«Вынужден работать после того, как притворился NPC [Бесконечный поток]»

Под влиянием этого аромата маринованные овощи во рту игроков казались еще более солеными.

Постепенно игроки начали привыкать к происходящему. Ветераны успокаивали себя тем, что NPC бывают причудливыми, и в том, что один из них ест крокет, нет ничего сверхъестественного...

Что же касается Фу Мояна, его попросту игнорировали. Новички не смели спрашивать, а ветераны просто считали его сумасшедшим.

В игру действительно можно было проносить вещи, помимо одежды, но всё это требовало траты очков. Кто станет тратить драгоценные очки на еду...

Фу Моян не собирался обращать на них внимание. Он отошел на другую сторону двора, чтобы поесть в одиночестве. Ракурс был идеальным: спиной к толпе. Только Чэнь Ли мог видеть, как выглядит этот человек без маски.

Его черты лица были чрезвычайно резкими и агрессивными, а серебристо-серые зрачки в этот момент казались ледяными снежинками, пробирающими до костей и несущими в себе оттенок порочности.

Чэнь Ли немного испугался. Маленькие зверьки инстинктивно избегают крупных хищников, поэтому он послушно отвел взгляд и откусил кусочек крокета. Хрустящая корочка треснула, открыв внутри сладкое картофельное пюре с добавлением сыра.

Остальные: «Черт возьми, пахнет еще вкуснее!»

Чтобы сменить тему, лысый мужчина начал знакомство:
— Можете звать меня Лысым, а это мой напарник рядом.

Сестра Хуан улыбнулась:
— Просто зовите меня сестра Хуан. — Именно она только что помогла Сане выйти из неловкой ситуации.

Девушка в розовой одежде подняла руку:
— Я Ии. Я впервые в хоррор-игре. В реальном мире я студентка, только что сдавшая вступительные экзамены.

Чэнь Ли невольно перестал жевать и начал украдкой наблюдать за ними. Услышав это, на его лице промелькнуло понимание. Похоже, свои блестящие ногти она сделала как раз после экзаменов. Он вспомнил, как на последнем курсе девочки из его класса тоже все вместе ходили на маникюр и прическу после окончания учебы.

Взгляд рыжеволосого парня невольно упал на Ии:
— Можете звать меня А-Хун или брат Хун. Я здесь второй раз. Держись поближе ко мне, и я присмотрю за тобой. — Последняя фраза была адресована Ии.

Ии, будучи совсем юной девушкой, не хотела обижать его в такой незнакомой обстановке, поэтому неловко рассмеялась, но промолчала. Это придало рыжеволосому уверенности. Он намеренно выпятил грудь и громко щелкнул палочками.

Слегка полноватый мужчина рядом с ним заговорил заискивающим тоном:
— Брат Хун, меня зовут Цзяо Е. Я впервые в игре. Не могли бы вы...? — Его внезапно перенесло сюда прямо из дома, и в кармане у него всё еще лежала пачка сигарет, которую он и предложил, протягивая одну.

Игра была относительно снисходительна к новичкам, позволяя им оставлять при себе вещи, которые были у них в руках или карманах в момент переноса. Но на этом всё. Сложность для новичков не снижалась ни на йоту, поэтому смертность среди них была крайне высокой.

Как только рыжеволосый увидел сигарету, его глаза заблестели, и, взяв ее, он удовлетворенно кивнул.
Чэн Цзюнь поправил очки и продолжил:

— Здравствуйте, меня зовут Нин, я тоже полный новичок. — Он заметил, что, кроме двух других новичков, все ветераны используют псевдонимы, поэтому проявил осторожность.
Взгляд Чэнь Ли стал задумчивым. Этот спокойный молодой человек произвел на него впечатление; он казался самым перспективным среди трех новичков.

