Внеорбитные: Рождение Феникса

Девушка вновь поднималась по ступенькам в свою комнату, но на этот раз быстро, вскользь пробегая рукой по перилам. Распахнув дверь, она ринулась прямиком к платяному шкафу, в надежде, что вещи так же остались на прежнем месте.

– Есть! – воскликнула она, увидев аккуратно разложенную на полках одежду.

Джессика нервно топталась у шкафа, думая, что это выглядит довольно забавно: в нависшей опасности волноваться об удобстве джинсов. Но впереди ждали встречи с Демонами Ночи, явно неоднократные, и нужен был такой образ, который не станет сковывать движения.

Перевернув всё в шкафу вверх дном, она остановилась на выборе серой водолазки и чёрных брюк, сильно смахивающих на армейские. В своё время маме они не нравились.

Она стянула с себя широкую длинную толстовку, оставленную Эриком в ванной, стащила домашние шорты, быстро переоделась, ловко завязала высохшие волосы в длинный хвост и повернулась ко второй части шкафа, где в коробках мирно покоилась обувь, а со штанги свисали вешалки с верхней одеждой.

Выбор был довольно широкий, но девушка уже заранее знала, что именно ей нужно – высокие чёрные сапоги на ребристой подошве, были точными копиями таких же, которые были на ногах отца и Адама, за исключением ярких бордовых шнурков, в цвет волос. Как можно крепче перетянув обувь, Джесси сняла с плечиков достаточно свободную чёрную джинсовую куртку и, облачившись в неё, чуть закатала рукава, чтобы те не мешались. Куртка не сковывал движения, руки поднимались свободно, и согревала она так же не плохо, а это было основными критериями, по которым сейчас отбиралась одежда.

Собравшись, девушка повернулась к зеркалу, пристально разглядывая себя – жутко уставшее лицо, поникшие плечи, которые она так тщетно старалась расправить, потерянный взгляд. За исключением этого, Джессике показалось, что выглядит она весьма приемлемо для той, кто свалился с крыши, успел рухнуть в колодец в Реке Душ, поплавать в пруду и пробежаться босиком по развалинам города, разбрызгивая вокруг капли воды и содрогаясь от каждого шороха.

– Ты справишься, – шепнула девушка отражению и выскочила из комнаты, заранее попрощавшись с ней мысленно – старые привычки не исчезали.

Она успела захватить с собой свитер, чтобы в случае чего иметь возможность переодеться, и сейчас, сжимая его в руке, быстро направлялась в комнату Адама, которая была в другом конце коридора.

Предстояло выбрать оружие.

Дверь была распахнута, из помещения доносились голоса брата, отца и Эрика, которые наперебой о чём-то спорили.

– Я вас не потревожу? – спросила Джесси, медленно ступая в комнату. В глаза бил яркий свет, исходящий от десятков клинков, которые были повсюду: украшали стены, расположившись в несколько рядов, грудой были свалены на полу, находили место даже на бывших книжных полках. Комната была совершенно пуста – почти всю мебель вынесли, и бежевые обои в свете оружия казались абсолютно белыми.

Клинки, топорики и секиры разных размеров, с расписными рукоятками или блистающими рунами на лезвиях. Многочисленные кинжалы, ножи, короткие гладиаторские мечи, ятаганы, шашки и другое холодное оружие занимало почти всё пространство, и при входе глаза просто разбегались. Оружие было не просто чарующе грозным и воинственным, но и каким-то удивительно красивым, изящным, подобным тонкой работе скульптора.

Джессика часто заморгала, чуть прикрывая лицо рукой, но не прошло и минуты, как глаза уже привыкли к свету и больше не болели, хотя выбирать оружие всё же приходилось прищурившись.

– Как тебе? – горделиво поинтересовался Адам, обводя рукой оружейную.

– Просто нет слов, – честно ответила девушка, продолжая ошарашенно вертеть головой по сторонам.

Эрик и Курт уже погрузились в работу, обсуждая какие-то клинки, прокручивая в руках длинные мечи, указывая друг другу на секиры, сваленные огромной горой в углу. Они окидывали лезвия оценивающим взглядом, проверяли, насколько хорошо они заточены, прикидывали в руке, чтобы понять, хорошо ли тот или иной клинок сбалансирован, вставали в стойку, но всё равно не останавливались.

Адам проследил за взглядом сестры и усмехнулся.

