ГЛАВА 10. Городские легенды
Предупреждение Миши, хоть и сбило меня с толку, лишь подогрело мою решимость.
— Забудь о лесе, — сказал он. А я чувствовала, что именно там, в этих дремучих дебрях, таится ответ. Отец, карта, Миша… все указывало на одно. Мне нужно было больше информации.
После школы, вместо того чтобы идти домой, я направилась в центр Омута. Городок был небольшим, и "центр" состоял из пары магазинчиков, почты и старого кафе "У Марты", где собирались все местные сплетники и ветераны. Я решила начать с них.
Сначала я зашла в лавку старого бакалейщика. Он раскладывал консервы по полкам, когда я подошла к прилавку.
— Здравствуйте, — я попыталась выглядеть непринужденно. — Не подскажете, есть ли в округе какие-то… старые тропы, что ли?
Старик поднял на меня свои мутные глаза.
— Тропы? Да их тут полно. Лес вон он, за углом. Но ходить туда никто не хочет, — он отвернулся, будто не желая продолжать разговор.
— Ну, я имею в виду, какие-то особые? Может, связанные с… ну, старыми легендами? — я понизила голос, стараясь выглядеть заговорщически.
— Легенды? Тут только одна легенда — не соваться, куда не просят. Особенно в лес, — старик произнес это так, будто прочитал по бумажке, а затем покачал головой и снова вернулся к консервам, всем своим видом показывая, что тема закрыта.
Я вышла из лавки, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Следующей остановкой стало кафе "У Марты". За столиком у окна сидели трое мужчин, как всегда, перемывая кости горожан. Я подсела к ним, заказав чай.
— Здравствуйте, — обратилась я. — Я недавно сюда переехала, изучаю историю города. Вы что-нибудь слышали про аномалии в лесах?
Первый мужчина закашлялся. Второй скривил губы.
— Аномалии? Да одна аномалия — что молодёжь в наш век чудес ищет, когда дел по горло. Учиться надо, а не по лесам шататься.
— Но я слышала, что у нас есть какие-то… места силы? Или старые капища? — я рискнула, вспомнив что-то из детских сказок, которые мне рассказывали в детстве.
— Ну, была тут байка, что в давние времена, когда Омута ещё и в помине не было, тут жили какие-то колдуны. И что их святилище где-то глубоко в лесу. Но это всё глупости, девочка. Сказки для туристов. Наш лес — он просто лес. Глухой и опасный, — мужчина посмотрел на меня как-то странно, будто оценивая. — Лучше бы ты дома сидела, занималась своими делами.
Взгляды остальных тоже стали напряжёнными. Они смотрели на меня, как на чужую. Их лица, которые секунду назад были живыми и эмоциональными, вдруг показались мне… масками. Улыбки стали натянутыми, глаза — пустыми. Они словно синхронно поменялись, и мне показалось, что я смотрю не на живых людей, а на плохо сделанных кукол, которые вдруг решили притворяться людьми.
Я поблагодарила за чай и поспешила уйти. По дороге домой мне казалось, что каждый прохожий смотрит на меня с подозрением. Соседка у забора, которая обычно приветливо махала рукой, лишь быстро отвела взгляд. Почтальон прошёл мимо, не обронив ни слова. Чувство, что они все что-то знают, но не хотят говорить, душило меня. А еще сильнее давило ощущение, что они не просто скрывают, но и осуждают меня за то, что я вообще спрашиваю. Будто сам факт моих вопросов был нарушением негласного правила Омута.
— Вера! Где ты была?!
Я едва успела переступить порог, как услышала мамин голос. Она стояла посреди гостиной, скрестив руки на груди, её лицо было нахмурено.
— Я… гуляла, — пробормотала я, стаскивая ботинки.
— Гуляла? Или ходила по всему городку, задавая глупые вопросы про лес и проклятия? — её голос был резок. — Мне позвонила наша соседка тетя Галя. И Семёныч звонил! Что это за бред, Вера? Что ты там ищешь?
Я почувствовала прилив злости.
— Я ничего не ищу! Я просто пытаюсь понять, что случилось с папой! Этот город странный, его жители что-то скрывают. Все молчат, никто ничего не говорит, а ты хочешь, чтобы я просто сидела и ждала, когда всё само решится?!
— Вера! Прекрати! Твой отец погиб! Это несчастный случай! И ты должна принять это, как бы тяжело ни было! — мама подошла ближе, её глаза были полны боли и отчаяния. — Твоё поведение… оно пугает меня. Эти твои разговоры про лес, про его дух… Я понимаю, тебе больно. Но так нельзя. Это ненормально.
Я отшатнулась.
— Ненормально, что никто не хочет говорить правду! Что все притворяются! Я видела папу, мама! Он приходил ко мне!
Мама схватилась за голову.
— Ох, Вера… Милая моя девочка. Я записала тебя на приём к психологу. Завтра после обеда.
Мой мир в одно мгновение сузился до этой гостиной.
— К психологу? Ты думаешь, я сошла с ума?
— Я думаю, что тебе нужна помощь, чтобы справиться с горем, — её голос смягчился, но решимости не убавилось. — Твои сны, твои фантазии… это всё от стресса. Отпусти его, Вера. Отпусти отца. И перестань ходить по лесу. Это просто лес. Там нет ничего, кроме деревьев.
Но я знала, что она ошибается. Все они ошибались. Миша, Семёныч, тетя Галя, даже моя собственная мать. Лес был не просто лесом. И мой отец не просто ушёл. Он пытался мне что-то показать, и я чувствовала, как под давлением их отрицания моя решимость только крепла.
Лес ждал меня. И я обязательно найду ответы, пока весь Омут продолжает притворяться, что ничего не происходит.