Следующий круг знакомств (один мужчина и две женщины) он уже не слушал, потому что внезапно почувствовал леденящий холод. Словно маленького ягненка, мирно щиплющего траву, заметил ястреб, кружащий высоко в небе.
Он молча придвинул свой крокет поближе и перебрался в угол двора, чтобы избежать нескрываемого взгляда того мужчины. Поняв, что напугал его, агрессивный взор Фу Мояна немного смягчился, и он перестал смотреть в упор.

Он действительно вел себя злонамеренно, прекрасно понимая, что такой пугливый «ягненок» будет сверхчувствителен к его взгляду. На самом деле он просто не хотел, чтобы тот обращал внимание на кого-то другого. Но для эксцентричного Фу Мояна, если он находил что-то интересное, было естественным вцепиться в это мертвой хваткой. Люди не были исключением. В его жилах текла кровь злого духа, а волчьи инстинкты въелись в плоть и кости. Любые моральные ограничения казались ничтожными перед лицом абсолютной силы. Он был высокомерным, необузданным хищником.

Он был единственным присутствующим, кто мог распознать, что истинная сущность Чэнь Ли — абсолютно человеческая.
Благодаря тому, что Фу Моян отвел взгляд, невинный ягненок смог перевести дух. Чэнь Ли, наконец, перестал дрожать, осторожно прижимая к себе еду и сжавшись в комок, готовый бежать при малейшем шорохе. Его светло-янтарные глаза казались еще более беззащитными, когда он боялся. Глядя на его опущенную голову, невольно хотелось коснуться ее, чтобы проверить, такая ли она мягкая, как кажется.

Зная, что нельзя давить слишком сильно, Фу Моян в хорошем настроении повернул голову, небрежно открыв свое лицо остальным.

Лысый тут же ахнул:
— Фу Моян?!

Другие ветераны быстро подняли головы, их лица отражали явный ужас и изумление. Сестра Хуан толкнула Лысого локтем и многозначительно на него посмотрела. Лысый побледнел, осознав, что проговорился.

— Простите, простите, — забормотал он, извиняясь дважды подряд.

Фу Моян был в добром расположении духа и не удостоил его даже взглядом. Лысый наконец с облегчением выдохнул.
Ии не удержалась и спросила:
— Кто он?

Рыжеволосый парень, будучи «полу-новичком», только слышал о Фу Мояне, но не успел узнать о нем много. Желая впечатлить девушку, он быстро ответил:
— Это игрок с очень высокими боевыми навыками, довольно знаменит на форумах.

Он намеренно сказал «довольно знаменит» с долей ревности, но правда заключалась в том, что это имя знало всё игровое сообщество. Можно было не знать его лица, но его фирменные серебристо-серые глаза знал каждый.
Лысый добавил:
— Не просто высокими, а самыми высокими! Он единственный за все пять лет существования игры, кто когда-либо убил NPC-проводника.

В игровом мире можно убить ключевых NPC или квестовых персонажей. Но проводники — особенные; они существуют вне рамок конкретного задания и, подобно игрокам, имеют свои сети связи и возможность повышения в ранге. Их почти невозможно убить. Говорят, что каждый проводник — это воплощение чего-то крайне зловещего, как, например, занимающий четвертое место «Убийца-лебедь», пришедший из танцующей музыкальной шкатулки.

Так что представьте шок сообщества, когда NPC-проводник был убит просто потому, что его голос мешал Фу Мояну спать. Благодаря этому поступку вся его команда завершила игру в первый же день, установив рекорд, который не побит до сих пор.

По сей день на форумах ходят легенды. Одни говорят, что он убил и своих напарников, другие утверждают, что даже NPC дрожат при виде него.

В углу Чэнь Ли медленно моргал, переваривая информацию.
«Убить... убить NPC?..»

После мгновения паники Чэнь Ли наконец связал слова Лысого со своей собственной безопасностью.
— QAQ!!! (Т_Т)
Щелк.