– Они могут часами тут стоять и всё равно не определятся. Не обращай на них внимания, давай-ка лучше тобой займёмся.

Джессика не сразу отвела взор, продолжая изучающе смотреть на двух мужчин. Они смеялись, перекидывались какими-то шутками или советами, вели себя так, словно были знакомы всю жизнь. А ведь и были, по сути. Шестнадцать лет они сражались бок о бок, защищая тех, кого так сильно любили, продолжая скрывать правду и страшиться будущего, страшиться возможных вопросов и реакций.

Эрик всегда был частью семьи Эванс и далеко не потому, что был Ангелом Джессики. Он просто был своим.

– Эй, Джей, – Адам щёлкнул пальцами перед лицом сестры. – Кем любуешься? – он многозначительно двинул бровями, не переставая ухмыляться. – Эрик хорош, верно?

– Ой, получишь ты когда-нибудь по первое число! – воскликнула девушка, чувствуя, как уголки губ предательски ползут вверх.

– Выглядишь ты, конечно круто, – парень оценивающим взглядом обвёл образ девушки. – Вот только, шнурки бы поменять, – протянул он, скривившись.

– Они тебе никогда не нравились, – припомнила девушка, хмыкнув. – Нет, не дождёшься.

– Конечно, на войне ведь главное стиль! – закатил глаза Адам, получив толчок в бок.

Джессика захотела улыбнуться, от обжигающе горячего слова стало не по себе.

Война...

Во что она ввязалась и по чьей же всё-таки воле?

Адам стащил с одной из полок колчан из тёмно-бурой кожи, наполненный стрелами со светлым оперением, покрутил его в руках и, явно довольный своим выбором, протянул тот сестре. Эрик, обративший на это внимание, тут же стащил со стены лук средней длины и подал его девушке. Та нерешительно взяла оружие, но так и осталась стоять с ним в руках, толком даже не зная, что предпринять.

Три пары глаз вновь уставились на неё, на лице каждого читалась усмешка.

– Ну, завидев такое, Демоны Ночи и на десять метров к нам не приблизятся, – протянул Ангел, поджав губы.

– Я чувствую себя идиоткой, – тяжело вздохнула Джесси, опуская руки. – Я не стреляла больше года! Это же было детской игрой! – она с мольбой посмотрела на отца, давая тому понять, что догадалась, к чему были все эти тренировки, начавшиеся ещё в детстве. – Ты меня готовил.

Мужчина поднял руки вверх и отошёл, показывая, что утверждение дочери не требует комментариев.

– Чёрт, – только и смогла вымолвить она, перекидывая колчан со стрелами через плечо и удобнее перехватывая лук.

– Положись на мышечную память, – предложил Эрик, выставляя в конец комнаты мишень.

– Ты издеваешься? – спросила Джесси, скептически переводя взор с Ангела на маленький красный кружок в центре мишени.

– Доверься себе, Джесс, – протянул мужчина, усмехаясь и отступая на шаг.

Адам, стоящий ближе всех к мишени, вскинул руки.

– Только не попади в меня, ладно, принцесса?

– Нарочно попаду, – съязвила та, пальцем проводя по тетиве, проверяя, туго ли та натянута. Резной лук, сначала показавшийся непривычно тяжёлым, как влитой лёг в ладонь, пальцы крепко обхватили его центр, один глаз автоматически чуть прищурился.

Девушка грустно улыбнулась от накативших ледяной волной воспоминаний, когда Курт в сотый раз показывал малышке, как правильно держать оружие в руках и пытался наладить её постоянно сбивающийся прицел. Сколько терпения он тогда тратил на дочь, которая раз за разом отправляла игрушечные стрелы в соседние дома и ближайшие деревья, пока, наконец, не научилась попадать в цель.

Но такое оружие, настоящее, созданное специально для битвы с тёмными силами, она держала в руках впервые.

Колчан казался громоздким, потому Джесси, отложив лук, сначала приладила его, чуть затянув специальный ремень, чтобы пояс был как раз впору. Вновь закинув его на плечо, она ощутила, как удобно он приник к спине – кожа была мягкой и довольно приятной, вовсе не твёрдой, а стрелы держала крепко.

– Эй, – послышался голос Адама, когда девушка взялась за лук, готовясь по привычке вскинуть его для прицела. Рука уже норовила вытянуть из колчана стрелу, но Джессика подавляла этот азарт, разливающийся лавой по жилам. – Стреляй в яблочко, Джей. Только отойди подальше, а то так нечестно.

