесси вспомнила существ с рисунка, пытаясь заглянуть как можно глубже в себя, воскресить в памяти момент, когда одного из чудовищ ей всё же удалось рассмотреть. Картинка ярким пламенем вспыхнула во мгле сознания, поражая девушку своей реалистичностью.

Чёрная, смолистая шерсть, покрывающая мускулистые руки, звериные пальцы заканчивались длинными когтями, пропитанными кровью, вместо головы массивный череп, объятый пламенем. Горящее лицо с жуткой ухмылкой. Сверкнувший на свету зазубренный клинок, взметнувшийся вверх кнут, покрытый шипами. На задворках сознания вновь раздался женский крик, от которого к горлу подкатывал ком. Джессика напомнила себе о том, что нужно будет подробнее узнать о произошедшем в младенчестве инциденте с Демоном Ночи. Если, конечно, удастся выжить.

Девушка резко втянула ртом затхлый воздух, распахнув глаза, которые по инерции зажмурила. Воспоминание было таким чётким и явственным, словно Демоны Ночи уже стояли перед ней, скаля свои заточенные под клыки зубы. Содрогаясь от ужаса, Джесси сняла с плеча лук, обхватив его середину вспотевшей ладонью, а после, вытащив из колчана стрелу, приставила её к тетиве, чтобы быть готовой для выстрела.

– Я верю в тебя, слышишь? – раздался над самым ухом твёрдый голос Эрика. – Я прикрою.

Сил девушки хватило лишь на то, чтобы благодарно отрывисто кивнуть.

Она знала – Ангел не подведёт.

Всё-таки, его слова предали Джессике сил, она постаралась выровнять дыхание, смирившись с действительностью – только вперёд, иных вариантов нет. Поздно спасаться бегством, когда враг уже наступает на пятки.

Ощутив явный прилив сил, девушка поудобнее перехватила лук, который выскальзывал из влажной ладони, крепко сцепив пальцы. Костяшки побелели, кожа на них натянулась.

Путники, готовые к атаке, уставились на улицу впереди, медленно отступая назад, напоминая себе, что далеко заходить нельзя, дабы не упереться спинами в стену и не загнать себя в окончательную ловушку. Всё же, инстинкт самосохранения, несмотря на хлынувший в кровь адреналин, работал исправно.

На несколько томных секунд душераздирающие вопли стихли, и всё успокоилось.

На мгновение Джесси даже подумала, что Демоны сбились со следа, и ушли, но после, на дороге, в нескольких метрах от компании, показалась одинокая фигура. Ростом под два метра, она неспешно двигалась к путникам, уверенно шагая навстречу добыче.

Лица существа не было видно, оно находилось в тени. Заметны были лишь развивающиеся полы чёрного плаща, который доставал почти до самой земли. Лапы, облачённые в тяжёлые ботинки, ступали по асфальту с таким лязгом, словно обувь была выкована из чугуна.

Но разве может одно существо так громко, пронзительно и невыносимо выть?

Наступила мёртвая тишина, и лишь шаркающий скрежет нарушал её. Неизвестный объект остановился, так и не произнеся ни звука.

В голову Джессики постепенно стали закрадываться мысли, что если придётся стрелять, она не сможет сделать этого. Страх перед убийством живого существа, пусть и покушающегося на её жизнь, заставил её нерешительно опустить лук. Сможет ли она выпустить стрелу в того, кто когда-то дышал, двигался и жил? Сможет ли она убить, хватит ли духу, даже если её близкие будут в опасности?

Откинув подобные мысли в сторону, девушка слегка тряхнула головой и постаралась рассмотреть монстра лучше, дабы выявить его слабые стороны. Или, по крайней мере, попытаться выявить.

Внутри Джессики всё разом перевернулось, когда из-за широкой спины чудовища показался ещё один подобный, и отошёл в правую сторону, за ним следующий, который оказался слева. Процесс продолжался несколько мгновений, пока на дороге, впереди, не предстала шестёрка Демонов Ночи. Одновременно издав злорадный смешок, от которого сердце ушло в пятки, монстры стали медленно двигаться в сторону напуганных путников, пятящихся к стене.

Краем глаза девушка видела, как шокированный Адам стремительно торопится назад, всё дальше от злобных существ, а они, тем временем, с ехидными смешками подходили всё ближе, но явно не торопились, стараясь напустить ещё больше страха.

Дыхание Джесс участилось, как и сердцебиение, руки предательски задрожали, спина уже давно покрылась потом. Девушку, совершенно неготовую к такому стремительному развитию событий, сильно трясло, нехватка еды в организме, усталость и тонны навалившейся на неё информации и проблем тоже внесли свой вклад в ухудшение и так подорванного состояния.