Раздался слабый звук закрывающейся двери, но он не разбудил игроков, всё еще ошеломленных услышанным. Чэнь Ли быстро спрятался в самой дальней комнате справа, съежившись, как страус, и стараясь стать невидимым.
«Меня не видно, меня не видно, меня не видно...»

Во дворе все чувствовали себя примерно так же — в полнейшем замешательстве. Никто не понимал, почему человек, который только что тепло улыбался, внезапно одарил их холодным, расчетливым взглядом. Этого одного взгляда было достаточно, чтобы заставить группу замолкнуть. Все старались вжаться в стены, лишь бы их не заметили.
Фу Моян слегка потер пальцы, чувствуя недовольство.

«Тц, так легко сбежал. Какой трусишка».

Фу Моян обернулся и сказал:
— Распределяем комнаты.

Лысый ответил:
— Здесь шесть комнат. Одна у гида. Оставшиеся пять можно разделить по парам. Не желаете ли вы...? — Он невольно добавил в голос вежливости.

Настроение Фу Мояна по неизвестной причине поднялось. Он был поистине непредсказуем.
— По парам? — пробормотал он себе под нос.

Он направился к крайней правой двери, его черный плащ разрезал воздух, когда он обернулся и заявил:
— Я буду в одной комнате с гидом.

Остальные нервные игроки: «???»
«Этот псих! Кто в здравом уме добровольно согласится жить в одной комнате с NPC?!»

Чэнь Ли понятия не имел, что происходит снаружи. Он потерял аппетит и лежал на кровати в прострации. Внезапно дверь распахнулась. Увидев вошедшего, Чэнь Ли застыл от шока.

Мужчина закрыл дверь одной рукой и уверенно пошел к нему, шаг за шагом, как хищник к добыче. Его серебристо-серые глаза в тусклом свете казались еще менее человеческими. Наконец он остановился у края кровати, нависая над юношей.
У Чэнь Ли перехватило дыхание, его пальцы побелели от того, как сильно он вцепился в покрывало, став похожими на бледный нефрит.

— Вы...
Прежде чем он успел договорить, мужчина резко сократил расстояние — так близко, что можно было пересчитать его ресницы.

«Красивый» — это было первое слово, которое приходило на ум любому, кто видел Чэнь Ли. Это было самое точное описание. Его слегка округлые миндалевидные глаза смягчали ослепительную красоту, придавая ему беззащитный, почти жалкий вид.

Фу Моян внимательно проследил взглядом за телом Чэнь Ли — этот взгляд ощущался почти физически. Вывод, к которому он пришел, был прост — «он такой милашка». Будь то его дрожь или отчаянная попытка свернуться клубком и сбежать — всё это глубоко резонировало с его эстетическим чувством.

Эта тонкая длинная шея словно была создана для того, чтобы он ее укусил, оставив след своими клыками.
Затем Фу Моян заметил коробку с едой и нахмурился. К еде почти не притронулись. Закуски и крокет были едва надкусаны.

«Такой маленький аппетит, прямо как у хомяка. Неудивительно, что он выглядит таким худым».
На самом деле Чэнь Ли не был слабым. У него просто было более изящное телосложение по сравнению с большинством мужчин, что делало его более хрупким на вид, но мышечный корсет был вполне пропорционален.

Фу Мояна не заботили эти детали. Он прямо схватил коробку с едой, зачерпнул рис ложкой и поднес к губам Чэнь Ли, приказав:
— Ешь.

Чэнь Ли: «...»

Он никак не ожидал, что после столь долгого «запугивания» его начнут кормить. Абсурдность ситуации перевесила страх, и всё разочарование от того, что его весь день заставляли подчиняться, вырвалось наружу в этот момент. Он с силой оттолкнул ложку:
— Не буду я есть!

Запястье Фу Мояна было крепким, как сталь; он продолжал держать ложку, не сдвинувшись ни на миллиметр. Чэнь Ли толкнул снова, но так и не смог его пошевелить.
«...»
Великолепно. Теперь он разозлился еще больше!