Брат задорно улыбался, ожидая, что сестра точно оплошает, но та развернулась и твёрдой поступью направилась прочь из комнаты, преисполненная готовностью доказать парню обратное.

Она встала посреди коридора и резко вскинула лук, выудив из колчана стрелу. Та мягко легла на тетиву, рука двинулась назад, глаза чуть прищурились, сосредоточившись на пальцах Адама, постукивающего по красному кружочку в центре мишени.

Вдох. Выдох. Пуск.

Юноша убрал руку вовремя – на том самом месте, где она только что была, сейчас зияло древко стрелы, которая вошла в мишень по самое оперение.

– Что за чёрт?! – воскликнул парень, резко отскакивая.

Девушка улыбнулась, чувствуя захлестнувшую её гордость. Всё же не растеряла навык. Ровные зубы оголились в счастливой, восторженной улыбке, взгляд обратился к отцу, который удовлетворённо кивнул дочери. Та закусила губу, глядя, как Эрик засмеялся, похлопывая по спине опешившего Адама.

– Я вижу, тебе понравилось, – пробубнил брат, с опаской поглядывая на лук в руках Джессики. – Чуть пальцы мне не оторвала.

– Говорила же, достанется тебе, – усмехнулась она, возвращаясь к мишени и шутя толкая парня плечом. Тот насупился ещё больше.

– А ты ведь даже в цель не попала, – пробормотал он, пальцев указывая на мишень. Стрела вошла в границу между центральным кружком и огибавшим его кольцом.

– И всё же, попала в цель. Практически, – поспешила добавить Джессика, довольно подняв указательный палец и снисходительно кивнув брату.

Происходящее казалось ей невероятным.

Девушка приблизилась к мишени, недоуменно глядя на то, как глубоко в неё вошла стрела. Возможно, если бы не стена, которая красовалась за деревяшкой с разноцветными кругами, стрела прошла бы ещё дальше.

– Алмазная руда самая крепкая, – улыбаясь, сказал Эрик, приближаясь к Джесси. – Оценила лук?

– Он хорош, – подтвердила девушка, рассматривая витиеватые узоры на нём. – Ты выбирал? – она подняла глаза на Ангела.

– Как догадалась? – улыбка стала ещё шире.

– Больно уж он в моём вкусе, – рассмеялась Джессика. – Спасибо.

– Я рад, что понравился. Я же говорил, ты справишься, – мужчина повёл бровью. – Какой бы трудной ни была схватка, ген Внеорбитных всё равно возьмёт своё.

– Я не хочу, чтобы меня определял только ген, – покачала головой девушка. – Не хочу, чтобы он становился поблажкой.

– Он и не станет, если не будешь забывать, что в первую очередь ты – Джессика Эванс, – отозвался Эрик. – У тебя ещё будет время потренироваться в стрельбе, – он обратился ко всем. – Нам пора выходить. Мы и так уже тут порядком засиделись.

Девушка почувствовала дрожь в коленках, и чуть улыбнувшись, кивнула мужчине, стараясь выглядеть как можно увереннее.

– Ты взяла ещё что-нибудь из одежды? – спросил Курт, проходя мимо и начиняя спускаться по лестнице.

– Свитер, – кивнула девушка, забирая вещь, которую положила на полку, как только зашла в комнату брата.

Взяв со стены ещё пару стрел, Джесси затолкала их в колчан, к остальным, туда же положив и лук. Уже собираясь двигаться к выходу, из общей горы оружия, которое постоянно искрилось и бликовало, она выхватила взглядом кинжал с тёмной рукоятью, мирно покоящийся в плетёных ножнах. Недолго думая, она схватила его и выскочила из оружейной вслед за остальными, по пути запихивая новый клинок за голенище высокого сапога. Пусть владеть им она и не умела, лишним он точно не будет. Придется положиться на инстинкты и всё же мысленно поблагодарить школу за чересчур активные и изматывающие уроки физкультуры, которые держали её в форме.

Эрик первым спустился на кухню, за ним и Курт с Адамом, а девушка, подумав несколько мгновений, вскочила на лакированные перила, и ловко скатилась вниз, приземлившись прямиком на ноги. Она широко заулыбалась, но тут же заметила поползшие вверх брови Ангела и лёгкую усмешку отца. Брат же выглядел самым довольным из колоритной троицы, тихо и размеренно хлопая смутившейся сестре.