Через несколько мгновений монстры вышли на свет, и Джесси невольно опустила лук, чтобы закрыть рот рукой, но, тут же спохватившись, попыталась спокойно выдохнуть, и выпрямилась во весь рост.

С них словно бы сняли скальп. Забрызганные чужой кровью черепа обнажили ряд острых зубов, жутко улыбнувшись растерянным, поверженным в шок путникам. Пустые глазницы притягивали к себе взгляды, а пальцы с изогнутыми звериными когтями нетерпеливо постукивали по волосатому телу. К широким ремням на поясе существ был прикреплен железный кнут, утыканный длинными и поблёскивающими шипами, а за спиной каждого из чудовищ девушка видела рукоять зазубренного клинка – оружия, которое идеально подходило для убийства Внеорбитных.

Шесть невероятно страшных существ двигались на вооружённых путешественников, загнанных, как мелкое зверьё, в тупик, намереваясь разорвать их в клочья.

Четверо против шести.

На стороне добра были лишь двое бойцов и двое до смерти перепуганных подростка, которые держали в руках холодное оружие, только когда резали огурчики к салату. Джессика пыталась не думать о том, чем может закончиться эта битва и поклялась себе не издать ни единого крика, дабы не отвлечь на себя внимание Эрика, отца или брата, не позволив тем подставиться. Никто не должен был погибнуть. Только не вновь.

На самом деле, девушка не знала, за что боится больше – за свою жизнь, или жизни близких, которых уже приходилось терять. Всё не могло закончиться здесь – в самом начале пути. Так не бывает. Это было бы неправильно.

Она пыталась успокоить себя мыслями, что добро всегда побеждает, и они, непременно, сумеют справиться с Демонами, но понимала, что это всего лишь самовнушение, а всё что происходит сейчас – абсолютно реально. Не было возможности проснуться. Не было возможности забыть кошмар и начать новый день. Больше не было вообще никаких возможностей.

Ноги подкосились, ладонь вспотела ещё больше, лук выскальзывал из рук, и Джессика боялась, что может рухнуть без сознания прямо здесь. Она держала стрелу наготове, но та сильно трепетала, и никак не хотела насаживаться на тетиву, то и дело соскакивая.

Монстры одарили путников мертвенной улыбкой, больше похожей на кровожадный оскал, и из горла одного из них раздался жуткий смех, от которого задрожали внутренности.

– Маленькая девочка пришла сюда со своим Ангелочком, чтобы исполнить предназначение. Это выглядит так жалко, что я вот-вот заплачу, – проговорил низким и скрипучим голосом Демон, повернув «голову» к Внеорбитной. – Да, Джессика Эванс?

Та не ответила, лишь тяжело проглотила очередной образовавшийся в горле ком.

Чудовище продолжало насмехаться.

– Вы и вправду думаете, что сможете спастись, имея при себе пару ножичков, двух перепуганных детей и мужлана, который всю свою жизнь только и делал, что прятался? – Демон заливисто расхохотался так, словно кто-то резанул ножом по камню. – Из вас воин только он, – монстр кивнул на Эрика, но на лице того не дрогнул ни единый мускул. – Мы раздавим вас как букашек. Но ты, малышка, нам ещё пригодишься, – прошептал он, обратив свои пустые глазницы к девушке. – Мы давно не видели такой вкуснятины.

Внутри девушки что-то оборвалось, она чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Джесси никогда не верила в себя. Но сейчас надежда окончательно покинула её, пташкой выпорхнув из потемневшей души. Весь её разум заполонили мысли о том, насколько трагично может закончиться для неё и её близких первая битва. После слов Демона Ночи она понимала, что им не выстоять. Он был прав – они абсолютно ничтожны.

«Я лишь измотанная своими же мыслями девчонка, Адам – трус, отец и вовсе простой семьянин, совершенно неподходящий под описание бравого воина!» – пронеслось в голове Джессики. Девушка обвела обреченным взором брата, отца, Эрика, и внезапно наткнулась на уверенный взгляд Ангела. Повернув голову, он смотрел в глаза Внеорбитной, и складывалось чувство, что он пытается заглянуть в самые дальние уголки её души.

Внезапно пришло осознание действительности.