– Что? – спросила Джесси, поспешно отвернувшись. – Не всё же тоску гнать!

Эрик прошествовал к одному из кухонных шкафчиков, и достал оттуда рюкзак, плотно набитый неизвестным содержимым.

– Это наши припасы, – пояснил он, поймав непонимающий взгляд девушки. Такой же вытащил и Курт, запрятав переданный дочерью свитер поглубже.

Как оказалось после, под «припасами» Ангел подразумевал несколько бутылок с водой, с десяток соевых батончиков и парочку упаковок зерновых хлебцев.

Джесси обвела еду придирчивым взглядом.

– Чудная диета, – удручённо протянула она, но Эрик тут же смерил её нарочито осуждающим взглядом.

– Вот уж, извини, забыл заскочить в McDonald's, – всплеснул руками он. – Ничего, от голода не умрёшь, да и есть тут тебе, вряд ли, захочется. Я думаю, организм быстро подстроится под «окружающую среду», – он недовольно двинул бровями, а после вновь кивнул на скудные припасы. – Это так, чтобы оставаться в форме.

– Поняла, – согласно кивнула девушка, чувствуя лёгкий укор совести.

– Если всё пойдёт по плану, мы сюда ещё вернёмся, Джесси, – заверил дочь Курт, закидывая рюкзак на плечо.

– Если всё пойдёт по плану... – протянула она, закусывая губу.

– Эй, не раскисай раньше времени, – ободряюще улыбнулся мужчина, положив руки на плечи девушки и легонько их сжав.

– Попробуй тут, когда от тебя так много ждут, – тихо ответила она папе, опуская глаза.

– Просто будь собой, малышка, – шепнул на ухо отец, мягко поцеловав Джессику в лоб. – Тогда всё будет хорошо. Обещаю.

– Ладно, – прошептала она в ответ, попытавшись улыбнуться.

– Оружие можно достать где-нибудь ещё? – спросил вдруг Адам.

– Тебе этого не достаточно? – изумился Эрик, кивая на короткий гладиаторский меч и нож, покоящиеся на поясе парня.

– Я на всякий случай спрашиваю.

– Можно, но придётся хорошо постараться, так что лучше не теряйте свои клинки, – отозвался Ангел, обращаясь ко всем сразу. – И стрелы понапрасну не тратьте, – чуть усмехнулся он, застёгивая рюкзак, бросив быстрый взгляд на Джессику.

Девушка обвела мужчину взглядом, ненадолго задержавшись на его лице. Он казался спокойным, но его лик покрывала маска задумчивости и Джесси в который раз подумала, что это, возможно, его привычное состояние. Её не покидало чувство, что он безумно долго ждал встречи с ней, возможности поговорить, и был рад, что девушка не прогнала его, не приняла за безумца. Но и сама Джесси чувствовала непреодолимую тягу к Эрику и какую-то бесконечную тоску где-то в глубине души, будто всю жизнь была разлучена с кем-то невероятно важным.

Она вспомнила слова мужчины, что в Ангеле живёт часть души Внеорбитного и тут же содрогнулась. Она была разлучена со своей душой. Даже в окружении любящих людей, с которыми она могла поделиться всем на свете, она чувствовала себя обделённой, наполовину пустой, ненастоящей.

Тонкие губы Эрика были плотно сжаты, но он, по своему обыкновению, вновь загадочно двигал острыми скулами. Русые волосы в сочетании с пронзительными зелёными глазами давали очень эффектный результат, и только сейчас Джессика поняла, как на самом деле Ангел красив. Девушка видела это в нём и раньше, когда мужчина заходил в гости к отцу, когда он вёз их в Контрери-гроув, но запрещала себе акцентировать на этом внимание.

Лёгкий свитер, который обтягивал каждый выступающий мускул, длинный меч в ножнах из тёмно-коричневой кожи с яркой рукоятью, несколько кинжалов на поясе. Джесси знала, что под защитой, знала, что рядом с ним она никогда не будет в настоящей опасности.

Кинув рюкзак Адаму, Эрик посильнее запахнул средней длины пальто, больше походящее на плащ и, посмотрев на девушку уже порядком потеплевшим взглядом выразительных глаз, ободряюще кивнув ей, двинулся к выходу из дома.

Ангел чувствовал себя явно увереннее прочих, потому взял на себя командование маленьким отрядом – никто даже и не подумал противиться. Курт стоял бок о бок с ним, о чём-то тихо беседуя. До ушей Джессики долетали названия улиц и обрывки фраз, по которым она поняла, что мужчины просчитывают пути к отступлению в случае атаки.

Адам позвал сестру, та обернулась.

– Возьми, – лучисто улыбнулся он, несмотря на серьёзный, взволнованный взгляд, протягивая девушке чёрные кожаные перчатки без пальцев.

– Зачем они мне? – нахмурилась та, всё же принимая подарок.

– Для удобства в стрельбе, конечно. К тому же, у нас у всех такие, – не переставая улыбаться, ответил юноша и указал на руки отца и Эрика, которые так же были облачены в перчатки. – Мы же одна команда, сестрёнка.

– Команда... - прошептала Джесси и на душе тут же потеплело.

Они её прикроют. Чего бы оно ни стоило. Это и пугало больше прочего.

Как только девушка переступила порог, воздух будто выкачали из лёгких, и она приоткрыла рот, чтобы дышать было удобнее. Джессика обернулась и мельком взглянула на удаляющийся с каждым шагом дом.

«Увидимся ли вновь?» – пронеслась в голове дурная мысль, но Внеорбитная попыталась отогнать её, словно назойливую муху.

Дыхание при ходьбе то и дело сбивалось, порой налетали леденящие порывы ветра, и всё ежились от холода жалея, что не захватили с собой одежду потеплее. Эрик то и дело сильнее кутался в плащ, а Джессика давно застегнула джинсовую куртку, поглядывая на отца и Адама, которые поступили точно так же.

Дорога была ровной, но идти было тяжело – от непривычного веса оружия, резкой смены температуры, накатывающего волнами страха. Путники совершенно не представляли, куда направляются – они лишь упорно двигались вперёд, удаляясь от лагеря Демонов Ночи, который обнаружили отец и брат девушки накануне утром. Да и утром ли? Ни облачка, ни звёздочки, ни солнца – никаких ориентиров, позволяющих определить время суток. С таким режимом запросто можно было свихнуться.

Ангел шёл рядом и, то и дело, поглядывая на Внеорбитную. Впереди шёл Курт и что-то увлеченно обсуждал с Адамом, а брат, в свою очередь, не казался весёлым, как прежде, находясь в полной противоположности своему типичному расположению духа. Он лишь редко кивал, иногда что-то тихо отвечал, но не стремился поддержать разговор.

Джесси проглотила ком в горле, представляя, что отдала бы всё на свете за одну лишь искреннюю улыбку брата, такую родную, даже забавную. Но это место не служило поводом для улыбок, отнюдь. Каждый шорох отдавался громким уханьем в ушах, сердце уходило в пятки, а кровь, казалось, замирала в жилах.

– Как ощущения? – подал, наконец, голос Эрик.

– Ну, я нахожусь в мире полумёртвых, меня бросает то в жар, то в холод, я ужасно хочу отдохнуть, не имею ни малейшего понятия, что должна совершить, – перечислила девушка, загибая пальцы на руке. – В целом, как видишь, приемлемо, – саркастично улыбнулась она, подняв большой палец вверх.

– Насчёт испытаний даже предположений никак нет? – задумчиво протянул Ангел, всматриваясь вдаль. – Что чувствуешь? Что подсказывает сердце?

– Что я конкретно влипла, – пробормотала девушка, сильнее втягивая носом душный и пыльный воздух.

– Везде можно найти плюсы, – пожал плечами мужчина.

– Я погляжу, ты заклятый оптимист? – Джессика улыбнулась Эрику уголком рта. Тот усмехнулся.

– Когда у тебя вечно недовольная Внеорбитная, приходится как-то выкручиваться, – парировал он.

– Бедняжка, как же тебе не повезло, – состроив сочувственную гримасу, протянула девушка.

Мужчина рассмеялся, покачав головой.

– А плюсы всё же есть, – продолжил он. – Ты вновь увидела тех, кого так хотела увидеть.

– Это не плюс, Эрик, – откинула его слова Джесси, – потому что когда-нибудь придётся прощаться вновь. И это будет куда тяжелее.

Она говорила с Ангелом откровенно, зная, что тот сможет понять её – мысль засела в голове и тяготила девушку уже несколько часов, и как бы та не пыталась прогнать её, она возвращалась.