Джесси никогда бы не подумала так, никогда бы не потеряла веру в самом начале, не назвала бы брата трусом и не усомнилась бы в отце. Эти мысли вовсе не принадлежали ей, были навязаны. Именно об этом говорил Эрик: Демоны ищут слабые места в тонкой броне и пускают свои стрелы именно туда. И они нашли лазейку в её душу, постепенно поражая внутренности мраком, но она не была подвластна им. Она не была подвластна никому кроме самой себя.

– Не пытайся никому ничего доказать, – прошептал Ангел. – Просто сражайся, как можешь, за то, что действительно важно. За то, что дорого. И тогда ты победишь.

Девушка утвердительно кивнула, признавая всю важность слов, крепче стиснув зубы и даже не вздрогнув, когда улица вновь утонула в оглушительном гоготе Демона Ночи. Глядя в зелёные омуты, она ощущала себя как никогда сильной, и не собиралась растрачивать это чувство, разгоняющее тучи где-то глубоко внутри.

– Не плохо Эрик, вовсе не плохо, – вновь раздался рокочущий голос монстра. – Вы такие милые, честно говоря.

Раздался колючий смех Демонов Ночи, но Ангел лишь ухмыльнулся, повернувшись к ним. Он знал, что их маленький план провалился и так-то просто заполучить в плен Внеорбитную не выйдет. Он вырезал их десятками, сотнями на протяжении шестнадцати лет, поэтому был уверен, что загнавшую их в тупик шестерку чудовищ одолеет без труда. Единственным, что действительно волновало его, была безопасность Джессики, у которой не получится долго убегать от того, что рано или поздно должно будет произойти: так или иначе, она должна будет убить.

– Мне так искренне жаль, – Демон сделал паузу, его череп резко вспыхнул. К небу взметнулись алые языки пламени, а к жесту главаря присоединились и другие монстры, – что вам придётся сдохнуть.

Последнюю фразу произнёс гневный рокочущий голос, с нотками рычания.

Всё дальнейшее произошло так стремительно, что, впоследствии Джесси с трудом могла восстановить хронологию событий.

Демоны Ночи бросились врассыпную, окружая опешивших путников, в воздухе сверкнул меч Эрика, но судя по тому, что Демонов не убавилось, Ангел промахнулся. Пара монстров набросилась на Курта, другая пара на Ангела. К Адаму приближался ещё один, и брат нервно сжимал в руках короткий гладиаторский меч, постепенно отступая от существа. Демон не бросался на него, было видно, что ему нравится игра в кошки-мышки, и он получает неимоверное удовольствие, глядя на испуганного парня, чувствуя явное превосходство над ним.

Ощутив рядом с собой резкий перепад давления, Джесси стремительно развернулась на пятках, но перед ней никого не было. Сзади раздался приглушённый смешок, спину девушки обдало жаром, она почувствовала рядом с собой сладковатый запах гнили. Чудовище стояло прямо за спиной, а Внеорбитная не могла и шевельнуться, застыв от страха. Демон, не спешащий наносить удар, зашептал в самое ухо насмешливым, жестоким тоном:

– Бедная Джессика Эванс, потерявшая отца и брата. Сейчас ей придётся вновь увидеть, как её родные погибают. Я даже не представляю, какую боль ты испытаешь, когда твой Ангел, так норовивший получить твоё доверие и стать ближе к тебе, ждавший тебя шестнадцать лет, падёт от наших рук. О, я буду наблюдать, как по твоим щекам бегут горькие слёзы от многочисленных потерь, прежде чем перережу тебе глотку. А твоя бедная мамочка? Как же она останется одна? Не волнуйся, мы и её отправим на тот свет, потому вы очень скоро встретитесь, и тогда...

Демон не договорил, ибо Джесси, стиснув зубы, быстрее молнии развернулась к нему и с размаху вонзила заготовленную стрелу, которую всё это время сжимала в руке, прямо в череп мерзавцу. Раздался настолько противный хруст, что девушка подалась назад и схватилась за горло, отчаянно пыталась сдержать подступающую тошноту. Отскочив от существа, она запнулась о неровность на асфальте и упала на дорогу, с ужасом наблюдая, как от стрелы в середине лба монстра, расходятся небольшие оранжевые волны, а после, тело Демона сгорает, сопровождая это неистовым воплем умирающего чудовища.

Сложно было сказать наверняка, что Джессика почувствовала в тот момент, когда наблюдала, как монстр умирает от её рук. Она была причиной, чувствовала отвращение не только к сгоревшему созданию, но и к самой себе, пусть и пыталась себя заверить, что выхода у неё не было и цель была благой. Ни одна цель не оправдывает убийство, так девушка считала когда-то. Но на войне были иные законы.

Она говорила себе, что обязана сражаться со злом, искоренять его, но ей становилось всё хуже от мысли, что она забрала чью-то жизнь. Тем более, в приступе ярости. Только вот другого выхода не было: убить или быть убитой – единственный закон того мира, в котором приходилось жить Внеорбитным, и Эрик говорил это с самого начала.

Её предупреждали. Она в ответ кивала. Нечего сейчас понапрасну распускать слюни.

Победа над Демоном придала девушке сил, она встала с земли и стряхнула с себя пыль, тут же насадив новую стрелу на тетиву.

После того, как монстр сгорел, наступила мёртвая тишина.

Джессика оглянулась по сторонам и увидела, что битва на некоторое время прервалась, а остальные существа в недоумении смотрят на кучку пепла, лежащую на асфальте, которой ещё пару мгновений назад был их предводитель. Ветерок преспокойно подхватил останки чудовища и, подняв их в воздух, разметал по всей улице.

Воспользовавшись замешательством Демонов, Эрик и Курт среагировали молниеносно и, набросившись на опешивших противников, чей пыл сразу угас, прикончили их один за другим. Улица оросилась черной вязкой субстанцией, которая была кровью чудовищ, те вопили, объятые пламенем, и почти тут же замолкали, превращаясь лишь в горсточку пыли. Битва была закончена весьма быстро и Джесси была готова спокойно выдохнуть, но вот Адам явно имел проблемы.

Три пары глаз одновременно устремились на него. Парень лежал на земле, а над ним склонился оскалившийся Демон Ночи с поднятым зазубренным клинком над его головой. Алмазный меч валялся на расстоянии пары метров от его рук. Переглянувшись, отец и Эрик ринулись ему на помощь, но Демон, заслышав их появление рядом с собой, нанёс Адаму удар.

В воздухе прозвучал громкий крик, и Джессика увидела, как на раскалённый асфальт брызнули капли крови.

Девушка закрыла рот рукой, чтобы не закричать, но чувство злости тут же прильнуло к вискам, потому Внеорбитная, собравшись с мыслями и чётко сосредоточившись на цели, с неимоверной быстротой вытащила из колчана стрелу и на выдохе выпустила её. Та угодила в спину чудовища, чуть не проскочив мимо, но, всё же попала в цель, и монстр, желая нанести ещё один удар, с диким воплем начал сгорать, превращаясь в прах. Адам откатился в сторону, чтобы огонь его не задел, а сестра опрометью ринулась к брату.

Он лежал на земле, крепко зажимая одной рукой другую. Сквозь его пальцы сочилась кровь, капала на горячий асфальт, шипя, пуская вверх небольшие облачка пара.

Подбежавший Курт помог сыну встать и тот, наконец, открыл рану, которую ему нанёс Демон. Почти вся рука, от запястья, до сгиба в локте, была окровавлена, а на её внешней стороне виднелся глубокий порез, сильно кровоточивший. Взгляд юноши помутился, он покачивался, опираясь на плечо отца, а Джессика, склонившаяся над ним, легонько била его по щекам, пытаясь привести в чувство. Она лишь надеялась, что состояние Адама было вызвано страхом, а не потерей крови.

– Ты ранена? – тихо пробормотал он, глядя на сестру.

– Нет, – мягко ответила девушка, пытаясь не обращать внимания на неглубокую царапину, идущую от виска до скулы, оставленную острыми когтями Демона, которую она, в порыве чувств, сначала и вовсе не заметила.

К Джесси подошёл встревоженный Эрик и легко провёл пальцами по её лицу, не прикасаясь к ране.

– Всё в норме? – заботливо спросил он, и девушка четко понимала, что он говорит об её отношении к убийству монстров, а вовсе не о первом боевом ранении.

– Будет в норме, – утвердительно кивнула она. – Когда мы уберёмся отсюда.

Ангел выглядел очень встревоженным, на его щеке красовалась маленькая неглубокая царапина, такая же украшала шею, но выглядел он не так плохо. Кивнув, Эрик подхватил Адама под здоровую руку и помог тому выпрямиться.

Распоротая ткань куртки болталась лохмотьями на руке юноши, и Курт, оторвав от одежды лоскут, попытался кое-как перевязать рану, чтобы замедлить кровотечение.

– Спасибо, сестренка, – только и смог произнести парень, чуть улыбнувшись.

– Благодари случай, – отмахнулась та. – Я чуть не промазала.

Вдалеке послышались новые вопли Демонов Ночи, и Джессика понимала, что подкрепление вряд ли будет меньше, чем первый отряд.

Им нужно уходить, и как можно быстрее.