– Ты в самом начале, а уже задумываешься о конце, – менторским тоном произнёс Эрик. – Оно того не стоит.

– Я пытаюсь не думать, правда. Но ты же знаешь, что не умею.

Воцарилась тишина, прерывающаяся лишь мерным шарканьем подошв о горячий асфальт и неровным дыханием путников.

– Ты долго ждал, – как можно тише произнесла Джессика, стараясь смотреть только себе под ноги. – Встречи, – добавила она, почувствовав на себе пристальный взгляд Ангела.

– Оно того стоило, – отозвался Эрик, и девушка не смогла удержаться от очередной улыбки.

Он больше ничего не ответил, продолжая идти бок о бок со своей Внеорбитной, которая наконец-то была рядом. Которая наконец-то искренне улыбалась, сама поражаясь тому свету, который разливался внутри от одного лишь взгляда мужчины. Она удивлялась тому, что не замечала этих эмоций раньше, но тут же честно признавалась себе: она запрещала себе чувствовать подобное, потому что это казалось неправильным, глупым.

Джесси изредка поднимала голову и бросала на Эрика быстрый взгляд, но тот глубоко погрузился в себя, не замечая ничего вокруг. Тяжелые воспоминания о былых временах затянули его в свою пучину и никак не хотели выпускать.

Было трудно.

В такие моменты он завидовал другим Ангелам, которые находились рядом со своими Внеорбитными с самого рождения. Они не томились ожиданиями, не мучились, считая годы, месяцы и часы до встречи, не размышляя бессонными ночами о том, как преподнести уже повзрослевшей девушке правду, как одним махом перечеркнуть все её взгляды на жизнь, обречь на провал все её жизненные планы?

Путники медленно двигались по аллее, вдоль продолжительной улицы Тетли-стрит, молча, не произнося ни звука. Джессика не стала спрашивать, куда они направляются, потому что прекрасно понимала – никто не ответит ей на этот вопрос. Все рассчитывали на лёгкое решение проблем, полагаясь на судьбу, которая, честно признаться, была к ним благосклонна. Они просто шли в никуда, как заблудившиеся в пустыне искатели сокровищ, в надежде найти оазис, надеясь на неизвестное чудо. И они даже понятия не имели, что следовали как раз в руки року, который направлял их прямо к цели.

Джессика осматривалась по сторонам, оглядывая дома на соседних улицах и тянувшиеся вдоль магазинчики. Выбитые стёкла, сваленные на пол прилавки с разбросанными товарами, ставшими вдруг совершенно бесполезными. Под ногами то и дело хрустели осколки, в воздухе витала пыль, попадая в глаза и заставляя часто моргать. Асфальт, испещрённый трещинами, будто глубокими ранами и красный купол небосвода давили, словно незримые стены, которые заставляли в страхе втягивать голову в плечи. Ни одного человека не было замечено девушкой на улице. Пару раз она видела испуганные лица, выглядывающие из окон, полные страха и безумия глаза, от которых по коже бежали мурашки. Каждый такой раз она вздрагивала и всё ближе подходила к Эрику, чтобы почувствовать себя под его защитой.

Примерно через четверть часа непродолжительного путешествия, Курт резко остановился, и вытащил один из кинжалов из ножен.

Серебристое свечение резко погасло, клинок стал грязно-серым, стремительно меняя свой цвет на чёрный. Руны, украшавшие лезвие, исчезли, скрывшись под окутавшим его мраком.

– Что за... - прошептала Джессика, цепенея.

Отец приложил палец к губам, давая ясно понять, что сейчас вовсе не время для разговоров.

Недобрый знак. Дела плохи.

Адам нервно трясся, крутясь на месте, глядя по сторонам, пытаясь не упустить ни одну деталь. Курт нервно поджал губы, крепче перехватывая потемневший кинжал в руке. Девушка же выжидающе уставилась на Эрика, который должен был дать Внеорбитной понять, что происходит. Коленки начали предательски дрожать, чувство защищенности в мгновение ока испарилось, сменившись набирающей обороты волной паники. В глазах Ангела полыхало беспокойство.

– Священный клинок поменял свой цвет. Они рядом, – тихо сказал он. – Демоны Ночи близко.

Джессика вздрогнула и зажмурилась, стараясь совладать с подступающим ужасом, как можно крепче стискивая зубы. Руки непроизвольно сжались в кулаки.

Будто подтверждая слова мужчины, по округе пронёсся яростный крик, леденящий душу.